Простите, но мой жених - Дьявол

      — СОКОЛОВА ЕЛЕНА ВАЛЕНТИНОВНА! — кричала Мирослава Игоревна, мама Лены. Обычно мягкий голос женщины, сейчас звенел от злости и от этого, Лене было не по себе.       Лена застыла на кухне. Мама и папа сидели за столом, застеленным темно-синей скатертью, а на его фоне лежала ослепительно белый бланк с выведенной на нем ярко-красной цифрой «два». Тишина, после крика мамы Лены, стояла оглушительная.       — Что это такое?! — мама Лены метала в нее молнии взглядом, ногтем указательного пальца барабаня по бланку. — Что это такое?!       — Стол...— ответила Лена, отводя взгляд.       — В глаза мне смотри! — крикнула Мирослава Игоревна. — И не паясничай! Ты хоть понимаешь, что это значит? — Мирослава Игоревна тыкала пальцем в оценку на бланке. — Какого черта, у тебя такой результат? Ты чем все это время занималась, а? Как можно было завалить пробник по русскому языку? Елена, я тебя спрашиваю! Как можно было завалить экзамен по языку, на котором ты говоришь с рождения! И являешься его носителем! Ты же всегда была грамотной, Лена! Куда делись твои мозги?       — Я готовилась! — возмутилась Лена.       — Я вижу! Аж на два балла наготовилась! Деточка моя, это не шутки! От этого твое будущее зависит! Чем ты думаешь? О чем?       — Мама, это просто пробник! Чего ты так злишься? Я же не единственная его завалила! Многие из класса...       — Меня многие не волнуют! Они не мои дети! А ты мой ребенок! И что я вижу?       — Ох, мама, не начинай, — закатила Лена глаза, — Влад тоже проваливал пробники и ничего!       — Влад уже взрослый парень! И в отличие от тебя, понимал важность учебы и потому, что школу, что вуз с отличием закончил!       — Но до этого, он, же проваливал!       — Хватит о нем! Он уже работает и живет отдельно. Сейчас ты важнее. И твоя учеба!       — Мама, ну хоть ты не капай мне на мозг! В школе и так всю плешь проели!       — Нет уж! — Мирослава Игоревна резко встала. — Отныне, никаких гулянок и прочей ерунды. Школа-дом-дом-школа. Поняла? В навигатор свой вбила? И чтобы сидела и училась до самой ночи!       — Но мам! — возмутилась Лена.       — И не дай бог, у тебя на следующем пробнике не наберется хотя бы шестьдесят баллов. Выпорю! — Мирослава Игоревна ушла в спальню и громко хлопнула дверью.       — Черт! — от досады Лена стукнула стул.       — Мама права, Леночка, — улыбнулся ей папа, Валентин Родионович. — Учеба важна, кто бы что ни говорил.       — Да знаю я. Знаю!       — Учись. Мама остынет, я с ней поговорю. — Валентин Родионович обнял дочь, погладил по голове и ушел успокаивать жену. Лена осталась стоять одна и прожигала взором ненавистный ей лист.       — М-да, какой ужас. Мой «сосуд» оказался с дефектом в развитии! — театрально вздохнул Люцифер, возникнув за её плечом и с брезгливым любопытством изучая бланк. — Как ты вообще с такими знаниями дотянула до шестнадцати лет своей жизни? Это почти достижение.       — Тебя не спросила! — рявкнула Лена на него, хлопнув дверью в свою комнату.       Там она забралась на кровать и начала писать друзьям.       Лена: «Нет, ну вы представляете?! Она мне запретила гулять и встречаться с вами после школы! Назвала это «прочая ерунда»! Я теперь навечно в рабстве, как Рапунцель с Готтель! «       Аня: «В чем-то она права. Ты же хорошистка, практически отличница. И надо было тебе завалить пробник».       Лена: «Я не единственная его завалила. Многие из класса тоже».       Таня: «Если ты имеешь в виду наших прогульщиков, для которых три – это манна небесная, или тех, кто свое имя без ошибок не напишет, то тогда у меня для тебя плохие новости, подруга».       Олег: «Чем ты занималась все это время? Постоянно в облаках витала. Влюбилась что ли?! Соколова, колись, кто он. Или в секту поддалась? Нам звонить в Ватикан?»       Лена: «Я.НИ.В.КОГО.НЕ.ВЛЮБИЛАСЬ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! И.Я.НЕ.