Идеальность

      Медузия сидела за партой, низко опустив голову. Ее взгляд был прикован к листку бумаги, лежавшему перед ней. На контрольной работе поверх красивого каллиграфического почерка Меди было слишком много чернил красного цвета, а внизу красовалась жирно выведенная цифра – три… Первая тройка Горгоновой за все время обучения в Тибидохсе. Получить первую тройку на последнем курсе магистратуры, это надо же умудриться!       Меди прекрасно понимала, что контрольная была важной. Оценка за нее даже могла повлиять на экзамен. Медузия усердно готовилась к ней, вот только ее опять начали мучить кошмары про Персея. Из-за плохого сна днем она была вялой, память страдала и готовиться к урокам становилось сложнее. Возможно, вариант не спать перед контрольной был хуже, чем снова переживать предательство Персея во сне.       – Да ладно, неужели умница Медузия получила тройку, – громко усмехнулся Давид, сидевший за соседней партой.       За спиной у Меди послышалось перешептывание немногочисленных однокурсников. Желание прибить Давида за чрезмерное любопытство все возрастало.       «Моя репутация среди магспирантов окончательно испорчена», – грустно подумала Горгонова.       Ее уважали за то, что она была умной. Конечно, в магспирантуру тупицы попадают крайне редко, однако Медузия была самой умной в своей группе, чем очень гордилась. В самом начале своего обучения в Тибидохсе она была изгоем, но со временем, благодаря ее способностям к ней стали относиться с уважением. Понадобилось несколько лет, чтобы добиться этого. А тут эта несчастная тройка!       Медузия подняла глаза и взглянула на учителя. Сарданапал сочувственно смотрел на нее, однако, заметив ее взгляд, тут же отвернулся.       – Что ж, думаю, вы все увидели свои оценки. Сегодня мы с вами еще раз повторим все, что необходимо для успешной сдачи экзамена, – произнес Черноморов, смотря куда-то поверх магспирантов, словно его вдруг заинтересовали пятна на потолке. – Напомню вам, что на экзамене будет присутствовать специальная комиссия из Магщества…       Горгонова не особо вслушивалась в его слова. Все ее мысли занимала эта несчастная тройка. За весь урок Медузия ни разу не подняла руку, чтобы ответить на вопросы Черноморова. Она никогда не была выскочкой, но любила на уроках высказывать свое мнение. Сарданапал тоже ее не спрашивал, видимо, решил, что сегодня лучше оставить ее в покое.       Едва Черноморов произнес: «Урок окончен», как большая часть магспирантов тут же скрылась за дверью. Медузия нарочно медленно собирала вещи, желая задержаться, чтобы одногруппники поспешили на следующий урок, ни о чем у нее не спрашивая.       – Меди, подойди ко мне, – услышала она негромкий спокойный голос Сарданапала. Горгонова оглянулась и заметила, что в классе остались только он и она. Учитель стоял в нескольких шагах от нее, облокотившись на учительский стол.       Медузии вдруг стало немного стыдно. Черноморов всегда ставил ее в пример другим ученикам и не только потому, что она хорошо разбиралась в теории. Меди была усердна, сосредоточена, внимательна. А как прекрасно у нее получились заклинания! Горгонова испытала сожаление по поводу того, что учитель мог разочароваться в ней. Понурив голову, она подошла к Сарданапалу.       – Я вижу, ты сильно расстроилась из-за оценки? – мягко спросил он, на мгновение коснувшись ее предплечья.       Меди как-то неопределенно пожала плечами.       – Я… знаю, что ответила не идеально, но… не ожидала, что получу тройку. Я же хорошо отвечала на уроках, просто… – Медузия замолчала. Оправдания о том, что кошмары с Персеем не дают ей уснуть, казались глупыми.       – Почему тебя так сильно волнуют оценки? – Сарданапал внимательно посмотрел в ее глаза. – Разве эти цифры так важны для тебя?       – Для меня нет, – честно ответила она. – Но для одноклассников… Они уважают меня за отличную учебу. Да и вообще, я никогда не получала троек.       – Не обязательно всегда и во всем быть идеальной, Меди, – тихо произнес Черноморов, отводя свой взгляд от грустных глаз магспирантки.       – Вам, может, и нет, а вот мне обязательно, – в ее словах проскользнула неприкрытая горечь. – Ведь дружбу и любовь предлагают самым лучшим…       Голос Медузии сорвался. От учебы они перешли к слишком больной теме.       – Это не так! – тут же горячо возразил Сарданапал.       – Так! – Медузия упрямо возразила в ответ. – Ведь если бы я была идеальной, родители не бросили бы меня одну на острове! Если бы я была идеальной, Персей не предал бы меня. И не снился бы мне каждую ночь, убивая меня снова и снова! Если бы я была идеальной, может, вы бы наконец обратили на меня внимание!       Меди резко замолчала, понимая, что в порыве явно сболтнула лишнее.       – Разве я не обращаю на тебя внимание? – искренне удивился Черноморов. – Обычно я спрашиваю тебя чаще остальных учеников.       Горгонова грустно усмехнулась:       – Я не об этом…       – А о чем? – недоумевая, спросил Сарданапал.       Она еще ничего не успела ему ответить, просто заглянула в его небесного цвета глаза, и он сразу же все понял.       – Меди… Ты… – Сарданапал Черноморов, обычно отличавшийся своим красноречием, вдруг растерял весь свой словарный запас.       – Да, у меня есть к вам чувства… И уже давно, – тихо произнесла она. – Я понимаю, что глупо влюбляться в своего учителя, но… Ничего не могу с собой поделать.       Черноморов не верил своим ушам. Медузия, к которой он уже несколько лет питает тайные романтические чувства, оказывается, тоже его любит! Сарданапал широко улыбнулся, не веря своему счастью.       – Вы считаете это смешным? – в голосе Меди послышались особые нотки, и Сарданапал безошибочно понял, что у него есть максимум три секунды, прежде чем он превратится в камень.       – Я тоже тебя люблю, – поспешно сказал он.       – Вы… что? – Медузия растерялась, втайне надеясь, что эти слова были правдой, а не просто способом остановить ее интуитивную магию.       – И тебе совсем не обязательно было быть идеальной, чтобы я полюбил тебя, – спокойно произнес Черноморов, убедившись, что гневный порыв Медузии улетучился. – Помнишь, как много времени мы проводили на острове, прежде чем я предложил тебе полететь со мной в Тибидохс?       Горгонова осторожно кивнула, словно боялась, что ее слова могут перебить признание Сарданапала.       – Когда я спросил у тебя, полетишь ли ты со мной в школу, ты ненадолго задумалась. Именно в эти несколько секунд молчания я понял, как сильно боюсь твоего отказа. Понял, что мое сердце потянулось тебе навстречу. Тогда я и влюбился, – Черноморов решил выложить всю правду, которую он так долго скрывал от Медузии. – Ты не была искусна в магии, ты вообще еще не знала даже самых обыденных заклинаний. И я еще не до конца разобрался с проклятием ведьмы на твоем лице. Но уже тогда, по твоим меркам «неидеальной», я полюбил тебя.       – Но почему вы ни разу не говорили мне об этом? – поинтересовалась Горгонова, словно до сих пор не верила его словам.       Сарданапал поморщился.       – Когда ты начала обучение волшебству, я был твоим учителем. Да, я не намного старше тебя, – Черноморов усмехнулся. – Но все же ты была моей ученицей. Сейчас ты уже магспирантка, а я стал директором. И мне кажется, что пропасть между нами стала еще больше…       – Значит, нам никогда не быть вместе? – нетерпеливо перебила Медузия.       – Я не пророк, но мне кажется, нам просто нужно подождать, – он сделал шаг навстречу и взял Меди за руку. Она тут же ухватилась за его ладонь. Большего они не могли себе позволить.       Несколько секунд они молчали, держась за руки друг друга. Но прозвенел школьный звонок, возвещая о начале нового урока.       – Мне пора на занятие, – Медузия нехотя высвободила руку и направилась к двери.       – Меди, запомни, что не обязательно быть идеальной, чтобы тебя любили, – уверенно произнес Сарданапал.       – Я постараюсь запомнить, – губы Медузии дрогнули в легкой улыбке.       «А я помогу тебе в этом», – мысленно добавил Черноморов.