Твой смех нашей встречи, в моей памяти навечно

У Ромы день с самого утра не задался. Мама гораздо чаще доставала его всякими мелочами, сестра шумела, слишком громко говоря по телефону с какой-то своей подружкой и шурша пакетами, разбирая очередную посылку с «Алика». Ещё и тройку из школы принёс. Ещё один повод маме придраться и начать ругаться. А потом случилось ещё кое-что гораздо более неприятное. Рома сорвался на Юре. Его настолько всё бесило и выводило из себя, что как обычно весёлый и оживлённый Юра, бегающий то туда, то сюда, сильно его раздражал. И когда Веснинский в очередной раз что-то спросил у Ромы, тот не выдержал и зло выкрикнул: — Да замолчи ты хоть на минуту! Голова раскалывается. Юра удивлённо и немного обиженно остановился: — Ну хорошо... Можно было спокойно сказать. Рома устало потёр переносицу и, виновато глянув на Юру, произнёс: — Прости, пожалуйста, Юр, я так задолбался с утра... Настроение никакое, так ещё и Варька с утра доставала, то туда, то сюда бегала, потом мама за тройку прикопалась... — Да ничего, всё в порядке, понимаю. Вполне ожидаемо от мамы твоей. Хорошая женщина, но её одержимость твоей успеваемостью и оценками пугает... Юра подошёл к Роме и приобнял того за плечи. — Слушай, Ром, я ж тебе что сказать хотел, точнее спросить, — Рома вопросительно глянул на парня, — мы с родителями собираемся поехать за город на дачу, не хотел бы с нами? — Хочу, но я не буду вам там мешать? — Вообще нет, — Юра ярко улыбнулся. — Надо только маму твою уговорить тебя отпустить. — Это будет сложно... — Не переживай, это я возьму на себя. Юрка улыбнулся ещё шире и притянул ближе к себе Рому: — А по какому предмету у тебя тройка? — По украинскому языку. Юра удивлённо воззрился на Рому: — Как так? У тебя же всё отлично с ним всегда было! Рома страдальчески вздохнул: — Эх-х, да тему не понял. А украинка, видимо, не поняла, что я не понял, и влепила. Хотела два поставить, но спасибо, что сжалилась. Видимо, поняла, что за такую оценку меня хотя бы не сожрут дома. — Капец, — Юра помолчал секунду, а потом предложил: — Хочешь, я тебе с ней помогу? Я хорошо её понимаю, и маме твоей можно сказать, что если ты с нами поедешь, я тебя подтяну и ты исправишь. Рома взглянул на рыжика с благодарностью в глазах: — Хочу, Юрочка, ты мой спаситель! — Оглянувшись по сторонам и никого не увидев, быстро чмокнул парня в губы и улыбнулся. — Я буду очень и очень тебе благодарен. Обрадованный и чуть смущённый Юра взял Никифорова за руку и потянул в сторону его подъезда: — Пойдём сейчас отпросимся? Мы поедем в пятницу, послезавтра, и на все выходные. Рома кивнул и с лёгкой улыбкой позволил Веснинскому потянуть себя за руку: — Пойдём. — И, помолчав секунду, добавил: — Надеюсь, всё будет хорошо... — Не переживай, я умею убеждать, — Юрка поиграл бровями и нараспев протянул: — Всё бу-дет хо-ро-шо. Всё будет хорошо, всё будет хорошо, я это зна-а-а-ю... Рома не выдержал и залился смехом — громким и весёлым. Юра подхватил, и вот так, держась за руки и смеясь, они подбежали к подъезду. Ключ доставать не пришлось. Дверь открыла пожилая женщина с маленькой, серой и злющей собачкой. Собачка оскалилась и злобно зарычала на парней. В ту же секунду Юрка, панически боявшийся собак, со страху спрятался Роме за спину. Ромка снова захохотал. — Не боись, не сожрёт она тебя. — Ага-ага, конечно, — немного недовольно, но с улыбкой ответил Юра, выходя из-за Роминой спины, когда женщина с серым монстром ушли. — Чтоб ты знал, маленькие собаки не менее опасны, чем большие: у них зубы хоть и маленькие, но капец острые. Вцепятся — не отдерешь. Рома, задумавшись над сказанным, кивнул: — Ну ладно, я понял. Пойдём. Наконец, зайдя в подъезд, они взбежали по лестнице на третий этаж к Роминой квартире. Остановившись, Рома похлопал себя по бёдрам и достал из правого кармана шорт ключ. Открыв квартиру и зайдя внутрь, он позвал маму: — Ма-а-ам, подойди сюда, пожалуйста! Из кухни вышла Мария Александровна, мама Ромы. Увидев Юру, она расплылась в улыбке. — Здравствуйте, тёть Маш! — Здравствуй, здравствуй, Юрочка, — вытирая руки о фартук, ответила она. — Как дела у тебя? Как школа? — Дела хорошо, со школой тоже всё чудесно, — легко улыбнувшись, ответил Юра. — Тёть Маш, я вот что спросить хотел: мы с родителями на выходные на дачу поедем, можно Роме с нами? Мария Александровна слегка нахмурилась: — Не думаю. Ему нужно подтянуть оценки. — Я ему могу помочь! — тут же ответил ей Юра. — Я эту тему на ура понял и ему помогу понять. Женщина задумалась на секунду, а потом, вздохнув, ответила: — Ну хорошо, пусть едет. Но учтите, — она обернулась к вышедшему из кухни и несущему в руках два бутерброда с маслом Роме и строго добавила: — Если не исправишь — больше никаких уступок с моей стороны, поняли? — Да! — хором ответили парни. — Ну вот и молодцы. — Она улыбнулась и глянула на бутерброды в руках у Ромы, а затем строго перевела взгляд на сына: — Так, чего это вы всухомятку хлеб будете есть? Бегом на кухню, там как раз чайник вскипел. С чаем поедите, а потом пойдёте. Парни, переглянувшись, синхронно кивнули, и Юра, разувшись, прошёл следом за Ромой на кухню. Комната встретила их густым ароматом борща на плите. Юре сразу вспомнилось, как он готовил Роме на этой самой плите завтрак, как чуть не спалил полхаты и как потом приятно было есть и смотреть на только проснувшегося Рому. От этих мыслей рыжий улыбнулся, прошёл к столу и сел на табуретку, обратив свой взгляд на копошащегося возле чайника Рому. На кухню зашла тётя Маша и, подойдя к плите, помешала ложкой варящийся в кастрюле борщ. — Поесть нормально не хотите? Рома, закончивший приготовление чая, повернулся к Юре и, увидев отрицательный кивок головы, ответил: — Не, мам, спасибо. — Ну как хотите, — закончив помешивать, ответила женщина и, выключив плиту, произнесла: — Я тогда пойду прилягу. Когда будете уходить, не забудьте закрыть квартиру. — Хорошо. Когда Мария Александровна ушла, а парни спустя пять минут перекусили, они, помыв посуду, вышли в коридор и, обувшись, покинули квартиру.