Во что мы вляпались?

Спустя месяц. Этот долгий и мучительный месяц, где она уже и отпраздновала своё др по скромному, брюнетка смогла накопить на свою собственную квартиру. Девушка специально выбирала и не дорогую слишком, но и поближе к цирку. Почему по ближе к нему? А все просто. Нелла живёт на достаточно расстояние от цирка, где приходиться полчаса идти, если спокойным шагом, а двадцать минут бегом. А уже в квартире девушка обустроила все так, как нравится ей. Темные обои, благо пол был светлым, но и был минус его в том, что придется мыть часто. Было всё остальное по стандарту: ванная, туалет, кухня, зал и своя комната, а также всё это соединялось коридором. Ох, как же Роджерс бегала и носилась со своими вещами. Правда сейчас просто лежит на своей кровати с прикрытыми глазами и наслаждается тишиной. Хотя порой тишина на неё давила. Постепенно, с каждой секундой, когда она длилась как максимум полчаса. В родном доме, где раньше жила дева, не давали расслабляться и на полчаса. Принеси воды. Убери кружку. Убери тарелку. Убери это. Помой полы. Уберись во всём доме. Уберись в комнате. И многие другие слова, которые слышала она много раз. В один момент это стало сильно раздражать. Особенно когда начала ходить в шарагу. Поэтому один из преподавателей, видя как иногда ту трясёт немного на одном из занятий, решил её в другой город отправить на учёбу, при этом сама на дистанте учиться будет. В доме Неллы, где не было тихо. Где можно было наблюдать с любопытством, как шатенка ругала Пьеро за то, что он через балкон заходит и выходит в квартиру, да попытки приучить его через дверь входить. На это можно было хихикать и умиляться, когда красный артист выглядел как нашкодящий щенок, но довольный, словно специально делал для получения внимания. Вдруг послышались шаги и звон бубенцов. Странно. Если это Пьеро, то должно быть у Неллы в квартире. Возможно она попросила его проведать её. Но тогда бы он либо постучал в окно, либо в дверь, как Арлекин, а значит и зеленый тоже отпадает. Медленно встав, она взяла книгу. Толстую из-за большого количества страниц. Это был сборник какого писателя, его мама отдала, но Мира и не собиралась читать это, зато вот, может быть в обороне пригодиться. Тихо и осторожно пройдя к двери и приоткрыв дверь, на девушку посмотрели фиолетовые глаза. На лице фиолетового шута довольный оскал, а глаза смотрели хищно. – Привет, мы-, – не успел Джестер договорить, как прямов его лицо полетела эта толстая книга под крик брюнетки. Достаточно больно было, из-за чего из его горла раздался раздраженный с ноткой боли рык. Мирана быстро закрыла дверь, причём ещё и на щеколду, и забилась в дальний угол, прижав к себе серого плюшевого котёнка, да укрывшись с головой в плед, словно тот её защитит. Снова тишина. Тяжёлая, давящая, душная. Одна слезинка потекла по щеке, а губы слегка дрожали, словно вот-вот заплачет. Раздался щелчок, а потом скрип двери, за ним и звук шагов, что сопровождался звону бубенцов. Девушка зажмурилась и вжалась в стену, словно хотела слиться с ней, а из-за черного пледа не было видно полной картины. Шаги приблизились сначала к тумбочке, после чего было слышно, как ложили ту самую книгу, потом же начали приближались к ней. И снова настала эта давящая тишина, которая была не долгой. – Думаешь, что какое-то жалкая тонкая тёплая ткань тебя защитит, мышка? – с легкой насмешкой спросил фиолетовый шут, но в голове была нотка строгости и недовольства. Ответа ему не последовала, от чего Джестер широко улыбнулся в оскале. – Мышка, мышка... Тебе лучше ответить. Ты здесь одна. Одна. Никто тебе не поможет. Девушка до сих пор молчала, пытаясь не заплакать, хоть и слезы лились по щекам. Артисту начинало не нравится то, как младшая молчит. Резко стянув мешающую ткань, девушка испуганно пискнула и вжалась в стену, прижимая плюшевого котёнка к груди. Фиолетовые глаза смотрели на неё, останавливаясь на мокрых дорожках на щеках от слёз. Недовольный рокот случайно послышался от Джестера, а в его очах сверкало недовольство. Когтистые руки подняли её за бока и посадили на кровати, к спинке которой она прижалась. Медленно, словно крался или не хотел спугнуть добычу, кем и ощущала себя брюнетка, фиолетовый шут спустился рядом и преспокойно водил когтем по её груди, животу, талии, везде куда только дотянется, правда не трогал лицо. Девушка не шевелилась, просто лежала с зажмуриными глазами. Вдруг она почувствовала, как что-то мягкое, мокрое и немного длинное прошлось по её щеке, где недавно катились слезы, а после тихий хмык. – Солёное.. Интересно. Кровь сладкое, а слезы солёные. Какие же другие на вкус жидкости,– улыбка с оскалом украсила его лицо, а девушка отвернула голову, сильно жмурясь и стараясь не заплакать, а это начало её злить. Всё время не плакала, а тут на, плачет при каждом появлении этого фиолетового артиста. – Хватит молчать и слезы лить, мышка. Это раздражает и... Хм, вот это пожалуй не скажу. *** Мирана не знала как уснула, но на удивление проснулась бодрой. Оглядевшись, она поняла, что сейчас одна. Это не могло не радовать. Однако была одна деталь. Плитка белого шоколада на тумбочке, а под ним элемент для чекера в виде небольшого круга с непонятной надписью. Разглядеть она не пыталась, но фиолетовый отлиф серого металла ей нравился. Успев сходить в душ, девушка на торопях собиралась на работу. Почти было семь часов, а приходит она за час до открытия клуба. Своего плюшевого котёнка дева не нашла, словно его и не было. Так же перекрестилась на всякий случай, чтобы Джестер снова не пришёл, ей хватило сегодняшнего скримера в виде его неожиданного появления непонятно как в квартире. Странность появления Пьеро не настолько страшная, как этого. Пьеро через балконы, Арлекин, как подобается, через дверь. А через тогда Джестер? Возможно и то, и то другое, но сейчас не в этом проблема. Да и сейчас не до проблем. Вдруг раздался звонок в дверь. Роджерс без задней мысли открыла дверь и уставилась на весёлую блондинку, которая держала за руку ещё двух девушек с недовольными лицами. Мирана в шоке, блондинка довольно лыбиться, да хитро щуриться. – Мир, а Мир, поможешь нам удивить мою сестру? – Лика, твою ж налево.. У Роджерс не нашлось никаких больше слов, чтобы описать её шоковое состояние. А сзади троицы стоял Арлекин, который с любопытством на всё это смотрел.