Часть 12
18 июня 2026 г., 18:54
День перед свадьбой всегда самый волнительный, иногда даже больше, чем сам день икс. Уже с утра по посёлку все работали как пчёлки, но если обычно жители заняты рутинными делами, то сегодня — праздничными. Все старались помочь друг другу: кто-то гладил большие скатерти, кто-то нёс полевые цветы, а кто-то — большие брёвна. От мала до велика все хотели внести свой вклад в этот день.
Чимин пил кофе на крыльце дома и увлечённо смотрел на происходящее, рассуждая, чем бы и он мог быть полезен. Сделав пару глотков, он чуть пролил чёрный напиток и стал шарить по карманам в поисках спасительной салфетки. Засунув руку в нагрудный карман, он почувствовал там фотографию, медленно достал её и вновь начал рассматривать мужчину на ней, словно никогда не видел. С момента, как они приехали от провидицы, прошло уже несколько дней, и омега время от времени вспоминал, что там происходило, прокручивал сотни раз её слова об отце и то, что волком ему не обратиться. Были смешанные чувства. Вроде бы он и так это знал, но… надеялся, а ещё он так прикипел к этому месту, что даже представить не мог, что вновь уедет в город и не будет вокруг леса, маленьких щенков, которые тренируются на поляне, этого воздуха и … Юнги.
До сих пор им так и не удалось нормально поговорить, дома царила странная и неясная атмосфера. Волк спускался к нему поздно ночью, а утром на столе омегу ждал завтрак, но самого Мина видно не было, словно он не хотел пересекаться с омегой или ему не нужна пара, не эрсид? Метки словно замерли в ожидании, не кровоточили, но и краснота не проходила.
Пак глубоко вздохнул и ещё раз опустил взгляд на фотографию, с которой на него смотрел красивый статный мужчина. За своими переживаниями он совсем забыл поговорить с Тэхёном о его брате, а рассказывать вожаку, будто бы уже и не хотелось. Может быть, он скоро отсюда уедет, и какая разница альфе будет, кто чей отец. Лицо омеги опять погрустнело и приобрело задумчивый вид. Он не заметил, как кто-то подошёл со стороны.
— Чимин, привет! Идёшь к Киму? Мы нужны ему как поддержка, — послышался мелодичный голос Сокджина.
Омега поднял на него взгляд и просиял улыбкой, быстро встал и заключил того в объятия. Они так давно не виделись. Джин по-прежнему работал в институте и если у студентов были каникулы, то у преподавателей нет, поэтому пересекаться стало сложнее.
— Стой-стой, ты же раздавишь! Ишь какой мелкий, а сил стало сколько, — Ким чуть отодвинулся и начал рассматривать омегу. — Ты прекрасно выглядишь. Появились щёчки, румянец, волосы вон как начали расти и блестеть.
Джин с явным удовлетворением кивал, трепал омегу по волосам и перечислял все изменившиеся моменты. Ведь Пак приехал сюда не в лучшей форме: невероятно худой, кожа прозрачного цвета с синим оттенком, натянутая на кости, синяки под глазами, острые скулы и начавшая гнить метка. Вспомнив это, Ким невольно опустил глаза на руку Чимина. Сейчас метка выглядела… неплохо. Контур был полностью завершён, она вся проявилась, но было видно, что до конца ещё не зажила.
Несмотря на улыбку, глаза Пака были грустными, и Джин не стал ничего спрашивать, а просто утащил его ближе к подготовке. Дома у Кима было тихо. Тэхён, несмотря на всеобщий ажиотаж, спокойно пил травяной чай. Он медленно оглянулся на входящих, и его лицо озарила улыбка.
— Я так рад, что вы пришли! — искренне сказал он. — Вроде бы всё готово, но я всё равно переживаю.
— Ещё есть целые сутки, ещё есть время, — успокаивающе начал Пак, уже наливая себе чай за столом.
— Нет, обряд уже сегодня ночью, — засмеялся Джин. — Просто наша свадьба немного не похожа на человеческую, ну, точнее, она совсем другая.
Тэхён смущённо улыбнулся.
— Джин, ну расскажи нам, как это было.
Старший Ким погрузился в свои воспоминания.
