Кудрявый из Дурмстранга

По расписанию шёл второй подряд урок зельеварения. Сдвоенный. Угадайте с кем? Необычно, но сегодня Поттер и Блэк были какие-то слишком тихие, да и Люпина нигде не было видно с самого утра. Но, честно, Северусу нет до этого дела, главное, чтобы не лезли, и всё. Мальсибер и Эйвери, после того как на первом уроке вместо нежно-голубой жидкости сотворили густую зеленую жижу, приняли решение извиниться перед Северусом, чтобы он сел вместе с ними. Но он, само собой, сделал вид, что обижен и игнорирует их, ему очень нравилось, когда два этих идиота искренне извиняются, просят о помощи и получают по заслугам. Сегодня Северус простил их даже как-то слишком быстро по собственным меркам. Видимо, настроение было хорошее Два курса детей ожидали начала второго урока, параллельно с этим сдавая свои работы на стол профессора Слизнорта, который куда-то отошел. Северус перечитывал рецепт из учебника по зельеварению, морщился, когда находил очередную ошибку и исправлял её. В кабинете немного воняло, и кто-то открыл окно нараспашку, что стало приятным известием для пролетающего мимо ворона. Какая-то девочка с Гриффиндора, сидящая как раз у окна, вдруг вскрикнула, когда прямо перед её лицом пролетела птица. Сначала Северус даже не обратил на это внимание, до тех пор, пока ворон не сел на стол прямо перед ним, удерживая письмо в клюве. Наступила минутная тишина, в которой было слышно только бульканье зелий и воркование птицы, которая вертела головой туда-сюда, осматриваясь. Письмо? Для него? Для этого нюньчика? От кого?! Северус отложил учебник и наклонил голову ближе к нему. — Это от Игоря? — прошептал он, на что ворон кивнул. Северус улыбнулся, и ему почему-то стало так приятно, хорошо на душе. Он уже протянул руку к письму, когда вдруг к нему подскочил разгорячённый Поттер с искрой в глазах. — Кто это нашему нюньчику пишет, а? — довольно рассмеялся он. Под одобрение Блэка Джеймс попытался выхватить письмо из клюва ворона, но тот отпрыгнул, подлетел и стал тянуть его за волосы. Все разразились громким смехом, в том числе и Северус, и Блэк. Поттер ойкал, айкал, махал руками над головой и пытался отогнать ворона, который стал клевать его пальцы. Северус подумал, что это напоминает ему момент, когда Игорь защищал его, что ж, ворон, кажется, очень похож на своего хозяина. — Прочь! Ай! — Поттер побежал к двери, выбегая из кабинета. — Отстань, глупая птица! Ворон сначала полетел за ним, но потом остановился в дверном проёме и вновь спикировал на стол к Северусу. — Спасибо, — всё ещё посмеиваясь, сказал он, наконец забрав долгожданное письмо. — Погоди. Северус полез в карман за деньгами, но ворон увидел что-то в окне, каркнул, взлетев, клюнул его прямо в лоб и вылетел в открытое окно. Северус посмотрел на письмо, на печати было изображение ворона. Сердце почему-то забилось чаще, а ладошки вспотели, но не успел Северус что-то осознать, как к нему тут же подлетели Эйвери и Мальсибер с улыбками до ушей. — Наконец-то, думали не дождёмся! — Мальсибер уже стал тянуть руки к письму. — Открывай скорее! — Интересно же, что он там написал! — подхватил Эйвери. Северус молниеносно прижал письмо к груди, как что-то драгоценное. Нет. Игорь не стал поступать с ним так. Игорь не стал вскрывать его письмо прямо в большом зале. Игорь никому не показывал его письмо. Ну, наверное, Северус всё ещё не был уверен, что означают косые взгляды Дурмстрангцев. Но всё равно, Северус не хочет смеяться над письмом Игоря, это личное, это важно. В этот момент вернулся профессор Слизнорт с Поттером, который с недовольным выражением лица потирал затылок. Все вернулись на свои места, и начался урок. Пока Северус нарезал ингредиенты и варил зелье, Мальсибер и Эйвери всё продолжали его уговаривать, но нет, он упёрся. Северус спрятал письмо в сумку и решил, что прочитает только вечером, когда будет один. Весь день его доставали то Поттер и Блэк, то Мальсибер с Эйвери, а за ужином даже и Люциус! Надоели! Северус ушёл с ужина пораньше и пулей отправился в гостиную, кровь стучала в ушах, а ноги уже сами несли его. Прибежал, закрылся в спальне и сел на кровать. Всё ещё не мог успокоиться. Долго гладил письмо, оттягивая тот самый момент, но вскоре уже не выдержал и ловким движением вскрыл письмо. Из конверта сразу показался прекрасный цветок Лилии. Северус немного удивленно захлопал глазами, отложил цветок и стал читать. «Дорогой Северус! Не нужно меня благодарить, я сделал то, что должен был. Отец директор ругал, но это ничего серьёзного. Прости, что долго не отвечал, я плохо понимаю по-английски. И извини, если мои однокашники обидели тебя хихиканьем, клянусь, они смеялись не с тебя, я не показывал им твоё письмо. Я бы с удовольствием сходил с тобой в Хом Хос Хогсмид, но скоро я буду занят тренировками по квиддичу, и у меня будет мало свободного времени. Можем пойти туда после квиддича. Искренне твой Игорь Каркаров. » P. S. Если тебе не трудно, не мог бы ты позаниматься со мной английским?» Северус перечитал письмо несколько раз. Во-первых, было забавно, как Игорь исправлял ошибки. Во-вторых, он так старательно зачеркивал то, что было после письма, но Северус всё равно смог это прочитать. Это довольно заманчивое предложение, он подумает. В-третьих, странно, что Игорь подарил ему именно лилию, нужно будет спросить об