Внезапное

Изящные запястья Клауса выписывают узоры в воздухе по ведомой лишь ему причине. В его голове сейчас играла музыка, вероятно, какая-то вычурная и старомодная, под стать готической рубахе, висящей на нём в данный момент. Впрочем, ажурная ткань не отменяла ни всклоченных волос, ни расстëгнутых кожаных брюк, ни отсутсвия одного носка на босых ногах, ни расширенных зрачков. В доме сейчас было пусто. Конечно, Грейс и Пого всё ещё были где-то здесь, но остальные нашли себе дела поважнее, оставив проблемного братца в полутьме его комнаты. Лампа перегорела, но свет доносился из коридора, серебрился слегка от уличного фонаря. — И долго этот декаданс будет продолжаться? — Руки застыли в воздухе, но четвëртый даже не удосужился открыть глаза. — Чего? — Только промычал он, вызвав протяжный вздох Бена. Клаус не был излишне глуп, но и багажом знаний не блистал, да и в нынешнем состоянии его светлейшего ума, врядли вообще понимал человеческую речь. — Культурный регресс, Клаус. — Пояснил призрак, опускаясь на кровать возле (слава богу не)родственника. Нематериальная ладонь играюче закружила пальцами перед лицом наркоши, который наконец соблаговолил поднять тяжелейшие веки. Зелёные глаза следили за каждым движением, Бену казалось, что он играет с котёнком. Очень вредным, нетрезвым и каким-то огромным для котёнка, но всё-таки. — Бенни, дорогой, не мучь меня. — Промурлыкал в своей обычной манере четвëртый. — Регресс, хергресс… Я хочу отдохнуть, ладно? — Не так. — А как же? — Интерес к руке собеседника пропал, так что Клаус, закрыв глаза снова, раздражённо выдохнул. Этот сукин сын и по башке дать может… Черт бы побрал, что он теперь может касаться брата. — Да как нибудь. Цветы посади, сходи прогуляйся… — Я гулял только что, забыл? — Да забудешь тут, это ж я тебя на улицу уговаривал уйти, чтобы охрана клуба тебя не избила… И вообще, это была не прогулка. — Как скажешь, Каспер. — И «Каспер» всё-таки даёт подзатыльник под тихий смешок. Бен не любит это прозвище. — Ещё раз так назовëшь- я тебя выебу. — Грубо. Даже слишком, и не в духе Бена, однако, Клаус тоже не то, чтобы слишком мягок с ним, так ведь? — Ох, малыыш… — Тянет шатен, всё ещё смеясь. Бен думает, что он сейчас заткнëтся или скажет какую-то тупость «с высоты полового опыта», но от парня доносится только скрипучее: — Мой милый малыш Каспер. — Губы азиата сжимаются в полоску, брови сводятся к переносице. И на что он только рассчитывал, когда говорил этой объëбанной кошке такие слова? Однако теперь тот, видимо, не отстанет, ведь два изумруда, почти не видные за огромными зрачками, снова сверлят его взглядом. Раздевают? — Ну да, конечно. Уж лучше спи тогда. — Фыркает более адекватный Харгривз, глядя в глаза брату без тени любых эмоций. — Нуу, дорогой… Я боюсь, что теперь не усну. — Уронив лацкан рубашки вставая (теперь она свисала почти до локтя с одной стороны), Клаус усадил звой зад перед Беном, корпусом подавшись ближе. У черноволосого аж глаза стали европейского типа, ещё бы, что он себе позволяет?! В наглую заигрывает с братом, пусть и не родным, и точно, паршивец, знает, что отказать ему трудно. Ой как трудно… А Бен пытается. Не зря они хоть и не родственники, но упрямство у Харгривзов «в крови». — Если ты сейчас не увеличишь расстояние между нами, я сам тебя оттолкну. — Мм, малыш любит БДСМ? — Его вообще ничего не остановит, да? И самое ведь грязное, что Клаус этого не хочет, нет. Он сейчас реальность не слишком отдупляет и позволяет себе всё, что взбредëт в головку (не ту, что на шее, видимо), а тут как назло Бен. Ах, какие ощущения- переспать с мёртвым братом, возможно, если бы Бен принимал те же кислоты, он тоже нашёл бы это шикарной идеей, ан-нет. Он то трезв, значит не находит. Не находит, и превозмогая желание сорвать к херам цветастую майку (она принадлежит Элисон?) с худого тельца, легонько толкает Клауса в подушки. — Ухх, какая злюка. Бен, ты же обещал… — Он снова приблизился, намеренно раздражая. И Бен… Сдаётся. Толкает брата на кровать, раздвигая его ноги коленом, ну что ж, думает он, припугну его немного, отстанет, небось ещё правда уснёт. И вот с оглушительным треском проваливается эта попытка, вместе со всеми мыслями азиата. Клаус притягивает его к себе за шею, утягивая в быстрый, рваный поцелуй. А Бен даже не сопротивляется. Думать сейчас было не лучшим решением, а шершавые губы брата с металлическим привкусом от лёгкого нажатия на ранки