Их слияние душ, а именно так называют свадебный обряд у оборотней, пришёлся на осень. Всё вокруг было красно-жёлтым и в воздухе чувствовалась прохлада. Несмотря на это, на Джине был только белый лёгкий хлопковый костюм. Самые старшие в поселении омеги аккуратно выводили на его руках, шее и стопах продолжение его метки.
— А если у кого-то нет метки и обряд не с истинным? — задорно спросил ещё молодой Ким у старших, радуясь в глубине души, что у него есть всё из этого.
— То на время ритуала нам приходится рисовать её самим, не такую как у истинных пар, более простую, — тихим голосом ответил один из омег, не отрываясь от своего дела. — Все перед Луной должны быть с метками, даже если те временные.
Они продолжали рисунок на коже, а Ким сиял как солнце, несмотря на лёгкую щекотку от кистей.
За окном была ночь, когда Джин в сопровождении старших омег пришёл на священное место. Оно было скрыто от всех глаз, несмотря на то, что находится так близко — за особняком, где жила последняя семья эрсидов, был проход в пещеру. Её не просто так охраняли от туристов и людей, словно жемчужину всего мира, ведь она была для них священной. Сокджин на минуту перестал дышать, глядя на картину перед собой. Сначала он услышал шум воды, но по мере того как он проходил глубже по проходу в пещеру, шум становился всё громче.
Через десять минут пути Джин округлил глаза и открыл рот от изумления. Перед ним было небольшое озеро, а за ним высокий водопад. Пещера представляла собой глубокий, но не широкий колодец. С одной стороны — водопад, напротив — проход, по которому пришёл омега со старейшинами, а вверху — открытое чёрное небо. И Луна.
Омега оторвал взгляд от увиденного и увидел его. Намджун стоял и ждал.
Джин пару раз моргнул, улыбаясь. Посмотрел на Тэхёна, ласково погладил его по голове, успокаивая как маленького ребёнка, никто из незамужних волков никогда не бывал там и он понимал интерес.
— Ночью всё узнаете.
Спустя пару часов разговоров друзья заторопились домой, чтобы собраться самим.
Всё время Пак также наблюдал за другом, не выявляя никаких сверхспособностей кроме как поднимать панику. Уже уходя, Тэхён ухватил Чимина за руку и сказал:
— Я рад, что ты здесь и увидишь это, а может быть и сам будешь на моём месте. Тогда, в институте, когда я говорил про свадьбу, я был уверен, что тебя тут не будет, но я так рад.
Чимин резко его обнял, прижимая к себе, понимая, что у Пака всю жизнь был брат, было плечо на которое он мог опереться, поплакаться и попросить поддержки, а у Тэхёна такой возможности не было, а ведь именно сейчас в такой важный момент, родной человек был нужен как никогда. В порыве эмоций он только открыл рот, но тут же закрыл его, как рыбка.
«Не сейчас, не перед свадьбой. Я обязательно поговорю с ним, но чуть позже. Сейчас он и так на нервах».
Когда Пак зашёл в дом, на диване уже лежала одежда — белый красивый костюм расшитый серебристыми и золотистыми нитями. Омега улыбнулся, а в душе разлилось тепло, ведь Мин, несмотря на ситуацию у провидицы, заботился о нём, начиная от завтрака и заканчивая этим нарядом. Подойдя ближе, он заметил небольшую записку, которая гласила: «Зайду за тобой в одиннадцать часов».
— Хм, так звучит, будто на свидание зовёт, — хмыкнул, но улыбнулся омега.
