Стабилизирующее безумие

Голос Сюй Цинжаня был спокойным и безразличным. После разоблачения не возникло никакой паники, как и попыток придумать предлоги, чтобы скрыть правду. Голос коснулся уха Шэнь Тинъюй легко, почти незаметно. Помимо облегчения от наконец-то полученного положительного ответа, его сердце наполнилось тяжестью. Откуда эта тяжесть? Он не мог понять. Тем временем Сюй Цинжань сохранял невозмутимость, словно постоянно готовился к тому, что это разоблачение всё же произойдет. — На самом деле моим истинным партнёром, с которым совпадение было на 99%, был Лу Чэн, а не Тянь И, — спокойно произнёс он. Обратившись к мужчине в гостиной, он добавил: — Именно из-за этого Сюй Цинран связался с Чжан Хунъянь и попросил её изменить контактные данные Лу Чэна на данные другого человека. Хотя Шэнь Тинъюй уже знал часть правды, рассказ Сюй Цинжаня всё равно поразил его. Это было похоже на камень, что упал в воду и вызвал тысячи волн. Он был ошеломлён. Год назад он, как говорил Се Наньи, отчаянно надеялся, что данные о совместимости, предоставленные ему, окажутся подделкой. Каждую ночь после того, как он узнал об этом, ему было трудно заснуть, а работа страдала от этого не меньше. Теперь, когда всё оказалось именно так, как он ожидал, почему он не чувствовал ни облегчения, ни счастья, которые должны были бы появиться? На диване рука мужчины, слегка сжав пальцы, медленно потянулась кончиками к ладони. Казалось, она постепенно осознавала, как его сердце реагирует на происходящее. Он снова и снова задавал себе этот вопрос в уме: — Шэнь Тинъюй, действительно ли ты хочешь, чтобы тобой управляли другие всю оставшуюся жизнь? Они выбрали для меня Чэнь Шэнфэя, и, к сожалению, я узнал об этом случайно, — мысленно ответил он себе. Сюй Цинжань стоял там, и в его глазах мелькнуло лёгкое отвращение, когда он упомянул Чен Шэнфэя: — Ты же знаете, я бы никогда не согласился занять место с Чэнь Шэнфэя, если бы не появился непреодолимый импульс убить кого-то. Поэтому Чэнь Шэнфэя заменили другим человеком. Сюй Цинжань взглянул на лицо Шэнь Тинъюй. Его губы были слегка сжаты, не выдавая эмоций, взгляд устремлён в пустоту. Он был погружён в размышления, словно именно он, а не Шэнь Тяньи, был объявлен его идеальной парой. Наблюдая за этим, Сюй Цинжань невольно улыбнулся. В его сознании постепенно укреплялось одно понимание. — Вы знаете, чьи данные я зарегистрировал на чипе образца Лу Чэна после того, как заменил Чэнь Шэнфэя? — спросил он. Шэнь Тинъюй снова перевёл взгляд на него. В этот момент мальчик в бежевой водолазке с длинными рукавами посмотрел на него, прищурил свои красивые персиковые глаза и протянул: — А может, я задам тебе другой вопрос? — Шэнь Тинъюй, значит, ты тогда заменил чип на чип Шэнь Тяньи? Взгляд Шэнь Тинъюй слегка дрогнул. В гостиной воцарилась удивительно спокойная атмосфера. Он ничего не скрывал и ответил прямо: — Да. — Информация о душах, обрабатываемая организациями, не связанными напрямую с Soulmate, проходит через несколько этапов передачи данных, тщательно проверяется и отбирается перед загрузкой в центральную систему головного офиса. — В то время одной из рецензентов была Се Наньи. У неё были мои личные данные, и она заранее ознакомилась с ними. И вот результат, который мы видим сейчас. Сюй Цинжань тихо рассмеялся. — Следовало догадаться об этом гораздо раньше. Хотя у Шэнь Тинъюй и Шэнь Тяньи похожие имена, их номера отличаются. Как могла система допустить ошибку? Возможно, семья Шэнь вмешалась на ранних этапах, когда Шэнь Тинъюй переезжал в дом, но, учитывая его характер, он всегда мог отказаться, если бы действительно не хотел. Теперь ясно, что первоначальная структура системы вовсе не была ошибкой. Шэнь Тинъюй, вероятно, сопротивлялся, поэтому и не хотел принимать результаты. В то же время он опасался, что «бомба замедленного действия» проявит себя снаружи, и согласие на его пребывание было необходимо, чтобы наблюдать за ним. Неудивительно, что Шэнь Тинъюй был так насторожен и сопротивлялся, когда впервые переехал в дом семьи Шэнь. Неудивительно, что, войдя в штаб-квартиру Системы Родственных Душ, он казался рассеянным и озабоченным и так стремился узнать правду от Чжан Хунъяня. Неудивительно, что Се Наньи была так удивлена, увидев совпадение данных. Похоже, Чжэн Бай тоже имел доступ к возможностям модификации данных в Империи. Се Наньи, будучи его личным учеником и умным человеком, тоже должна была знать эту технику. Услышав