Что ты будешь делать, когда я умру?

— Что ты будешь делать, когда я умру? — сердце замедлилось и дыхание свело, время застыло прямо в этом моменте, даже часы не тикают, птицы не поют, и солнце перестало светить. Только на сетчатке моих глаз — она. Сидит напротив, опустив глаза, такая спокойная, такая красивая и такая, сука, грустная. — Че? — время всё-таки идёт, и в ушах стоит гул, ничего не слышу, но она поднимает взгляд, а мои глаза щиплет, сейчас заплачу, почему она улыбается?! — Ты ведь знаешь… это неизбежно. Скоро операция, тебе говорили врачи, да? — конечно, говорили, за каждым углом только и слышно: «шестая палата — без шансов, без шансов», мрази ебучие. Ещё врачами себя зовут, да как они могут… — И че? — прости меня, я не хотела так грубо, это важно, я знаю, но я не хочу, не могу, не буду в это верить, не заставляй меня, умоляю. Наверное, у меня нос дёргается, глаза на мокром месте, только бы не плакать при ней. — Мало ли что они говорят, купили себе дипломы и выёбываются. — не могу на неё смотреть. Но я тебя внимательно слушаю. Я всегда тебя слушаю. Я только тебя и слушаю, но давай сделаем вид, что у меня в телефоне что-то супер интересное. — Всё в порядке будет. — какой тихий бубнёж, бля, почему ты сказала это так неуверенно, ты что, не веришь в это?! Какая я дура, всё будет хорошо, я верю в это, ха-ха. — Это тяжело, я понимаю… но нам надо поговорить, — какой у тебя красивый голос… Да, давай будем говорить весь месяц напролёт, но только о чём-то хорошем, давай мы сходим куда-нибудь, давай ты будешь смеяться, только не так грустно, я не вынесу, я буду всё делать, я встану на колени, я сделаю всё, что пожелаешь. — Милая… — нет-нет-нет. — Без тебя это место больше не будет мне домом. — чёрт, само вырвалось, возьми себя в руки, дура. Ты непреклонна и собрана, и тебя вообще ничто не пошатнуло… — Хаха… это понятно, — я слышу скрип и шорох, она встала? Нет, не надо, я не вынесу, пожалуйста, нет… — Я и не думала, что ты останешься — уедешь, да. Но не забудь про учёбу, совсем немного осталось, лучше доучиться, а потом уже переезжать, — она такая тёплая. Как это всё может исчезнуть? Бред. Я могу обнять её в ответ, да? Ой, телефон был выключен. Ну и ладно, хочу её обнять. Сомкнуть руки за её спиной, положить голову на плечо и… расплакаться? Нет-нет-нет-нет. — Я не смогу, не смогу в этом доме без тебя… я… — чёртов голос, предатель, дрожит, и слёзы льются, не хочу её отпускать. Хочу всегда быть с ней, нет… не надо, не… — Не хочу… не смогу… я ничего без тебя не могу… — мокро: всё плечо ей намочила. Мысли путаются… А… нет-нет-нет, куда ты, почему ты отстраняешься, я сама кофту постираю, только не… — Посмотри на меня, — м. Ты тоже плачешь… Твои руки такие мягкие, я не отвернусь, ни за что, но держи меня дальше… Хаа, я лицом в лодочке из твоих рук, мне так нравится, растаю сейчас. Ой. Щекотно. Ты стираешь мои слёзы с щёк, поглаживая, — Я понимаю, как это тяжело. Но мы должны поговорить, я переживаю за твоё будущее, — у меня нет будущего без тебя. Когда… Нет. Если тебя не станет, я тоже тут же умру. — Хорошо. Мы… мы поговорим. Но я… я не хочу ничего, если тебя не будет. — слёзы мешают её видеть. Но… Да, она улыбается. Так горько, но счастливо… Ты эгоистка, знала? Люблю тебя. — Пх. Надо… придётся. Ты должна жить дальше без меня. Так работает этот мир… увы. — не отводи взгляд от меня, смотри, я хочу насмотреться… хочу видеть, как ты смотришь на меня. Даже когда плачешь  когда злишься, когда угодно, ты такая красивая, такая… любимая. — Я… буду. Буду жить… Я постараюсь, только ради тебя. Твои старания не будут пустыми. Обещаю. — обнимай меня почаще… И всё-таки со временем что-то не так.