Пустота

Кофе и подгорелые тосты уже давным-давно остыли, но аппетита всё так и не было. Си Ан молча глядела в окно и думала о том, что же она сделала не так. Совместная жизнь с Ю Чжином была не просто хороша, а идеальна. Все подруги завидовали ей, а вся родословная Си Ан боготворила блондина, то и дело приговаривая, что «дорогая, как же тебе всё-таки повезло с ним. Не парень, а настоящее золото». Все до единого обожали и готовы были носить Ю Чжина на руках. Но что же чувствовала она сама? Ровным счётом ничего. Ни-че-го. И из-за этого глубокое чувство вины поселилось грузом на её сердце. Си Ан ощущала это как настоящее преступление. Почему же она не чувствует то, что все от неё так ждут? Си Ан должна быть счастлива, но о счастье тут и речи быть не могло. Находиться с ним в одном помещении казалось сплошной пыткой. Даже с открытыми окнами Си Ан задыхалась, хотелось просто сбежать и забыть об этом кошмаре под названием «реальная жизнь». Объятия и поцелуи не вызывали ничего, кроме абсолютного отвращения. После этих прикосновений хотелось помыться в раскалённом кипятке и разодрать себе кожу до крови, что она, собственно, и делала, пока этого никто не видел. Первой ошибкой Си Ан было то, что она дала Ю Чжину надежду, согласившись пойти с ним на свидание. Зачем это было сделано? Всего лишь хотелось позлить его. Вывести его на очередную ревность. Си Ан прекрасно знала, что Чхэ Юль ненавидит этого «белобрысого подонка», но… Боже, как же она упивалась этой ядовитой ревностью, бушующей в его венах. К этому яду у девушки выработался иммунитет. Это было поистине великолепнейшее и самое горячее зрелище: волосы Юля были взъерошены, а в глазах горел тот самый огонёк отчаяния и надежды. Внутри у юноши ни на шутку разгорался пожар, который никак нельзя было потушить, ведь Си Ан только подливала масло в огонь, шепча ему на ушко подробности о прошедшем свидании. Выдуманных подробностях, конечно же, но это был её маленький секрет. Всего лишь маленькая пакость, которая усиливала реакцию Чхэ Юля в миллиарды раз. Температура тела поднималась, а давление понижалось. Чистейшие слёзы катились по бледному личику, Юль откровенно рыдал, сидя перед ней на холодном полу, умоляя на коленях прекратить это. Ему было глубоко плевать на то, что он унижается, как жалкий щенок, сердце просто щемило и желало, чтобы девушка принадлежала только ему: и телом, и душой. Си Ан не знала почему. Это реально доставляло такое большое удовольствие, словно наркотик. Возможно, когда Юль ревновал, в такие моменты Си Ан чувствовала себя самой счастливой и нужной девушкой на планете Земля. Возможно, ей просто нравилось видеть, как Чхэ Юль плачет из-за неё. Ему было не всё равно. Но, к сожалению, подобной примитивной реакции от парня стало не хватать. Си Ан хотелось большего, и она не остановилась. Вторая допущенная ею ошибка — выдуманные подробности перестали быть таковыми. Си Ан специально целовала Ю Чжина на глазах Юля, изводя ещё сильнее, из-за чего у бедолаги участились нервные срывы. Это сильно сказалось на психике Чхэ Юля, но… помимо слёз добавилась и агрессия. Парень кидался различными предметами (от безобидных подушек до кухонных ножей), крушил всю квартиру, калечил себя, грозился скинуться из окна, но голубые глаза даже и не дрогнули от ужаса. Напротив, холодная улыбка и восторг теплились внутри неё. Хотелось пищать и прыгать на месте, словно маленькая девочка, только-только получившая долгожданную игрушку. Пока она ликовала, он умирал. Голова Чхэ Юля раскалывалась от боли, а сердце разрывалось от большого недопонимания. Зачем же его ангел вонзает ему кол в сердце, а позже исцеляет, обнимая поздно ночью и обещая, что этого больше не повторится? Каждый раз Юль верил в эти сказки, не понимая, что хорошие концовки в сказках созданы только для маленьких детишек, а он уже взрослый мальчик. Третьей и роковой ошибкой стала свадьба. Си Ан сказала «да». Это стало конечной остановкой для сердца Чхэ Юля. Нет, не было слёз или истерик, ничего не было… Сердце просто перестало биться. Тысячу раз Юль прокручивал в голове этот сценарий: как встанет на одно колено и вынет кольцо из кармана, делая Си Ан предложение мечты. Но… теперь Юль свидетель на её собственной свадьбе, где жених вовсе не он. Образ ангела начал рушиться быстро, словно молотком ударили по стеклу. Осколки битого стекла сыпались на нервные окончания Чхэ Юля и мозг словно проснулся от многолетней комы. Она им просто вертела и играла, как могла. О какой любви может идти речь?.. На душе в одно мгновенье стало до ужаса паршиво, зато теперь Чхэ Юль узнал, что любовь — дерьмова. В этот раз юноша повёл себя непредсказуемо, а именно просто исчез из её жизни. Навсегда. Юль многое прощал и наивно полагал, что Си Ан слишком глупа и не видит, кто по-настоящему любит её, совершая одни и те же ошибки и выбирая всё тех же ублюдков. Но оказалось, что глупцом был только он один. Си Ан звонила ему сотню раз, писала и донимала его семью. Те, в свою очередь, заблокировали её и игнорировали, словно девушки и не существует. Осознание того, что она сделала, пришло не сразу, а через несколько месяцев. Всё ждала, что Юль напишет, перезвонит, опять вломится к ней и закатит громкий скандал и тогда голубоглазая получит то, чего так яро желала и хотела. Этого не произошло. Без ревности и нездорового обожания она ощущала себя пустым местом. Пустота поглотила в ней всё и никто больше не доказывал ей, что она желанна и значима, как это делал ранее Чхэ Юль. Си Ан безумно скучала и любовь Ю Чжина никак не могла заполнить этот пустующий пробел. — Дорогая, я пошёл на работу. Люблю тебя! Из размышлений вывел ненавистный ею голос, принадлежавший блондину. Его вины здесь не было, но Си Ан каждый день проклинала парня. Услышав захлопнувшуюся дверь и отъехавшую машину, Си Ан тихо промолвила: — А я тебя нет. Кофе и подгорелые тосты полетели в мусорку, как и её любовь, которой изначально не было ни для первого, ни для второго.