смех Сюй Цинжаня, Шэнь Тинъюй внезапно ощутил, как его мрачное настроение сменилось необъяснимым чувством вины. Его эмоции были, словно запутанный клубок нитей, и прежде чем он успел их распутать, Сюй Цинжань продолжил: — И это тоже хорошо. Два мягких слова рассеяли надвигающуюся бурю. Тяжёлая атмосфера гостиной постепенно улеглась, и Сюй Цинжань с чувством облегчения произнёс их. Его лицо не было ни холодным, ни сердитым, как можно было ожидать, и он не проявлял злости из-за первоначального презрения. — Разве это не тот результат, которого ты больше всего хотел? — спросил он спокойно. — Тебе повезло, Шэнь Тинъюй. В его глубоких янтарных глазах всё ещё играла лёгкая улыбка. — Прежде чем уточнить сегодня, я подумал, что допустил ошибку и случайно перепутал информацию Шэнь Тяньи с твоей, — сказал он, словно просто общался с другом. Шэнь Тинъюй спокойно ответил: — Нет. — Я всегда знал, что эти данные действительно имеют значение для меня. Даже ему было трудно смириться с этим фактом. Но события приняли неожиданный оборот, и ещё больше его расстроило то, что идеальным кандидатом на 99% оказался Лу Чэн. — Заслуживает ли такой человек, как Лу Чэн, этого? Внутри Шэнь Тинъюя кипела ярость, но внешне он старался сохранять спокойное, почти невозмутимое выражение лица. Сюй Цинжань немного задумался и объяснил: — В то время для меня семья Шэнь была лучшим выбором. Будь то ради того, чтобы выбраться из затруднительного положения, или ради выполнения миссии. Шэнь Тинъюй не ответил, погрузившись в размышления о ситуации или, возможно, рассердившись на обман. Когда он поднял взгляд, перед ним стояла одинокая и хрупкая фигура, в игре света и тени которой, казалось, читалось леденящее душу опустошение. Сюй Цинжань вспомнил реакцию Шэнь Тинъюя, когда тот узнал, что его душа и дух относятся к типу D, и теперь понял, почему он был так взволнован. Для такого, как он, с типом E, иметь в качестве партнера человека типа D с 99% совместимостью, должно быть, самая ужасающая история. После долгой паузы он тихо вздохнул: — Прости. — Я не знал, что если на тебя будет возложена 99% совместимость, это причинит тебе столько боли. Услышав эти слова, Шэнь Тинъюй ничуть не почувствовал себя лучше. Вместо этого ему стало немного тяжело дышать. Затем Сюй Цинжань спокойно сказал: — Теперь, когда результаты сопоставления между мной и типом E известны, совместимость между нами не будет использована Империей, чтобы толкнуть тебя в огонь. Что касается нашей совместимости... раз уж ты пришёл задать мне этот вопрос сегодня, ты, должно быть, уже знаешь ответ, поэтому я не буду его повторять. — Я так рад, что худшего не случилось. Будь это фиктивная встреча или настоящая совместимость, это никак не повлияет на твою жизнь. Сюй Цинжань говорил искренне. Чем больше Шэнь Тинъюй понимал боль от вынужденного связывания с типом E, тем сильнее он ощущал, что это связывание изначально не увенчалось успехом, и это скорее к лучшему. Если бы их связь успешно установилась, возможно, сегодня они пошли бы по другому пути из-за взаимного отвержения и ненависти. Спустя несколько секунд Сюй Цинжань пришёл в себя и сказал: — Как только официальная система определения родственных душ объявит о преступлениях Типа E и Чжан Хунъянь, я найду предлог, чтобы снова пройти тест на совместимость с другими людьми в Империи. — Как только станут известны результаты, я разорву свои отношения с семьей Шэнь. Он понимал, что его духовная связь с Шэнь Тинъюем определённо не так сильна, как 99%. Сюй Цинжань взглянул на время на своём медицинском браслете, а затем сказал мужчине, неподвижно сидящему на диване: — Дайте мне пять дней. Я вывезу мусор из виллы моей матери в Биюэ-Маунтин и сразу съеду. Я больше не буду мешать вам и Тинъюю. — Спасибо за вашу заботу в это непростое время. После этих слов в гостиной воцарилась долгая тишина. Когда Шэнь Тинъюй пришёл в себя, Сюй Цинжань, с которым он только что говорил, уже ушёл. Он не знал, сколько времени прошло. Несмотря на то, что его телефон звонил три раза, он не ответил. В его голове крутились слова Сюй Цинжаня: он собирается разорвать отношения с семьёй Шэнь и уехать. Сюй Цинжань прав. Это был кошмар, от которого он всегда хотел избавиться, и теперь, когда он «проснулся» и буря утихла, он должен чувствовать себя расслабленным и свободным. Коммуникатор издал четвёртый звонок. Мужчина на диване долго оставался неподвижным, телефон звонил, затем звонок затих.

