Путь. Начало

      Когда аппарель открылась, солнце уже встало. Это означало, что время в пути составило минимум три часа, если не больше. Мои руки были связаны, так что мне помогли выти из БТРа, не разбив себе голову. Перед моими глазами открылся вид на парк базы: быстровозводимые стены, внутри которых была земля, вышки с часовыми, модульные здания. Так, по мелочам. Но мой взор решили ограничить, надев на меня мешок из плотной темной ткани. Так начались мои приключения в плену. Меня завели в здание и сняли мой новый головной убор. Темная комната без окон, может они где-то и были, а может и нет. Лампа с включенным светом. Добро пожаловать на допрос, блин. Вот надо было мне так встрять во всё это. Через несколько минут мне принесли еду. Одно основное блюдо, две галетки, чай или его подобие и пластиковая ложка.       — А может мне руки освободят или меня тут будут кормить? – шутливо спросил я.       Солдат с балаклавой на голове подошёл и снял пластиковую стяжку с моих запястий.       — Спасибо       Но в ответ ничего не последовало. Дверь закрылась, и я принялся неспеша потреблять свой завтрак. Это был рис с двумя маленькими сосисками. Вкусно, но мало. Быстро покончив с едой у меня, появилась идея осветить комнату включенной лампой. Но как-то передумал. И это даже хорошо, в комнату зашёл Генрих       — Наелся? – спросил он.       — Очень вкусно, но порции какие-то маленькие. Видно, вся твоя злость от плохого питания. Неужели граф экономит на еде, чтобы вас держать злыми овчарками в своей гвардии? – решил поострить, пока не прилетит.       — Ты продолжай подкалывать меня. Но как только ты выйдешь отсюда, сразу получишь ответку.       — Я тебя понял. Теперь серьёзно. Зачем я здесь нужен? Для чего ты устраивал весь спектакль? Или ты опять придумаешь отмазку, что тебе сказали, а ты сделал? – мои вопросы сыпались один за другим.       — Я бы с радостью тебе ответил, но … — начал говорить Генрих.       Вдруг открылась дверь и в комнате повисла тишина. Меня почтил своим присутствием сам граф Железнокровный. Теперь понятно против кого мы «воюем», и зачем был я нужен живым и здоровым. Ну что ж второй раунд переговоров начался.       — Коротко доложи о количестве потерь с противником на твоём направлении. – начал говорить граф.       — Тридцать семь из них: десять бойцов, которые изначально удерживали здание, три человека – развдеотряд, который я отправил ночью, двадцать два при утреннем штурме, из них два бойца спецподразделения KMS. Также уничтожено три из шести участвовавших БТРа, это девять человек – члены экипажей. Итого, сорок шесть человек и три БТРа за неполные восемь часов боев за опорник в зоне моей ответственности. – подытожил Генрих.       — Сорок шесть человек и три БТРа против скольких противников? Ответь мне, капитан? – уточнил граф       — Против взвода из восьми человек, семь из которых уничтожены, а один взят в плен. – окончил командир KMS.       — То есть соотношение потерь практически 1 к 7. И причём не в нашу пользу.       — Да ваше превосходительство. Это мой просчёт. Недооценка противника приводит к таким большим потерям.       Граф перевёл взгляд теперь на меня. На его лице читалась усталость, видно такая статистика не была единичной.       — Гордись своими людьми, Энвер. Капитан за мной, и не забудь поставить часового, чтобы пленник не сбежал до обмена. – заявил граф       — Как прикажите ваша светлость. – со всей смиренностью сказал Генрих.       Я остался один при свете лампы, вдали от своих, в стане врага. Ладно, тут главное не унывать, необходимо вытянуть из будущих разговоров как можно больше полезной информации. Моё бытие шло неспешно. Через некоторое время принесли обед. Всё тоже самое что и утром. Объявлять голодовку я, конечно, не собирался поэтому принялся уплетать разовый рацион за обе щёки. Набравшись сил и осмелев в край, взял торшер и стал освещать комнату. Она была вытянутой в длину, не более двадцати квадратных метров составляла площадь моей темницы. Из-за единственной розетки, в которую был включен тройник, а уже к нему настольная лампа, моё путешествие по комнате ограничивалось длиной кабеля. В принципе, этого хватило, чтобы обойти её по периметру и сделать вывод. Один вход и один выход. Если буду прорываться, то это будет громко, но никак не тихо. Надо было обдумывать план побега и возможность выхода на связь со своими. Частоты не помнил, на которых мы держали связь. Можно было идти в открытый эфир, но это означало полнейший провал всего и вся. Всё королевство знало о происходящем. Это не вариант. Надо искать другой выход из сложившейся