Месяц без секса или безумие под названием "Шейн мать его Холландер"

Прошел год после каникул в коттедже. Год тишины, редких вылазок в люди и вечного «мы просто давние знакомые», сказанного слишком быстро и слишком синхронно. Мир по-прежнему не должен был знать. Кроме семьи и близких друзей. Шейн сидел на террасе съемного дома где-то на отшибе Монреаля, листал телефон и делал вид, что вообще ни о чем не думает. Илья, как всегда, делал вид, что не бесится — что, разумеется, означало ровно обратное. — Ты видел, как на меня в магазине смотрел тот поджарый бариста? — небрежно бросил Илья, откидываясь на спинку стула. — Прямо глазами раздевал, а еще как он задержал руку в моменте когда у меня заглючила карта. Было забавно. Шейн медленно поднял взгляд от ленты новостей где их тайно снимали папарацци на одной из тренировок. — …Что ты? Розанов внутренне ликует. О, вот оно. Вот этот микроскопический тик у челюсти. Вот это «я спокоен, я абсолютно спокоен, я тебя не убью, возможно». — Ну я просто говорю, — продолжил Илья, невинно пожав плечами и облизав свои блядские губы. — Может, мне стоит чаще ходить за кофе. Для повышения самооценки и пищи для СМИ. — Илья, — очень тихо сказал Холландер с холодной ноткой в голосе— Ты сейчас играешь с огнем. — Да ладно тебе, — ухмыльнулся тот. — Неужели ты ревнуешь? Тишина стала плотной. Опасной. Очень знакомой. Как тогда в коттедже, где он предложил жениться на Светлане и у канадца глаза были на мокром месте. Шейн отложил телефон, встал и подошел вплотную. Слишком близко. Так, что Розанов уже начал жалеть о своем великолепном плане. — Значит так, — спокойно, почти ласково сказал Шейн. — Ты хочешь поиграть? Отлично. Илья моргнул. — Э… это звучит не так, как я— — Месяц, — перебил темноволосый — Без секса. Мозг Розанова завис. — Чего? — Ты все понял. Один месяц. Ни намеков. Ни «случайно». Ни твоих дебильных ухмылок с подтекстом. — Ты ахуел, — выдохнул хоккеист — Ты не можешь так— — Могу, — Шейн наклонился ближе, провел языком по ушной раковине — И буду. У Розанова моментально скопился жар внизу живота, он открыл рот, закрыл, потом снова открыл. — Я же просто пошутил! — А я — нет. Молчание. Потом Илья фыркнул. — Ты знаешь, что сам же сдохнешь через неделю. Холландер усмехнулся. Медленно. Опасно. — Возможно ты меня недооцениваешь. Русский смотрел на него пару секунд, потом закатил глаза. — Черт. Ты злопамятный сукин сын. — А ты, — Шейн развернулся на носках, показывая фак и пошел обратно к дому, — слишком любишь проверять границы. Илья остался на террасе, уставившись в небо. — Месяц, — пробормотал он— За одного баристу. Пауза. — ДА Я ДАЖЕ КОФЕ НЕ ЛЮБЛЮ, БЛЯДЬ! Из дома донеслось сухое: — Тем хуже для тебя. Розанов усмехнулся, это соперничество в их духе. Но он привык выигрывать и получать свое. Так что он принял правила игры и будет действовать по тактике. Всё-таки в их отношениях течная сучка канадец. Вот увидите и пару дней не пройдет как тот запрыгнет своей до неприличия упругой задницей на чужое достоинство. Но как же он ошибался... «3 days later» Эти дни русский хоккеист вроде как держался — точнее делал вид. Ходил по дому с видом «мне вообще похуй», демонстративно мыл посуду без футболки и слишком часто наклонялся. Шейн это видел и равнодушно фыркал. И, конечно, игнорировал с олимпийским спокойствием. Спали они вместе, канадец позволял только объятия и целомудренные поцелуи в щеку да лоб. — Ты специально, да? — не выдержал Илья на седьмой день, когда Шейн, нарочито медленно и аккуратно облизал ложку, которой варил суп. — Что именно? — невинно уточнил тот. — Ты только что… — Илья махнул рукой. — Черт, ты знаешь. — Знаю, — Шейн