***

— А? «Хозяин, вы действительно решили прекратить сожительство со своей целью? Если вы вернётесь в лагерь Серебряного Дракона, у вас, вероятно, больше не будет много возможностей видеться!» Учитывая атмосферу сегодняшнего разговора между ведущим и Шэнь Тинъюем, казалось, дела идут неважно. Когда система задала Сюй Цинжаню вопрос, он как раз сел в машину. Запустив двигатель самолёта, он ответил системе: — Я ничего с этим поделать не могу. — Мне тоже не нравятся отношения, которые завязаны только принуждением, — тихо добавил он. Система сделала паузу, затем спросила: «Даже если ты, возможно, не сможем вернуть свои способности, это нормально?» Сюй Цинжань на мгновение замолчал. Сверхспособности? Эта сверхдержава действительно была очень могущественна; с ней он стал бы самым сильным в этом мире. Но на самом деле сверхспособность была для него важна главным образом потому, что это было последнее, что оставил ему Сюй Цинъяо. Когда он впервые переселился в другой мир, он был полон решимости вернуть её, даже ценой своей жизни. И по сей день он придерживался того же убеждения. Если бы бесконечные страдания могли вернуть ему силы, он бы сделал это без колебаний. Теперь ему предстояло вернуть себе силу ценой причинения вреда тому, кто хорошо к нему относился — например, Сюй Цинран. Он колебался. Спустя долгое время система заговорила: «Эй, всё в порядке, хозяин, давайте просто позволим природе идти своим чередом!» Возможно, почувствовав его борьбу и боль, она неожиданно проявила понимание: «Хотя сила ещё не высвобождена, она на самом деле внутри тебя и меня, практически рядом с тобой. Она просто ждёт, когда откроется печать!» Сюй Цинжань удивился, что на этот раз система попыталась его успокоить: — Ты не беспокоишься о том, что не сможете выполнить ключевые показатели эффективности? «О, неужели хозяин беспокоится обо мне? — робко спросила система. — Эта дополнительная миссия в основном для получения бонусных очков. Пока хозяин может жить хорошей жизнью в этом мире, меня не уничтожат!» Сюй Цинжань улыбнулся и, управляя космическим кораблём для отлёта из Фэйсина, небрежно сказал системе: — Хорошо, я сделаю всё возможное, чтобы выжить. — Затем соблазнить всех, кого следует соблазнить. Система: "……" Последнее предложение показалось лишним. Однако на самом деле Сюй Цинжань собирался отправиться создавать нового человека. Пунктом назначения была вилла «Бишуй Маунтин». Одним из предметов приданого Ци Шэнсюэ была большая вилла в деревне Биюэ, расположенная в звёздной системе СП-Тяньшэ под юрисдикцией лагеря Иньлун. Это здание № 9 на курорте, построенное на относительно высокой точке всей зоны. Вид был просто потрясающий. В один ясный солнечный день Сюй Янь сидел в небольшом павильоне в саду, держа в руках перо и с серьёзным выражением лица занимаясь каллиграфией. На каменном столе лежали чернильница и стопка смятых бумаг. По всей земле были разбросаны обрывки бумаги, исписанные кривым и неразборчивым почерком. Прошло уже более трёх дней с тех пор, как Сюй Янь вернулся из Юньтяньлоу, о чём договорился Сюй Цинжань. Но он продолжал жить на вилле, ведя себя самодовольно, явно не принимая предупреждение Сюй Цинжаня всерьёз. Он считал, что, несмотря ни на что, остаётся биологическим отцом Сюй Цинжаня, и даже если ребёнок его ненавидит, тот не сможет зайти слишком далеко. Что касается семьи Сюй, то старый патриарх пришёл в ярость, узнав, что был испорчен праздничный банкет в честь дня рождения Сюй Цинрана, и приказал Сюй Яню временно воздержаться от вмешательства в дела семьи. Теперь, когда ему нечем было заняться, он проводил дни, наслаждаясь жизнью в этом большом доме, словно на отдыхе. В тот момент, когда Сюй Янь любовался своим почерком, к его ногам внезапно подбежала женщина в королевском синем платье. Это была мать Сюй Цинрана. Она по-прежнему носила обычную прическу в виде пучка, но волосы были слегка растрёпаны и лишены привычной аккуратности. Она выглядела измождённой, утратив прежнюю красоту и румянец. Она вцепилась в ногу Сюй Яня, с тревогой думая: — Муж, ты должен мне помочь! — Мой адвокат только что позвонил и сказал, что люди с другой стороны, подавшие иск от имени Ци Шэнсюэ, подготовили очень веские доказательства, и моя апелляция провалилась! Они… скоро меня арестуют, а я не хочу попасть в Башню Зла… Сюй Янь нахмурился: — Айлянь, семья Сюй сейчас в отчаянном положении, и мой дед забрал у меня полномочия управляющего. Чем я могу тебе помочь? — Более того, доказательства против вас в деле о убийстве Ци Шэнсюэ неопровержимы. Я даже не знал тогда, что вы настолько безжалостны, что готовы причинить вред даже ребёнку в её утробе. Какими бы способностями я ни обладал, я не смогу тебя спасти! Увидев его безразличное поведение, словно он отстранился от дела, Чжу Айлянь в гневе схватила его за плечо и закричала: — Зачем я всё это делаю?! — Ты обещал мне, что как только в семье Сюй воцарится стабильность, ты найдёшь способ убить Ци Шэнсюэ или развестись с ней. Но Цинъань к тому