ситуации. В случае неудачного побега меня ожидает довольный Генрих, который с радостью превратит моё тело в боксерскую грушу. Но в тоже время нельзя оставаться слишком долго. В плену могу провести до конца учений, а это не то чего мне хотелось. Первое – надо попытаться вырваться. База как я могу себе представить большая, скрыться есть где. Но придётся бежать с её территории, на своих двоих далеко не убегу, а управлять транспортом я не умею. Вот надо было на последнем курсе идти учиться на права, чем сидеть на скучных лекциях, где обсуждали ГОСТы на молоко. В любом случае нужно постараться унести себя как можно подальше от базы. В поле нет особых укрытий, но выиграть время всё равно получиться. Решено, после ужина, если его принесут, буду пытаться делать ноги из этого злачного места.       На ужин принесли тот же рацион. Пока мне ставили новый поднос, я успел заметить, что на улице уже темно, а не далеко от моей тюрьмы светил фонарь с холодным светом. Значит на улице уже вечер либо наступала ночь. Лучше и не могло быть. Нет, могло, если меня освободят свои, но особой ценности я не представлял, поэтому группу спасения никто не отправит. Закончив с ужином, приступил к реализации своего плана, который строился на ходу. Выключив единственный источник света, я начал звать своего тюремщика. Встав возле двери, чтобы заманить охранника в ловушку приступил к первому этапу плана.       — Эй, есть кто снаружи. Мне что-то не очень хорошо. Слышь, позови медика. Да будь ты человеком!!!       Ключ вставили в замочную скважину и дверь открылась.       — Ты где?       — Никаких резких движений, делай что я тебе скажу. Дернешься, заряжу тебе остриё в сонную артерию. – начал я свои угрозы.       — Оууу, полегче. Это учения, мне ты нафиг не сдался. Давай, договоримся? – дрожащим голосом говорил охранник.       — Всё оружие бросай на пол, разгрузку снимай с себя. ЖИВО. Ключи где?       — В дверях.       — Приятно вести разговор с умным человеком. Ничего личного не имею против тебя. Но пришло время прощаться…       — Я сделал всё, как ты сказал. Ты обещал не убивать меня. – продолжил он.       Резко убрав сломанную ложку от его шеи, со всей имеющейся силы толкнул своего тюремщика вперёд. Он упал на стол, я же выскочил наружу и закрыл его, выбросив ключи в сторону. Так начинался второй этап побега. Без оружия, без маскировки. Только мой комплект брони, который у меня не забрали. Надо быстро идти к выходу, но где он здесь. Я уже услышал первые крики от своего «приятеля». Это заставило меня быстрее бежать и маневрировать между зданиями. Итогом моего спринта были отдышка с быстрым сердцебиением и выход на стоянку бронетехники. На площадке возились техники и часовые. Стоянка была хорошо освещена. В самом конце стояли квадроциклы. Скорее всего они были закреплены за разведчиками либо бойцами KMS. Мне бы тут пригодилась бы свето — шумовая граната, но вместо неё начала выть сирена.       Значит все знают о моём побеге. По громкоговорителю начали повторять о переводе базы в полную боеготовность и присутствие солдат противника. Задача осложнилась очень сильно. Я надеялся, что смогу свалить с базы раньше, чем поднимут тревог. Но надо использовать сложившуюся ситуацию в свою пользу. Часовые побежали в сторону строений, чтобы узнать, что именно произошло. В моём поле зрения оставались как минимум три часовых. Плюс двое — четверо на воротах. Вне зависимости от количества противников, я мог выхватить свинец вместо резины, в самом печальном исходе. Прикрываясь бортом БМП, зашёл к тыльной стороне стоянки. Если удачно подобрать время, то перебежками вдоль бронетехники мог бы добежать до квадроциклов, а там и до выезда не далеко. Я начал реализовывать придуманную стратегию, благо вой сирены заглушал мои шаги. Часовые переговаривались между собой, их невнимательность играла мне на руку. После нескольких перебежек я оглянулся никто не зашёл проверить что шуршит между колёсами и гусеницами их техники. Рывок, перебежка. Вот закончилась высокая техника. В пяти метрах от меня стояли квадрики, в одном из них я заметил ключ в зажигании. Я осторожно выглянул из-за угла, чтобы удостовериться что передо мной нет часовых. Благо они начали движение в сторону входа стоянки, откуда занесло меня. Надо решаться. Сейчас или никогда. Призрачный шанс на свободу или пытки и заточения. Понеслась.       