Талантливый мальчик

В Барселоне одиннадцать часов вечера. Франко сидит на своей кровати в гостиничном номере, тусклый свет телевизора освещает его лицо. Обычно в это время он уже был бы в клубе — тусил, пил, танцевал с симпатичными девчонками, но сегодня он чувствует странную усталость. Еще одна паршивая гонка, еще одна волна сомнений — и самое главное, это его собственные сомнения, способен ли он вообще быть пилотом Формулы-1. Он предпочитает не зацикливаться, но бывают моменты, когда это просто слишком тяжело. У него был шанс в прошлом году, и он его упустил, если он снова облажается, все кончится. То есть, полностью кончится. В Альпин его продолжают нахваливать, но он не идиот, он всё это понимает, и он замечает эти взгляды тут и там, он знает, что они значат. Он вздыхает и сердито нажимает кнопку выключения на пульте. Диктор на экране запнулся на недоговоренном слове, и воцарилась тишина. Теперь в комнате совершенно темно. Франко встает и направляется в ванную, освещая себе путь фонариком телефона. Ему нравится его вечерний ритуал. Теплый душ, чистка зубов, нанесение крема для лица — того, чье предназначение он не очень-то понимает, но он просто очень приятно пахнет. Все это успокаивает его, и, закончив, он чувствует себя гораздо лучше. Все в порядке, у него еще много шансов проявить себя. У него получится. Может, не на этой неделе и не на следующей, но в конце концов получится. Франко смотрит на свое отражение в зеркале и устало улыбается. Притворяйся, пока не получится, верно? Перед самым сном он замечает, как загорается экран его телефона. Проверить сейчас или оставить на утро? Он слишком устал, но вдруг это что-то важное? Но тогда бы позвонили… Хотя, может, не смогли… Ладно, проверит. Франко кряхтит и берет телефон с прикроватной тумбочки. Это сообщение в Whatsapp. Да, ничего важного, но раз уж проснулся, прочтет. Дважды тапает по уведомлению, и открывается чат. Франко щурится, давая глазам привыкнуть к яркому свету, и читает название чата. Это чат гонщиков. Обычно там тишина, раз в две недели кто-нибудь скинет мем или два, но сейчас это просто текстовое сообщение. Франко читает имя отправителя. Вся его усталость волшебным образом исчезает. Это сообщение от Льюиса. Льюис Привет, парни ;-). Извините, знаю, что сейчас поздно. Кто-нибудь завтра летит в Лондон? 23:34 Франко читает сообщение трижды. Льюис никогда не пишет в этом чате. Разве что поставит «палец вверх» на мем, но не более, а сейчас — целое предложение, целый вопрос. Франко читает его снова и замирает. Погодите. Он же завтра летит в Лондон. Значит, нужно ответить.

Франко

Привет! Да, я лечу

23:36

Он не раздумывает — Льюис может уйти, если он будет медлить, — и просто отправляет. Отправка. Отправлено. Прочитано. Прочитано. Прочитано. Почему он не отвечает? Франко громко выдыхает. Он вообще онлайн? Да, онлайн. Тогда что не так? Франко уже готов швырнуть телефон в стену, когда наконец видит вверху экрана: «Льюис печатает…». Эти секунды кажутся часами. Наконец, печатание прекращается. Льюис Круто :-D Во сколько? 23:40 Ему правда понадобилось полминуты, чтобы написать два слова? Ну, может, эти смайлики сложно набирать.

Франко

В три часа дня, если easyjet не перенесет вылет

23:40

В этот раз ждать пришлось всего минуту, но ответ Льюиса довольно обескураживающий. Никаких слов, просто смайлик с большим пальцем вверх. Ага. Франко вздыхает. Похоже, их маленький разговор окончен. Четыре абсолютно бессмысленных сообщения. Ну, пять, если считать смайлик. Ничего, это уже что-то. Франко пятилетней давности не мог бы и мечтать о таком. Внезапно раздается еще один звук уведомления. Франко смотрит на строку состояния. Опять Whatsapp? Другой чат? Он тыкает на него, не читая. Это действительно другой чат. Пустая история сообщений, нет аватарки, но номер есть в контактах Франко. Он читает имя. Это Льюис. Льюис Ты правда летишь easyjet? 23:42 Франко смотрит на экран. Моргает. Смотрит снова. Ничего не меняется. Льюис Хэмилтон, тот самый Льюис Хэмилтон написал ему в личные сообщения. Сказать, что он в шоке — это ничего не сказать. 

