там, на дне, мои розы цветут.
31 января 2026 г., 02:00
Скарамучча поправляет съехавшие очки, заправляет выбившиеся темные пряди за уши. в кабинете душно, и даже собранные в пучок волосы не спасают его шею от перегрева. невыносимо смотреть на «коллег по несчастью», что от нервов сгрызают по несколько ручек. он смотрит сквозь них, в окно, будто эти экзамены вообще его не волнуют.
—Райдэн Скарамучча, - вызывает незнакомый строгий голос, когда входная дверь хлопнула, запустив немного свежего воздуха в помещение.
названный осторожно поднимается со своего насиженного места, и юноша плетётся к столу перед первой партой. мысли крутятся хаотично, и если вы подумали, что наш герой заволновался… ошиблись. он хочет по-быстрее закончить.
—тяните билет, - говорит женщина в возрасте со скрипучим голосом. - у Вас есть ровно пол часа на подготовку. время…
—я могу ответить прямо сейчас, - даже не заглянув в вытянутый листочек, заговорил парень.
—молодой человек, если не сдадите, второго шанса уже не будет.
—я в курсе.
старушка выдохнула, опустив укрытые платком плечи. от такого вида становится ещё жарче.
—ну раз так, - она нажимает морщинистым пальцем на кнопку записи. - представьтесь, зачитайте вопросы из билета и отвечайте, не торопитесь, времени на ответ будет достаточно.
—Райдэн Скарамучча, четырнадцать полных лет, - он нахмурился, почувствовав взгляды, что обожгли спину, развернул бумажку. - вопрос первый: рассчитайте распределение нагрузки в композитной бронепластине при точечном ударе. какие материалы Вы бы выбрали и почему?
он отвечал коротко, холодно, расчётливо. ничего лишнего, все по делу. нередко менял формулировки вопросов. на один из вопросов от экзаменатора позволил своим губам растянуться в усмешке и задать встречный:
—Вам теоретически или так, как это будет работать в реальности?
он не думал, что это будет так. когда он держит в руках свой аттестат, обжигая об него пальцы, хотя еще неделю назад сидел, скучая, на последней парте, на уроках, в восьмом классе.
—я Вас поздравляю, высший балл, - говорят Скарамучче, когда он, взяв протянутый аттестат, вышел из кабинета.
—я сдал, - говорит Скара матери, вернувшись домой.
—я тобой горжусь, - ответила Эи Райдэн, прижимая сына к груди в объятиях.
***
он не задумывался ни о чем, когда одним осенним утром шел по коридору университета, ловя недоумевающие взгляды. он не задумывался, когда решал задачи по углубленной квантовой физике раньше своих одногруппников. не задумывался и тогда, когда ему доверили полный доступ к лаборатории. он задумался совсем неожиданно, о том, что нужно что-то менять. когда видел обрушившееся здание, суетящихся людей, смерти, много смертей. он их не жалел, нет. он просто не хотел, чтобы так было. именно с этими мыслями он сидел в лаборатории многие ночи. подогнув одну ногу под себя, постоянно поправляя очки с зафиксированными карандашом волосами. через неделю - с синяками под глазами и кружкой кофе. в домашних, безразмерных штанах и футболке. все испачкано маслом и графитом. окончательной идеи не было, только функции, чертежи отдельных деталей и все это - в голове. он никому не подражал, делая и собирая детали в одно целое. не подражал ни богам, ни Тони Старку, когда соединял провода, создавал узлы, проводил испытания отдельных частей тела. он не собирался показывать себя королем, делая «сердцем» меха-костюма - головной убор, что смахивал на корону. не хотел пугать, делая несколько пар «рогов» на центральном узле, сердце, добавляя острые акценты и шарниры. это не для красоты. это для удобства.
первые тесты проходили шумно. костюм не слушался, иногда что-то отрывалось, падало, тянуло Скарамуччу за собой. тот ругался, доходило до того, что он мог пнуть деталь и крикнуть:
—Scheiß auf alles!
или порезаться о неправильно вошедшую сталь, слизать с пальца кровь и процедить сквозь зубы:
—Scheißdreck..
он срывал детали прямо на себе, чинил проводку, смотря в зеркало. мог заметить совсем глупую ошибку и начать исправлять, приговаривая:
—Ich bin so dumm...
или:
—Hätte ich das früher gesehen..
надо просто понимать одно: любой гений способен на ошибку.
он залез в готовый костюм только после суток сна. аккуратно уложил центр управления на голову, дождался, когда все индикаторы на рогах заработают. за центром сами по себе, со всех углов лаборатории поползли детали меха-костюма, облепив всего Муччу с ног до головы. парень подвигал рукой, подвигал ногой. походил, побегал. костюм сидел идеально, пластины плотно прилегали к телу.
