Я вытащу тебя со дна

      Утро прошло второпях, кроме завтрака. Парень слишком долго просидел за ним, хотя аппетита как такового ещё не было. Это огорчало. Разговор с матерью не привёл ни к чему хорошему. Наоборот, он лишь укрепил мысль об отказе. Эта мысль таилась внутри Бао с утра, пока он чистил зубы и умывался. Но он до последнего не хотел к ней возвращаться. Плохие мальчики не думают о плохом, они вообще стараются не думать. Разговор состоялся за завтраком, когда матушка доедала яичницу, уже начинающую остывать. На ней уже была надета форма, что добавляло жуткой атмосферы к молчаливому поеданию. Лицо ничего не выражало, лишь отдавало жуткими нотками. За столом было не слишком комфортно. Парень ёрзал на своём месте. Ему хотелось встать, закричать, начать сдирать с себя кожу. Морально плохо. Он долго решался, мялся, словно не хотел спрашивать. В голове вертел различные вариации начала своих слов, почти сразу же додумывая к ним плохие концовки. От этого уверенность с каждым разом всё сильнее и сильнее потухала, словно свечка, которую зажгли на длительное время. Это мучительно, сводит с ума и закручивает неприятный узел в животе. В конечном итоге он, с комом в горле, начал: — У нас в школе появился новый учитель математики, Данил Лазарев. И так получилось, что он набирает себе детей для репетиторства, — на секунду он замялся, опустив глаза в блюдо. — Вот, и он предложил мне стать одним из таких детей. Только, скорее всего, как я понял, его услуги будут стоить некоторых денег. Сколько именно, я ещё не знаю, сегодня только буду у него спрашивать. Вчера из-за состояния не мог. Он мне предложил тогда, когда я уже собирался уходить, во время того, как мне стало плохо. И прежде чем я спрошу, мне интересно знать твоё мнение. Сможешь ли ты оплатить репетитора и как ты вообще на это смотришь? — Я готова профинансировать репетиторство, но если после этого ты не будешь приносить одни пятёрки, то ты знаешь, что будет. Да и я, в принципе, закончу хоть что-то оплачивать из твоих хотелок. Так что думай и решай сам, я своё слово сказала. Ведь «Кто скупо сеет, тот скупо и жнёт, и кто сеет щедро, тот щедро и жнёт», — после этих слов она взяла свою тарелку и вышла из-за стола, оставив неприятный скрежет внутри парня. Он положил правую ладонь на левое плечо, тело помнит. Синяки только пропали, не хочется опять ходить в кофтах и стараться брать справки от занятий физкультурой или переодеваться в туалетах одному. Через пару мгновений сзади послышались звуки мытья посуды. После этого разговор не продолжался. Эту тему повторно подняли, пока парни шли в школу. Первым опять же заговорил Бао, что шёл с поникшей головой. Он ещё вчера вечером обещал другу рассказать свой окончательный ответ, наконец, время пришло. Рома прекрасно помнил об этом, но решил подождать, когда Ань скажет об этом. Не хотел сильно донимать. Прекрасно знал и понимал характер его матери. Парень начал издалека, как бы потихоньку приходя к основной сути. — Вооот, сегодня завтракал вместе с матушкой. Что-то даже сумел сегодня съесть: немножко поклевал яичницу и запихнул парочку овощей. Еда была вкусная. Ещё разговор завёл, конечно, не самый приятный, ну ладно.. — Поджал губы, вдыхая носом обжигающе-холодный ветер. Сопли опять потекут ручьями по приходу в школу. Это уже достало. — По поводу репетиторства у Данила Лазарева. Она в принципе не против, — Он глянул на друга, чьё лицо уже озарилось улыбкой, такой родной. Рома всегда искренне радовался за него, — нооо согласна платить, если я буду получать одни пятёрки после этого. А ты же прекрасно меня знаешь, я математику дай бог на четыре знаю, и то с натяжкой. Поэтому я, пожалуй, откажусь. Боюсь, что не потяну. Ну, ты прекрасно знаешь, какие будут последствия. — Улыбка моментально сошла с лица после этих слов. Рома больше не улыбался, а наоборот, загрустил, но показывать это не захотел. Поэтому повернул голову в сторону, словно разглядывая школу через верхушки деревьев. Это грустно. После последнего урока в школе Бао подошёл к учительскому столу, за которым сидел Данил Лазарев. Перед ним стояли какие-то бумаги, парень сильно не вчитывался. Лазарев заострил всё своё внимание на них, даже не заметил, как к нему подошёл ученик. Поэтому, когда начал говорить Ань, он немного дёрнулся. — Я, пожалуй, откажусь от репетиторства. Причина? Причина в том, что мне дали условие, которое я должен буду выполнять, чтобы оплатили репетиторство, но я не