Потерянное ружье

Семейный ужин у Уайлдов проходил в обычной обстановке. Отец задерживался в очередной командировке, мать хлопотала у плиты, а дети - Кэтрин и Эрнольд, уже взрослые, заканчивали со своими блюдами. - Мама, можно добавки? - Кэтрин подошла к матери с тарелкой в руках. Эрнольд тоже сунулся, но чуть не получил ложкой по лбу. - Уступи девочке! Ты и так съел две порции. Вот, Кэтрин, солнышко, держи, - мать положила дочери еще болоньезе. - Солнышку пора бы съехать, - не унимался Эрнольд, за что получил грозный взгляд. Кэтрин с трудом удержалась от пинка, когда проходила мимо него. Ей повезло, колледж ее мечты находился совсем недалеко, и ей не потребовалось общежитие. Ее подруга Шайло заезжала за ней по утрам и подвозила после занятий, так что устроилась она хорошо. - Дорогая, молоко будешь? - крикнула вдогонку мать. - Нет, спасибо, - девушку передернуло. Только недавно фотографии на упаковках с молоком и соком поменяли, и ее погибшие год назад друзья перестали портить ей аппетит. Год назад ее и подруг Шайло и Шикану затаскали по допросам. Без вести пропало девять их одногруппников. Машины двоих из них нашли где-то в поле неподалеку от промзоны. О пропаже студентов заявили не сразу, и девушки успели составить себе алиби. Им поверили, однако после такого количества допросов все трое чувствовали себя убийцами. Кэтрин вошла в свою комнату и закрыла дверь на замок изнутри. - Кетнеп! - позвала она. - Кушать. Из-под смятого одеяла на кровати медленно выбралось взъерошенное фиолетовое создание, похожее на кота. В своем сжатом состоянии Кетнеп был куда больше похож на плюшевую игрушку метр на метр и часто ей прикидывался, когда в комнату зачем-то забегал Эрнольд. Он подошел к тарелке и принялся уплетать еду, как заправский кот. Год назад Кэтрин приехала домой после приключений на фабрике, стала разбирать сумку и рюкзак и увидела его внутри. А он прекрасно понимал, что ничего хорошего в Приюте его не ждет. Прототип дважды пытался убить его прямо при студентах и третий раз попытался напасть, когда Кетнеп хотел идти обратно домой. Тогда кот сжал свои кости до максимума и нырнул в первую попавшуюся сумку, собираясь сбежать при первой же возможности. Однако Кэтрин его отмыла, вылечила и оставила жить у себя. В первое время ему было все интересно. Один раз он нашел телефон Кэтрин и начал лапой тыкать в экран. После этого девушка обнаружила свой гаджет с трещинами на экране и с десятком подключенных платных услуг из sim-меню. После этого у нее появился телефон с другим видом сенсора. Ноутбук тоже не стоило оставлять. В конце своего отчета по практике Кэтрин вовремя заметила целую страницу случайных символов и успела восстановить работу перед распечатыванием. А уж сколько раз от него в ужасе убегала домашняя кошка! Лишь спустя два месяца она перестала прятаться под диваны. - Знаешь, я тут подумала. Как там Догдэй, дошел ли до своих? Он говорил, раз ты больше не с Прототипом, то с ним будет легче справиться. Вместо ответа Кетнеп совершенно по-человечески пожал плечами. За этот год он узнал современный мир, привык хорошо кушать и спать в теплой кровати, часто под боком у Кэтрин (по правде. наоборот, так как спать он укладывался в своих обычных габаритах). И на фабрику ему было абсолютно все равно. Догдэй получил ноги обратно и куда-то отправился? Ну и дурак. Когда он висел на стеночке, он был в большей безопасности, чем с ногами и непонятно где. Однако Кэтрин не переставала волноваться. В один прекрасный день она принесла домой ружье, а еще через неделю засобиралась обратно на фабрику. Конечно, Кетнеп смерил ее полным презрения взглядом и полез в сумку. Кэтрин легко проникла в здание через то же самое