Мы всего лишь тени и отражения друг друга, так почему же всё так обернулось

Рождение Тейвата, Фанет его Тени, Хранитель Небесного порядка, защита и Великое белствие... О нет, всё не так. Где-то написано – Его зовут Фанет. Сам Небесный порядок, тот чьё имя даже безумец не захочет назвать, чтобы не навлечь на себя беду, проклятия или смерть.Все думают, что именно он поработил Тейват... Ну как "пороботил", создал свои Тени и возвёл лживое небо над головой, фактически отрезав планету от внешнего мира. Но это всего лишь ложь – очень правдоподобная ложь. Такая же, как и Преддверие барьера (фальшивое небо), ну или например Луна и Солнце. Слишком хорошо сплетённая неправда, что глубоко и удачно прижилась в артерии земли и запретные знания Каэнри'ах, словно паразит, который гразит уничтожить рано или поздно этот мир. Но кто же знал, что всё так обернётся. Хранительница Небесного Порядка, "Тень Пустоты"...Сирин?... Асмодей уже и сама не знает, кто она такая. Возможно в её разум закрался Хонкай, или она просто страдает от провалов в памяти и некой амнезии. Может быть Хранительница сделала всё это только для того, чтобы спасти мир от Хонкая?... Нет, она не может признать, что любит человечество и что-то такого рода. Скорее это просто некий интерес, а может обязанность. Асмодей привыкла к тому, что не может давать слабину, но Он оказался её слабым местом. Являясь Сошедшей она, конечно, слышала об одном мире, что канул в небытие... Но самым интересным оказалось то, что сам правитель этого мира разрушил его по одному щелчку пальцев, так как люди там все погибли, и надежд на восстановление не было, а Хонкай всё намеревался перекинуться на ближние миры. Так она услышала о Итэре, этот...человек? Тот, кто видел мнимое дерево и обладает сильной волей, способной сломить, что угодно – таким был этот юноша. Встретив его на Селестии она решила кое-что провернуть. Когда златовласый был заточен в Кубы, Асмодей решила отделить его человеческую часть души вместе с бессмертным телом от божественной ипостаси наделённой силой Мира Света. – Я разделю твою душу – проговорила девушка, склоняясь над парнем, что находился в глубоком сне. Таким образом из божественной сути чужеземца появились Ронова, Асторот и Набериус. А оставшуюся душу и тело она заточила на Селестии, дожидаясь подходящего момента, чтобы отправить его на грешную землю.

* * *

В те времена у Теней было много работы. Но тогда богиня пошла в тайную комнату на "Парящем острове". Асмодей села на цветы и надвисла над ним. Итэр лежал в хрустальном гробу среди цветов интейвата. Его волосы были распущены и струились водопадами золота по плечам. В руках была зажата "Запретная Книга". Длинные ресницы на намеревались каснуться щёк, а пухлые губы замерли на его лице. Казалось, будто он вот-вот проснётся, но златовласый спал... Красивый... И впрямь – "Спящая красавица". Асмодей не знала, как так получилось, она же не могла... Но время шло. Года сменяли друг друга, а после и века с тысячелетиями. Его нужно было отпустить. Отпустить и забыть... Верно... Но прошло два месяца, и Хранительница недоумевала. По её прогнозам этот паренёк уже должен был весь Тейват на уши поставить, прямо, как сестра. Но о нём не было даже слухов. А может он вступил в Орден Бездны? О... Нет-нет-нет-нет, тогда её плану конец. Поэтому, чтобы разузнать не присоединился ли он к своей сестричке, Асмодей спустилась на землю. Безопаснее всего это было делать в Мондштате, поэтому она приняла образ маленькой феи и начала падать с Селестии. Холодный ветер развевал волосы, солнце медленно вступало в свои владения, пуская по небу рассветные лучи восхода. Однако сегодня удача была не на её стороне. Фею закинуло прям в воду, где она дрейфовала ещё около двух часов из-за того, что не могла разобраться, как управлять новым телом. Внезапно её что-то подцепило и резко дёрнуло из воды. В мыслях богини пронеслось: "Вот увижу кто это, мигом в мертвеца превращу". Отряхнувшись девушка открыла глаза, намереваясь задать трёпку наглецу, что потревожил её покой. Это был он. Золотая коса, и не менее прекрасные такого же цвета глаза. После того, как он её выловил феечка представилась как "Паймон". Так и началось это неожиданное их совместное путешествие.

