Часть 8
17 апреля 2026 г., 18:02
Чимин проснулся от звуков льющейся воды в ванной и поморщился от солнца. За ночь под одеялом стало тепло, но… Всё же придётся вылезать на противный холод. Сегодня впервые, белый волк не спускался к нему, а значит ли это, что Юнги не спал? Или даже зверю стало стыдно за ту ситуацию с рубашкой?
Омега встал, ведь желания задерживаться в этом доме у него не было. Вчерашние эмоции, поутихли, но обида от всей этой ситуации: сказанных слов, и тех, которых не смогли произнести в конце каких-то фраз, чтобы как-то пойти к примирению, никуда не делась! Его взгляд упал на стол, где он увидел свой блокнот. Иногда, в стрессовых ситуациях он находил там не один, а несколько рисунков — сегодня их было два. На первом была уже знакомая ему поляна и два волка готовые в любую минуту напасть друг на друга. Один из них точно Юнги — большой белый, а другой, меньше раза в три — явно омега. Они стояли лоб в лоб, ощетинившись и оскалив клыки, словно что-то не поделили.
«Прям как мы», — усмехнулся своим мыслям Пак.
На следующем листе был нарисован малыш лет трёх, которого Чимин уже видел в своих снах, догадываясь, что это был он сам. У рёбенка были ободраны колени и он горько плакал — по худеньким ножкам стекали тоненькие струйки крови, очевидно упал малыш сильно. Рядом Юнги в человеческом обличье, обнимает ребёнка. Сцена, несмотря на раны, была очень солнечная и тёплая, а вожак — заботливый и нежный.
Омега резко закрыл блокнот.
«Нам больше подходит первая сцена», — фыркнул, и отправился на кухню готовить завтрак — естественно одну порцию. «Пусть готовят ему те, с кем он спит», — с раздражением подумал он, но сразу же себя одёрнул. Почему его это так задевает, почему так бесят мысли, когда он представляет кого-то рядом с вожаком… кроме себя. Может, он хочет быть на их месте? Он помотал головой, словно сбрасывая напряжения и налил в кружку горячий кофе.
Юнги вышел из ванной и, как и раньше, совершенно не глядя, прошёл мимо омеги к себе в комнату. Чимин успел заметить, что рука, где должна быть метка, забинтована.
«Прячет её? Или она так плохо стала выглядеть?», подумал Пак, инстинктивно опуская взгляд на свою отметину, которая с утра тоже выглядела не лучшим образом — бордового цвета по краям, в одном месте даже с запёкшейся кровью.
— Как же всё интересно устроено, — пробормотал Чимин. — Недостаточно просто находиться рядом, чтобы метки зажили, нужно принять друг друга и быть настоящей парой? И почему у остальных они заживают за три месяца, а у эрсидов всего за один? Вопросов становилось всё больше, а ответов и того меньше. И главное отвечать никто не торопился.
Вожак спустился и быстрым шагом прошёл к выходу, громко хлопнув дверью. Чимин остался в доме один, оборвалась последняя ниточка надежды на какой-то финальный разговор, он глубоко вздохнул успокаивая себя, допил кофе и пошёл собирать вещи.
Взяв телефон в руки, он отправил сообщение: «Хосок, забери меня в обед», на что получил молниеносный ответ: «Наконец-то. Я приеду».
🐺🐺🐺
Утро вожака началось не с солнечных лучей и ароматного кофе, а с дикой простреливающей боли в правой руке. Казалось, что кто-то острием ножа вырезает метку. Открыв глаза, альфа увидел кровоточащие фазы луны. Выглядело это жутко. «Надеюсь, у омеги не так сильно болит», — мелькнула мысль. Откопав в ящике бинт, он замотал рану. Конечно, это не поможет заживлению, но хотя бы члены стаи не будут переживать за такую «красоту». После душа его внутренние желания начали спорить друг с другом: одна часть хотела уйти с гордо поднятой головой, а волк, хотел подойти к омеге и узнать: как тот себя чувствует, какое состояние метки, и даже появилась мысль приготовить завтрак, но… Мин злился, что не может даже внутри сам с собой договориться, не то что с Чимином. Быстрой походкой Юнги вышел из дома, зачем-то хлопнув дверью.🐺🐺🐺