времени уже была очень стара, а ты ничего не сделал. Для воссоединения нашей семьи у меня не было другого выбора, кроме как действовать самой! Чжу Айлянь всё больше злилась, слёзы текли по её лицу: — Я, безусловно, была твоей первой любовью, твоей партнёршей, но в конце концов… я смогла выйти замуж только за члена семьи Сюй в качестве твоей второй жены, и более десяти лет Аньань даже не мог по-настоящему признать тебя. Теперь ей приходится нести клеймо любовницы, и даже Цинрана посторонние называют его сына любовником… Она печально добавила: — Не забывай, что твоя совместимость с Ци Шэнсюэ изменилась из-за лучшей подруги моей сестры, Хунъянь! Если меня действительно поймают и заберут в Башню Зла, я всё это раскрою, и мы умрём вместе! Сюй Янь нахмурился: — Айлянь, неужели тебе действительно нужно это делать?! — За эти годы я обеспечивал вас и Цинрана множеством благ, не так ли? — продолжала он. — Я всегда в первую очередь обеспечивал тебя и твоего сына лучшими вещами в доме. Когда только начали судебный процесс, я потратил много денег и усилий, чтобы помочь вам! — Я действительно сделала всё, что мог! Чжу Айлянь продолжала плакать. — В последнее время я так занята и устала, что у меня не было времени поесть, и моё лицо стало худым и осунувшимся. А что насчёт Цинрана? — Я не знаю, что случилось, но Цинрана арестовали, и я слышала, что его собираются отправить в Башню Зла! — сказала она. — Дорогой, ты ничем не можешь мне помочь, но хотя бы наш сын должен быть в безопасности, верно? Сюй Янь выглядел обеспокоенным. В последнее время им не удавалось связаться с Сюй Цинранем. После расспросов они узнали, что его подозревают в подстрекательстве и заговоре с целью фальсификации данных о сопоставлении душ. Генерал-майор Лу Чэн уже отдал приказ отправить его в Башню Зла для дисциплинарного взыскания. Это был Лу Чэн — жених Сюй Цинрана и будущий зять семьи Сюй! Что это за бардак?! Супруги забеспокоились, когда внезапно услышали громкий шум снаружи, словно их дом сносили. Испугавшись, Сюй Янь бросил кисть и выбежал во двор, где обнаружил внезапно появившуюся машину для уничтожения техники, которая разнесла вдребезги его самолёт, припаркованный перед домом. — Что вы делаете?! — закричал Сюй Янь, пытаясь остановить людей. Не успев далеко уйти, они увидели высокого худощавого мальчика, который распахнул большие железные ворота и вошёл во двор. Позади него шла группа неизвестных людей, нанятых им: — Разбейте всё! И сломайте всю мебель, которую увидите в доме! Сюй Янь пришёл в ярость: — Сюй Цинжань, что ты творишь?! Сюй Цинжань с удовлетворением наблюдал, как его люди начали уничтожать вещи, которые добавили Сюй Янь и его группа, а также часть оригинальной мебели виллы, после чего спокойно ответил: — Разве я тебе не говорил? Если вы не съедете в течение трёх дней, я с вами покончу. — Я даже дал тебе ещё несколько дней. Но раз ты такой бесстыжий, я больше не буду с тобой вежлив. Шея Сюй Яня покраснела от гнева: — Ты что, с ума сошёл?! — Большая часть вещей в этом доме изначально была сделана на заказ твоей матери. Ты не боишься разбить её вещи?! — Это всего лишь мебель, — спокойно сказал Сюй Цинжань с лёгкой улыбкой. — В любом случае, у меня есть деньги. После того как я всё это разобью, я просто закажу точно такие же вещи. — Папа, у тебя, наверное, денег почти не осталось, да? Ты собираешься затягивать это со мной? Сюй Янь наблюдал, как группа людей устраивает беспорядок во дворе. Прежде чем они вошли в дом, он подбежал к Чжу Айлянь, которая собиралась выйти, и быстро затолкал её обратно внутрь. Затем он запер дверь. Вскоре Сюй Цинжань каким-то образом раздобыл необходимые инструменты и, используя свои умения, начал взламывать дверной замок. Каждый громкий хлопок был подобен удару холодной воды, снова и снова поражая сердца Сюй Яня и Чжу Айлянь. На мгновение Чжу Айлянь забыла о панике из-за судебного иска и дела Сюй Цинрана и, спрятавшись за Сюй Янем, испуганно повторяла: — Что происходит?! Когда Сюй Янь понял, что сила не сработает, он начал изображать жертву, крича через дверь: — Цинжань, твой прадед только что забрал контроль над моим бизнесом, а мои банковские счета заморожены. В нашем родном городе сейчас так опасно. Я слышал, что другие районы Хунчэна снова начинают падать. Кто знает, когда их захватят, как Иньлунчэн? — У твоего папы действительно не было другого выбора! — Небесный Змей — одна из двух звёздных систем на территории Серебряного Дракона, которая ещё не захвачена ордой демонов. Ради твоёй будущей безопасности, почему бы тебе пока не сдать это место в аренду отцу и тёте? В любом случае, у твоёй матери всё ещё так много недвижимости на имя, ты же не можете жить здесь один! — С папой здесь он даже сможет помочь вам посмотреть дома! Сюй Янь говорил со слезами на глазах, и чем больше он говорил, тем сильнее ему становилось жаль себя. Однако едва он закончил, как прочная дверь с громким хлопком распахнулась и криво повисла на дверном косяке. Его старший сын, Сюй