Последние лето детства

Было лето, у парней выпускной класс и экзамены не за горами и это последнее их лето, что они могут ещё побыть немного детьми рядом с друг другом. Они решили провести одну неделю вместе, под одной крышей, предложив родителям те согласились. В итоге они сняли дом, где проживут неделю. Утро. На кухне нараспашку открыто окно, а соглнце мягко пробивалось сквозь прикрытые шторы. Уриил стоит и режет фрукты параллельно куря сигарету, выдыхая дым в окно. Александр рядом стоял и варил кофе. К Уриилу за спиной подкрадывается Луис и ворует яблоко, пока первый отвернулся. Но тот заметил и шлёпнул Нельсона по руке. — Хватит еду воровать, дождись пока готово будет, — произнёс Уриил спокойным тоном. Уриил стряхнул пепел в открытую банку и, не оборачиваясь, добавил: — Луис, если ещё раз полезешь руками в еду — будешь чистить всю кухню. — Человек с ножом угрожает, — лениво отозвался Александр. — Это не угроза, — спокойно ответил Уриил. — Это информирование. Луис фыркнул, демонстративно уткнувшись в телефон и откинулся на спинку стула. Кейлен сидел и наблюдал за этим маленьким цирком, что происходит всё утро, только слегка улыбаясь. Эмиль стоял не далеко от Александра, который в данный момент переписывался с Валентиной, которая была в приюте для животных. Эмиль перевёл взгляд с вида из окна на Кейлена и сказал ему: — Слушай… ты всегда так терпеливо сидишь… даже когда кто-то устраивает маленький хаос. — Я просто наблюдаю, — тихо ответил Кейлен, слегка улыбаясь. — Даже если это Луис, — подшучивает Эмиль, и его тон будто намекает на «ты согласен, да?» — Даже если это Луис, — спокойно повторил Кейлен, не отводя взгляда, — главное, чтобы никому не было холодно. — Ха, ну тогда ты официально наш главный «наблюдатель за хаосом», — тихо подмигнул Эмиль. — Главный… наблюдатель за хаосом… — тихо повторил Кейлен, слегка улыбаясь, — звучит как работа на полставки. — С учётом нашего состава, — лениво подал голос Александр, не отрываясь от телефона, — это уже считай, почти государственная должность. Кейлен перевёл на него взгляд и спокойно кивнул: — Тогда надеюсь, что у меня хотя бы будет выходной. — Не надейся, — усмехнулся Александр. — Мы тебя наняли пожизненно. — Я так и знал, — тихо сказал Кейлен, — что надо было читать тот мелкий шрифт. И все начали тихо смеяться, кто громче, кто тише, но смех делал утро ещё теплее. С ними ещё были Ти и Оливер, но первый уехал по делам ещё рано утром, а второй отсыпался после своего мозгового штурма с новыми идеями эскизов. Уриил поставил тарелки с завтраком на стол, а Александр налил кофе себе и Уриилу и сел за стол. Они все расселись и так прошло их утро, тихое и уютное, что было только их. ***** И вот настал вечер, солнце клонилось к закату. Терраса была залита золотым светом, а лёгкий ветерок шевелил волосы. Все парни собрались, к этому времени уже проснулся Оливер и уже начал что-то чиркать у себя в блокноте. Закат мягко заливал террасу золотым светом, ветер шевелил волосы и пледы. Луис тихо храпел в кресле, согнувшись под своим пледом, и только иногда слегка дергал руками, будто продолжая свои сны. Эмиль присел на перила рядом с Кейленом, плечи слегка касались друг друга, плед слегка смещался от ветра. — Знаешь, — тихо сказал Эмиль, глядя на закат, — мне кажется, тут всё как будто замедляется… даже Луис спит. — Правда? — тихо ответил Кейлен, мягко улыбаясь. — Мне просто нравится, что можно спокойно смотреть на людей рядом. — Именно. Даже если они сумасшедшие, — тихо улыбнулся Эмиль, слегка поправляя край пледа, который сполз плеча Кейлена. — Ну… тут каждый сумасшедший по-своему, — спокойно сказал Кейлен, немного наклонив голову к плечу Эмиля. — А я просто рядом. Эмиль тихо засмеялся, глядя на мягкие тени, которые ложились на деревянные перила, на пледы, развевающиеся от ветра, и на Луиса, который тихо ворочался во сне: — И всё равно мне нравится, что кто-то это наблюдает. — сказал он это почти шёпотом. — Рад, что ты рядом, — тихо ответил Кейлен, едва улыбаясь. На это раздался тихий скрип от