Кудрявый из Дурмстранга

Уже где-то несколько дней весь Хогвартс стоял на ушах, только и делал, что болтал о... Наверное, о чем-то интересном. Северус не имел ни малейшего понятия. Все эти несколько дней он ходил как в воду опущенный, не реагировал на подколы Эйвери, почти не ходил в Хогсмид, был каким-то рассеянным. А всё из-за недавнего инцидента. Как он мог? Как он мог назвать Лили Эванс грязнокровкой? Они же лучшие друзья, а теперь даже думать не хочется о том, что о нем думает Лили. Хотя, о чем она ещё может думать, кроме как о том, что Северус бестактный, эгоистичный идиот? Сколько бы он ни извинялся перед ней, как бы ни старался загладить свою вину, всё без толку, Лили даже слушать его не хочет. А ведь он не хотел. Не хотел, чтобы так получилось. Но может, он этого заслужил. Но точно не заслужил того, чтобы каждый день видеть, как физиономия этого Поттера крутится вокруг Лили! Счастлив небось, пытается утешить. «Лили, может тебе помочь с домашним заданием?» Да тебе самому помощь нужна. «Лили ты какая-то раздражённая, что случилось?» Ты случился. «Лили да ладно тебе, пошли с нами в Хогсмид, развеешься». Иди сам развейся, олень. Везёт только, что Лили не позволяет ему всё это и отшивает сразу, как только видит Поттера на горизонте. Как же приятно наблюдать за тем, как он, униженный подходит к своим дружкам и печально качает головой, будто говоря: «Я все ещё необразованный и глупый олень». Ха! Хотя Северус такой же... Так, а что там в Хогвартсе? — Чувак, ты серьёзно?! — вскрикнул Мальсибер. — Только не говори мне, что ты не знаешь, какой сегодня день! Северус тупо поморгал глазами, смотря на него с невинной полуулыбкой. Мальсибер с видом великомученика вздохнул и провел рукой по лицу. Они сидели в большом зале и ждали какого-то объявления от Дамблдора, странно, что сегодня даже уроки закончились пораньше в честь этого всего (Северус был малость недоволен, последним уроком было зельеварение, а его отменили). Но чего? — К нам приезжает Дурмстранг! — с нетерпением и упрёком прорычал Мальсибер. Брови Северуса поползли вверх от удивления. Дурмстранг? Тот самый Дурмстранг, где изучают темные искусства?! Не может этого быть! Северус невольно заулыбался, как идиот. Он достаточно читал про Дурмстранг и теперь очень удивлен тем, что не знал об их приезде до этого самого момента. Он огляделся. Все просто сгорали от нетерпения, а слизеринцы особенно. Люциус, судя по всему, хотел произвести хорошее впечатление и поэтому выглядел лучше, чем обычно, как и Нарцисса, которая сидела рядом с ним, шепча что-то на ухо. Мальсибер и Эйвери то и дело переговаривались, строя свои догадки о том, где ученики Дурмстранга будут жить, на чём они приехали, какой у них директор, да и в целом, какие они сами? Кстати, как заметил Северус, даже учителя будто бы прихорошились. На некоторое время он немного загляделся на Лили, пока Альбус Дамблдор не встал со своего места во главе стола, и гул стих. — Как я вижу, некоторые слухи распространились очень быстро! — с добродушной улыбкой сказал Дамблдор. — И многие из вас уже знают, что к нам в гости приехали ученики школы Дурмстранг вместе с их директором Константином Каркаровым для укрепления дружеских отношений между школами. Встречайте! После произнесения своей короткой речи, двери распахнулись, и в главный зал вошло несколько десятков парней, в красных меховых шубах и ушанках набекрень. По залу разнеслись восхищенные вздохи и шепотки. Во главе шел сам директор со статной осанкой, уже в белой пышной шубе, за ушанкой скрывались кудрявые волосы, достающие примерно до линии челюсти. За самим директором гордо вышагивал парень, примерно одного возраста со Снейпом, может быть, старше. И не обратил бы Северус на него внимания, если бы парень не был практически точной копией самого директора! Такие же немного нахмуренные брови, горбинка на носу и прекрасные пышные волосы, достающие аж до плеч. Парень переводил взгляд со столов на потолок, с потолка на стены, со стен на идущего впереди