окно, которое послужило входом в прошлом году. Вокруг стояла такая тишина, что она могла слышать, как стучит ее собственное сердце. На этот раз она подготовилась. У нее заряженный телефон, отдельный фонарик, батарейки, аптечка, запас еды и воды на себя, Кетнепа и на ту игрушку, и ружье с патронами. До знакомой платформы она добралась без проблем. Оттуда - вниз, в пещеры. Там было совсем темно. Если в тоннелях горели тусклые лампочки, то в этой части пещер не было совсем никакого освещения. Кэтрин включила фонарик, чтобы не потеряться совсем. Ее первым пунктом посещения была Игровая, чтобы проверить, сколько еды нужно дать маленьким плюшевым игрушкам, чтобы они не нападали. Ведь именно они убили ее друга. Разумеется, стайка игрушек уже поджидала ее около пустого бассейна. Кэтрин бросила им еды, и это подействовало - малыши быстро потеряли к ней интерес. Она огляделась - по рассказам Шиканы, Гаррета убили где-то здесь. Вдруг остались какие-то его вещи. Тут было уже светлее, и она выключила фонарик. - Ну, ребята, есть тут те, кто пытался мне ногу отожрать? Ответа не было. Кэтрин прошла чуть подальше, обошла бассейн. Затем храбро толкнула двойные двери и оказалась в коридоре с раздевалками и душевыми. Еще пара игрушек попытались на нее прыгнуть, но получили по куску хлеба. - Чувствую себя как девочка из сказки, которая бежала домой и бросала за собой то расческу, то камень, - она чувствовала себя не очень уютно, но ей было радостно видеть, как маленькие голодные игрушки отказываются от убийства и едят то, что им дали. - Ты… Ангел, посланный Поппи… - слабый голос раздался прямо из соседней кабинки - Что? - Кэтрин заглянула туда, и ей стало так страшно, будто бы она снова шла следом за более смелыми друзьями по шпалам, прижавшись к Шайло. Вид подвешенной за лапы собаки - не то, чего она ждала. - Ты здесь, чтобы спасти нас… - С таким же не живут… - прошептала девушка, бледнея все сильнее. Не сразу она вспомнила, что Шикана рассказывала, как пришивала Догдэю ноги. - Здесь уже нечего спасать… - с трудом продолжал Догдэй. Кэтрин собралась с духом и подошла. - Где и как тебя поймали? Ты нашел своих? - она попыталась найти замок у наручников, но не смогла. Пес с удивлением наблюдал за ней. - Ангел, я не понимаю… Мы раньше встречались? - Разумеется. Ты нас провожал к выходу год назад, помнишь? Догдэй помотал головой. - Я нахожусь здесь дольше, чем один год. Кетнеп сделал это после того, как… - Кетнеп? Погоди-ка, - Кэтрин вернулась к сумке, которую оставила на полу, и открыла ее. Внутри Кетнеп мирно спал, не слышав разговора. Его совершенно бесцеремонно вытряхнули из теплого гнездышка. И Догдэй при виде кота зарычал. - Ангел, беги! Одновременно с его воплем Кетнеп зашипел, отскочил в сторону, попутно возвращаясь в истинные размеры. Подбирающиеся поближе маленькие игрушки сразу же как ветром сдуло. Конечно, Кетнеп насмерть перепугался. Он прекрасно помнил, что он оторвал Догдэю нижнюю часть тела, подвесил его в этой кабинке на эту стену. И что подруга Кэтрин спасла этого глупого пса и привела его в их импровизированный лагерь. И что Догдэй на своих ногах собирался отправиться искать повстанческие силы. Прототип бы сразу его убил. А теперь Догдэй висит тут, будто его и не трогали. - Сними его, пожалуйста, я пришью ему ноги, - Кэтрин спешно доставала аптечку. - И будем разбираться. Как же Догдэй вырывался и рычал, когда Кетнеп ломал наручники и кандалы! Он попытался уползти, когда его опустили на пол, но никто не позволил ему этого сделать. Тем временем Кетнеп ушел забирать нижнюю часть тела, но вернулся ни с чем. - Там нет, - глухо проговорил он. - Я оставил все в камере напротив, чтобы сделать больнее. И