деревянных досок, Оливер подошёл, ещё с блёстком в глазах от только что завершённого эскиза: — Не слишком увлеклись философией, ребята? — тихо, но с лёгким смешком. — А то я тут весь вечер на вдохновение надеюсь, а вы уже почти медитируете. — Философия и вдохновение отлично уживаются, — улыбнулся Эмиль, подмигнув Кейлену. — Только Луис спит, как младенец, — добавил Александр, протирая кружку с чаем, — а мы тут рассуждаем о смысле жизни на террасе. Кейлен чуть улыбнулся: — Ну, а когда ещё, если не летом, перед экзаменами и взрослением? — Ага, пользуемся моментом, — усмехнулся Александр. — Потом будем обсуждать кредиты и дедлайны. — Ты сейчас звучишь так, будто уже всё сдал,— хмыкнул Эмиль. — Я просто реалист, — хмыкнул Александр. — Кто-то же в этой компании должен. — Сомнительный выбор кандидата, — тихо заметил Кейлен. Эмиль фыркнул, прикрывая улыбку ладонью. — Понимаю, — тихо сказал Кейлен, слегка наклонив голову к Оливеру, — но иногда лучше просто наблюдать. Оливер чуть нахмурился, потом улыбнулся: — Согласен… но кто-то же должен вдохновляться для новых эскизов. Я пойду посмотрю, что там по ткани. И с лёгкой тенью улыбки он тихо ушёл обратно, а ветер на террасе снова стал главным звуком, смешиваясь с мягким дыханием, пледами и тихим смехом Луиса сквозь сон. Так и продолжатся их вечер, пока они не разошлись по комнатам спать. ***** Уриил задержался у лестницы, бросив взгляд в сторону комнат: — Он всё равно не уснёт, — тихо сказал он. — Кто? — лениво спросил Эмиль. — Оливер. Александр последним погасил свет в гостиной, бросив взгляд на тёмный коридор: — Если Оливер опять не уснёт, — тихо сказал он, — давайте притворимся, что это не наша вина. □□□ Тишина ночи почти осязаема. Лишь ветер слегка шелестит за окном, смешиваясь с тихим дыханием спящих друзей. Оливер сидит на краю кровати, прислушиваясь к каждому звуку, но мысли его уже не отпускают — эскизы, ткани, идеи, которые нужно зафиксировать прямо сейчас. Он встаёт, аккуратно проходит мимо спящих, и комната за его спиной становится тихим полем для вдохновения. Тут, подойдя к своему столу, он натыкается на эскиз, что был нарисован вечером, и, взяв ручку, начинает добавлять детали. Закончив, он понимает, что это будет идеально выглядеть на Кейлене, и Миллс идёт в комнату к другу. В порыве вдохновения он даже как-то не думает, что тот уже спит. Зайдя в комнату, он подходит к кровати и немного встряхивает Кейлена за плечо, пытаясь разбудить его. — Кей… — тихо зовёт он. — Кейлен. Тот вздрагивает, медленно открывая глаза. Взгляд расфокусирован, будто он ещё не до конца вернулся из сна. — Мм?.. — промычал он и, не поднимаясь, чуть поворачивает голову. — Что случилось? — Прости, — быстро говорит Оливер, уже начиная говорить быстрее, чем думать. — Я просто… у меня появилась идея. Мне нужно буквально на пару минут. Я не могу это сейчас упустить. Кейлен моргает, будто обдумывает услышанное, потом тихо выдыхает и садится, потирая лицо ладонями. — Сейчас? — спрашивает он без упрёка, скорее уточняя. — Да, — признаётся Оливер. — Я понимаю, что уже поздно, но… — Ладно, — перебивает Кейлен и уже тянется за футболкой. — Пошли. Он встаёт неуверенно, чуть покачивается, но всё равно делает шаг к двери. Оливер на секунду замирает, глядя на него — сонного, растрёпанного, но всё равно готового идти. В коридоре они почти сталкиваются с Александром. Тот выходит из своей комнаты, явно направляясь за водой, и останавливается, оглядев их обоих. — Ночь, — сухо констатирует он. — Плохое время для идей. — Это срочно, — начинает Оливер. Александр смотрит на Кейлена, потом обратно на Оливера. — Он хоть проснулся? — уточняет он. — Почти, — тихо отвечает Кейлен и зевает, прикрывая рот. — Я функционирую. Александр вздыхает, отступая в сторону, чтобы пропустить их. — Тогда ладно, — говорит он. — Но если он уснёт стоя, это уже будет на твоей совести. — Не усну, — бормочет Кейлен. — Я сяду. Александр едва заметно усмехается и уходит на кухню, а Оливер и Кейлен направляются дальше по коридору, где ночная тишина снова