Сегодня я пламя, а завтра мороз

Холод не заставил долго себя ждать, Пруссия не любитель особо холодной погоды, а особенно морозов, так что почувствовав как холод проникает через одежду и проходя словно уже сквозь кожу мужчина поднялся на ноги. Не особо спеша он стал отряхиваться от надоедливого мокрого песка, что прилип к брюкам и рубашке, до последней крупинки он отряхивать пытаться не стал, а просто стал медленно плестись до своего дома, по пути может и высохнет, хотя навряд-ли. Выходя на траву он снял с себя черные туфли, он любил шелест листьев у себя под ногами, но на ощупь это было куда приятнее, он не боялся что может засадить себе какое нибудь стекло глубокого в ногу, место это все любили так что и старались сберечь его. Путь до дома был короткий, но Пауль любил затягивать это времяпровождения, то на Луну засмотрится, то на красивое, по его мнению, дерево, чьи листья шатаются на ветру и порой улетают далеко-далеко. Перед дверью он простоял долго, но тяжелая рука всё же соизволила лечь на дверную ручку и прокрутить до щелчка. Толкнув легонько ее вперед он заметил кромешную темноту, странно, вроде его помощник оставался дома и никуда не выходил. Закрыв за собой дверь и зажигая свечу, медленными шагами направляется вглубь дома, но идти далеко не пришлось. В зале на диване как раз спал его слуга. Прервав такой сладкий сон парень очухивается и быстро поднимается на ноги виновато смотря на короля. –Извините, мой Господин, слишком устал в дороге. Мы уже уезжаем?- протирая глаза и привыкая к свету перед собой он замечает тусклость на чужом лице. По крайней мере Кайзер не злится и это уже хорошо. –Нет, Фридрих, думаю останемся тут на ночь, а вечером уже поедем, отсыпайся пока.- В прусском особняке слуги привыкли таить всякие обиды на короля, мол, поступает не по человечески и требует непонятно чего, но все же наедине он к каждому старался найти подход, также, как и пытается найти сейчас, несмотря даже на свое состояние. –Но завтра Вас дожидается Австрийская империя, он давно планировал заехать к Вам- но на это Пауль промолчал, просто вздохнул и ушел на второй этаж, словно никакого разговора и не было. Пока пруссак отдалялся Фридрих заметил в каком состоянии находится его одежда, а особенно его обувь, которая была вовсе не на своем месте. Единственное, что он понял, стоит написать письмо в особняк и предупредить, что король увы не сможет придти навстречу. Отнеся письмо на почту сказав, что оно срочное, Фридрих вернулся домой, всё на тот же диван в попытках уснуть. Но парень всё старался понять, что случилось с его королём, да, возможно он и позволил дать себе слабину в этой тишине, но он никогда так резко не отменял встречу, не уезжал далеко от дома всё бросив, но ответ не приходил, так что чтобы не морочить себе голову просто уснул. В это время Пруссия не старался уснуть, он сидел за столом всё в той же одежде поставив свечку на стол, что осветила фотографию рядом. Это была фотокарточка Романа, не там где они вместе, а его одного, где справа в углу была черная лента. Пруссия взял её в руки нервно усмехаясь. Российская империя не умирал. Только лишь в голове Пауля, и то он всё время возрождался. Скорее эта вещь символизировала что Пруссия порой представлял свою жизнь без Романа, вот нет человека, а жить как-то надо, но Пауль попросту не мог без него. Рамка была уже первая, несмотря на то, что немец и любил порядок, но глядя только на его фотографию в рамке швырял в стену, но не убирал ее полностью. А сейчас он просто уже ничего не делает, не швыряет, не пускает слезу, а просто смотрит. Роман и является причиной почему он сбежал сегодня так резко из своего особняка. Империя просто был в это время проездом в городе, хотя собирался во Францию, но решил посетить давнего друга Но Королевство сбежал, он постоянно чувствовал тревогу когда к нему приезжал Роман, а тут еще и двойная причина. Мужчина любил придумывать себе проблемы, вот и придумал то, что Россия относится к нему как-то безразлично, будто в их отношениях что-то увязало, хотя так таковых отношений у них и не было. Просто союзники и не более. Да и Пруссию не особо привлекают парни. Но все равно мужчина хотел быть чем-то важным для русского Их отношения были странными даже со стороны, на некоторых балах они молча переглядывались даже с разных концов, а порой стояли рядом и активно общались словно и не было этого затишья. Ночь прошла быстро, Пауль так и не закрыл глаза даже до самого вечера. Весь день он просто ходил по берегу под наблюдением Фридриха, что следил за состоянием Господина, парень не мог толком представить причины такого поведения немца, да и ему это не надо. Пришло время возвращаться в Кенигсберг, по дороге король соизволил прикрыть уставшие глаза и весь путь просто проспать. Дорога прошла спокойно, так что даже на секунду он не просыпался, организм был видимо полностью уставшим. Проснулся Пауль уже на подходе к особняку, приводя себя в порядок и протирая заспанные глаза он пару раз шлепает себя по щекам пытаясь взбодриться. Бодрым шагом он выходит из кареты и направляется ко входу, слыша как за стенами кто-то суетится мужчина настораживается. Дверь отворяется, он проходит внутрь, к нему сразу подбегают пару служанок, одна стягивает с него пальто, а вторая шепчет на ухо что у него в доме гости. Лицо пруссака меняется на серьезное, он проходит в гостевую и замечает сначала Австрийскую империю повернутый к нему спиной, он не смог разглядеть с кем тот общается так что увы приходится подойти ближе. Ноги с каждым шагом становятся ватными, он видит эти белокурые волосы, статную фигуру и янтарные глаза. –Ох! Пауль, наконец-то, нам доставили письмо что вы были в отъезде, но мы решили Вас дождаться, где Вы были?- Австриец радостно встречает немца, который в это время не отводил взгляд от русского, они оба смотрели друг на друга. Русский ухмылялся, а пруссак пытался понять что вообще происходит, проигнорировав вопрос своего друга.