Я быстро перебежал до ближайшего квадроцикла и успешно в нём уместился. Провернув ключ, завелся мотор, который рычал как дикий зверь начал по порядку нажимать кнопки: сначала зелёную, потом красную. На гул мотора вернулась пара часовых. Я не знал, что делать и стал прокручивать на руле всё что крутиться. Двигатель заревел, как турбины реактивного самолёта. Чуть не сбив одного из незадачливых часовых, я понесся вперёд, преодолевая КПП, снося попутно шлагбаум. Над головой начали свистеть пули, но я мчался вперёд, попутно разбираясь как на нём включить свет. Чудом тыкания одной рукой на руле все что нажималось, кроме красной и зелёной кнопок свет включился. Меня переполняла радость и гордость за себя, что я переборол свой страх и возвращаюсь с трофеем на базу. Но вот куда мне ехать было хорошим вопросом, ответа на который у меня не было. Немного разобравшись как работает газ и тормоз, я сбавил скорость. Шкала топлива показывала половину бака, что могло значит об оставлении трофея где-то в поле. Я изменил маршрут, повёл квадроцикл на восток от базы. Преследователей на хвосте не наблюдал, что немного успокаивало мои нервы, доведённые до предела.       Ехал я не более 60 км/ч, экономя драгоценное топливо. В пути я наткнулся на деревню. Риск быть пойманным очень высок, но мне требовалась заправка. Ещё выяснить, где я вообще нахожусь. Риск — это мой двигатель движения вперёд. Заехав в деревню, мне попадались каменные дома с невысокими заборами, ухоженные палисадники, но и деревянные старые домишки тоже встречались. Возле одного из домой где-то в середине деревни на скамейке сидела пожилая пара, может семья либо соседи, продолжавшие разговор после встречи скота с выпаса. Я решил остановиться возле них.       — Доброй ночи. – начал я, — подскажите пожалуйста, что это за деревня?       — А ты, не местный солдатик – ответила старушка.       — Да, нас перебросили сюда, но мой навигатор сел, и я заблудился. Мне бы узнать где нахожусь и как-то сориентироваться на местности, чтобы вернуться к своим.       — Ты откуда будешь? Не из местных подразделений. – вдруг в разговор вступил старик.       — А как вы поняли это?       — Мы знаем как выглядят местные солдаты. У тебя форма другая, не такая как у них. – точно подмечал пожилой мужчина.       — Вы правы, господин. Я из Бёрлина, мою часть перебросили сюда для участия в учениях. Но ни связи, ни навигации у меня нет, да и топливо скоро закончиться. Боюсь не дотяну до своих, а за технику несу персональную ответственность. Не могли бы помочь незадачливому бойцу вернуться в родную часть? – пытался я давить на жалость       — Ладно, чем не помочь столичным. Ты мне скажи, столичный, нашего графа, его светлость Железнокровного видел, хоть раз? – начал расспрос старик.       — Да, видел его светлость перед отправкой моего подразделения сюда и боюсь, что скоро увижусь. Так как потерялся тут. – ответил я.       Пока отвечал на некоторые вопросы стариков узнал, что это семейная пара. Дома отдыхает внук лет семи, который был на каникулах у них. Старик, которого звали Гоф, залил в моего железного коня двадцатилитровую канистру бензина. Шкала на приборной панели показала полный бак. Женщину звали Шанна. Она в свою очередь собрала небольшую торбу продуктов: бутерброды, пирожки и бутылку воды. Я же начал искать в закрепленных сумках что могло сойти за хороший бартер.       — Я вам очень благодарен, но денег при себе не имею, но у меня есть вот, шеврон 404 полка KMS. Примите этот скромный подарок за вашу доброту. Это презент вашему внуку… — не успел закончить предложение       — А ты что, сынок, в спецназе служишь? – у Шанны широко раскрылись глаза.       — Только никому не говорите. Во взводе разведки прохожу службу, нас недавно прикрепили к спецподразделению. Извините, но больше я не могу вам рассказать, военная тайна. Сами понимаете. – закончил я       Было ещё парочку вопросов, на которые не отвечал, ссылаясь на секретность моего задания. Гоф объяснил мне, где я нахожусь. Про двухэтажное здание в поле он ничего не знал, но сказал, что видел строительную технику пару недель назад посреди поля с низким кустарником, там была хорошая грибная поляна. Он показал, где находиться это место примерно. Мне надо было километров 80 км проехать влево от выезда из деревни. Там он видел строителей. Я ещё раз поблагодарил их за помощь и их доброту. Пожелал им всего хорошего чтобы их внук рос здоровым и послушным. Попрощавшись с ними, я погнал по улице на выезд из деревни. 80 км до здания, которое почти тридцать часов назад я штурмовал, а потом оборонял от Генриха и его солдат. До здания мы проехали примерно 60 км если не больше. В сумме это 140 км, как минимум, мне стоило преодолеть без дозаправки и в полном окружении врага. Ну что, я не сдался на лёгкую прогулку. Так что бой всё ещё продолжаю.