от зубов, захватывали как будто все его ощущения. Бен никогда не целовался. Разве не забавно? Даже за руки не держался ни с кем, и вот теперь, спустя семнадцать лет после собственной смерти, зажимает в кровати своего брата. Который, к слову, свои очумелые ручки опустил сильно нижне шеи шестого, вовсю исследуя джинсы парня, а конкретно, то, как они расстëгиваются. — Что ты делаешь? — Ещё пытается сохранить здравый смысл Бен, но это так называемый протест на коленях, ведь сопротивления действиям четвëртого не последует. Как и ответа от Клауса, ведь его довольная мордашка означает одно- он нашёл, что искал. В следующую секунду Бен ясно чувствует как ему профессионально дрочат, с явным энтузиазмом. Изо рта парня вырвался достаточно громкий стон. — Какооой потенциал… Как хорошо, что тебя слышу только я, а то вся улица бы была в курсе. — Хихикнул четвëртый, в темпе вальса двигая рукой. — Заткнись. — Как скажешь. — И вместо разговоров, он занял рот укусами и поцелуями на шее брата. Для Клауса всё это- обычная процедура перед другой обычной процедурой, за исключением одного. Ещё один несдержанный стон, и наркоша ощутил, что ему стало значительно теснее. Причём, не только в штанах, что удивительно. А Бен, способность которого вырвалась в совсем неподходящий момент, готов был умереть второй раз и буквально провалиться сквозь землю. Было глупо. — Эй, Бенни… Не мог бы ты перестать меня душить? — Осторожно попросил Клаус, что удивительно, не прекращая движения рукой, похоже, смущает его лишь затруднëнность дыхания. Парень смущённо опускает глаза, беря себя в щупальца и действительно расслабляясь, а вот у четвёртого возникла новая крышесносная идея. — и знаешь, не убирай эти штуки. — Вторая рука потянулась к прикроватной тумбе выуживая полупустой бутылек со смазкой. Под непонимающий взгляд Бена, лубрикант выдавливается на одно из его щупалец, и тут до него доходит. — Серьёзно? — Да, давай попробуем! На самом деле я давно о чём-то таком думал, но сам понимаешь, просто так тебе об этом не скажешь… Так что не стесняйся — На какое-то время рука на органе шестого исчезла, но лишь пока Клаус стаскивал с себя брюки и трусы с сердечками. — И что, мне просто… Вставить это? — Бен всё ещё не был уверен. Мало того, что он девственник, о таком он вообще даже не думал ни разу. У Клауса трип что-ли? Но тот, видимо, настроен серьёзно. Черноволосый получает утвердительный кивок, ии, борясь с желанием закрыть глаза направляет одно из щупалец в дрожащего от предвкушения брата. — АХ! ~ — Громкий стон, если не сказать вскрик, разнëсся по комнате. — Ты как, нормально? — Неуверенно спросил Бен. По правде, он не мог сказать точно, нормален ли Клаус вообще в принципе, но в данный момент это было особенно интересно. — Да… Да, более менее. Теперь можешь, ну… Подвигать им? — И парень слушается, осторожно начиная вращать щупальцем, чем снова доводит до стонов брата, который вцепился пальцами в простыню. — ДА! Вот так… Ах… — Щупальце скручивалось в виток в чужом теле, вызывая новые и новые стоны, слащавый голос брата возбуждал парня. Вот уже движения стали быстрыми, без прежнего беспокойства и смущения, рука Клауса не отставала от темпа, вновь вернувшись на член Бена, что было явно лучше чем его пошлые комментарии. Четвёртый выгибался, шире раздвигая ноги и ощущая каждый пупырышек на влажных отростках. Стоны то переходили в крики, то напротив, становились тише за счёт уставших связок, азиат нависал над тощей фигуркой, нетерпеливо толкаясь в руку парня. — Мм… Любишь побыстрее? — Сквозь очередной стон улыбнулся четвëртый, но поддался и ускорился. Это вызвало реакцию. Член парня начал пульсировать в чужих пальцах, сам Клаус был так же близок к разрядке. Пара минут и они, с синхронным стоном-вскриком кончили. Бен почти сразу упрятал щупальца назад, а Клаус всё ещё судорожно сжимал руку. — Эй… Можешь отпустить? — Да… Да, щас… — Наркоша кое как разжал пальцы, пытаясь отдышаться. — Охуеть. И почему мы раньше так не делали? — Не знаю… — Бен натянул штаны, садясь рядом. — Но ты всё ещё обдолбыш. — В голосе больше не было того презрительного упрëка. Только жалость, какая-то нежная, с явно слышимой улыбкой. — А ты всё ещё мой Каспер. — Клаус рассмеялся, когда его пихнули в бок. Кажется, вернулись остальные или только кто-то из них, но четвëртый встречать не пошёл. Глаза закрывались, веки тяжелели. Бен провёл ладонью по взмокшим волосам брата. — Спи, придурок.