Франко

Хаха, да, место рядом с туалетом

23:42

Льюис  Звучит не очень комфортно 23:43 Льюис Мой рейс в четыре. Хочешь присоединиться? 23:43 Франко смотрит на эти слова и не совсем понимает их. Как так вышло, что легенда, икона, его кумир только что пригласил его полететь вместе? Франко чувствует, как его губы растягиваются в улыбке.

Франко

Ого, спасибо, Льюис! Но я не уверен, что там остались билеты

23:44 

Льюис Это частный самолет :-) там много места, так что дай знать, если согласен 23:45

Франко

Я никогда не летал на частном самолете. Но я был бы очень рад, если ты не против

23:45

Льюис Для всего всегда бывает первый раз ;-) Тогда встретимся в аэропорту, в три часа сойдет 23:46

Франко

Завтра в три. Понял

23:46

Франко

Еще раз спасибо, Льюис, я в шоке

23:47

Льюис Спокойной ночи, Франко 23:48

Франко

Спокойной ночи, Льюис! Увидимся

23:48

Франко потрясен. Неужели он только что устроил себе перелет со своим кумиром на частном самолете? Это сон? Вся усталость, все мрачные мысли теперь не существуют. Он летит на частном самолете с Льюисом Хэмилтоном. Это невероятно. Когда Франко только попал в спорт, даже встреча с Льюисом, даже увидеть его в нескольких метрах было большим событием. Он видел его лишь раз или два, когда тот приезжал на финалы картинга, но он до сих пор помнил каждую секунду тех дней. Когда он получил место в Формуле-1, все казалось сюрреалистичным, но быть настоящим коллегой-гонщиком с Льюисом было, пожалуй, самым ошеломляющим. Он никогда не думал о том, чтобы быть настоящими соперниками на трассе, нет, но просто участвовать в гонках вместе, быть одним из двадцати на стартовой решетке — это было поистине лучшее и самое странное чувство, которое он когда-либо испытывал. А теперь вот это. Льюис просто был вежлив? Нет, он проявил инициативу, чтобы спросить, он первым написал ему в личные сообщения, он действительно это имел в виду! Франко смеется про себя. Его возбуждение не даст ему уснуть. Всю эту ночь Франко ворочается в постели, представляя себе самые разные сценарии. Только на рассвете он погружается в сон, все еще счастливо улыбаясь. Когда его менеджер стучит в дверь поздним утром, он просыпается моментально. До вылета осталось всего несколько часов. *** Когда Франко прибывает в аэропорт, он понимает, что понятия не имеет, что делать. Не похоже, чтобы там была стойка регистрации специально для самолета Льюиса Хэмилтона, верно? Он даже не рассматривает возможность написать Льюису с вопросом «Что мне делать?». Слишком неловко. После нескольких минут хождения во всех возможных направлениях он сдается и вздыхает. Рядом стоит сотрудник аэропорта. Франко подходит к нему. — Добрый день. Куда мне идти, если я лечу частным рейсом?   Сотрудник смотрит на него, слегка удивленно: это справедливо, Франко не очень-то похож на богатея с личным джетом. После короткой паузы сотрудник вежливо улыбается. — Добрый день. Как ваше имя, сэр? У нас есть другой терминал для VIP-персон, я вызову вам трансфер. — Да, было бы здорово, спасибо. Франко Колапинто, — Франко на секунду останавливается и решает, что лучше добавить, — Я с Льюисом Хэмилтоном. Сотрудник снова улыбается — похоже, он не был фанатом автоспорта, и имена на него не произвели впечатления — и подносит к губам рацию, что-то бормоча. Франко не мог разобрать слова — вокруг было слишком шумно. Затем сотрудник кивает сам себе, и треск в рации прекращается. — Ваш трансфер будет через минуту, сэр. Позвольте проводить вас. Ваш вылет запланирован без задержек, и самолет готов к посадке. Франко внешне не показывает этого, но внутренне облегченно вздыхает — это реально, его ждут, все это не было его глупой мечтой. И удивительно, но в тот же миг, как он расслабляется, его уровень тревоги начинает расти. Ну да, это реально. Но это значит, что скоро он будет там, в воздухе, с Льюисом Хэмилтоном. Кто еще там будет? Может, кто-то