* * *

И вот сейчас они в Нод-Крае. Путешественник и так редко ложится спать (только когда ему просто хочется вздремнуть или же из-за того, что потратил слишком много сил). Друзья Итэра часто заходили к нему, но при этом ни разу не видели, что он спит. Впрочем, если бы сейчас сюда кто-то зашёл, то неприятностей было бы очень много... Рядом с парнем, лежащем на кровати, сидела богиня, надвисая над хрупким на вид телом. Белые волосы до бёдер струились по её телу, глаза, что обычно были холодными и жёлтыми, словно лезвие драгоценного меча, потеплели, сменив тон. Она поглаживала в руке золотую прядь волос того, кто стал для неё дорог. Верно, она ходит по тонкому льду, касается его находясь на лезвии ножа. Если этот юноша сейчас проснётся, скорее всего от таверны ничего не останется, ведь всё затянется в жестокий бой не на жизнь, а на смерть. Его сестра заноза для Селестии, убив путешественника она может пресечь угрозу того, что он станет на сторону Бездны и в итоге падёт весь Тейват. Асмодей подняла руку, в которой образовывались тёмно-красные кубы. – Паймон, опять ты еду достаёшь из рюкзака?... – тихий возмущённый голос прервал её мысли. Девушка замерла, как вкопанная. Парень явно бредил, да что же ему там такое снилось? Её рука вновь поднялась... Воспоминания, что она так старательно прятала внутри себя, вырвались наружу. Нет, она не может... Слёзы потекли из её глаз, как жемчужины, сияя на лунном свету, проникающего в комнату из окна. Она не сможет его убить. После того, как девушка сидела рядом с его телом на Селестии. Вспоминая, как он бережно обнимал её в Сумеру и Натлане, после боя. Она всегда за него искренне волновалась, а он постоянно подставлялся под удары Сёко-Но-Ками и Фатуи, лишь бы защитить её . Видя его, Асмодей не могла просто так всё закончить, наверное она сходит с ума. Ей, кажется, что она слишком привязалась. Этот путешественник... Её Итэр... Он словно звезда, что сияет на небосводе даже утром. Паймон боится рассказать Итэру правду, объяснить всё или ещё больше приблизиться к нему, хотя казалось ближе некуда. Он её враг, друг, семья или может всё это ложь?... Она словно кристальная бабочка или мотылёк, что желает подлететь ближе к огню, но в итоге сгорает в его пламени. Асмодей ложится к нему прижимаясь своей грудью к его спине, утыкаясь носом в золотые волосы, которые пахнут чем-то сладким и в то же время приятным: наверное космосом, звёздами с запахом рассвета и травы после летнего дождя, а ещё полем цветов интейвата. Ей кажется, что она плавится, ладони богини залезли под его топ, чувствуя тепло чужого тела. В последнее время её стали одолевать очень постыдные мысли. Ей хотелось его... её руки скользнули к его животу, а дыхание щекотало шею парня. Ещё этого не хватало... Она отпрянула от него, тяжело вздыхая. Асмодей не понимала, как так получилось. Всё терпение и выдержка, натренированные годами, испарились в миг. А ведь она не хотела падать в эту Бездну. Сердце Хранительницы билось в бешенном ритме, и ей казалось, что оно вот-вот выскочит из груди. Ей хотелось срзнаться но... ...Но Итэр никогда её не простит... Девушка знала, что парень будет ненавидеть её из-за того, что она забрала его сестру, наслала проклятие Каэнри'ах, именно из-за неё Фокалорс покончила с собой, и она виновата в потере её сил. – Я знаю, ты никогда не простишь меня, и я не виню тебя в этом, и прости...– на улице пролетела птица, а звуки в таверне стихли, так как наступила ночь – но люби хотя бы эту меня, ту, что всегда рядом с тобой... Девушка медленно погрузилась в сон, но не сменила обличие, так как решила вздремнуть лишь не на долго. Её дыхание выровнялось, а сердцебиение успокоилось... Путешественник повернулся на бок, и его лицо замерло перед лицом Асмодей в двух сантиметрах. Он открыл свои глаза. Шёпот пронёсся по комнате, содрогая воздух тихими звуками и отражаясь от стен комнаты. – В последнее время ты стала неосторожна, моя богиня – Он заправил прядь её волос, похожих на сияние звёзд и луны, за ухо. – Будь аккуратнее, а то рано или поздно сгоришь в этом пламени, и от твоих крыльев не останется ничего – Итэр провёл пальцем вдоль её щеки. – Ну а пока, мы будем играть роли, что нам предназначены. Мы всего лишь тени и отражения друг друга, так почему же, всё так обернулось – он вновь закрыл глаза и уснул, погружаясь в царство Морфея. Перед восходом солнца Асмодей проснулась и приняла обличие Паймон. Поглядывая в окно и встречая новый день, ей хотелось много чего сказать путешественнику, но увы это несёт за собой тяжёлые последствия. Она легла лицом к нему соприкоснувшись своим лбом с его. Они уже давно друг о друге всё знают, но продолжают играть в ту же игру, где рано или поздно придётся снять маски. Ну а пока Асмодей будет находиться подле него, даже не зная, что каждую ночь Итэр притворяется. А она будет скрывать правду о том, что знает, кто он такой.