директора, будто стараясь рассмотреть всё и сразу. Северус понял, что провожал его взглядом, поэтому мигом постарался отвести глаза в противоположную сторону. Константин Каркаров остановился напротив Дамблдора и с широкой улыбкой пожал ему руку. — Рад вас видеть, Альбус! — в его голосе был слышен явный акцент. — О, это взаимно, коллега! Как добрались? — с улыбкой спросил Дамблдор. — Ваши ученики могут присесть на любые свободные места! Каркаров кивнул, обернулся к своим ученикам и сказал что-то на другом языке (видимо, не все из них выучили английский перед поездкой). Перед тем как уйти за учительский стол вместе с Дамблдором, он положил руку на плечо того парня, что шел за ним, что-то сказал и ушёл. Некоторые парни из Дурмстранга немного колебались в попытке выбрать, куда сесть, а некоторые целенаправленно пошли к слизеринскому столу. Вскоре в зале вновь стало как на базаре, естественно, каждый хотел поболтать с друзьями-волшебниками из другой школы. Северус весь сжался, и не только потому, что его практически зажали между плечами Эйвери и Мальсибера, но и потому, что ему было немного неловко. Воспитанники Дурмстранга выглядели гордо, строго и хмуро, так что заговорить было тяжело. Хотя Эйвери сразу нашёл общий язык с парнем, сидящим напротив, а Люциус, видимо, хорошо польстил некоторым из них. Но вскоре выяснилось, что за этой картиной строгости, скрывались достаточно болтливые личности. Они болтали обо всём: о корабле, на котором приплыли (Мальсибер и Эйвери невольно выглянули в окно, но, к сожалению, с их стороны не было ничего видно), о том, как красив Хогвартс, о том какой Альбус Дамблдор забавный, и ни слова о темных искусствах. Немного скучающий Северус осмотрелся, бросая быстрые взгляды то на одного парня, то на другого, он ненадолго остановился на Альбусе Дамблдоре и Константине Каркарове, которые сидели рядом, смеялись и разговаривали, словно старые добрые друзья (хотя, может быть, они ими и были), но окончательно он остановил свой взгляд на кудрявой макушке, сидящей на самом краю Слизеринского стола. Тот парень, на которого он с самого начала обратил внимание, сидел и смотрел в пол. Северус видел, как Люциус, сидящий неподалёку, попытался с ним заговорить, но парень что-то хмуро пробурчал, и Малфой от него быстро отстал. Дамблдор вновь встал, и разговоры стихли. — Вы, должно быть, устали после тяжелой дороги, поэтому не буду томить. Ешьте! — он хлопнул в ладоши, и столы практически стали ломиться от количества самой разной еды, в том числе и принадлежащей к зарубежной кухне. Все мигом набросились на еду, Дурмстрангцы уже не хотели болтать, только есть! Северус был немного шокирован тем, сколько они ели, казалось, могли поместить в желудке целого гигантского кальмара. Северус ел спокойно, но иногда мог подавиться, ведь Мальсибер то и дело толкал его локтем в плечо (будь он неладен!) — Северус! Попробуй эту штуку! Таратор вроде называется, это из национальной кухни этих ребят, очень вкусно! — практически облизывался он. Эйвери скривился от одного вида блюда, похожего на суп, но при этом белого, с плавающими огурцами, укропом, зеленым луком и немного грецким орехом. — Ну не знаю, этот суп холодный, ещё и кислый... — Так и надо, — подал голос парень, сидящий напротив Мальсибера, — чтобы он был холодный, а кислый, потому что в нем кефир. Есть ещё какие-то претензии? Эйвери смолк, увидев нахмуренные брови, одна из которых была приподнята в немом вопросе. — Ээ... — протянул Эйвери, думая, на что можно перевести внимание. — О, а это что такое? И, видимо, у него это получилось. Парень посмотрел в указанную им сторону и смягчился, когда увидел сворачиваемое рулетом слоеное тесто с сырной и мясной начинкой. — О! Это баница, моё любимое. Странно, что я не заметил, — он немного неловко почесал затылок. — Эй, Вань! Передай, пожалуйста! Северус то и дело поглядывал на стол Гриффиндора, несколько Дурмстрангцев в шубах сидели там, он так и видел, как Лили дружелюбно болтала с одним из них, при этом