Restart

***

      Февральское утро кололо кожу ледяными иглами. Изуку Мидория стоял перед массивными воротами UA, наблюдая, как пар от его дыхания растворяется в холодном воздухе. В его взгляде не было трепета абитуриента — лишь стерильная пустота расчетливого разума. Хроно-прыжок завершился ровно в 06:47, за тринадцать минут до сирены экзамена. Тело болело фантомной болью: эхо тысяч переломов из оригинальной линии. В висках пульсировал хор.        Точка выхода: вступительный экзамен.       —Синхронизация завершена на 98,4%, — механически доложил Брюс, Третий, в сознании Изуку. Его голос звучал как сухой шелест архивов. —Шигараки активирует «Распад» на полную мощность через 748 дней. Лига начнет вербовку через семь месяцев. Мы в графике.       Йоичи, Первый носитель, скользнул призрачной тенью в его ментальном пространстве.        —Не забывай о человечности, Девятый. Холодный расчет — это твоя броня, но не дай ей стать твоей клеткой.       —Эмоции — ошибка, — отрезал Кудо, Второй. Его присутствие ощущалось как тяжесть заряженного оружия. —Никаких откровений. Никаких слабостей. Ты — солдат в тылу врага, даже если этот тыл — школа героев. Двигайся. Сейчас.       Ворота UA распахнулись. Толпа подростков рванула вперед, сотрясая воздух криками. Изуку не бежал — он перемещался, экономя каждое движение.  Хикаге Шиноморе, Четвертый, уже анализировал вибрации почвы через «Предчувствие»:        —Три робота типа B за углом. Один типа A на крыше. Траектория удара: 45 градусов.       Изуку прыгнул, активируя «Один за всех» ровно на 8% — минимум, необходимый для эффективности. Кулак вошел в обшивку трехбального робота, как в масло. Металл заскрежетал, электроника вспыхнула.        Дайгоро Банджо, Пятый, довольно рыкнул:               —Черный Хлыст! Точечно!       Темные жгуты вырвались из ладоней Изуку, подобно щупальцам хищника. Он использовал их для мгновенного уничтожения врагов, экономя энергию. Когда гигант клаccа S начал крушить имитацию города, Изуку оценил обстановку. Урарака Очако застряла под обломками.        —Спасение увеличит вероятность твоего зачисления на 92%, — холодно констатировал Кудо. — Устрани препятствие.       Изуку рванул вперед. Удар «Детройт Смэш» на 20% отправил многотонную махину в полет. Он приземлился на обледенелый асфальт, даже не сбив дыхание и не оглянувшись на спасенную девушку. Его глаза, светящиеся изумрудным пламенем, встретились с ошеломленным взглядом Кацуки Бакуго. Кацуки замер, его ладони дымились, но ярость сменилась ледяным недоумением. Он видел не «Деку». Он видел профессионала, чьи движения были лишены лишнего шума.       — Ты... что это за херня?! — выплюнул Бакуго. — Откуда такая точность? Ты скрывал причуду всё это время?       Изуку посмотрел сквозь него, его лицо оставалось неподвижной маской. Голосом, в котором слышалось эхо всех семи предшественников, он произнес:       — Твоя правая сторона открыта при каждом рывке на 0,4 секунды, Кацуки. Исправь это. Иначе в реальном бою тебя ждет только поражение.       — Что ты несешь?! — взревел Бакуго, но Изуку уже затерялся в толпе, не оставив шанса на дальнейший спор.       После экзамена в тишине медицинского кабинета его ждал Тошинори Яги. Всемогущий выглядел изможденным и обеспокоенным.       — Юный Мидория... твои результаты поразительны, но ты... ты вел себя иначе. Ты словно знал, где появится каждый робот. Расскажи мне, что произошло за это время?       Изуку сел, сложив руки на коленях. В сознании совет носителей вынес вердикт: молчать. Семья не должна подвергать Восьмого опасности преждевременной информацией.       — Я просто сменил подход, учитель, — ответил Изуку ледяным, вежливым тоном. — Я осознал, что геройство — это не только самопожертвование, но и стратегия. Я больше не допущу ошибок.        Яги вздрогнул. В голосе мальчика была тяжесть, которую не должен нести подросток. За спиной Изуку на мгновение проступила тень Наны Шимуры, но она лишь приложила палец к губам.        — Мы — семья, — добавил Йоичи, — И мы будем готовы, когда придет время.       Он вышел в коридор, оставляя Всемогущего в растерянности.       Хроно-песчинки продолжали течь, и первая нить его тайного плана была надежно закреплена. Он не расскажет им правду. Он просто спасет их, даже если они будут его ненавидеть.