из его команды, может, друзья, может, другие гонщики? Что ж, Франко сомневался в последнем: в групповом чате некоторые гонщики тоже ответили на вопрос Льюиса, но он им так и не ответил. Может, он тоже написал им в личные сообщения, но Франко предпочитал думать, что Льюис их просто проигнорировал. Про себя Франко даже подумал, как было бы здорово, если бы они были на самолете одни. Только они вдвоем и экипаж. Но такого же не будет, правда? Он садится в трансфер — черный фургончик с кожаным салоном. Поездка быстрая, но все равно приятная — он уже чувствует эту ауру роскоши, и когда фургон плавно останавливается у стеклянного здания, и дверь открывается перед Франко, он представляет, как здорово было бы иметь все это в качестве своей повседневной рутине.  Внутри терминала все тоже кричит о роскоши. Дизайнерская мебель, персонал в костюмах, полное отсутствие людей. Какой-то приятный сотрудник проводит Франко через все проверки и оставляет его в зале ожидания, который выглядит как дорогой ресторан. В одном из кресел Франко видит Льюиса, и Льюис тоже замечает его, помахав рукой. Больше никого в зале нет. Льюис встает и приветствует Франко, похлопав его по спине. — Привет, приятель! Все в порядке? — Он улыбается своей дружеской улыбкой. — Привет, Льюис! Спасибо еще раз, мне очень приятно. — Франко не знает, что делать или говорить. Он был рядом с Льюисом уже много раз, но в основном это были какие-то медийные мероприятия. Они и один на один говорили, но не слишком то много, обычные светские беседы, а теперь впереди целый перелет. — Да не за что, рад, что ты смог. — Льюис, кажется, замечает неловкость парня, но не акцентирует на этом внимание, и Франко благодарен ему за это. — Так что, пошли на борт? Все готово. Франко хмурится от непонимания. — Погоди, мы никого не ждем? — Кого? — Теперь смущен и Льюис. — Экипаж уже там. — Но типа… Ты хочешь сказать, что там будем только ты, я и больше никаких пассажиров? — Франко чувствует нечто похожее на страх, легкая дрожь пробегает по спине. — Ага. Тебя это устраивает? — В глазах Льюиса смех. Он смотрит на Франко вопросительно. — Эм, да, полностью. — Его это не устраивало. Франко на самом деле не думал, что так может быть. Он хотел этого — да, но никогда по-настоящему этого не рассматривал, и теперь чувствовал себя совершенно потерянным. Все это волнение было подавляющим. Они что, будут сидеть в тишине? Обычная громкая, экстравертная натура Франко, казалось, исчезла. Он всегда был душой компании, но в присутствии своего кумира было удивительно трудно вызвать в себе что-либо из этого. Он следует за Льюисом весь путь к самолету. Он блестит, как новенькая машина, и меньше любого другого самолета, который Франко видел. Они поднимаются по трапу, приятная стюардесса приветствует их, и вот они наконец внутри. Интерьер классический. Кожаные сиденья цвета слоновой кости, элегантные столы из полированного дерева, огромные окна и мягкий коричневый ковер. Вот это богатство.  — Вау. — Франко смотрит на Льюиса с улыбкой, напоминая ребенка в магазине игрушек. Льюис улыбается в ответ. Он здесь идеально вписывается. Его дорогая и стильная одежда, его шикарные золотые украшения, даже его лицо — красивое, благородное. Франко, напротив, чувствует, что он здесь чужой: его джинсы, его рюкзак, его фенечки с разноцветными бусинами… Все это кажется неуместным. Они садятся в кресла, и Франко сразу же думает, правильно ли он сделал, что сел рядом с Льюисом. Нет. Определенно стоило выбрать кресло по другую сторону стола. Но теперь было бы еще глупее вставать и пересаживаться. Ну, Льюис ничего по этому поводу не говорит. Может, это нормально?.. Самолет еще даже не взлетел, а Франко уже так нервничает. Он чувствует некоторое облегчение, когда появляется стюардесса, и теперь их по крайней мере трое. Она быстро дает инструкции по безопасности, похожие на инструктаж в обычных авиалиниях, и