этом при встрече, но, возможно, он подумал, будто Северусу просто понравится этот цветок. Но кое-что всё равно оставалось неясным. В смысле, тренировка по квиддичу? Ах да, конечно, Северус узнает все новости самым последним, ну а как иначе? Утром выяснилось, что Дурмстранг здесь, оказывается, не только ради простого сближения между школами. Будет матч по квиддичу между Дурмстрангом и одним из факультетов, который покажет лучший результат и выиграет кубок. До поры до времени Северус не понимал, как это относится лично к Игорю, пока директор Дурмстранга не представил их команду. Вратарем и по совместительству капитаном команды был Игорь. — Он даже не говорил о том, что играет в квиддич, — жаловался Люциус, сидящий неподалёку. — Да и ему бы лучше на роль охотника, а не вратаря. Кажется, будто Люциус просто, как обычно, ворчит, но на самом деле он переживал, что если состязаться с Дурмстрангом будет именно Слизерин, то команда, несомненно, не забьет ни одного мяча. Северус во все глаза смотрел на Игоря и понял, что этот матч он хочет увидеть С тех пор прошла неделя. Намечался решающий матч между Слизерином и Гриффиндором, на котором решится, кто будет защищать честь школы против Дурмстранга. Эйвери все уши прожужжал Северусу со своими тренировками! Да, он, конечно, молодец, что так усердно готовится, но Северус скоро спрыгнет с астрономической башни, если услышит очередное «как думаешь, а я поймаю снитч?». Эти чудесные времена, когда после уроков девчонки бегут на поле, наблюдать за тренировками, все только и делают, что болтают о квиддиче, график тренировок неравномерный, и команды готовы загрызть друг друга за место. Мм, обожаю. На самом деле Северуса никогда особо не привлекал квиддич. Ну есть и есть, интересная игра, но зачем так по ней фанатеть? Он не понимал Люциуса, который после каникул хвастался тем, что он с отцом ездил на международный чемпионат по квиддичу, хотя полшколы тоже там были. Северуса, честно, даже полет на метле не особо привлекал. Урок полета на метлах был только первый год, большая часть научились, Северус вроде тоже, но всё равно держался как-то неуверенно. Дурмстрангцы, кстати, тоже времени не теряли. Они тренировались где-то за озером, сделав импровизированное поле, а Игорь всё это объяснял тем, что не хочет мешать тренировкам Хогвартса, и при этом им самим тоже нужно размяться. Ещё повезло с тем, что Поттер и Блэк теперь не особо достают, ведь в основном заняты подготовкой и Северус может жить спокойно С утра все были в спешке, на завтраке люди ходили с плакатами с изображением факультета, за который болели, кто-то из пуффендуйцев облачился в шарф гриффиндорца, а кто-то из когтеврана надел слизеринский. Все один за другим подходили к командам и старались их как-то поддержать, пока те просто сидели и пытались собраться с духом. Дурмстрангцы отличились тем, что поддерживали и команду Гриффиндора, и команду Слизерина. А у директора Каркарова был шарф наполовину цвета Гриффиндора, наполовину Слизерина. Игорь был в таком же шарфике и был недоволен тем, как он колется. Честно, Северус не планировал идти на квиддич, ну просто не хотел, а выбора не было. Вот он уже сидит на трибунах, и ему закладывало уши от криков и улюлюканья толпы. Выпускает квофул, и игра начинается. Комментатор в этот раз Люциус Малфой, который, само собой, делает упор лишь на слизеринцев, из-за чего вызывает недовольство гриффиндорцев. Северус наблюдал и старался даже уследить за игрой, но скоро он уже ушёл в себя, думая о чём-то своём. — Извини, можно я сяду рядом? — вывел его из раздумий чужой голос. Северус глянул в сторону и увидел перед собой Игоря. Он поспешно кивнул и отодвинулся подальше, освобождая для него больше места. Игорь с добродушной улыбкой сел рядом. Северус постукивал пальцами по трибунам и косился на Игоря, который с профессиональным интересом наблюдал за игрой. Он глянул в сторону новых трибун, появившихся буквально вчера специально для Дурмстранга. Большая часть болели за Слизерин, а вот директор, сидящий рядом с профессором Макгонагалл, радостно вскрикивал на любой гол. — А почему ты... — робко начал Северус, обращаясь к Игорю. — Ну, не со своими? — С ваших трибун лучше видно, — машинально ответил он. — Я делаю тактику. Северус с понимающим видом кивнул. Ну конечно, Игорь наблюдает за стилем игры каждого, чтобы знать сильные и слабые стороны. Конечно, он сел рядом с Северусом просто ради лучшего обзора. Конечно, он не сел с ним просто так. Северус мотнул головой, стараясь отогнать непонятные глупые мысли. Они не разговаривали друг с другом до конца матча, Игорь был слишком сосредоточен, а Северус не мог перестать смотреть на него, и тут... — Эйвери поймал снитч! — с нескрываемым восторгом вскричал Люциус. — Слизерин побеждает! Северус невольно подпрыгнул и увидел, как Джеймс Поттер в ярости перекрикивается с Блэком. Судя по всему, сегодня они не в форме. Все за трибунами Слизерина стали ликовать, давать друг другу пять, обнимать. Северус старался не вмешиваться в это всё, не любил, когда его касаются. Но он всё равно почувствовал на своих плечах сильные тёплые руки. Его приобнял Игорь, сидящий рядом с улыбкой до ушей. — Поздравляю! Это было хорошо! Северус почувствовал, как по его щекам расплылся румянец. Почему-то от этого прикосновения ему не стало противно