🐺🐺🐺
До начала обряда оставалась пара часов, как в кабинете вожака разгорелся нешуточный спор. — Мы не можем вынести диадему эрсидов… — начал говорить один из старших альф, — Я всё понимаю, но… — Но что? — резко перебил его Юнги. Его грудь тяжело вздымалась, а от напряжения в комнате остальным было сложно устоять на ногах. Пара взрослых альф уже не стесняясь опирались на стол руками, но сказать вожаку никто не решался. — Юнги, — вступился за старших Чонгук. — Мы же теперь не уверены, что Чимин эрсид. Они не имеют права надеть её на него. Мин чуть прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, словно пытаясь как-то заземлиться, чтобы не разнести тут всё к чертям. Он сжимал спинку стула так, что побелели костяшки. Его разрывало изнутри. Человеческая часть понимала, о чём сейчас все толкуют, но волк внутри бился в истерике, подкидывая картинки из детства: его отец-альфа и папа-омега стоят на свадебном ритуале кого-то из стаи, на их головах красовались диадемы серебряного цвета, состоящие словно из очень тонких и изящных веточек и листочков. Единственное отличие — в омежьем украшении посередине, на лобной части, был красивый лунный камень, а у альфы там был завиток серебра. Их использовали только в этом обряде, так же как мантии, которые надевали на молодожёнов. Это была небольшая роскошь, оставшаяся от последней семьи эрсидов, но для стаи это было не богатство, а священные атрибуты, которые связывали волков с Луной. Юнги открыл глаза и, осознав, что слишком придавил своей силой присутствующих, убрал давление и спокойным, но не терпящим возражений голосом сказал: — Это моя пара, мой истинный, и независимо от того, эрсид ли, волк ли он или человек, мы наденем на него диадему, так же как и всегда, вторую надену я. Старейшина, который ещё пару минут назад возражал, покорно склонил голову и достал впервые не одно украшение, а два.🐺🐺🐺
Чимин крутился перед зеркалом, словно и правда собирался на свидание; красивые белые брюки были точно по размеру, кофта не сковывала движений, а нити красиво переливались на свету, придавая наряду торжественности и немного тайны. Послышалось, как открылась входная дверь и омега оглянулся. В дом зашёл вожак в похожем костюме. В обычное время он всегда предпочитал одежду в тёмных тонах, но сейчас глядя на Юнги в белом, омега забыл как дышать. Не сразу понимая, что откровенно пялится, Пак заторопился к Мину, чтобы вместе выйти из дома.🐺🐺🐺
Уже полчаса Чимин не мог понять, спит он или это наяву. Пещера с озером и водопадом покорила его до глубины души. Он забыл, как дышать и говорить. Было прохладно, от водопада иногда долетали капли ледяной воды, но Чимин был так воодушевлён этой красотой, что даже боялся представить, что будет дальше. — Осталось десять минут, — проговорил кто-то из альф. Пак стоял около Мина, но, как юла вертелся и смотрел по сторонам. В какой-то момент к ним подошёл пожилой альфа и, тихо что-то сказав Юнги на ухо, начал открывать две бархатные коробки. В них оказались диадемы. Одну из них вожак сам надел на себя, а вторую… Чимин быстро заморгал и начал судорожно бегать взглядом то на украшение, то на вожака. Все присутствующие в полной тишине наблюдали за происходящим, лишь шум воды напоминал, что время не остановилось. Джин и Намджун стоящие недалеко, широко улыбались, явно довольные происходящим. — Юнги… — дрожащим голосом начал омега. — Что происходит? — Ты стоишь рядом со мной, а значит, что мы должны быть оба в диадемах. Просто часть обряда, — как ни в чём не бывало сказал Юнги. Вожак опустил невесомую диадему ему на голову. Омега сглотнул, несмотря на хрупкость украшения именно оно сейчас тянуло к земле и показывало важность происходящего. Это не просто «часть обряда», он всё понимал и не стал спорить. Только посмотрел на Юнги долгим взглядом, а тот просто спокойно кивнул и отвернулся к озеру, но по общей атмосфере Чимину так не показалось, было ощущение, что главный герой сегодня он, а не Тэхён с Чонгуком. — Три минуты до начала, в воду, — раздался тот же голос. Все зашуршали, начали зажигать свечи и заходить в воду по щиколотку. Образовывая полукруг похожий на полумесяц. С их стороны озеро было неглубоким, в отличие от участка, где оно соединялось с водопадом. «Почему считают время аж поминутно?» — подумал Пак. На обряде присутствовали только омеги и альфы, состоящие в браке. Не считая самого