когда она заканчивает, Льюис вежливо просит ее: — Спасибо, Кейт. Не могла бы ты принести напитки? Алмаве для меня и немного виски для Франко. — Он поворачивается к Франко, улыбаясь. — Ты выглядишь безумно напряженным, просто чтобы ты немного расслабился, окей? Франко и правда не был бы против, хотя он и не большой поклонник крепкого алкоголя: он слишком быстро пьянеет. Но, может, это именно то, что ему нужно, поэтому он кивает, и Кейт ставит перед ним бокал с янтарной жидкостью. Первый глоток обжигает, но Франко не показывает виду. — Вкусно. — Говорит он просто, чтобы прервать тишину, затем делает еще глоток. — Правда? Отлично. — Льюис одобрительно кивает. — Самолет, кстати, тоже выглядит потрясающе. Очень в твоем стиле. — В моем стиле? — Льюис усмехается. — Приму это как комплимент. — Я имею в виду, вы оба выглядите хорошо. Ты и эээ… Твой самолет. — Франко хочет умереть, прямо сейчас. Иногда тишина — это нормально и гораздо менее неловко, ему стоит это запомнить, думает он, делая еще один глоток. Франко не медлит с выпивкой, особенно когда атмосфера такая напряженная. Льюис не отвечает. Просто смотрит на Франко с немного изменившимся выражением лица, словно о чем-то размышляя. Самолет готов к взлету. В течение нескольких минут единственными звуками являются мягкий гул двигателя и тихий голос Кейт, разговаривающей с пилотом. Это логично — у Франко и Льюиса не так уж много общего. На самом деле единственное, что их объединяет, — это гонки, и всё. Они, по сути, коллеги, но живут в двух разных мирах, разделенные возрастом, опытом, успехом, да по сути всем. На стартовой решетке всего двадцать человек, и все же между ними такая разница. Должно быть, Льюис тоже думал об этом. Самолет набирает высоту, и пока он поднимается, Льюис снова поворачивается к Франко. — Ну так как сезон? Франко облегчен. По крайней мере, он знает, как говорить о Формуле-1. — Здорово снова быть в деле. Многому учусь, чувствую себя уже намного лучше. А Пьер, знаешь, он всегда рядом, чтобы дать совет. Льюис смеется. — Это не пресс-конференция, Франко. Вижу, тебя хорошо натренировали для СМИ, но я не СМИ. Франко смущен. Технически Льюис прав, ответ, который он дал, хорош для интервью, но разве это то, что он на самом деле чувствует? Он вспоминает прошлую ночь, страх неудачи, и соглашается. Да, это не вся картина. Но вываливать свои проблемы на Льюиса? Идея раскрыть свои страхи кому-либо — кому угодно, но особенно Льюису Хэмилтону — казалась бы глупой, но сейчас, когда виски начинает действовать, он думает про себя: а почему бы и нет? — Ну, если честно, у меня не все гладко. Ты, наверное, видел мои результаты, они очень расстраивают. Я делаю все возможное, но этого недостаточно. Льюис внимательно смотрит на него. — Знаешь, это нормально. Ты вернулся в середине сезона, без времени на привыкание к  болиду. Это период адаптации, он не должен быть успешным с точки зрения позиций или очков. Франко кивает. Он слышал это множество раз, но услышать это от самого Льюиса почему-то заставляет его чувствовать себя лучше. Но Льюис продолжает: — Я видел твою работу в прошлом году. Ты был блестящ. Это не то, что может просто исчезнуть. У тебя все получится, просто нужно время. Я уверен, Флавио это понимает. Какая же это была бы потеря — упустить такого талантливого парня. Что-то внутри Франко смещается после этих слов. Конечно, невероятно получать такую похвалу от своего кумира, но дело не только в этом. Тон, которым это сказал Льюис, эта доброжелательная невозмутимость, звучание слов «талантливый парень», сказанных им и обращенных к Франко. Он нервно смеется. — Спасибо, Льюис. Для меня это действительно много значит. — Даже его голос после этого изменился, стал более хриплым. Франко замечает это и почему-то чувствует неловкость. — Эмм, прости, можно мне еще немного? Он указывает на бокал с виски, и Льюис усмехается. — Ты уверен, что