смыкается вокруг них. Комната освещена только мягким светом лампы. Ткань разложена на столе, булавки расставлены, но в лёгком беспорядке. Блокнот с эскизами открыт, карандаши раскиданы вокруг, некоторые чуть упали на пол. Кейлен стоит с прикрытыми глазами и опираясь рукой о стол, чтобы не упасть. — Сейчас, подожди ещё немного... — бубнит себе под нос Оливер. — Ага... — сквозь зевок отвечает Кейлен. Миллс аккуратно поднимает ткань, проверяет, как ложится каждый сгиб, быстро пересматривает эскиз, делая уверенные, почти резкие движения. В голове только линии, ткань, булавки и шов, который надо провести идеально. Голова Кейлена клонится вперёд, он клюёт носом, но он остаётся рядом, как будто встроенный якорь спокойствия. — Ммм… я не двигаюсь… — тихо бормочет Кейлен, когда голова чуть падает на плечо Оливера, но он всё равно держит ткань ровно. Оливер наклоняется, осторожно поправляет плечо Кейлена, шепчет: — Не падай, я почти закончил. И возвращается к шитью. Его движения быстрые, но напряжённые. Он проверяет каждую строчку, подбирает булавки, поправляет ткань, слегка сжимает зубы от концентрации. Каждый шаг кажется критически важным: один неверный шов — и всё испорчено. — Ещё секунда… — шепчет он себе, — не ошибись… Кейлен слегка дёргает ткань, чтобы она не соскользнула, почти не просыпаясь. Он не просит помощи, просто держит, помогает быть уверенным в движениях Оливера. И это маленькое «я рядом» становится невероятно ценным для него. Эмиль тихо заходит с пледом и оставляет его на стуле, едва заметно улыбаясь: — На всякий случай… — тихо произносит он и уходит, не мешая процессу. Когда Миллс заканчивает, он аккуратно укладывает Кейлена на кровать, сам садится рядом. Дрожь в руках постепенно проходит, дыхание становится ровнее. Он смотрит на Кейлена и думает: «Он уснул, но не ушёл… даже сейчас… он готов помогать». Кейлен уютно заваливается на подушку. Оливер тихо поправляет плед и бережно засовывает край под плечо Кейлена, потом возвращается к блокноту на столе. Он проверяет линии на эскизе снова, но уже спокойнее: рядом тот, кто «не ушёл». В комнате тихо, слышен только лёгкий шорох ткани, дыхание Кейлена и скрип карандаша. Всё сочетание — напряжение творчества, хаос линий и булавок, мягкая забота Кейлена, тихая поддержка Эмиля — всё сливается в одну спокойную, тёплую ночь. Оливер понимает: иногда присутствие рядом — важнее любого шва или эскиза. Так и продолжается вся ночь: зарисовки в блокноте, в куче материалов на столе, под сопение Кейлена. Тихий скрип карандаша затихает, блокнот закрыт, ткань уложена аккуратно. Оливер ещё несколько секунд сидит, наблюдая, как ровное дыхание Кейлена становится спокойным. Он осторожно поднимается, убирает булавки, проверяет порядок на столе. Ветер за окном слегка меняет направление, и первые мягкие лучи солнца едва касаются подоконника. Оливер тихо усаживается на край кровати, поджав ноги, и закрывает глаза, позволяя себе несколько мгновений тишины. В комнате тепло, тихо, почти сонно. А за окном постепенно начинается утро, обещающее новый день, полный света, смеха и, возможно, новых маленьких хаосов. ***** Наступило утро. Кейлен медленно поднялся с кровати, натянув на плечи плед. Память о ночи ещё терялась в тумане сна — только отдельные моменты всплывали: Оливер за столом, ткань, линия эскиза, его собственные руки, дрожавшие от концентрации. Он моргнул, пытаясь вспомнить, что было, и с трудом поднялся на ноги и вышел из комнаты. На кухне уже вовсю шла жизнь. Уриил стоял у стола, аккуратно раскладывая фрукты, дымок от сигареты лениво поднимался к потолку. Александр наливал кофе, бросая быстрые взгляды на Оливера, который сидел с блокнотом, уже что-то записывая. Эмиль держал кружку, наблюдая за всем происходящим с мягкой усмешкой. Луис, который вчера так и не дошёл до своей комнаты, всё ещё спал в кресле, плед почти полностью закрывал его тело, и иногда он тихо ворочался, издавая смешные еле слышные звуки сна. В этот момент раздался звук ключа в замке, а потом привычная мягкая поступь по крыльцу — Ти