Скар стянул очки, уложив их в специализированный отсек на рукаве. одно нажатие на кнопку в районе виска, и вылезает защитный экран. мир перестает быть размытым, а потом весь экран заполняется параметрами. костюм работал превосходно и поэтому темноволосый позволяет себе выдохнуть.
***
первая миссия прошла… нормально. по крайней мере, смертей удалось избежать. а Скарамучче пришлось понять: он все еще не всесильный, а костюмом надо учится пользоваться. это было не эпично, хоть юноша к такому никогда не стремился. это было… нелепо? именно поэтому костюм одевался все чаще и чаще, больше не из-за того, что надо кого-то спасти, а из-за того, что надо учится кого-то спасать.
и к третьему курсу костюм перестал быть орудием.
он стал продолжением семнадцатилетнего тела.
он боролся не с преступностью. и не с супер злодеями. он не брал заказы и не убивал кого-то за деньги. он боролся с катастрофами, убивал страх смерти. но за одним страхом все же не уследил.
изначально все думали, что их спасает экспериментальное орудие, автономный мех. но позже некоторые начали замечать детали: импульсивные движения, безрассудность, ошибки: слишком сильный импульс или перегруз, который герой устранял на ходу.
и это выглядело не просто по-человечески, а юно.
Скарамучча слышал голоса. за спиной, перед собой, в голове. в костюме и без.
«нас спасает… ребенок»
«он слишком самоуверенный и безрассудный!»
«сколько ему лет?»
хоть система и не меняла его голоса, а только скрывала лицо за защитным экраном, его все равно выдавало только поведение. и после этого, суждения о людях поменялись. на самом деле, всяко лучше видеть страх, чем гибель. и Скар просто продолжил помогать. *** это не утро, не день, а поздний вечер. такой, когда уличные фонари уже горят, в окнах домов виднеется жизнь, а на дорогах собираются пробки возвращающихся с работы. и именно в это время не удивительно увидеть на улице молодого студента, в широких штанах, с капюшоном на голове и маской на пол лица. с катаной наперевес. Кадзуха Каэдэхара возвращался с тренировки, когда земля под ногами дрогнула, а мост неподалеку странно пошатнулся. *** Скарамучча утонул в своем кресле с ноутбуком на коленях. это его лаборатория, где из света только индикаторы на панелях управления и мягкий отблеск нескольких мониторов. его собственная лаборатория, в которой царит «творческий беспорядок», а если более точнее - хаос. место, где провода, словно в логове злодея, опутывают все стены и пол, а детали с инструментами лежат явно не на своих местах. место, где Скара прячется от мира, проводит большую часть времени. парень полусонно мониторил… шкалу устойчивости мостов в городе. это такое занятие, которое можно сравнить с резким и неожиданным мониторингом курса криптовалют, хотя ты в этом даже не разбираешься. и все столбцы были спокойно стабильны. до одного момента. темноволосый тут же с усталым вздохом поднимается с сидения, натягивая на голову центр управления. он не ждет, когда все детали соберутся на его теле - уже залезает на перила балкона. не ждет, когда стальные крылья, словно живые, расправятся окончательно - уже делает шаг. *** Кадзуха стоит на самой верхней балке, наблюдая за хаосом под ногами. люди кричат, бросают свои машины, хватают детей, бегут со всех ног. центральная часть моста неестественно скрипит и трещит, кренится, как совсем не должна. Каэдэхара уже собирается рвануть вниз, вырывая катану из ножн, когда его резко ослепляет ярко-фиолетовая вспышка. а когда зрение проясняется, центральная часть встала на место. *** Скарамучча первым разглядел самурая наверху. система сама вывела его отдельным окном: приближенным, в лучшем качестве. катана с самым лучшим изгибом яро сверкала в лучах имеющегося света. неизвестный рванул вниз, окно на экране заменяется шкалой мощности. индикаторы на рогах сверкают всеми оттенками красного, а железные мышцы переливаются под таким весом. —эй, - послышалось сверху, Скар поднял голову. - ты выдержишь? я помогу людям. —займись уже делом! - закричал Мучча, еще больше прогнувшись под весом моста. - времени мало! и незнакомец рванул вперед, разрубая катаной обломки, помогая людям выбраться из засады. о, как же Скарамучча не обратил внимания на полицейскую сталь в чужих руках, переливающуюся и разрубающую даже металл. герой повышает