Цинжань, несколько раз пнул дверь снаружи, а затем изо всех сил выбил дверную панель. Он и Чжу Айлянь так испугались, что обнялись и спрятались в стороне, чудом избежав травм от выбитой двери. Двое мужчин выглядели ошеломлёнными. Это была металлическая дверь, для подъёма которой потребовалось бы несколько сильных мужчин. Сюй Цинжань должен был обладать как минимум двойной или даже тройной силой, чтобы выбить её голыми руками! У входа предстал Сюй Цинжань с мягкими, вьющимися волосами, придающими ему милый и очаровательный вид, и с прекрасным и невинным лицом, словно у ангела. На нём было бежевое хлопчатобумажное пальто, ещё больше подчёркивающее его нежный и мягкий темперамент. Но глаза Сюй Цинжань были холодны, как ледяные лезвия, а в руке он держал универсальную палку. Холодным голосом он сказал: — Звучит неплохо. — Так вы, два подонка, тогда вообще давали моей матери хоть какой-то шанс? — У меня всего одно предложение. Выражение лица Сюй Цинжаня было холодным, в глазах читалось лишь отвращение, лишённое всякой теплоты или привязанности. — Ты собираешься уйти послушно сам или тебя вынесут боком? После того как Сюй Цинжань произнёс свою реплику, система замолчала. Раскрылся план обеления, подготовленный для этого носителя в начале переселения душ, который гласил: «Притворяйтесь благовоспитанным, чтобы „главный герой“ смог вернуть любовь отца и забрать имущество, оставленное биологической матерью». Глядя на Сюй Яня, который был почти до смерти напуган, система заплакала. Обратного пути нет, действительно нет. Этот план по обелению — ни один его шаг не был использован! Взгляд Сюй Цинжаня напугал Сюй Яня, который казался серьёзным и действительно способным «пожертвовать семьей ради общего блага». Но ради комфортной жизни он заставил себя дрожащим голосом произнести: — Цинжань, ты не можешь быть таким неблагодарным… Не успел он договорить, как Сюй Цинжань взмахнул палкой и сильно ударил его. Его избивали до тех пор, пока он не упал на землю, крича от боли и страданий. Сюй Цинжань холодно взглянул на лежащего на земле Сюй Яня, затем посмотрел на дрожащего от страха Чжу Айляня и сказал: — Позвольте мне внести ясность: у меня нет моральных принципов. — Если ты меня расстроишь, я тебя изобью, даже если ты биологический отец. У Чжу Айляня подкосились ноги, и он рухнул на землю. Лишь осознав, что Сюй Цинжань поистине бесчеловечен, бессердечен и способен покалечить их, супруги неохотно покинули дом. Перед домом клумбы, саженцы и каменные резные украшения, которые Чжу Айлянь кропотливо реставрировал, были разбиты вдребезги. Ей было больно это видеть. Она и Сюй Янь шли рука об руку к входной двери, когда внезапно столкнулись с несколькими полицейскими, которые пришли к ним домой. После подтверждения своих личностей группа строго заявила: — Госпожа Чжу Айлянь, во время допроса Чжан Хунъянь по поводу нашей незаконной деятельности она призналась, что также согласилась на вашу просьбу помочь вашему мужу чтобы Ци Шэнсюэ сфабриковать совпадающие данные». — Пожалуйста, вернитесь с нами для допроса. — Господин Сюй Янь, вы один из тех, кто причастен к этому делу, и вам также необходимо пойти с нами. Чжу Айлянь плохо умеет успокаивать свои взволнованные эмоции. Услышав слова полицейского, она мгновенно побледнела. …Чжан Хунъянь на самом деле раскрыла этот вопрос очень давно! Откуда у неё взялась наглость! Когда вся эта неразбериха закончится, она точно не оставит её в покое! Сюй Янь, застигнутый врасплох, пришёл в ярость и закричал: — Почему я должен идти с тобой только потому, что ты говоришь, что сомневаешься?! Я не нарушал закон, я ничего не знаю, отпусти меня! Его реакция была настолько бурной, что полицейские надели на него наручники и увезли под предлогом воспрепятствования служебной деятельности. После их ухода шумный двор затих. Сюй Цинжань оплатил счёт нанятым им «клеветникам» и проводил их до выхода. Все они шли быстрым шагом, не смея взглянуть на него, словно боясь, что если будут идти слишком медленно, какой-нибудь свирепый зверь погонится за ними. Выглянув наружу, мы увидели группу местных жителей, которые слышали шум и пришли выяснить, что происходит. Встретившись с ним взглядом, они так испугались, что все разбежались. Сюй Цинжань взглянул на палку, которую всё ещё держал в руках, но не выбросил её. Он поднял её и вошёл в дом. И действительно, большинство людей по-прежнему не могли смириться с его вспыльчивым характером. Он не был грустен, поскольку ему было всё равно, что о нём думают другие. Мне просто немного жаль. К сожалению, единственным человеком, способным это принять, может оказаться тот, с кем я постепенно отдаляюсь. Сюй Цинжань вернулся в дом, убрал беспорядок у двери, затем связался с кем-то, чтобы починить дверь и привести в порядок двор, после чего снова ушёл. Перед вылетом он сидел в самолёте, держа в руках телефон и долгое время молча размышлял. Наконец, он открыл окно чата человека с аватаркой в форме пончика и отправил сообщение. [Нань И, мне нужна твоя помощь.]

