Лаборатория мифов

Объект 422 был воплощением живой катастрофы: одно его касание обращало человека в багровую лужу, не оставляя даже костей. К счастью, Берг успел изучить протоколы допросов и знал, с чем имеет дело. Никита медленно поднял руки, показывая пустые ладони, и сделал осторожный шаг вперед. В ту же секунду реальность перед ним «сломалась». Сущность мгновенно телепортировалась к парню, и из мешанины глюков к его груди протянулась бледная рука. — Отдай пульт, — проскрежетал голос, напоминающий звук старого металла по стеклу. Берг на мгновение замер. Требование мифа было логичным — контроль над ошейниками давал ему свободу. Никита медленно достал устройство и протянул его Ошибке. Тот осторожно, словно хрупкое стекло, принял пульт и отправил его в зияющую пустоту своего карманного измерения. — И что вас двоих потянуло на поле боя? — тон 422-го стал пугающе спокойным, хотя металлический скрежет никуда не исчез. — Нам действительно нужно объяснять свои намерения? — ответил вопросом на вопрос старший ученый, стараясь скрыть дрожь в голосе. Ошибка замолчал, его безглавая фигура застыла, а затем он чуть расслабился. — Умный. Верно, я знаю, чего вы хотите, — миф скрестил руки на груди. — Я готов прекратить резню за небольшую услугу. Покой вне этой клетки. Место, где я смогу спать без кошмаров лаборатории. 422-ой устремил свой незримый взгляд куда-то за спины ученых. — Мы согласны, мистер 422-ой, — раздался холодный, уверенный голос. Из тени за спиной Берга вышел Культист. — Зона отдыха будет подготовлена. Для вас найдется место в оранжереи. Берг поспешно отступил, увлекая за собой Роменского. Безглавый миф коротко помахал троице в знак благодарности и в тот же миг растворился в пространстве, оставив после себя лишь легкое мерцание воздуха. — Спасибо, что задержали его до моего прихода, — Культист медленно повернулся к друзьям. — Его требования были ожидаемы. Объект 422 никогда не любил свою тесную камеру. Ты ведь и сам это знаешь, Никита? Берг кивнул, обменявшись коротким взглядом с Давидом. — Да, я часто слышал, как он жаловался на нехватку личного пространства. — Теперь мне нужно поговорить с Объектом 606, — голос Культиста стал жестче. — И я дам вам возможность справиться с ним. Если не выйти с ним на диалог на равных, эта сущность способна выпустить на волю еще более опасных тварей. — Как мы можем его остановить?! — взорвался Давид, не выдержав напряжения. — Мы же намного слабее! Он в одиночку перебил целый вооруженный отряд! — Верно, физически он неуязвим, — спокойно ответил Культист. — Но его характер и психика остались детскими. В его сознании намертво запечатлена программа по уничтожению мифов и глубокая ненависть к людям, хотя он освобождён от обязанностей в лаборатории. В коридоре повисло тяжелое, липкое молчание. Вопросы иссякли, а осознание того, что им придется идти на встречу с «ребенком», который только что устроил бойню, давило на плечи сильнее любых оков. Объект 606 не спеша бродил по пустым коридорам, заглядывая в брошенные офисы. Он наслаждался тишиной: охрана куда-то исчезла, которая еще недавно так отчаянно пыталась остановить или уничтожить это «бессмертное и всемогущее божество». По крайней мере, именно так Зимбер называл себя в своих мыслях. Кровавый след, тянувшийся за его подошвами, постепенно бледнел, оставляя на кафеле мутные багровые разводы. Зайдя в очередной кобинет, миф замер. В полумраке мелькнул знакомый силуэт. На мгновение вспыхнули яркие белые глаза — и тут же растворились в пустоте. — Стой! Ты!.. — крикнул Зимбер, бросаясь вперед, но схватил лишь холодный воздух. — Не успел разглядеть... Но я точно его знаю. Нахмурившись, он вышел из офиса. Спустя пару поворотов путь ему преградил новый отряд вооруженных бойцов. Зимбер уже предвкушал, как их кости хрустнут под его натиском, но замер. Среди солдат он увидел Берга, Роменского и того самого Культиста. Зимбер окинул группу изучающим взглядом, задержавшись на Культисте, и жестом приказал военным опустить оружие. К его искреннему удивлению, те беспрекословно подчинились. На лице мифа расплылась широкая, пугающая улыбка. — Что ж... я готов с вами побеседовать, безделушки. Конец 2 части да