наконец-то вернулся. Кейлен стоящий в проходе на кухню, оперевшись о косяк, обернулся на звуки из коридора, Ти подошёл к нему и они пожали руки друг другу, после чего прошли вместе на кухню — Ну что, герой ночных вдохновений, — с лёгкой усмешкой произнёс Кольер, держа кружку, — как спалось? Кейлен слегка улыбнулся, поправляя плед на плечах: — Довольно странно… спал и одновременно наблюдал за всем. — Звучит как твоя работа на полставки, — подшутил Эмиль. — Можешь при составлении резюме добавить: «Главный наблюдатель хаоса и вдохновения». — Только если мне будут за это доплачивать. — усмехнувшись ответил Малетер. Ти поставил рюкзак на стул, глядя на всех: — Похоже, я я ещё не опоздал к самой интересной части утра. Луис всё ещё дрыхнет? — Ага, — улыбнулся Александр, раздавая кружки с кофе. — Он сейчас в режиме полного засыпания под пледом. — Тогда у нас есть время на завтрак без разбитой кружки, благодаря Луису, — добавил Ти, подходя к шкафу с кружками. — А потом можно и к делам приступать. Ти налил кипяток в чашку и закинул туда чайный пакетик, сел за стол рядом с Оливером. Тот в свою очередь только мельком окинул всех взглядом и кивнул Ти и снова уткнулся в блокнот снова полностью погружаясь в работу. — Почему ты его поднял посреди ночи? — наконец спросил Уриил, краем глаза поглядывая на Кейлена. Миллс на мгновение замер, слегка улыбаясь поднял голову на Уриила и ответил: — У меня было вдохновение, и знаешь он же не ушёл, хоть и засыпал, но остался. — В этом весь Кейлен, — невзначай бросил Ти. Эмиль тихо фыркнул, улыбаясь. — Походу наблюдатель за нашими хаосом теперь ещё и по ночам подрабатывает, — добавил Кольер. — А я говорил, что у него контракт на пожизненное. — садясь за стол, сказал Александр. Кейлен и Уриил стоя у столешницы прыснули со смеху. Остальные тоже сели за стол, телефон Кейлена, который лежал на столе завибрировал, половая знак о приходящем сообщении. Он взял телефон и там было сообщение от Валентины, которое гласило что она приедет к ним вечером. — К нам Валентина вечером заехать решила, — оповестил Кейлен остальных. Александр резко поднял голову. — Серьёзно?— Переспросил он слишком будничным тоном. — Она же вроде в приюте до вечера. — Да, — спокойно подтвердил Кейлен. — Она написала, что сегодня она закончит пораньше. — Угу, — протянул Эмиль, откладывая кружку. — Заедет. Интересно, как быстро Александр начнёт делать вид, что это его вообще не волнует. — Я не делаю вид.. — начал Александр. — Конечно, — тут же подхватил Ти. — Именно поэтому так разео поднял голову. Уриил, не поднимая головы от стола, спокойно добавил: — И кофе ты себе налил третий раз. Александр замер, посмотрел на кружку, потом на остальных: — Вы сейчас серьёзно все против меня сговорились? — Мы просто наблюдаем, — мягко сказал Кейлен. Эмиль усмехнулся: — Видишь? Даже наш наблюдатель подтверждает симптомы налицо. — Симптомы чего? — сухо спросил Александр. — Твоего предвечернего волнения, — пожал плечами Эмиль. — Хронического причём. Александр фыркнул, отставляя кружку в сторону: — Прекрасно. Я просто удивился, это преступление? — Пока что нет, — тут же отозвался Кольер. — Но мы следим за развитием событий. — Вы слишком много себе позволяете с утра, — буркнул Александр. — Я просто рад, что она заедет и всё. — «Просто рад», — повторил Ти с лёгкой усмешкой. Кейлен чуть пожал плечами: — Мы же не говорили, что это плохо. Уриил спокойно подытожил: — Просто это заметно. Александр поставил кружку на стол чуть громче, чем нужно: — Отлично. Тогда договоримся так: вечером вы делаете вид, что ничего не происходит. — А ты? — уточнил Эмиль. — А я.. — Александр криво усмехнулся, — постараюсь не делать ничего слишком очевидного. После этих слов разговор сам собой сошёл на нет. Кто-то допил кофе, кто-то уткнулся в телефон, а за окном утро окончательно вступило в свои права. У них ещё было целое лето впереди и их последний учебный год перед поступлением, а после взрослой жизнью. И время летело так быстро, что каждый из них старался запомнить их совместные моменты.