достаточно скептически посматривая. Успокойся, Северус, это же просто укрепление отношений между школами, просто укрепление отношений, просто... Аах, да черта с два! В итоге он просидел недолго, попытался заговорить с несколькими парнями, но они смотрели на Северуса с каким-то... Будто презрением. О том, как они изучают тёмные искусства у себя, Дурмстрангцы не говорили, по всей видимости, не хотели раскрывать свои секреты. А светские беседы были Северусу неинтересны, тем более он устал как физически, так и морально. На ватных ногах он поплелся в гостиную Слизерина, где кроме него практически никого не было, все до сих пор болтались в главном зале. Он вошел в комнату, быстро переоделся, и как только его тело коснулось простыней, Северус уснул крепким сном Утром проснулся от того, что его трясут за плечи с радостными воплями, у Северуса аж в ушах зазвенело. — Северус! Северус! Почему ты ещё спишь? Пошли скорее, посмотрим на корабль Дурмстранга, мы обязаны это увидеть! — всё не успокаивался Мальсибер. Эйвери сидел на своей кровати, уже одетый и всё такой же нетерпеливый. Они когда-нибудь его в могилу сведут. — Да что я там не видел? — Сонно пробурчал Северус, заворачиваясь в одеяло. — Отвалите, я хочу спать. — Да пошли! Нам всё равно на завтрак скоро идти, вот и заскочим заодно, — подключился к уговорам Эйвери. С горем пополам они смогли вытащить Северуса из постели, подгоняя каждую секунду, причитая, что они не успеют. Куда не успеют? Корабль будет стоять ещё несколько месяцев, пока Дурмстранг не уплывет, в этом нет смысла. Десять минут, и свет наконец увидел недовольного, сонного и ко всему прочему голодного Северуса Снейпа. Он даже не понял, как оказался у озера, потому что словно спал на ходу, а очнулся лишь тогда, когда мимо него пробежал какой-то невнимательный первокурсник, чуть не задев его. — Эй! Какого...?! Но Северус не успел договорить. Он буквально уставился на огромный, величественный корабль, похожий на скелет, будто его подняли со дна моря после кораблекрушения. Высокие мачты возвышались, а белые паруса, на которых был изображен двухглавый орел, сложены. Над кораблем кружил большой черный ворон, периодически с эхом каркая. Северус осмотрелся, не они одни решили с утра полюбоваться кораблем, здесь были ученики всех факультетов, а больше всего — Пуффендуйцы. Воспитанники Дурмстранга выходили с корабля, направляясь на завтрак, проходя мимо восхищенно вздыхающих девушек, смотрящих на них. Северус обратил внимание на человека, который вышел на палубу. Растрепанная кудрявая шевелюра, видно, домашняя рубаха, специально для сна, но при этом громоздкие сапоги на ногах. Северус невольно засмотрелся на него, в очередной раз. Странно ли это, что он обращает слишком повышенное внимание именно на этого Дурмстрангца? Конечно, странно, что за вопросы? Но он ничего не мог с собой поделать. Парень оглушительно свистнул и вытянул руку, сгибая её в локте, ворон сверху начал постепенно снижаться. Ворон ещё раз каркнул, видимо, в качестве приветствия, и сел на руку парня, который улыбнулся и протянул ему какое-то лакомство. Наверное, Северус надолго залип, потому что Мальсибер толкнул его локтем. — Эй, Северус, ты слушаешь? — Кто это? — приподнимая бровь, спросил Северус. Мальсибер и Эйвери посмотрели в ту сторону, куда он смотрел. — Аа, — протянул Эйвери, махнув рукой. — Игорь Каркаров. Сын директора Дурмстранга, мы вчера с ним познакомились, после того как ты ушел. — Сын директора? — изумился Северус, хотя, наверное, это было очевидно, он сразу заметил их схожесть. — Так вот, почему они так похожи, я так и думал! Мальсибер и Эйвери лишь пожали плечами и продолжили болтать, споря о кораблях, хотя при этом они ничего в них не смыслили. А Северус задумался. Если они уже знакомы с Игорем, значит, могут познакомить и Северуса с ним. Просто, Каркаров младший заинтересовал его, а если кто-то смог заинтересовать Северуса, то это уже успех! Главное — не ляпнуть об этом при Игоре, если они, конечно, увидятся