мощность как только может. и вдруг слышится хруст. фиксаторы снова не выдерживают и шелк длинных волос водопадом падает на плечи. темноволосый не обращает внимания. вот только… —оу, госпожа, костюм не тяжелый? - пролетая на тросе, интересуется воин. —шевелись! - не приказ, рычание. самурай помогает последней женщине и оседает на бетон, оперевшись на оружие. Скарамучча видит, как женщина ступает на тротуар, как индикаторы на рогах тревожно замигали и как еще одна балка срывается вниз, прямо на осевшего на еще державшемся выступе мечника. юноша не думает - бросает держать мост, что безнадежно падает и тонет в черной воде, и рвется туда. очевидцы лишь видят героя, что бросился под балку, и заволакивающую глаза поднявшуюся пыль. *** Кадзуха не успевает осознать, жмурит глаза. чувствует запах треснувшего бетона и железа. а потом резкое: —Scheiße! - совсем-совсем рядом, юно. и балка летит в реку вслед за частью моста. Каэдэхара поднимает взгляд. над ним темная фигура, рога перестают мигать и просто загораются алым цветом, волосы с чужих плеч падают на собственные, а защитный экран дает сбой из-за перегруза. и сразу становится видно половину лица напротив. глаза. резкие, колючие, холодные аметисты. у самого светловолосого падает капюшон, открывая вид на ярко-красную прядь волос. —ты… невероятна, - с придыханием, с восхищением. глаза напротив щурятся. —что, прости? —ты.. невероятна? - неуверенно, уже вопрос, осторожный, словно теперь проверяющий границы. холод глаз напротив начинает ощущаться на коже. —я не она. —оу.. парень в бронированном костюме поднимается, встает прямо, возвращает свою осанку и продолжает щуриться. а после протягивает руку, помогая подняться. сталь костюма скрипит, шарниры издают мягкий звук. —жив? —да, спасибо… и прости, что принял за девушку. просто, ну, волосы..? —ой, все, замолчи и не парься, раздражать начинаешь. потом… длинноволосый просто отсалютовал и рванул с моста вниз. блондину оставалось лишь смотреть вслед. *** Скарамучча вернулся в лабораторию, стянул «сердце» с головы и прошел к креслу, совсем не обращая внимания на спадающие с тела детали. упала последняя - он, подобно ей, упал на мягкую поверхность. скинул центр на стол, прикрыл глаза. за окном уже ночь, а вечер все не выходит из головы. тот самурай… действительно хорош в бою. такого уровня можно достигнуть только через годы тренировок, не меньше. и так юноша засыпает, не дойдя до постели. *** университет жужжит, словно пчелиный улей. кто-то смеется, кто-то обсуждает предстоящий зачет. утро солнечное, настроение вокруг, словно никакой мост вчера не падал, кофе горький, а прядь в волосах нового, переведенного в их вуз студента алая, словно кровь в артериях. слишком алая. и Скарамучча не хотел замечать его до последнего, не хотел дописывать ему катану глазами. но взгляды встретились раньше, чем Скара нашел в себе силы отвернуться. всю последующую пару он нагло игнорировал новенького Каэдэхару Кадзуху в аудитории. а по окончании ушел самый первый. и под конец дня игнорировать стало легче. пары закончились, Мучча шагает в университетскую лабораторию за забытыми чертежами. открывает ящик ключом, достает чертежные бумаги, закрывает, оборачивается и практически сталкивается носами с Каэдэхарой. ну, как носами… все же Скара признает, что оппонент выше, хоть и не намного. —парень в бронированном костюме, - глаза напротив сужаются, будто в подозрении. - длинные волосы. мост. немецкий мат. о, и очки, без которых ты щуришься, словно слепой котенок. —молодой человек, кажется, Вы меня с кем-то спутали, - сквозь зубы, раздраженно. —у тебя в руках чертежи, - палец мягко опускает бумаги, показывая содержание. - вуаля, вижу очертания рогов. —и это мне говорит самурай, что не может держать слова при себе и не видит ничего вокруг? —я тебя раскусил, - светловолосый нежно улыбается, Скарамучча в ответ на улыбку фыркает. — меня Каэдэхара Кадзуха зовут. —Райдэн Скарамучча, а теперь, будь любезен, Каэдэхара Кадзуха, хоть в этот раз помолчать. об этом разговоре и о том случае. —я никому и не собирался рассказывать.. —вот и славно, прошу меня простить, мне пора. он опять отсалютовал двумя пальцами, обошел свою «преграду» и покинул помещение. Кадзухе опять оставалось лишь смотреть вслед.
Примечания:
тгк - https://t.me/skrchdiary