***

Серия SR Sirius — Нефритовая звезда. Город Голден Кроу, военный штаб батальона Голден Винг. Несколько человек находились в одном из конференц-залов главного здания. У Се Наньцзюня во рту была конфета с апельсиновым вкусом, отчего одна из его щек вздулась. Он положил на стол чёрную шляпу с золотым логотипом в виде пера, с таким кислым выражением лица, словно его заставили давать интервью. Он пожаловался черноволосому мужчине рядом с ним: — Вздох… наконец-то после выполнения задания мне выпал перерыв, а теперь меня вызывают на встречу. Человек рядом с ним ничего не ответил, а просто сидел на стуле, слегка опустив голову, словно погружённый в глубокие размышления. Возможно, он даже думал о чём-то очень важном, и выражение его лица было очень серьёзным. Се Наньцзюнь немного смутился, когда спросил его, не умер ли кто-нибудь из его родственников в последнее время. В последние несколько дней у Шэнь Тинъюя было плохое настроение. Прибыв в здание штаба армии, он перестал заботиться о создании благоприятного публичного образа. Он был отстранённым и замкнутым, и, кроме Се Наньцзюня, никто не осмеливался подходить к нему слишком близко. Сегодня пятый день с тех пор, как Сюй Цинжань покинул свой дом. В тот же день он согласился съехать. Шэнь Тинъюй последние несколько дней отдыхал дома из-за полученной травмы. Сюй Цинжань в это время не вернулся. Эти мысли ещё больше смущали Шэнь Тинъюя. Его не покидало чувство тревоги, ощущение застоя, словно если он не будет прилагать больше усилий, чтобы ухватиться за него, он может упустить что-то важное в своей жизни. По мере приближения к концу собрания в зал приходило всё больше людей. Сегодняшнее совещание проходило под председательством генерала их штаба «Золотое Крыло», мужчины немного старшего возраста с наполовину седыми волосами. Помимо офицеров основного батальона, здесь собрались высокопоставленные офицеры из родовых батальонов, главным образом для обсуждения текущей ситуации в батальоне «Золотое Крыло». По мере того как репутация и достижения Лагеря Серебряного Дракона падали, престиж «Золотого Крыла» постепенно рос. В результате в лагере «Золотого Крыла» в последнее время царила радостная атмосфера, и даже старые генералы, обычно с серьёзными лицами, улыбались. После того как все присутствующие в зале собрались, генерал начал говорить, подводя итоги и восхваляя участников. Он говорил с большим энтузиазмом, даже упомянув недавний инцидент, который был исключительно хорошо урегулирован группой «Небесный Орёл», похвалив всех присутствующих, кто участвовал в миссии, и, наконец, специально попросил Шэнь Тинъюя выйти и сказать несколько слов. Когда генерал начал выкрикивать имена, все взгляды обратились к красивому мужчине с чёрными волосами и голубыми глазами. Но он, казалось, ничего не замечал, неподвижно сидя на своём месте и ничего не отвечая. — …Генерал Шэнь? Люди в передней части конференц-зала ещё несколько раз окликнули его. Се Наньцзюнь не удержался и сильно толкнул его локтем. Шэнь Тинъюй наконец услышал, как его окликнули, и бесстрастно поднялся. Когда он направился к передней части конференц-зала, окружающие подняли руки, аплодируя его достижениям, но он сказал: — Извините, я не могу присутствовать на сегодняшнем совещании. У меня есть срочные дела дома, которые мне нужно решить. Сказав это, не дожидаясь согласия или возражения председателя собрания, он надел шляпу, открыл дверь и вышел. Люди в конференц-зале были ошеломлены. Се Наньцзюнь был совершенно ошеломлён. …Подождите, а что плохого в том, что этот мужчина больше похож на обычного человека? Впервые я видел его таким небрежным на работе, суетливым и торопливым. Если бы вы не знали его лично, вы бы подумали, что его жена вот-вот родит!