тебе нужно еще? Ты только что допил первый. — Я все еще немного нервничаю. — говорит Франко, и это абсолютная правда. Льюис не комментирует, просто открывает мини-бар возле стола и передает Франко бутылку. Его взгляд снова загадочен. Он наблюдает, как Франко открывает бутылку и наливает виски в бокал, затем наблюдает, как тот делает глоток, как слегка морщится от обжигающего ощущения. Франко чувствует его взгляд. Это странно, ведь Франко всегда был открыт ко всему, но именно так его тело и разум реагируют сейчас. Он всегда был активным, общительным, любознательным. Он любил быть влюбленным. Знакомиться с новыми людьми, сближаться, играть с их сердцами. Он всегда был лидером. Он любил экспериментировать. Среди его бесчисленных девушек были несколько случаев, когда он пытался закрутить роман с симпатичными парнями, это было весело, но не более того. Он предпочитал женщин. А теперь — пара взглядов, немного легкой похвалы, невинное «талантливый парень» — и его тошнит. Он мог бы свалить все на виски, но знает, что его реакция тут ни при чем. Это чувство было давно. Принятое за обожание, за уважение, оно, возможно, из них и родилось, но та окончательная форма, которую оно приняло сейчас, кажется мучительно очевидной. Франко встречает взгляд Льюиса и чувствует это снова. Что ж, это неудачно. У него была простая жизненная философия: если хочешь чего-то — возьми. Это всегда работало идеально, но сейчас сделать шаг было страшно, впервые в жизни. Дело было не в возрасте или деньгах, а скорее в том, что будет дальше, если он облажается? Потерять какую-нибудь девушку, с которой познакомился несколько часов назад, никогда не было проблемой, но если Льюис Хэмилтон подумает, что он извращенец? Слишком рискованно. Или? С каждой секундой весь масштаб проблемы становится все яснее. Это алкоголь снимает его внутренние замки? Льюис сидит прямо тут, в нескольких сантиметрах, Франко видит фактуру его одежды, гравировку на кольцах. Он снова винит себя за то, что не выбрал кресло по другую сторону стола. Еще несколько минут такой близости в тишине, и он сдается. Наполовину пьяный, с красными щеками и бешено бьющимся сердцем, он выдыхает и медленно, осторожно протягивает руку к Льюису. Едва касается его бедра. Его другая рука сжимает бокал, костяшки белеют. Льюис смотрит на это со спокойным лицом. — Что это должно означать? — Его голос не сердитый и не удивленный. Просто искренний вопрос. Франко не отвечает. Он не знает, что сказать. Он немного думает, затем двигает руку, и теперь его пальцы касаются Льюиса еще более открыто. Обратного пути нет. Льюис не останавливает его. — Франко? — он снова зовет.    Франко превозмогает себя и поворачивает голову, чтобы посмотреть Льюису в глаза. Льюис наблюдает за ним с интересом. Он правда ждет ответа? — Не знаю. — У Франко пересохло во рту, его голос звучит тихо. Льюис мягко улыбается. — Я практически ровесник твоего отца, понимаешь о чем я? — Но, к счастью, ты не мой отец. — И все же я старше тебя на восемнадцать лет. — Льюис просто констатирует факты, без всяких эмоций, просто давая Франко знать. — Разве это важно, если мы оба взрослые? — Странно, но с каждой секундой Франко чувствует себя все менее напряженным. По крайней мере, пока все... в порядке? Легкий смешок Льюиса звучит как подтверждение. — Ты и правда выглядишь как настоящий взрослый, так напиваясь. — Я не пьян. — Франко даже умудряется улыбнуться. — А, понятно. — Они разговаривают, словно ничего не происходит. Словно рука Франко не лежит на бедре Льюиса. — Но, если честно, я всегда думал, что тебя интересуют девушки — ты еще тот любимец дам. — Ты думал о том, кто меня интересует? — Франко наклоняет голову, и Льюис шутливо закатывает глаза. — Значит, тебя интересуют не только девушки? — Льюису не только не неловко — он, кажется, весьма доволен ситуацией и очаровательным наполовину пьяным мальчиком, который несет сейчас полную чушь.   — Позволю тебе самому подумать. — Франко снова улыбается и медленно продвигает пальцы чуть выше по бедру Льюиса. Льюис наблюдает, спокойный и уверенный, и когда ему кажется, что Франко зашел слишком далеко, мягко, но твердо останавливает его руку, накрывая своей. Франко слегка вздрагивает, удивленный внезапной реакцией, а затем замирает, чувствуя тепло ладони Льюиса. Его золотые часы теперь прямо рядом с браслетом Франко с дурацкими бусинами, и эта близость, которой никогда не должно было случиться, заставляет Франко нервно хихикнуть. — Потише. Если мы сделаем все сейчас, что же останется на потом? — В голосе Льюиса слышится усмешка. Франко смотрит ему в глаза, на его лице — недоумение. — На потом? — Почти слышно, как шестеренки в его голове поворачиваются. Он убирает руку с бедра Льюиса. — Значит, тебе это тоже... нравится? Ответа нет. Льюис лишь пожимает плечами с хитрой улыбкой. Франко тянется к бокалу на столе. В нем еще осталось немного виски. — Я думаю, тебе хватит, Франко. Остановись, пожалуйста. — Голос Льюиса звучит вежливо и дружелюбно, но Франко слышит в нем что-то, что говорит ему, что лучше, наверное, послушаться. Он со вздохом ставит бокал на стол. — Хорошо. Спасибо. — Льюис улыбается, и Франко испытывает ту же дурацкую реакцию на эти простые слова, что и когда его назвали «талантливым парнем» ранее. Просто отвратительно. Льюис продолжает: — Итак, когда это началось? — Когда что началось? — Франко. — Снова тихая команда в его голосе, и снова Франко сдается. — Не знаю. Давно, наверное, — Он звучит раздраженно. — Но я не уверен, что осознавал это так явно, как сейчас. Льюис смеется. — Понятно. А что стало переломным моментом? — Не знаю, Льюис. Я на твоем самолете и я пьян, а ты называешь меня талантливым… — Франко не любит, когда его допрашивают. — В любом случае, зачем ты вообще меня пригласил? Этот вопрос смешон. По сути, Франко просто хочет услышать какую-нибудь глупую романтическую причину, но уж точно не от Льюиса. Он не романтик и не отчаянный, поэтому лишь громче смеется. — Мне нужна была компания, и мне стало немного жаль тебя из-за easyjet. — Франко кивает, и Льюис продолжает с большей мягкостью в голосе. — Вообще-то, я хотел пригласить и других, но потом подумал, что они уже достаточно взрослые, чтобы летать одни. Хотя все это звучит так, словно Льюис только что дал ему отворот-поворот, Франко повеселел. Ему не нужно строить здесь отношения, достаточно интереса и особого обращения. Он добивался своего и с меньшего. Они минуту отдыхают в тишине. Льюису, кажется, нравится реакция Франко — приятно, когда оба понимают, на что могут рассчитывать, и не пытаются придать этому большего значения. Будто в награду, он слегка наклоняется и поправляет воротник худи Франко, его пальцы легко скользят по шее парня. Затем отводит руку. — Вот так. Франко замирает в кресле, осмысливая только что произошедшее. Прикосновение длилось считанные секунды, но его было достаточно, чтобы кожа под ним загорелась. Льюис больше ничего не делает. Просто сидит, расслабившись, будто ничего и не было. Франко смотрит на него и быстро шепчет: — Я никому не расскажу, обещаю. Я никому не скажу, если мы… Льюис перебивает его, его голос мягкий и ласковый. — Конечно, не расскажешь. Реакция Франко на эти слова — на уровне инстинктов. Сжимается грудь, дыхание сбивается, сердцебиение — кажется, оно становится громче рева двигателей. Льюис наблюдает, как тот пытается взять себя в руки. Затем он протягивает руку и берет Франко за подбородок, поворачивая его лицо так, чтобы смотреть ему прямо в глаза. Это действие только ухудшает положение, но Льюис выглядит довольным, словно ему нравится наблюдать, как его внимание вызывает такую яркую реакцию. Он смотрит Франко в глаза некоторое время, затем отпускает его подбородок и тихо, но твердо произносит: — Поцелуй меня.  