усмехнулся. — И? — И ты мудак. — Еще 3 недели, Розанов. Вторая неделя была хуже. Илья начал использовать тактику «случайные прикосновения». Плечо. Спина. Рука задержалась на запястье на секунду дольше нормы, будто впитывая чужой пульс. И каждый чертов раз Холландер смотрел на него с выражением абсолютного дзена. — Не начинай, — спокойно говорил он. — Я ничего не делаю! — злился Розанов на то, что его так легко ловят. — Именно. Не то, чтобы дырка канадца не ныла и не пульсировала от одной только мысли о том как страдает его доминантный самец. Но он получал какое-то садисткое удовольствие от того, как видел что кудрявый бежит рано утром в душ с явным бугром в боксерах. А спустя 15 минут выходит весь разгоряченный с досадной улыбкой и покусанными губами. Как-то раз Холландер думал, что Илья ушел в магазин и спокойно зашел в их ванную, где застал Розанова в довольно компрометирующей ситуации. У него к носу была прижата майка темноволосого в которой он ходил на тренировку накануне, накаченные бедра разъехались в стороны, штаны опущены. Шейн против своей воли скользнул ниже смотря на алую головку, зажатую в кулаке. И Розанов проклиная себя кончил с именем канадца на устах. Как позорная шлюха. От того, что на него посмотрел объект обожания. Он тут же залился краской и вытеревшись майкой, вот же засранец, выпрямился с широкой ухмылкой. Илья был уверен, что сейчас его веснушчатая зануда запрыгнет на него и наконец-то даст. К его разочарованию, Холландер взял расчёску и выбежал из ванной с покер фейсом, только кончики ушей выдавали его смятение. Однажды вечером Илья подсел слишком близко на диван, пока они смотрели старый матч. — Шейн, — протянул он, голос уже предательски низкий, пальцы мягко огладили чужую коленку — Ну ты же видишь…как я мучаюсь...без тебя Шейн медленно повернул голову и вздернул бровь. — Вижу, как ты проверяешь мое терпение, не беспокойся - оно безгранично, спасибо нашим редким встречам в молодости. — А если я скажу, что больше так не буду? — Ты лжешь. — А если… — Розанов наклонился ближе, почти касаясь губами уха. — Если я очень сильно извинюсь? Шейн встал с дивана. Просто встал и ушел на кухню. — Я ненавижу тебя, — крикнул Илья ему вслед. Он не верил что его обольстительный тон не подействовал, был бы на месте этого засранца кто-то другой, растаял бы в лужицу. — Нет, — донеслось оттуда. — Ты меня хочешь. Третья неделя сломала его окончательно. Илья стал жалким и зависимым. И он это знал. — Мне снился ты, — мрачно сообщил он за завтраком, пережевывая бекон. Хоть Шейн был на своей супер(голодовке) диете, на которой можно опухнуть с голоду. Но своему бойфренду он всегда готовил сытную еду. За что тот был безмерно благодарен. — Мои проблемы? — Шейн пил кофе и скролил Instagram. — Ты там делал вещи. — Прекрасно. — Со мной. — Сочувствую. — Ты садист. Канадец улыбнулся во все 32. — Напомнить, почему мы здесь, а не в спальне долбимся как кролики в брачный сезон? Розанов застонал на этом сравнении и уткнулся лбом в стол. — Я просто хотел, чтобы ты ревновал. Немного. Чуть-чуть. Но я схожу с ума. — Ты получил больше, — спокойно сказал темноволосый. — Опыт. «24 day later» Когда ладошка была стёрта, а дружок вставал даже от мимолетной мысли или воспоминании о их былых ночах, Илья начал считать дни. Зачеркивал их на милом календаре с котиками подаренным Хейденом на новый год. — Осталось семь, — пробормотал он, потирая виски и думая убьет ли его Холландер, если он окончательно свихнется и когда тот уснет возьмет в рот этот средних размеров канадский член, который идеально лежит на языке и начнет ласкать пока он не извергнет ему в глотку сперму. Шейн, проходя