Сарказм - вообще то это форма пассивной агрессии

Раньше у Скотта был я. Потом у него появился Дерек. Дерек не разговаривает — он рычит. Иногда буквально. Чаще — взглядом. Каждый раз, когда я открываю рот, я чувствую это: предупреждение. Территория. Граница. Будто я — лишний шум рядом с чем-то важным. Скотт говорит, что Дерек помогает. Я вижу, как он контролирует. Он стоит слишком близко. Смотрит слишком внимательно. И каждый раз, когда я шучу, — морщится, как от фальшивой ноты. Будто мой голос мешает его порядку. — Он просто переживает, — говорит Скотт. Конечно. Все всегда «просто переживают». Потом у Скотта появилась Эллисон. С ней он улыбается иначе. Тише. Осторожнее. Как будто боится спугнуть собственное счастье. Он учится быть нежным, и это странно — наблюдать, как твой лучший друг вдруг выбирает слова так, чтобы никого не задеть. Я рад за него. Правда. И всё равно чувствую, как место рядом становится занятым. Эллисон смотрит на него так, будто он — выбор. Не компромисс. Не вариант. А именно выбор. И я понимаю: теперь между нами есть кто-то ещё. Не враждебный. Просто… другой. А ещё у Скотта есть лакросс. Теперь он не просто выходит на поле — он там **держится**. Его выпускают. На него рассчитывают. Его имя кричат. Он бежит легко, будто никогда и не задыхался. Тренер хлопает по плечу. Трибуны шумят. Я — на скамейке. Снова. Я смотрю, как он собирает всё сразу: силу, внимание, любовь. Как будто мир решил вернуть ему долг с процентами. И я ловлю себя на мысли, что радость и одиночество могут существовать одновременно — и это нормально. Просто неприятно. Самое странное — Скотт всё тот же. Он не отдалился. Не стал высокомерным. Не забыл меня. Он просто стал занят. Дерек рычит, когда я рядом. Эллисон держит его за руку. Лакросс забирает вечера. А я остаюсь тем же, кем был всегда: с сарказмом, который теперь звучит громче, потому что рядом стало тише. Иногда Скотт оборачивается — ищет меня взглядом. Иногда я машу. Иногда делаю вид, что занят. Потому что самое неловкое — это не потерять место. Это понять, что место всё ещё есть, просто оно больше не центральное. И с этим почему-то сложнее всего.