Чимина, все стояли парами и держали по одной свече, словно их души и правда сливались воедино после обряда. — Одна минута. И тут омега понял почему важен счет времени. Огромная серебряная Луна встала точно над водопадом, словно из неё самой выливалась вода и прямиком текла к ним в озеро. Сделав шаг, повторяя за Юнги, на секунду он почувствовал, что она имеет какую-то силу, словно сама вода поддерживает и даёт силы простоять так целую вечность. Буквально через несколько секунд все ахнули. В их сторону медленно шёл Тэхён в тонком хлопковом костюме. Все открытые части тела, кроме лица, были красиво разрисованы витиеватым рисунком, напоминающим веточки с их диадем. На берегу его уже ждал Чонгук и протягивал ему покрытую теми же узорами руку. Они встали друг напротив друга, немного смущённо улыбаясь, но пока, согласно обряду, не прикасаясь друг к другу. Старший эрсид, а по совместительству вожак, достал из большого сундука что-то белое. — Невероятно красиво, — тихо сказал на ухо омеге Джин, стоящий рядом. — Это мантия слияния душ, она по наследству перешла Юнги. Только он и соединяющиеся волки могут к ней прикасаться. Они выглядели словно их не просто украсили, а будто рисовали огромное полотно, но только не красками и кистями, а серебряными нитями и жемчугом. Омеге хотелось подойти и рассмотреть всё в мельчайших подробностях. Мантий было две. Одна красиво легла на плечи Тэхёна, а вторая — на Чонгука. Несмотря на струящийся шёлк, новый атрибут одежды выглядел тяжёлым и увесистым, словно без слов намекал об ответственности и серьезности сегодняшнего шага. Вожак вернулся к омеге, а молодожёны, не касаясь друг друга, начали заходить в воду. На середине озера, когда вода доходила до середины икр, а полы мантий были намочены, они остановились и повернулись друг к другу. Они были словно нарисованными. Яркий свет Луны освещал всё вокруг, но особенно — пару в белых одеяниях. Чимин не заметил, как жмётся ближе к вожаку, то ли прячась от холода, то ли от накрывших его эмоций. Тот же старейшина, что считал время до начала, начал читать какие-то слова, но Паку не удавалось ничего уловить. Ким и Чон смотрели друг на друга с такой любовью и лаской, было видно, что полметра между ними чувствовалась как пропасть, им жизненно необходимо быть ещё ближе. — Да сольются ваши души, — громко проговорил альфа. Тэхён поднял руку с узорами, альфа отзеркалил его движение. Одновременно они дотронулись до лиц друг друга. Все вокруг замерли, по присутствующим прошла волна изумления. Чимин смотрел на мантии, которые словно слились в одну, когда альфа и омега встали рядом. Рисунок с одной переходил в другую, что и правда было похоже на воссоединение. Он перевёл взгляд на стоящих перед ним ребят и старался запомнить всё, чтобы потом изобразить в блокноте. Вдруг рисунки на руках Тэхёна словно ожили и, как маленькие молнии, перешли с его рук к лицу Чонгука, и обратной волной по руке альфы серебряное свечение вернулось к омеге и ушло в озеро. Вся вода на пару секунд вдруг стала состоять из миллионов кристаллов, которые ярко переливались при лунном свете, и на генном уровне все почувствовали прилив счастья и спокойствия, словно Луна всем через воду передала нужную информацию. Чимин почувствовал всем телом, то, как теплая волна прошлась от пяток до самой макушки, ощущения задержались на секунду на руке и исчезли. Метка больше не чесалась, а будто замерла в ожидании. Он вздрогнул от необычного ощущения, но напрягся, увидев ошарашенное и напуганное лицо друга. «Что-то пошло не так?» Тэхён был растерян и рассматривал свои руки и Чонгука, те ещё слегка мерцали. Было видно, что они явно не знали о своей крови. Альфа с легкой улыбкой нежно гладил руки любимого омеги, словно обещая что всё будет хорошо и они со всем справятся. — Святая Луна, не может быть… — ахнул рядом Джин. Чимин перевёл взгляд с мерцающих рук Тэхёна на его лицо. В голове крутились слова провидицы, брат Тэхёна, его отец, теперь всё очевидно. «Он. Эрсид — это Тэхён». Сразу на душе стало спокойно. Юнги не сразу поверил своим глазам, что тот самый Тэхён, который каждое утро улыбался ему на планёркё, которого они знали с детства, который… Мин успокоил дыхание, а в груди сразу полегчало. Ошибка? Нет, ведь провидица всё знала заранее. Пак тихонько просунул свою ладошку в большую руку Юнги. «Всё будет прекрасно, ведь они наши эрсиды».