***

После нескольких дней пути Сюй Цинжань наконец вернулся в Фэйсин. Он на несколько секунд остановился перед домом Шэнь Тинъюя, а затем положил ладонь на умный замок. — Установление душевного контакта прошло успешно, добро пожаловать домой! Раздался голос интеллектуальной системы, и на экране появился зелёный круг. Сюй Цинжань на мгновение замер, прежде чем толкнуть дверь и войти. В комнате было тихо; чьего-либо присутствия невозможно было почувствовать. Дома никого не было. Сюй Цинжань подумал, что лучше уйти тихо. Таким образом, ему не придётся говорить никаких сентиментальных или вежливых слов при уходе. Комната была обставлена так же, как и прежде, и даже чемодан, который он привёз из отеля, тихонько прислонился к столу. Нет необходимости распаковывать содержимое этой коробки. Он достал из шкафа большую коробку и несколько крупных сумок и начал упаковывать вещи, которые привёз от семьи Сюй. Большую часть прошлого года он провёл в военном университете и не взял с собой много личных вещей, поэтому упаковывать было легко. Он не забыл взять из ванной даже зубную щётку и зубную пасту. Несколько чемоданов и сумок были быстро упакованы. Он застегнул последний рюкзак и подошёл к столу, чтобы провести последнюю проверку. Он нашёл письмо из штаб-квартиры «Родственных душ» глубоко в ящике, который забыл в углу. Введённая энергия исчерпана, и две души на Мосту Сороки на конверте перестали двигаться. Сюй Цинжань взял в руки искусно составленное письмо, некоторое время рассматривал его, затем мягко улыбнулся и положил на стол, не беря с собой. Встреча двух подходящих друг другу душ, знакомство и влюблённость — событие с крайне низкой вероятностью. Особенно для такого человека, как он, который не желает идти на компромиссы. Убедившись, что все необходимые вещи упакованы, Сюй Цинжань вышел из комнаты, неся с собой все свои вещи. Он прошёл по длинному коридору, мимо кухни, где он бесчисленное количество раз вёл свои передачи, через просторную гостиную и, наконец, дошёл до входной двери. Как раз когда он собирался потянуться к дверной ручке, дверь внезапно с силой распахнулась снаружи. Он вовремя увернулся и избежал удара дверью. Когда Шэнь Тинъюй, находившийся за дверью, поднял глаза и увидел его, он тоже на мгновение опешился. Увидев его торопливость, словно он что-то забыл и поспешил за этим, Сюй Цинжань поднял бровь и поддразнил: — Генерал Шэнь, неужели ваше внезапное появление — попытка меня убить? Это перекликалось с тем, что они обсуждали ранее. Шэнь Тинъюй смотрел прямо на него, не двигаясь и не произнося ни слова. Его глаза были тёмными и нечитаемыми. — Ты вернулся как раз вовремя. Но Сюй Цинран не хотел сегодня гадать. — Я ухожу. Не забудь удалить мои регистрационные данные из умного замка, чтобы я не смог прийти к тебе домой и что-нибудь украсть, если у меня когда-нибудь закончатся деньги. Сказав это, он уже собирался пройти мимо него и выйти из дома, когда внезапно кто-то схватил его за запястье. Силы было недостаточно; хватка лишь остановила его. Сюй Цинжань повернул голову. Человек, схвативший его, слегка опустил веки, его длинные ресницы несколько раз задрожали, а затем снова подняли их. Он услышал, как Шэнь Тинъюй спросил: — …Не мог бы ты… не уходить?» Тон его был необычайно серьёзным и торжественным. Сюй Цинжань бросил на него несколько взглядов с полуулыбкой. Рука, державшая сумку, внезапно отпустила её, и сумка, полная одежды и других предметов первой необходимости, упала на пол, словно потеряла свой вес. — Хорошо, — сказал Сюй Цинжань. Ответ оказался столь же решительным, как и его решение отпустить ситуацию. Шэнь Тинъюй: «?» ...Неужели нам больше не нужно притворяться? Сюй Цинжань, разглядев в его глазах мимолетное удивление, уверенно сказал: — Это твой дом, поэтому, конечно, последнее слово за тобой. Хозяин дома уже пытался уговорить его остаться, поэтому у него не было никаких оснований отказывать. Сюй Цинжань также посетовал: — Почему ты не вернулся раньше? Мне потребовалось так много времени, чтобы собрать все вещи. — А может, я на несколько дней перееду куда-нибудь, а потом вернусь? — …Сюй Цинжань, — Шэнь Тинъюй не удержался и окликнул его по имени, прервав его. Затем Сюй Цинжань снова встретил его взгляд и спросил: — Итак, генерал Шэнь? — — Почему ты хочешь, чтобы я остался? Шэнь Тинъюй ослабил хватку, и напряженное выражение его лица постепенно расслабилось. Он поджал губы и ответил на вопрос Сюй Цинжаня: — Ты мне еще столько услуг должен. Если я просто отпущу тебя вот так, я окажусь в невыгодном положении. Сюй Цинжань кивнул и спросил: — Тогда как бы ты хотел, чтобы