ВИТАЛА. В.ОБЛАКАХ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! И.Я.НЕ.ПОДДАЛАСЬ.В.СЕКТУ!!!!!!!!!!!!!!!!!       Аня: «Не ясно. Ты в последнее время реально как из хоррора сбежала. Взять хотя бы эту неделю. Ходила как реальный зомби, мы до тебя никак достучаться не могли. Постоянно оглядываешься, будто за спиной кто-то стоит, споришь с пустотой, шепотом... Мы волнуемся, вообще-то».       Олег: «О, я даже, кажется, знаю, кто это может быть! Может, Антон?!»       Таня: «Наш бэд-бой? Шутишь что ли?! Он даже не помнит о ее существовании. Как и мы о его. Ты его, когда в последний раз видел? Нет, точно не он. Я ставлю на Славу!       Олег: (ответ на сообщение пользователя Анна): «Кстати, Аня права. Ты вчера на химии реально жутко выглядела. Смотрела в пустой угол и шептала: "Уйди, ты мешаешь". Соколова, там реально кто-то был или нам пора вызывать экзорциста?»       Аня: (ответ на сообщение пользователя Татьяна): «Слава?! Он кроме баскетбола и турника ничего не видит. Красавчик, это да, но он как принц Чарминг из Шрека – будет любить лишь свое отражение. Я ставлю на Егора.       Таня: «О, да! Кому если не ему. Он ее своим занудством убьет. С ним никто сидеть не может, потому что он ботаник.» Олег поставил «лайк» на сообщение от пользователя Татьяна.       Олег: «Лена, если ты вляпалась в мутную историю с каким-то типом — скажи. Ты ведешь себя подозрительно. Это ни разу не ок».       Лена: «Я как бы еще здесь, и надеюсь, что вы закончили обсуждение моей личной жизни!»       Таня: «А может, это кто-то не из нашего класса и школы? Кто-то другой?! Хм...старше, опытней?! Например, Люциан? Он выглядит как модель из рекламы и смотрит так, будто мы все го рабы. Лена, только не говори, что это ОН — причина твоих двоек!»       На этом моменте, телефон чуть не выпал у Лены из рук.       Лена: «Ха-ха-ха. Очень смешно. Сейчас штанишки обмочу. Завязывайте с вашим балаганом уже!»       Олег: «Что еще за Люциан?»       Таня: «Забыл, что ли? Недавно в школу приходил, Лену забирал после уроков. Красив, как дьявол. Даже Аня им прониклась!»       Аня: «Таня!»       Таня: «Ой, да с таким как он не грех и погрешить! Сходишь потом в церковь, батюшка тебе все простит за круглую сумму».       — А я и не знал, что любовь может быть жестокой! — пропел Лена на ухо Люцифер, отчего она заорала и подпрыгнула, швырнула телефон ему в лоб.       — Да почему ты вечно меня бьешь? — причитал он, потирая лоб.       — Ты…, да ты…ты невозможен! Какого черта ты подкрадываешься! Так ведь можно и душу Богу отдать!       — Это я скорее заимею душу и отдам ее Отцу, ибо жить с тобой невыносимо! Как на бомбе! — Люцифер картинно вздохнул и сел на стул у Лениного рабочего стола. — То взорвется, то тикает, и когда что произойдет, неизвестно! Чего так реагировать? Как будто я узнал что-то строго засекреченное. Подумаешь, прочитал переписку с твоими друзьями. Ничего интересного там все равно нет.       — Не смей подглядывать за моей личной жизнью, старый пердун!       — Ой, да больно надо, чего я там не видел…Стоп! — Люцифер встрепенулся. — Кто я?! Старый пердун?! Ты хоть осознаешь, кому ты это говоришь?!       — Что?! Что значит «чего я там не видел»?! Ты что, подглядывал за мной?!       — Ты с темы-то не съезжай! Это когда я стал старым пердуном?! Я самое главное зло во всем мире, я против Бога пошел! — Люцифер встал с места и приблизился к Лене.       — Нет, это ты съезжай! Ты за мной подглядывал? Извращенец!       — Да кто на тебя позарится?! Ты как рот откроешь, так все маньяки сами побегут сдаваться, лишь бы не слышать твоего ора!       — То есть, я, по-твоему, истеричка?!       — Да ты орешь беспрестанно и вообще...— Люцифер осекся и внимательно посмотрел на Лену. — Лен?! Лен ты чего, плачешь?! Ты, что реально..эмм..как это у смертных называется….расстроилась из-за твоих друзей и этого клочка бумаги?       — Уйди! — отвернулась она, тихо всхлипывая.       — Лен, да ладно тебе, успокойся! Я...       — Я уродина, истеричка, жить со мной как на бомбе, и ты за мной подглядывал! Мне уже этого достаточно! — выкрикнула Лена, и её голос сорвался на всхлип. Она залезла на кровать и накрываясь одеялом с головой. —— Тебе плевать на то, что у меня жизнь рушится! Для тебя я просто...? Да я тебе никто! Так, карточный долг и по несчастью, чехол для твоей силы! Уходи, Люцифер! Слышишь? Видеть тебя не хочу и слышать!       — Лен!       Тишина.       — Лена!       Опять тишина.       — Ну и фиг с тобой! Истеричка! — выплюнул Люцифер и больше Лена его не слышала.       До вечера Лена не поднималась с кровати. Голова немного болела, нос весь забит, а лицо красное и опухшее. Прав был Люцифер – она уродина. Кому такая нужна будет? После ухода демона, лучше не стало. Лена вдруг почувствовала себя такой одинокой. Она привыкла, что рядом постоянно находится кто-то и что-то говорит или делает. И в то же время, Лена злилась на Люцифера. Он совсем ее не понимает. Почему он не хочет вникнуть ее проблемы? Это же и его проблемы тоже! Они связаны дурацким браком, контрактом или еще бог его знает чем! И вообще, раз он старше, о чем постоянно напоминает, то пусть и берет на себя ответственность. Она младше и это ей нужно забота и защита! Тем более, в такой ситуации!       В очередной раз, разозлившись на демона, Лена решила прогуляться по улице. Всяко полезнее будет, чем сопли жевать. Оделась, она сказала родителям, что сходит в магазин.       Выйдя из подъезда, Лена жадно вдохнула воздух. На улице было темно и людей было мало. В голове Лены тут же промелькнули сюжеты из фильмов ужасов. Поежившись и отогнав тяжелые мысли, она пошла вперед. Горели лишь несколько фонарей и подсветка дороги, что вела в парк. Лена ушла туда так как там есть люди и не так страшно бродить одной.       В парке были только скейтбордисты, бегуны да райдеры. Да и тех сосчитать по пальцам двух рук. Лена гуляла вдоль освещенного подсветкой пруда, где вся живость спала, а на пирсе, с которого можно нырять в теплое время года, не было ни души. Свесив ноги с края дощатого пирса, Лена уставилась в темную гладь воды. Как все достало. И эта учеба, и нравоучения, и этот демон. Жила же себе спокойно шестнадцать лет и ни о чем не тужила. А тут на тебе: и экзамены, и невеста Короля Ада. Может, она все же в коме, и ей все это снится? И нет никакого Ада, Люцифера и прочей чуши?       Рядом с Леной кто-то сел.       — Привет, — произнес знакомый голос Натаниэля, — почему сидишь здесь одна?       Лена вздрогнула.       — Что ты тут делаешь?       — Гулял, увидел тебя, — загадочно улыбался он. Лену вновь начало покрывать ощущение чего-то неправильного.       — Знаешь, ты начинаешь пугать меня, — Лена поерзала от напряжения.       — Почему это? Что я сделал не так? — удивленно спросил Натаниэль. — Если что-то в моем поведении смутило тебя, то извини!       Лена с подозрением посмотрела на него.       — Зачем ты со мной говоришь? В чем причина?       — Почему ты такая мнительная? Ну захотелось мне поболтать с тобой, что в этом такого?       — Да то, что ты никогда раньше этого не делал. Я больше, чем уверена, что ты даже и не подозревал о моем существовании. С чего вдруг такая милость теперь? Твоей сестре что-то нужно от меня?       — Ира сама со своими проблемами разберется, не маленькая уже, — жестко произнес Натаниэль. — А мне ты всегда казалась интересной.       Лена недоумевала, переваривая новую информацию. Она нравится Натаниэлю?       — Интересная? Я?       — Да, — кивнул он, — ты бойкая, веселая, вечно препираешься с моей сестрой. Она постоянно о тебе говорит. Здорово этим достала, если честно.       — Ира говорит обо мне? Бьюсь об заклад, ни единой приятной вещи. Наверняка, проклинает меня до десятого колена.       — Ну, ты почти угадала. Она так часто говорит о тебе, что не заинтересоваться невозможно.       — И что же тебя во мне так привлекает?       — Ты глухая что ли? Я же уже сказал ранее, что твой характер. Не встречал такую девушку еще.       — Ну да, я один на миллион!       — Кстати, а что это за парень такой, о котором гудит вся школа? Ну, твой класс так точно. Ира такая злая была, когда в тот день домой вернулась. Кажется, его звали…Люци...Люцифер, вроде да? — вдруг спросил Натаниэль.       Лена лихорадочно придумывала, чтобы ответить.       — И, кажется, он как-то связан с тобой, нет?       — Ну да, — кивнула она, — это папин друг из Англии. И его зовут не Люцифер, а Люциан.       — И чем же занимается папин друг Люциан?       — Ну...он бизнесмен. У него много разных магазинов вроде…       — О, здорово, богатенького себе отхватила!       — Что?! Вот еще! — отмахнулась Лена. — Он старше меня на кучу лет. Да и извращенец к тому же. На кой он мне нужен?       — Предпочитаешь своего возраста?       — Предпочитаю не законченных извращенцев.       — А я не подойду? — Натаниэль посмотрел Лене в глаза. — Я не сильно старше тебя, ты мне интересна, и я не буду законченным извращенцем.       — Что, прости? — не поняла Лена, — ты прикалываешься?       — От чего же? — пожал он плечами, — я бы попробовал с тобой встречаться. Думаю, даже смог бы понравиться тебе.       Лена оглядела Натаниэля. Красивым он был не понаслышке: высокий, светлокожий шатен с вьющимися волосами, большими, ярко-голубыми глазами, чуть пухлыми губами и спортивным телом. В школе от него фанатели все, но сейчас, сидя рядом на обледенелом пирсе, Лена чувствовала, что такая красота не трогала, а даже пугала. Не натуральная как будто. В нем было что-то неправильное, будто вся эта оболочка лишь маска. В голове Лены мелькнула мысль: он смотрел на нее не как на девушку, а как на редкий экспонат под стеклом. В голове всплыл образ Люцифера. Тот был чудовищем, но он хотя бы не притворялся «своим парнем». Сопоставив их, Лена с ужасом поняла, что тысячелетнему извращенцу из преисподней она доверяет куда больше, чем сидящему напротив человеку.       — Прости, но я тебя совсем не знаю, и ты меня пугаешь, если честно, — ответила Лена. — Не верю я, что нравлюсь тебе. Ты явно не из тех, кто стоял бы и вздыхал, не предпринимая ничего. Так что, мой ответ – нет.       — А почему ты так уверенна, что я не смог в тебя влюбиться? Уверена, что знаешь меня хорошо? — Натаниэль приблизился к девушке. — Действительно веришь, что я не способен на любовь?       Глаза у него в этот момент, как ей показалось, сверкнули, словно огни.       — Что у тебя с глазами? — удивленно спросила Лена. — Светятся, как зверя.       — Это от фонарей, — Натаниэль отодвинулся и уставился на воду. — Почему ты тут сидишь в одиночестве?       Лена растерялась. Да что с ним не так? Мега странный человек!       — Я тут сижу, размышляю о будущем своем. Ты-то, кстати, решил, что будешь делать после школы?       — Я не знаю. Да и думать об этом не хочу. Рано еще.       — Как это рано, Натаниэль? Уже последний год. Экзамены!       — Я просил звать меня Нат, помнишь? — улыбнулся он, — и что, что экзамены? На одной учебе свет клином не сошелся.       — Вот и я так думаю. Ну, вернее, я понимаю важность образования, но черт! Зачем так капать ею на мозги? Я, итак, знаю, что без хороших баллов и оценок, не видать нормального вуза. Но, так ли это важно в действительности? — вздохнула Лена.       — Так не учись, забирай документы и иди, работай или найди себе мужа, переспи с ним, роди детей и все. Будешь содержанкой.       — Ты идиот? Не собираюсь я делать ни того, ни другого! Кто меня возьмет без образования?       — Ну, вакансия проститутки, например, знания истории и математики уж явно не требует.       — Иди ты знаешь куда! Сам и работай проституткой. Это вообще отвратительно. Продавать себя! Фу!       — Ну, я бы так не сказал, — лукаво произнес Натаниэль. — Ты даже не пробовала, как можешь утверждать, что это отвратительно?       — Я не хочу об этом говорить. Ни за что не стану продавать свое тело. Уж лучше застрелиться, — категорично заявила Лена.       — Ладно, ладно! Я все понял. Нет, так нет. Тогда не сиди здесь, а учись! Не строй из себя страдалицу. Если тебе действительно важна учеба, то и не забрасывай.       — Ты реально какой-то странный, — Лена поднялась на ноги. — Очень непонятный.       — Тебе стало лучше от нашей беседы?       Лена задумалась на мгновение.       — Пожалуй...нет. Но, все равно, спасибо, что выслушал и помог хоть немного отвлечься. Я пойду домой, уже поздно.       — Давай я провожу тебя, — Натаниэль резко поднялся и встал рядом. — И не спорь. Я хочу это сделать.       — Ну, ладно, — пожала Лена плечами. Его право, если хочет побыть джентльменом.       Шли они до дома Лены в полной тишине. Лена сильнее куталась в куртку от холода, Натаниэль насвистывал себе под нос что-то веселое. Одет он был очень легко. Всего лишь в тонкую водолазку, штаны и ботинки. А на улице минус. Ничего себе у него кровообращение!       — Ну, вот мы и пришли, — Лена остановилась у подъезда. — Спасибо, что проводил меня. Сам-то не опоздаешь?       — Не беспокойся обо мне, — Натаниэль подошел к Лене вплотную и пристально смотрел.       — Натаниэль?       — Я же просил называть меня Нат, — тихо усмехнулся он и погладил рукой щеку Лены. — Ты покраснела. Как мило!       Лене стало очень неловко       — Кхм...я пойду. Меня...там...ждут!       — Конечно, иди, —он не сдвинулся ни на йоту.       — Может, ты дашь мне пройти?       — Разве я тебе мешаю? — нагло улыбался Натаниэль.       На улице никого, над ними горит единственный фонарь...романтика! Только Лене было очень неловко, хотелось сбежать, а тот, кто эту неловкость вызвал, и не пытается пропустить ее.       — Натаниэль, это уже не смешно. Мне, правда, пора идти, — в очередной раз взмолилась Лена, пытаясь обойти его. Натаниэль, словно воздвиг вокруг них стену, не позволяющую и шага лишнего сделать.       — Я же просил звать меня Нат. Сколько еще раз буду повторять? — с укором произнес он.       — Нат, — вздохнула Лена, — пожалуйста, дай мне пройти!       И тут, Натаниэль резко обнимает и целует Лену. Лена растеряно стояла под фонарем. В ту же секунду внутри Лены что-то взрывается. Метка Люцифера на её теле отзывается вспышкой невыносимого, опаляющего жара. Магия Короля Ада внутри неё зарычала, отвергая прикосновение, и Лена почувствовала, как между её губами и губами Натаниэля проскочил электрический разряд. Она попыталась вывернуться, но Натаниэль, словно и не замечал ничего, крепко держал в своих руках и целовал.       — Ты теперь будешь моей, — Натаниэль отстранился, но не испугался. Напротив, на его губах заиграла торжествующая, пугающая улыбка, а в зрачках снова полыхнул тот самый свет. Он медленно провел большим пальцем по нижней губе Лены, стирая остатки невидимого электричества. После, коснулся горла девушки, проводя по татуировке. — Спокойной ночи, рыжуля!       Он развернулся и исчез в темноте так быстро, словно его никогда и не было.       — Твою ж мать! — Лена приложила руки к горящему лицу. Ее горло начало гореть и чесаться. Лену затошнило, сердце заколотилось о ребра, как пойманная птица, а кожа в местах, где Натаниэль её касался, зудела и горела. Паника накрыла её с головой, вышибая остатки здравого смысла. Не помня себя от ужаса, Лена сорвалась с места и понеслась к дому, не разбирая дороги, чувствуя, как внутри неё все еще ворочается разгневанная, темная сила Люцифера, требуя выхода.       Дома Лену родители не трогали, занятые просмотром передачи по телевизору. Они даже не услышали, что она зашла. Лена переоделась и легла в кровать, накрывшись одеялом. В голове крутилось много разных мыслей, и ни одну она уловить не могла. Натаниэль пугал ее не на шутку. И Лена не могла понять, что он от нее хочет.