Пак не хотел ни с кем прощаться, Джина и Тэхёна он увидит скоро в институте, но он уже прикипел к стае и её жизни. Хотелось ещё раз пройтись и просто посмотреть на людей, перед тем как он уедет. Перед обедом прошёл дождь и Чимин медленно прогуливался вдыхая аромат, его всегда успокаивал этот запах влажной земли и мокрой древесины — воздух становился чуть сладким и свежим одновременно. Омега шёл медленно, шаркая ногами по гравию, рассуждая, а смог бы он тут постоянно жить, если бы не Юнги. — Чимин, добрый день! Пак оглянулся и увидел милого омегу, который протягивал ему какой-то свёрток. — Здравствуйте, — поклонился он в знак приветствия. — Это вам, голубчик! Тебе и вожаку. Он точно любит этот пирог с грибами и надеюсь тебе тоже понравится. — Я… эм… благодарю вас, — Чимин не знал как поступить, но не мог не принять угощение. Уже идя в сторону дома, он смотрел на пирог и думал о том, что ему стыдно перед жителями за свой отъезд, они приняли его, заботились, делали всё, чтобы ему было комфортно, вкусно и тепло, но терпеть такое отношение к себе он не будет. Уж лучше тогда будет с братом жить, даже если такова судьба и он покинет этот мир через пару недель.🐺🐺🐺
Когда Чимин вернулся с прогулки за окном солнце уже ушло с зенита. Он монотонно складывал свои немногочисленные вещи в рюкзак, когда услышал за спиной: — Далеко собрался? Омега повернул голову и увидел стоящего в дверях вожака, который смотрел на него исподлобья, явно недовольный картиной перед собой. Его руки были сложены на груди и вся поза говорила о том, что вряд ли омега уйдёт тихо и без скандала. — Не твоё дело, — огрызнулся обиженный Пак, продолжая складывать мелочи в сумку. Чимин не ожидал его увидеть, надеялся что спокойно соберётся и выйдет за ворота к Хосоку, какой чёрт принёс сюда вожака в разгар рабочего дня. Мин ничего не говоря, разглядывал немного резкие движения омеги. Он понимал, что поговорить придётся, но неужели истинный и правда уйдёт? Закинув в сумку дневник, Чимин повернулся и пошёл к выходу, но Мин выставил руку, не давая пройти. — Нам надо поговорить, — нехотя, проговорил альфа. — Вчера уже всё обсудили, — холодно бросил Пак, пытаясь поднырнуть под руку, но Юнги его остановил. — Чимин… — Мин сделал паузу, пытаясь подобрать слова, его глаза опущены на рюкзак в руках омеги, — эта ситуация с Ёнсу. В общем, это было в прошлом, и даже тогда, это ничего для меня не значило. Вожак не привык оправдываться перед кем-то и тем более говорить о своих чувствах. Ведь чтобы произнести в слух их нужно осознать, а с Ёнсу было всё просто и понятно с самого начала, как думал сам Юнги. — Никаких омег у меня не было с появлением метки, тем более в этом доме, — он сделал паузу, думая, а стоит ли говорить дальше, и поднял взгляд на Пака. — Ты человек и, возможно, не понимаешь, как истинность ощущается у волков, но… поверь мне на слово или спроси у Тэхёна, зверь, который повстречал истинного, никогда не сможет посмотреть на кого-то другого. — Я человек, да, но я чувствую… — тихо сказал Чимин. — И когда твой волк приходит ко мне ночью, я чувствую, что он… мой. А ты чувствуешь? Альфа не ответил, лишь сжал сильнее кулаки и отвёл взгляд. Пак на такую реакцию горько усмехнулся. — Так значит дело только в волке? — Блять, — Мин ударил по откосу двери, от чего тот с хрустом рассыпался. — Нет! Я всегда был один, я не знаю как это быть с кем-то… Вот так в одном доме, как пара. Чимин, наверное, впервые стоял к Юнги в человеческом облике так близко, между ними было буквально сантиметров тридцать. Он разглядывал альфу, смотря в эти чёрные, такие знакомые глаз. Глаза волка. Волосы, которые падали на лоб и Мин их нервно зачесывал рукой, а может его злость это просто страх? Что если предположить, что большой белый волк боится близости, но не физической, а душевной. — Не уезжай, — совсем тихо сказал альфа, но после паузы добавил. — Хотя бы до заживления метки. Интуитивно они опустили взгляды на отметки истинности, словно в подтверждении слов альфы, выглядели они также жутко, как и утром. Чимин легко дотронулся до своей и тут же поморщился от боли. Он зажал руку, развернулся и прошёл обратно в гостиную, у него не было сил на продолжение выяснения отношений, поэтому он выбрал единственный на тот момент для себя правильный путь — остаться, но молча. Приняв возвращение Чимина за своеобразное примирение, Юнги глубоко выдохнул и его плечи расслабились. Постояв ещё пару минут на пороге, он вышел из гостиной. Чимин остался сидеть на диване с рюкзаком у ног. Он не стал сразу его разбирать. Просто смотрел в окно. Вспомнив про брата, он набрал знакомый номер. — Да, Мини, я уже скоро буду выезжать за тобой, — раздался голос Хосока. — Хос, я… в общем, передумал, побуду ещё немного тут, — Пак выжал из себя максимум, чтобы голос был обычным, и не выдал его разбитого состояния. Хосок молчал несколько секунд. Чимин слышал его дыхание словно он сжимал зубы. — Я жду тебя дома, — сказал альфа слишком ровным голосом. — Заканчивай свои дела. Я люблю тебя. И очень скучаю. Последние слова прозвучали больше угрожающе, чем заботливо, но омега отмахнувшись от этих мыслей, думал что альфа и правда, как и он сам, скучает.🐺🐺🐺