там ничего нет. - Поищи вокруг, может, мелкие утащили, - Кэтрин с трудом заставила Догдэя лечь на спину и набирала в шприц лекарство. - Мне кажется, происходит нечто странное. Понимаешь, Догдэй, год назад ты действительно провожал нас по рельсам к выходу, и весь этот год Кетнеп жил у меня. Он отказался от Прототипа, вот в чем дело. Ну и мы пришли проверить, как у тебя дела с повстанческими обязанностями. А ты тут… висишь. Кетнеп тем временем вернулся с недостающей половиной собаки, и Кэтрин принялась за дело, отвлекая пациента разговорами. - Сам подумай, стал бы он так сладко спать у меня в сумке, если бы был злой и голодный? Самое важное, посмотри, он наел пузико и теперь не пролезает в вентиляцию без изменения своих габаритов. А раньше пролезал, если не учитывать ширину головы. - Я его недавно видел, - проговорил Догдэй, продираясь сквозь дурман начавших действовать лекарств. - Нервный, злющий как черт. Костлявый как смерть, и медальон у него грязный. А у этого, я вижу, чистенький, блестит… - Давай, ты помолчишь? Спи, если хочется, я пока подумаю, как тебе позвоночник починить. - Скотч… - Догдэй не договорил. Лекарства взяли свое, и он уснул. Кэтрин долго сидела с Догдэем. Она не понимала, как его лечить. С Кетнепом было проще - у него не было переломов. А тут… Но у нее получилось, пес был зашит как игрушка в руках мастерицы. Он даже смог встать, когда проснулся, и они ушли туда же, где год назад студенты останавливались передохнуть. - Могу рассказать историю, как Кетнеп прикончил единственное спальное место в комнате, - Кэтрин достала телефон и открыла галерею, чтобы хоть как-то скоротать время в ожидании окончания действия седатиков. - Собираюсь я спать, уже лежу, а он со всего размаху прыгает на кровать. Результат - я на полу, он на полу, кровать в щепки. Она же старенькая была, еще брат на ней спал. С детства. Ну или вот фотография с Рождества. Шапку я ему сшила. И свитер со штанами пришлось у брата воровать, потому что Кетнеп, как оказалось, мерзнет. На улицу в снег он вышел, потом обратно прискакал чуть ли не на одной лапе, остальные отряхивал, потом сразу к батарее сел. Разве что гладиться не идет. А жаль. - Я смотрю, ты его очень любишь. Как же вы встретились? - Ну… Мы с друзьями по дури ума пошли сюда отмечать сдачу экзаменов. И моя подруга уронила на него лифт. Потом Прототип попытался его убить. Весело, в общем было. И да, хоть он и очень вредный, он мой друг. Догдэй начал потягиваться и хотел было взять немного еды, но посторонний шум привлек его внимание. Секунда - и он уже на ногах. - Ангел, надо уходить. - Слушай, почему ты зовешь меня ангелом? И что за Поппи? Догдэй не ответил. Он весь присобрался и зарычал в темноту. Кэтрин посветила туда фонариком и увидела Кетнепа. Тощего, грязного и в целом выглядящего как сплошной комок нервов. - Он же обычно сначала наблюдает, да? - это было совсем не то, что она хотела увидеть. Дай такому еду - и он руку откусит. - Я вроде говорил, когда ты меня зашивала, что видел его. Недавно. Он был за твоей спиной все время, когда твой друг ушел, - Догдэй не сводил взгляда с кота. - Он уже наблюдал и увидел, что хотел… Догдэй, бежим скорее! - Кэтрин схватила рюкзак и ружье и бросилась наутек. Догдэй, как мог, похромал за ней. Бежать решили в пещеры. Там было достаточно места, чтобы развернуться, там же пролегал путь наружу, и Прототип в случае чего туда не отправится. Однако Кетнеп перекрыл проход, выдохнув огромное облако красного газа. Кэтрин не знала его точного действия, зато Догдэй знал. Он схватил ее за локоть и понесся наружу, где было больше пространства для маневров. Кетнеп их преследовал. Не просто спокойно шел, как год назад. А