мимо, наклонился и томно прошептал: — Шесть. Илья вздрогнул как от удара шокером. — Ты специально? — О чем это ты? Последний вечер был самым жестоким. Шейн был особенно… внимательным. Смотрел дольше. Улыбался чаще, облизывал свои (блядские) восхитительные губы. Один раз даже поправил воротник Илье, большим пальцем нежно погладил бьющуюся венку на шее. Послезавтра тот должен был улетать на игру в другую страну. Но наш капитан был на взводе последний месяц и его команда все гадала, в чем же дело. Не то, чтобы он до этого отличался спокойствием и толерантностью. Однако Розанов был как натянутая тетива, при неосторожном движении или слове закипал на ура. Один раз чуть не подрался со своим же вратарем. Благо успели оттащить. — Ты издеваешься, — прошептал Илья. — Нет, — ответил Шейн тихо. — Я жду, как и ты. — Ты монстр. - на русском с обидой в голосе проговорил кудрявый. Холландер который уже год занимался и практиковался со своим бойфрендом прекрасно понял, что тот ему сказал. — Зато ты больше не флиртуешь с баристами. - с акцентом ответил канадец, заглядывая в любимое, хмурое лицо. Илья хрипло рассмеялся. — Отныне никогда в жизни. Холландер наконец наклонился, языком коснулся чужих губ, которые моментально приоткрылись — и остановился. — Полночь, — сказал он. — Потерпи. Илья закрыл глаза, вдох-выдох . — Клянусь, если ты сейчас уйдешь…ты узнаешь вкус возмездия по-русски. Шейн усмехнулся на угрозу, подмигнул. — Я вернусь через минуту, пока раздевайся и ложись. Сказать что эта минута была самой длинной в его жизни - ничего не сказать. Даже на лучших матчах столетия он не чувствовал такого адреналина и желания, пульсирущего в висках. Конечно он разделся за 30 секунд, остальные он нервно лежал, упиревшись спиной об подушку и буравил томным взглядом дверь в спальню. 00:00 Его педантичный канадец вернулся ровно через минуту. Обнаженное тело прикрывал атласный халат, идеально подчёркивающий его фигуру. Только от этого вида у кудрявого набралась слюна во рту и он громко сглотнул под чужую усмешку. Не спеша, его веснушчатая заноза в заднице уселась на кресло, которое стояло прямо напротив кровати. — И что ты делаешь, Холландер? Нога закидывается на другую, халат приоткрывает вид на крепкие ноги капитана. Он устраивается поудобнее с самодовольной ухмылкой. — Знаешь, мне тут пришла на ум хорошая идея... Ох, блядь, ну началось. Илья ненавидел когда к нему приходили такие идеи. Это означало, что второму придётся разгребать пиздец в голове после таких идей. А наш русский парень любил больше действовать, нежели думать. В их тендеме каждый отвечал за свое. — Ты помнишь ту ночь, когда заставил меня дрочить и изнывать от желания, пока сам с упоением смотрел на мои муки? М-да, вот и всё. Розанов так и помрет, не получив награду за месяц воздержания. А в СМИ будут заголовки такого характера «ЗНАМЕНИТЫЙ ХОККЕИСТ ИЛЬЯ РОЗАНОВ НАЙДЕН МЕРТВЫМ СО СТОЯКОМ В ЗАГОРОДНОМ ДОМЕ» Он недовольно скалится на своего бойфренда. — Чего ждешь? Начинай... И возможно, если мне понравится... Ты получишь удовольствие, которого так долго ждал Илья прикусил язык, чтобы не съязвить что-то в духе «смотри, ты кончишь только от вида моей волшебной дрочки», но не стал. Вместо этого облизнув губы, он протолкнул указательный и средний пальцы себе в рот, тщательно посасывая при этом не отрывно смотря в потемневшие глаза напротив. Наигравшись с языком, смоченные пальцы скользнули по мягкой груди и задержались на темных горошинках сосков, пару раз сжимая. Холландер как хищник следил за каждым подрагиванием приоткрытого рта и сведеным бровями. У самого стояло так, что болела мошонка. Он расставил ноги широко, так