Дальнейшее — словно в тумане. Франко захлебывается дыханием, оглушенный звуком этих слов, и наклоняется ближе, чтобы подчиниться приказу. Льюис ждет. Он движется, только когда губы Франко касаются его. Затем отвечает — жадно, поспешно, он меняет положение в кресле, хватает Франко за талию и пересаживает его с соседнего кресла себе на колени, опрокидывая бокал с остатками виски. Тот падает на пол — не разбивается, к счастью, — но жидкость растекается по ковру, оставляя темные мокрые пятна. Это не важно. Они этого даже не замечают. Поцелуй почти агрессивен, полон тихих стонов и покусываний. Франко в ловушке — одна рука Льюиса крепко обхватывает его талию, другая запуталась в его волосах, пальцы вплетаются в темные кудри, иногда сжимая их в кулак. Временами он отводит голову Франко назад, обнажая шею, покрывая ее укусами и поцелуями. Франко нравится это. Впервые лидер не он сам, а кто-то другой. Это ново, это возбуждает, это с Льюисом. Он тает в его объятиях, тает под его дыханием, он существует только там, только там, где их тела соприкасаются. Оба возбуждены, оба чувствуют это, видят это. С каждой новой волной поцелуя Франко трется о колени Льюиса, и еще одна волна, удовольствия уже другого рода, накрывает их. Пока не становится слишком поздно, Льюис прерывает поцелуй и отсаживает Франко с колен. Все заканчивается так же внезапно, как и началось. — Почему? — голос Франко хриплый, взгляд затуманенный и несфокусированный. Льюис выглядит намного собраннее — опыт — но все же тяжело дышит, его губы распухли от поцелуев. Он мягко улыбается и ласково гладит Франко по щеке. — Как я и говорил, давай не торопить события и оставим что-то на потом. К тому же, мы почти в Лондоне. Франко вздыхает. Он не уверен, что это «потом» наступит скоро. Когда у них еще представится возможность побыть наедине? Но он ничего не говорит. Сейчас определенно не время об этом думать. Думать вообще ни о чем. Он откидывается в кресле и закрывает глаза. Слышит, как Льюис усмехается. Через несколько минут приходит Кейт.  «И где же она была весь полет?» — проносится в голове у Франко. Интерес к этому вопросу едва длится секунду. «Могла ли она догадаться, что только что произошло?» Это довольно очевидно. Но она, наверное, привыкла и не болтает. Его называют «частным» самолетом не просто так. «Зачем она пришла?» Она поднимает бокал с пола. Ничего не говорит по этому поводу. Улыбается. — Мы приземлимся в Хитроу через десять минут. Пожалуйста, пристегните ремни.  — Спасибо, Кейт, — Льюис улыбается в ответ. Она уходит. Эти десять минут перед посадкой проходят в тишине. Может, Льюис о чем-то думает, Франко — точно нет. Он просто сидит, смотрит в окно на небо, и ему нет дела ни до чего на свете. Когда они приземляются и выходят из самолета, они по-прежнему не говорят ни слова. Разве что «до свидания» экипажу, и все. Только после всех проверок они смотрят друг на друга. Ничто во внешности Льюиса не выдает того, что произошло на борту. — Куда теперь? — даже его голос дружелюбный и отстраненный. — Меня ждет кто-то из Альпин, чтобы отвезти в отель, — Франко пытается звучать так же. — Какой отель? — какой милый светский разговор двух коллег.  Франко отвечает, и больше вопросов нет. Льюис протягивает руку для рукопожатия. — Было приятно встретиться, дружище. — Мне тоже было приятно. Спасибо. За все. — Франко улыбается, пожимая его руку.   Льюис отдает ему легкое подобие воинского приветствия и уходит на парковку. Франко смотрит ему вслед. ***  Примерно через час Франко видит, как загорается экран его телефона. Это сообщение в Whatsapp. Он хмурится и нажимает на уведомление. Кто бы это мог быть? История чата почти пуста, нет аватарки, но номер есть в контактах Франко. Два коротких новых сообщения. Льюис Ночевать в отеле — звучит не очень комфортно 21:12  Льюис Мой апартаменты, в двенадцать. Хочешь присоединиться? 21:12 Франко смеется про себя и начинает печатать.