практически летел за ними, чтобы уничтожить на месте. Времени думать не было. Она остановилась, сняла ружье с предохранителя, прицелилась и выстрелила. Кот на всей своей скорости рухнул на землю, кровь брызнула на пластиковую траву. Пытаясь подняться, он шипел, часто и громко, как шипела кошка Кэтрин, когда Эрнольд прицепил ей на хвост заколку-крабик. Пуля попала ему в плечо, и он едва мог двигаться. - Ты умеешь стрелять? - Иначе бы не взяла с собой оружие, - Кэтрин старалась сдерживать слезы. - Я не смогла его убить. Не смогла даже попытаться. Вдруг на моем друге это отразится? Я не хочу этого. Кэтрин повернулась к едва поднявшемуся на ноги Кетнепу, и вдруг Догдэй пронзительно закричал. Она успела лишь увидеть, как невероятно острые пальцы пронзили его грудь и живот, подняли в воздух, а потом с невероятной силой ударили о землю. - Нет! Но поздно. На земле остались только кровавые ошметки, рваный плюш и осколки костей. А с той стороны, где оставался Кетнеп, послышалось кошачье шипение и звуки ударов. Кэтрин, не задумываясь, бросилась наутек. Краем глаза она успела увидеть, как ее фиолетовый большой друг опрокидывает своего двойника ударом лапы, а потом уменьшается в три раза. Спустя еще несколько секунд он запрыгнул на ее рюкзак, открыл сумку и забился внутрь. Она оглянулась еще раз - и лучше бы не оглядывалась. Спряталась Кэтрин в пещере. Перед глазами все еще стояли ужасные картины. Вот Прототип швыряет Догдэя, напуганного и беззащитного, о землю. Вот он подбирается к раненому Кетнепу, изможденному и не менее перепуганному - и поступает с ним точно так же, смотря в ее сторону. Словно делает это именно для нее. Маленький Кетнеп вылез из сумки и начал что-то карябать на полу. Постепенно он нарисовал план всей территории Приюта. Потом он ткнул лапой на обозначение Администрации. - Нам сюда? - Кэтрин вытерла наворачивающиеся слезы и начала рассматривать план. - Да. Здесь есть проход к другому выходу. - Зачем я только сюда пошла? - она не выдержала и разрыдалась. - Какая от меня польза? Ружье я потеряла, из-за меня тут уже двое погибли. Я виновата, понимаешь? Лучше бы я сюда не приходила! Кетнеп молчал. Он немного подумал, вернулся в свои обычные габариты и устроился у ее ног. Обычно он не давал себя обнимать и гладить и вел себя как очень капризный кот-недотрога, который приходит полежать рядом и уходит при малейшем движении руки.. А сейчас позволил обнять себя за шею и лежал так, пока Кэтрин не успокоилась. После короткого перекуса Кэтрин посадила Кетнепа в сумку и отправилась в сторону Администрации. Ей было очень страшно, она то и дело оглядывалась - вдруг преследуют? Но все было спокойно. Даже маленькие игрушки не попадались. Проход был неудобный - множество лестниц, мостов. На ступеньках виднелась засохшая кровь, и ее было очень много. Но вариантов не было, нужно было идти вперед. А вывел этот тайный путь прямиком в вестибюль. Всего лишь подойти, открыть дверь - и свобода. - Иди, девочка, иди, - незнакомый голос раздавался словно со всех сторон и менялся, будто говорили разные люди. - Ты все равно ничего не сумеешь сделать. - Прототип! - догадалась Кэтрин. - Ты их убил! Зачем? - Они бесполезны, - голос звучал совершенно безразлично. - Потом я все равно получу их обратно. - Ты… - Иди, девочка, - этот голос звучал так, словно говорила добрая женщина средних лет. - Не мешайся здесь. Кетнеп из сумки зашипел, словно обкладывая говорившего кошачьими многоэтажными конструкциями. Кэтрин распахнула дверь, выбежала наружу и понеслась прочь. Она не помнила, как пришла домой, как поела, как тщательно вымыла Кетнепа лавандовым шампунем. В ее голове крутилась только одна мысль. - Я должна убить Прототипа.