что халат оголяя его бедра, скользнул по бокам. Со стороны послышался тяжелый вздох. — Ускорься, а то я сейчас засну, Рози Говнюк, где научился так дразниться. Опустим, что у него был хороший учитель, который вздрогнул от этих слов. Пальцы перестали играться с сосками и скользнули по кубикам пресса, сразу плотно обхватывая крупную головку, машинально растирая капли предэякулята по всей длине. —Да, вот так... Илья не заметил как его канадский хоккеист расставил ноги шире, оголяя свой член и тоже принялся поглаживать себя в такт чужим движениям. Когда встретились глазами оба застонали. — Милый, пожалуйста... Сделай что-нибудь своим ртом или задницей, я так скучал Сдавшись скулит русский хоккеист, делая свои щенячьи глазки, которые замедляют стук чужого сердца. Шейн сдался, резко встал со стула, скинул халат на пол и залез на кровать. Розанов выдохнул в чужие губы, член обхватили поверх его руки пару раз сделав движения вверх-вниз. Поцелуй получился сладким и долгожданным, что у Ильи закружилась голова от недостатка кислорода. И любви, конечно же. Веснушка отлип от него, тяжело дыша. Потянувшись к тумбочке выудил оттуда блистер и открыв его быстро раскатал по члену Розанова. — Стой... Тебя надо подгот... Ах блядь Шейн Кудрявая голова запрокидывается назад, канадец одним слитным толчком вводит в себя член до конца и протяжно стонет. На самом деле он подготовился ещё с утра, на случай если тормоза у него или у русского слетят до полуночи. — Фааак, как хорошо... Розанов кусает губы и поднимает голову, смотрит затуманенным взглядом на канадца и тот делает первые движения, снося обоим крышу. Все ощущается в сто раз сильнее, чем обычно. Спасибо, блядскому воздержанию. Илья чувствует, что долго не продержится. Холландер непрерывно двигался несколько минут, каждый раз попадая по простате. Когда он почувствовал большие руки обхватившие его ягодицы, то замедлился, впиваясь взглядом в чужие голубые глаза. — Убери руки, Илья...я тебе не разрешал прикасаться Строго говорит канадец, несмотря на сбившиеся дыхание и красные щеки. Розанов как ошпаренный убирает руки, поднимая в знак капитуляции. Он ужасно боится того, что его веснушка психанет и оставит его со стояком, влепит пощёчину и уйдет. Как в сопливых мелодрамах, которые так любит смотреть Хейден. — Любимый... Я больше никогда, слышишь, никогда не буду флиртовать. Ни с баристами, ни с продавцами, ни с мужчинами, ни с женщинами и даже со своим гребанным отражением в витрине. Для меня не существует никого, кроме тебя и твоих веснушек. Он нежно обхватывает чужое лицо, поглаживая щеки большими пальцами и искренне смотрит на канадца. Тот уже растаял на слове «любимый» смаргивая слезы, он первый целует кудрявого. Поцелуй выходит солоноватым из-за слез. И Илья готов себя пристрелить, за свой тупой юмор и ребячество, которое заставило страдать другого. — Я знаю, я тоже тебя люблю придурок... А теперь пора заканчивать С легкой ухмылкой его смущенный мальчик доводит их до пика пару раз насладившись до конца. Оргазм накрывает их с такой силой, что свистит в ушах. Холландер стонет в губы нижнего его имя, этого хватает закатить глаза в блаженстве Розанову. Чуть позже они лежат переплетённые конечностями. —Надеюсь, ты усвоил урок. Илья улыбается как сытый кошак, выводя узоры на чужом плече. —Да уж, я чуть не свихнулся. Все же ты прав, в наших отношениях сучка я. Но больше так не делай... Никогда —Будешь наглеть, я поставлю тебя на место, Рози Шейн слабо щелкает по лбу и целует в уголок губ. Розанов определенно нарвется, как-нибудь. Ну а пока, у них еще день до его рейса и он готовится поиметь веснушку на 89% поверхностях их дома.