я тебя отблагодарил? Шэнь Тинъюй долгое время молчал. Его глубокие синие глаза устремились на него, и он торжественно, слово за словом, ответил: — Мне нужна твоя помощь, чтобы залечить раны, нанесенные моему душевному барьеру. Сюй Цинжань слегка приподнял бровь. Для восстановления психологического барьера им необходимо было установить какие-то временные отношения. Он скрестил руки, слегка наклонил голову и несколько мгновений смотрел на Шэнь Тинъюя, после чего небрежно спросил: — Разве ты не говорил, что не хочешь, чтобы это зависело от личных отношений и обязанностей? Находясь дома, Шэнь Тинъюй каждый день размышлял о своих отношениях с Сюй Цинжанем. Он прекрасно понимал, что должен радоваться своей наконец-то свободе. Но мысль о том, что он упустит возможность быть ближе к Сюй Цинжаню, и что их совместимость равна нулю, очень разозлила его, и он не мог чувствовать себя счастливым, а лишь испытывал тревогу. Он успокоил Сюй Цинжаня, когда тот находился в состоянии душевного смятения, хотя и ясно видел воспоминания его души. Почему это произошло? Затем он кое-что понял. — Шэнь Тинъюй, возможно, я не смогу дать тебе тот ответ, который ты хочешь, это тебя устраивает? Пока он размышлял, снова раздался голос Сюй Цинжаня. Его тон был таким же спокойным, как всегда, но на этот раз в нем, казалось, присутствовала едва уловимая мягкость. Шэнь Тинъюй вдруг улыбнулся, его низкий голос был полон решимости: — Тогда я буду продолжать попытки, пока не получу твой ответ. Наиболее вероятная причина боли после заключения брачного контракта — недостаток любви со стороны партнера. После нескольких дней раздумий он наконец понял: если объектом его симпатии был Сюй Цинжань, то ему нужно найти способ заставить его влюбиться в себя. В любом случае, он всегда был человеком, который борется с судьбой. Он предпочитал следовать зову сердца, а не холодным, неопровержимым данным. Сюй Цинжань посмотрел в глаза Шэнь Тинъюю. В этот момент казалось, будто он видит насквозь эти глубокие, непостижимые голубые глаза. Ему в голову пришла мимолетная мысль, и он усмехнулся. — Хорошо. Сюй Цинжань достал из кармана аккуратно сложенный листок бумаги. — В таком случае я тоже тебе что-нибудь подарю. Сказав это, он передал аккуратно сложенный лист бумаги. Шэнь Тинъюй поднял бровь и спросил: — Что это? Сюй Цинжань наблюдал, как он медленно, слой за слоем, открыл данные, и неторопливо ответил: — Последние результаты сопоставления душ между мной и Лу Чэном. Мужчина перед ним внезапно перестал рвать бумагу. Сюй Цинжань слегка изогнул взгляд. Давайте вернёмся на два дня назад. Когда Се Наньи, которая всё ещё находилась в штаб-квартире Системы Родственных Душ, передала ему данные, она спросила: — Зачем вам данные о вашей родственной душе, полученные от Лу Чэна? Именно поэтому он обратился за помощью к Се Наньи, попросив её немедленно помочь ему сопоставить информацию о его душе с информацией о душе Лу Чэна. Как важный военный офицер, Лу Чэн, как и Шэнь Тинъюй, должен ежегодно проходить медицинский осмотр, поэтому Се Наньи не составило бы труда получить информацию о его образцах. Сюй Цинжань взял результат у неё из рук, взглянул на него и сказал: — Ты просто пытаешься его обмануть. Сначала Се Наньи ничего не понял. Но, будучи такой сообразительной, она быстро поняла, что происходит, и тут же широко раскрыла глаза и прикрыла рот рукой. — Черт! Неужели он об этом думает?! Сюй Цинжань сложил бумагу и положил её в карман, а затем сказал ей: — Это всего лишь предположение. Потому что он не собирался передавать результаты напрямую Шэнь Тинъюю. Он хотел посмотреть, какой выбор он сделает. По дороге обратно в дом Шэнь Тинъюя он спросил систему: — Разве две совершенно несовместимые души не могут быть вместе? Система гласила, что в Империи нет строгих и непреложных правил. «Но более 90% пар с низкой совместимостью, которые заставляют себя оставаться вместе, в конечном итоге расстаются.» «Как правило, если ваши души не совпадают, это значит, что вы несовместимы. У вас нет общих интересов, тем для обсуждения или точек соприкосновения. Это как замок с неподходящим ключом — его невозможно открыть.» «Особенно два несовместимых типатD и E, их принудительное объединение обернется катастрофой.» Сюй Цинжань сказал: — Но я вполне доволен Шэнь Тинъюем как личностью, и я не чувствую, что мы несовместимы. — А разве они не говорили, что 0% — это особый случай? Поэтому он решил тогда же, что если Шэнь Тинъюй решится на этот шаг, то он пойдёт на риск. Я ставлю на то, что ни один из их душ не будет совместим. Это 0, что открывает бесконечные возможности.