Love language

Глава первая: Новые «мы?» Знакомство, которое началось ещё на далёком первом курсе, не заладилось с самого начала: ненависть, предательства — и всё это продолжалось вплоть до войны с Тёмным Лордом. Но сейчас, с началом нового, восьмого курса, всё должно начаться с чистого листа. Так ведь говорят? Думаю, Гарри и Малфой тоже так считают, но разве возможно решить всё и сразу? Неизвестное будущее шокирует не только двух юношей, но и их приятелей. — Гарри Поттер — Каким бы пугающим ни было будущее, сейчас Гарри нужно было проживать настоящее. Но стоило ему войти в Большой зал, как мир вокруг вмиг перестал быть ярким. Стены родного дома выглядели тускло, будто дементоры научились высасывать атмосферу даже из неодушевлённого камня, свечей и столов. Всё казалось приглушённым — совсем не таким, каким Гарри помнил Хогвартс в тот день, когда «Мальчик-Который-Выжил» впервые переступил этот порог. Люди в зале почти не изменились, разве что не хватало нескольких ярких и ставших родными лиц. Место директора теперь занимал не Альбус Дамблдор и не Северус Снейп, а профессор Минерва Макгонагалл. «Не могу поверить, что я согласился на это», — пронеслось в мыслях. Гарри огляделся. В левой части зала, за столом Гриффиндора, он первым делом увидел своих друзей. Они выглядели так, будто общаются друг с другом совсем недавно — видимо, не ему одному было непривычно находиться здесь снова. «Ну конечно... мы ведь все через это прошли». С правой стороны, ближе к холодной стене, сидели представители Слизерина. Малфой, который тоже соизволил вернуться, был в окружении своей компании. Гарри не собирался задерживать на них взгляд, но внезапно столкнулся с серыми глазами. От этого взгляда стало холодно — так бывает в мороз, когда гуляешь по Хогсмиду и отчаянно хочешь поскорее зайти в тепло. Поттер поежился, но ответил внимательным, изучающим взглядом, прежде чем демонстративно отвернуться к столам Хаффлпаффа и Когтеврана. Хотя искать кого-то за столом Хаффлпаффа было почти бессмысленно. Это... давно стало несбыточным желанием. «Он был бы рад, что всё... почти как раньше», — подумал Гарри, вспомнив Седрика. За столом Когтеврана, где завтрак всегда сопровождался горой книг и журналов, самой заметной была Полумна Лавгуд. В своих новых странноватых очках и с забавными серьгами, она сразу заметила друга и плавно помахала ему с уютной, расслабленной улыбкой. Стоять посреди зала и рассматривать всех было странно, но это же Гарри — за столько лет все привыкли к его выходкам. Не задерживаясь более ни на секунду, он двинулся к своему месту между Роном и Гермионой. Без этого баланса мир окончательно бы рухнул. — Гарри! Мы думали, ты проспал и не захочешь идти на завтрак, — сказала подруга, потянув его за рукав, чтобы он сел. — Она права. Что случилось? Нам показалось, у тебя совсем нет сил, — неуверенно подтвердил Рон.  Весь вечер перед началом  первого мирного учебного года Гарри провел без сна, погруженный в тяжелые мысли. — Особенно после такого мозгового штурма! Оставаться активным так долго... — вставил Дин Томас, выглядывая из-за спины Гермионы. — О... да. Это точно. Но надо же начинать заново. Главное, чтобы Малфой не начал старое. На этого... — Гарри запнулся, подбирая слово, но так и не придумал ничего достаточно едкого. — На этого человека просто нет сил. Ребята поспешили сменить тему. Атмосфера и так была тяжелой, и лишний раз вспоминать о вражде не хотелось никому. — Драко Малфой — — И вправду, какая мерзость. Даже в гостиной Слизерина не так уныло, как здесь. — Я уверена, что у гриффиндорцев ещё хуже! Представь, какое уныние распыляет Поттер и его грязнокровая подружка с Уизли на пару, — Пэнси Паркинсон язвительно улыбнулась и издала злорадный смешок. Её смех начал раздражать Драко, и он лишь сухо усмехнулся в ответ. Он был согласен с ней насчет Поттера. «Мальчик-Который-Выжил-Дважды» стоял в проходе, как истукан, и пялился прямо на их стол, словно выискивая кого-то. Когда их взгляды встретились, Малфой напрягся. Что нужно этому никчемному герою? Высмеять? Унизить? Сказать, что он гнусный подонок? «Это начинает... бесить». Хотелось встать и высказать всё в лицо, но Драко продолжал сидеть, сверля Поттера взглядом несколько долгих секунд. Ничего нового. Гарри просто развернулся и ушел к своим друзьям. «Сейчас пойдет ныть и портить мне завтрак окончательно»,  — подумал Драко, возвращаясь к еде. Рядом продолжала распинаться Пэнси, с другой стороны что-то бубнил Забини, не давая сосредоточиться на внутреннем голосе, который и без того разрывался от противоречий.   — ЗЕЛЬЕВАРЕНИЕ — Вот чего Гарри точно не хотел, так это продолжения курса Зельеварения. Из всех предметов, от которых можно было отказаться, он уже вычеркнул Уход за магическими существами и Прорицания, но здесь выбора не оставалось. Урок долго не могли начать: ученики никак не могли угомониться с того момента, как зашли в кабинет. Там их терпеливо ждал профессор Слизнорт, особенно счастливо приветствуя «особенных студентов» — вроде Гарри и ещё пары влиятельных лиц, решивших продолжить обучение. — Мой милый мальчик! Ох! Я так рад вас снова видеть! Как поживают ваши друзья? —  Воскликнул мужчина хотя Рон и Гермиона уже давно были в кабинете, профессор, видимо, не обратил на них внимания, будучи чем-то занят. Но на Гарри он переключился моментально. Ну конечно, а на кого же ещё? — Всё хорошо, профессор. Кажется... я их вижу. Позвольте пройти? — вежливо попросил юноша. Слизнорт как-то грустно охнул, но пропустил его, после чего направился к своему преподавательскому столу, не обращая внимания на шумных студентов. — Минуточку внимания! Кхм-кхм! обратив на себя взгляды, преподаватель улыбнулся — ослепительно и немного глупо.  — Что ж! Я очень рад, что многие из вас решили продолжить этот интригующий курс. Теперь вы будете изучать его в своё удовольствие, больше никаких... тяжёлых испытаний,  — быстро поправился он, запнувшись на мгновение, и продолжил: — Рад сообщить, что у нас изменения! Поскольку наш директор решила, что всем нам нужно быть ближе и сплочённее, на моём и некоторых других курсах вас распределят по парам! Не всем, конечно, представится возможность работать с кем-то не со своего факультета, но это тоже ничего! Слизнорт довольно зажмурился. — Ну и, не упуская шанс, хочу пригласить вас по двое к моему столу. Каждой паре будет назначен свой цвет, чтобы во время будущих тестов вы могли сразу собраться и быстро начать работу! Следующие две минуты Слизнорт монотонно зачитывал фамилии. — Гарри Поттер — Когда очередь наконец дошла до Гарри, он понял, что, кроме него, без пары остались только Пэнси, Кормак Маклагген и Драко Малфой. «Удача должна быть на моей стороне хотя бы сегодня!»  — взмолился он про себя. Но удача лишь рассмеялась ему в лицо. Следующее, что он услышал, было слово: — Серебряный! — Что?.. Кхм. Что, профессор? Я задумался над будущими задачами и не расслышал, — выкрутился Гарри, моментально ощутив на себе взгляды пары десятков глаз. — О, конечно, мой мальчик. Вы, мистер Поттер... будете в паре с мистером Малфоем. Описать потрясение Гарри было невозможно. Непонимание, гнев, отрицание и, наконец, горькое принятие неизбежного... Ему и Малфою придётся работать вместе до конца учебного года. В этот момент юноша пожалел о своём решении вернуться в Хогвартс сильнее, чем когда-либо. Гарри мельком взглянул на слизеринца. Лицо того застыло: Малфой явно был в не меньшем восторге, чем сам Поттер. —Ваша задача-**сварить напиток живой смерти.** Удачи !  — провозгласил Слизнорт, взмахнув палочкой. На доске проявились сложные инструкции. — У вас мало времени, а это зелье требует... ювелирной точности и, что немаловажно, полного доверия к партнеру! Приступайте. Гарри почувствовал, как внутри всё стянулось в тугой узел. Доверие? К Малфою? смешно. Рон, которому в пару досталась Падма Патил, бросил на друга сочувственный взгляд, прежде чем скрыться за паром своего котла. Гермиона уже что-то усердно записывала, работая с Эрни Макмилланом. Поттер медленно, словно на казнь, двинулся к рабочему столу в конце кабинета, где уже стоял Драко. Слизеринец не шевелился. Он смотрел на пустой котел так, будто тот был полон ядовитых змей. Когда Гарри подошел вплотную, Малфой наконец поднял взгляд. В нем не было привычной насмешки — только глухое, ледяное раздражение и что-то еще, подозрительно похожее на обреченность. — Даже не думай приближаться к ингредиентам, Поттер, — процедил Драко сквозь зубы, едва шевеля губами. — Я не хочу взлететь на воздух из-за твоей криворукости. — Ты тоже не предел мечтаний, Малфой, — огрызнулся Гарри, бросая сумку на пол. — Но нам обоим нужны баллы, так что либо мы работаем вместе, либо... — Либо этот год станет для нас обоих адом, — закончил за него Драко и впервые за день коротко, злорадно ухмыльнулся. — Добро пожаловать в реальность, «золотой мальчик». —ага..и новые «мы» справимся?