Программа "Давай Разведёмся"

Выйдя после душа и обвязав вокруг талии пояс бордового халата, ощущая, как махровая ткань впитывает остатки воды, Аластор направился неторопливым шагом по коридору. Эхом раздавался шлёпающий звук тапочек по мрамору. На этом этаже было довольно-таки прохладно, и не только из-за холодных оттенков синего — казалось, тут вообще не было предусмотрено отопление, от чего мурашки бежали по всему телу. Подойдя к двери, он на мгновение замер, не решаясь коснуться ручки, но путь назад был уже давным-давно убран в самые глубины разума и не нуждался в напоминании. Отперев дверь чужой, но знакомой ему спальни, Аластор сразу же направился к кровати, не желая рассматривать комнату. Он присел на край матраса, завидев свёрнутую газету на тумбочке, взял её, скидывая тапочки и закидывая ноги на кровать, облокотившись на спинку. Чтиво было неутешительное: «VAW сдают позиции. Что же наши медиа-магнаты придумают на этот раз, чтобы удержаться на плаву?» — А где же страсть, Аластор? — прозвучал шаловливый голос, который был полностью проигнорирован. Безмятежность нарушило нечто крайне кощунственное. «О великий теле-демон», который тоже упоминался на главной странице новостей, теперь лежал рядом в специфической позе: одно колено согнуто, локоть подпирал боковую сторону экрана, а синий халат, такой же махровый, как и на нём, оголял согнутую ногу. Аластора скрутило бы в рвотных позывах, если бы он был слишком впечатлительным. — Это всего лишь очередная из твоих дурацких программ, не раздувай из этого нечто глобальное, — бросил Аластор, поправляя шелестящую газету и продолжая читать. — Ой, да ладно тебе. Хватит строить из себя девственника. — ... Неловкое молчание после этих слов, на удивление, даже смутило Вокса, и в какой-то степени он почувствовал сочувствие к Аластору. — Ну давай. Не ломайся. Умер девственником, не оставаться же теперь им во веки веков и в Аду. — Соизволь понизить громкость своего динамика, а то начинает раздражать. — Ах так?! Знаешь, так бы и сказал, что ничего не смыслишь в страстных вещах! — Не говори ерунды, — на выдохе произнёс Аластор и отложил чтиво до следующего раза. — Мы сейчас здесь только для большего реализма и вхождения в роль, — профессиональным тоном произнёс радио-демон. Вокс улёгся на спину, шурша, облокотился на изголовье кровати, поправляя подушку, сравнявшись с линией взгляда партнёра. — Как я могу быть уверен, что ты сможешь её сыграть... — обиженно надув губы, проговорил Вокс, отворачиваясь в сторону. Аластор косо на него посмотрел, раздражённо дёрнул ухом и плавно двинулся к нему. Лишь предательский скрип матраса выдал его намерения, отчего Вокс замер, когда радио-демон перекинул одну ногу через него, вцепился в экран по бокам, приникая губами. Тепло плоти, чуть колющее, растянутое постоянной улыбкой, но распаренное от недавнего горячего душа. На Вокса обрушился внезапный запах свежести от шампуня, а влажные волосы, щекоча, касались и липли к запотевшему экрану, служа хорошим проводником напряжения. Зрачки Вокса расширились, систему будто перемкнуло, вызывая замыкания в отсутствие дыхания. Но та быстро пришла в норму и начала действовать: он обхватил его в районе талии, прижимая ближе, теснее, заставляя Аластор издать шипящий звук радиопомех. Выражение лица Вокса сразу переключилось на ухмылку; прикрыв глаза, он механически, чуть дёргано, вытянул шею ближе к нему, проводя будто люминесцентным, светящимся языком по сжатой линии зубов, изучая на вкус статику. Челюсть Аластора дёрнулась, и он усилием воли приоткрыл рот, углубляя слияние двух видов трансляции. На этом вся инициатива радио-демона закончилась. Вокс прижал его ближе, очерчивая изгибы тела, чувствуя как ткань электризуется под ладонями. Проводил языком по клыкам, сменяя каждую линию передач с новым острым концом. Касаясь чужого языка, он ощутил каменное напряжение мышц партнёра и его желание сжаться, стать тише, из-за чего тело чуть трясло. Железный каркас Вокса начал издавать гудящие звуки, напоминающие довольного кота. Перегретый процессор образовывал облако испаряющейся сырости от редких капель воды с красной шевелюры, падавших на приоткрытую грудь теле-демона. Несмотря на то, что партнёр был неподвижным бревном, дрожь, выданная за такое же желание, как и у Вокса, возбуждала. Он с наслаждением прильнул языком к чужому нёбу, чувственно надавливая кончиком, щекоча; Одновременно подхватывая его бёдра, он рывком приподнял Аластора, притягивая к себе и создавая заветное, хоть какое-то стимулирующее движение снизу, и каркас кровати чуть затрещал. Аластор не мог не ощутить многозначительную выпуклость снизу, вмиг распахнул глаза, в которых задрожала линия радара. Его челюсть рефлекторно схлопнулась, а лицо сморщилось, будто от удара по ушам пожарной сирены. Он поспешил отстраниться, отталкиваясь от сжавшихся плеч Вокса. Сглатывая знакомый привкус крови с кусочком кисло-сладкой плоти, покалывающим электричеством. Вокс восклицательно замычал, а экран залился рябью помех от боли; рука сразу же потянулась ко рту, из которого лилась кровь и вырывались невнятные проклятья в адрес каннибала. — Нечего было меня прижимать к... — проговорил Аластор в ладонь, вытирая остатки крови, и скользнул взглядом вниз по синему халату к источнику проблемы. Его улыбка скривилась, мускул на лице нервно дёрнулся при виде обнажённой плоти напротив, не прикрываемой даже тканью, — ...Отвратительно. Вокс, чуть откашлявшись, в оправдание кинул: — Это всего лишь физиология! Не принимай на свой счёт! Аластор сполз на свою половину, не желая больше смотреть на эту порнографическую картину. — Да, уверен, у тебя на что угодно встанет, — прорычал он, усерднее вытирая невидимые следы с губ, вставая и направляясь к выходу. Вокс проводил его пронзающим взглядом; по экрану ходуном дёргались помехи. Он быстрым движением прикрыл пах складкой халата, скинул ноги с кровати и хотел было тоже встать, но, осознав, что Аластор скорее всего направился в ванну, решил подождать, откидываясь спиной на матрас. Вытянув руку, которой прикрывал рот, и чуть согнув её, он почувствовал неприятную липкость. Одна капля крови упала с кончика когти прямо на экран. — Чёрт, постельное надо будет сменить, — раздражённо сказал в пустоту Вокс, потирая экран, размазывая красное пятно и делая лишь хуже.

___