Юнги шёл в административное здание, а перед глазами до сих пор была картина, где решительный омега стоит перед ним с рюкзаком в руках, намереваясь уехать. В тот момент что-то сжалось в груди. Наконец-то, хоть в чём-то совпало желание его и волка. Юнги не хотел, чтобы омега уходил. Как же он рад, что вернулся неожиданно домой и застал собирающегося Пака. По дороге вожак был так глубоко в своих мыслях, что случайно задел кого-то плечом. Повернувшись он увидел Ёнсу, который глядя на него расплылся в улыбке. — Юнги, привет! Я как раз несу тебе документы. Омега говорит негромко, чуть лениво и его тон явно не подразумевал деловое общение. — Документы положи на стол. Сегодня совещания не будет. Свободен, — жёстко отрезал Мин. Он уже начал уходить, но сделав пару шагов резко обернулся. — Ёнсу, — голос Юнги стал ниже, — ты знаешь, что я могу сделать с тобой одним лишь взглядом. Не испытывай меня, и если ещё раз приблизишься к нему или скажешь хоть слово, то я вышвырну тебя из стаи, и никто за тебя не заступится. Ёнсу побледнел, но развернулся и молча ушёл.🐺🐺🐺
— Чими, почему ты такой грустный? Что-то случилось? — Тэхён сидел за кухонным столом в доме вожака. Пак не любил врать, но сейчас не было желания вспоминать всё то, что случилось. Чтобы не смотреть другу в глаза он мыл посуду по второму кругу. — Тэ, всё нормально. Скажи, а у кого-то из стаи кроме Юнги есть необычные способности? Ким прищурился, явно понимая, что друг что-то не договаривает, но начал рассказывать. —Неа, — закинув в рот ягоду сказал Тэхён. — Дар может быть только у эрсида, а он у нас один. Чимин подметил, как Ким всегда легко поднимает его настроение. Он хотел задать вопрос, но друг продолжил: — Чим, эм… в общем, стая в курсе про вашу ссору. Я не хочу лезть, но… Пак перевёл взгляд на окно, где солнечные лучи играли в листве. Перед глазами стали мелькать картинки с тем омегой и вожаком. Ему было стыдно, что все в курсе их инцидента. — Я хочу сказать тебе, просто попробуй дать ему время… и себе тоже. Вожак… Он немного другой, он несёт ответственность за всех, но часто забывает о себе, а с появлением истинного всё меняется. Просто, попробуй не торопиться. Чимин мягко улыбнулся, глядя на друга и вспомнил слова Мина: «Не знаю как быть с кем-то». Видимо, им всем нужно время. — Ой, я совсем забыл спросить, — оживился Пак. — Как подготовка к свадьбе? — Уже совсем скоро. Осталось всего несколько недель, — эмоционально начал рассказывать омега. — Только вот Чонгук что-то задумал, но что мне не говорит! А я точно знаю врёт, чувствую. Надеюсь это свадебный подарок. Чимин снова улыбнулся, таким искренним эмоциям друга, но сам мыслями был далеко.🐺🐺🐺
Юнги вернулся раньше обычного. Они с Чимином, как всегда не поздоровались. Зайдя на кухню омега увидел, что вожак налил чай в две кружки, пододвинув одну к нему ближе. Пак молча сел, приняв напиток. Он машинально прикоснулся к своей руке, кожа под пальцами больше не грела. Края метки стали светлее, будто тишина и этот неловкий, но тёплый жест вожака сделали больше, чем за все предыдущие дни. Уже ближе ко сну Чимин, то и дело смотрел на лестницу, надеясь, что к нему спустится его белое облачко. Омега привык к нему и казалось, что по настоящему расслабиться он сможет, только ощущая мягкую шерсть и сильные лапы. Из мыслей его вывел стук когтей по полу. На входе в гостинную, там же где и утром стоял Мин, но сейчас волком. Он смотрел так, будто бы извинялся, и спрашивая, можно ли ему подойти. Омега только этого и ждал. Протянув руки к зверю, он позвал его, чтобы обнять. Волк тихо лёг у ног, положив морду на колени. Чимин запустил руки в шерсть и тихо заплакал. Это была не истерика, а слёзы, которые помогают отпустить напряжение. Волк осторожно лизнул солёную дорожку на щеке, потом ткнулся носом в лоб, будто целуя. Чимин прижался к нему ещё сильнее. С каждым вдохом тело понемногу расслаблялось и омега начал погружаться в сон. Уже почти засыпая он произнёс: — Я так рад, что у меня есть ты.