смогу этого сделать, — парень стоит перед учителем, водя носком левой ноги по кафелю, вырисовывая незамысловатые рисунки. Глаза опущены вниз, куда-то сквозь пол, словно он может видеть класс под ними. Не хотелось врать преподавателю, тот всё же дал такую прекрасную возможность подтянуть знания в области математики. — Это бесплатно. Я не собираюсь брать деньги со своих учеников, — Лазарев Данил отчеканил эти слова, отлепляясь от бумажек, поворачиваясь всем телом к мальчику. Тот, в свою очередь, поднял глаза на мужчину, в них читалось недопонимание. — Я начал работать учителем лишь бы помогать детям, — Ложь. — Мне важно дать знания своим ученикам, мне только в радость быть репетитором, — Опять ложь. — Так что я не собираюсь брать с вас деньги, тем более, что у меня есть много свободного времени. Вот, будет хоть какая-то польза, — Врёт и не краснеет. На самом деле, репетиторство будет только у Бао. Ему нужен только он. От других толку мало, одни свиноты. Это даст ему возможность быть с ним рядом, касаться его, слушать.. Глаза мальчика засияли, когда он услышал эти слова. Огромный плюс ему в копилочку. Сможет подтянуть темы, которые пропускал за эти годы с пятого класса. Будет ему полезно на экзаменах. Может, баллов больше наберёт и не пойдёт работать дворником, как говорит матушка. Она всегда говорила, что плохие мальчики, каким он и является по её словам, работают на ужасных профессиях. Они согласились о днях: понедельник, среда, пятница — в принципе, обычные дни, у многих так. А время — 17:00, будут заниматься час-полтора, смотря на сложность темы или тем. Это было удобно для всех. Парень сможет забыться на это время об инциденте, а не сидеть дома и плакать. Лазарев будто хотел что-то сказать, даже открыл рот. Но потом, сославшись на зевок, отвернулся обратно к бумагам. Он быстро написал адрес и передал бумажку мальчишке. Вот и закончили в школе. Бао счастливый вернулся домой. В руке он держал тот самый злосчастный кусочек бумаги, на котором было написано лишь пару слов. Впервые за столько дней в нём была частичка надежды, и страх ушёл на второй план. В нём горело счастье, он хотел поделиться им, но не стал даже со своим другом Ромой. Вдруг ему не понравится у Данила Лазарева на первом занятии, и после него он к нему больше никогда не придёт. Лучше поделиться этой новостью спустя два или три занятия, когда он уже точно будет уверен в дальнейших. Дома никого нет, поэтому он может спокойно одеться и, возможно, даже немного поделать уроки в тишине. Это радует и огорчает одновременно. Лучше пойти быстро помыться, а уроки, если что, скатает у друга завтра. Мочалка — его лучший друг. Она отдирает верхние слои грязи, что копятся после его прикосновений. Внутри он очистится потом.. Боженька поможет ему, матушка всегда его так промывает.. Кожа горит пламенем, но эта боль затмевает другую — моральную. Так намного легче. Он хочет всю жизнь просидеть так в ванне, плакать и тереть себя мочалкой. Но соблазн искушает его — скоро будет райская жизнь. Парень потрогает облако, ему станет легче, намного легче. Он наконец станет правильным мальчиком для матушки, она наконец полюбит своего сына. Прижмёт его фотографию к себе и поцелует, скажет тёплые слова.. Время пролетело незаметно. Вышел из душа с уже высушенной головой, дрался с непослушными волосами почти час. На часах уже почти пять часов вечера, а он только посмотрел на время. Сейчас у него в голове одно: лишь бы не опоздать. Поэтому он схватил то, что лежало на стуле, а именно чёрный свитшот и тёмные джинсы. Пока бежал в коридор, споткнулся и чуть не упал. Уже оказавшись там, на ноги нацепил свои любимые кроссовки, которые носит каждый день. Сверху накинул тёмную куртку, а уже на неё перекинул через руку сумку-почтальонку. И вылетел пулей из квартиры. Время уже пять, а он только постучался в дверь. Не настойчиво, а даже тихо, словно не хотел, чтобы хоть кто-то это услышал. Лазарев сразу открывает. На нём домашние штаны и футболка, которая немного большевата ему. На лице почти незаметная улыбка, только немного приподняты уголки губ. Вид у него немного помятый, будто бежал с другого конца квартиры. В нос сразу ударил приятный аромат, похоже на корицу или что-то подобное. Парню на душе сразу приятно стало, захотелось вдохнуть полной грудью, лишь бы прочувствовать все нотки после испытанного ужаса. — Здравствуйте, Данил Лазарев. Надеюсь, я не опоздал, — уже заходя в квартиру, произнёс мальчишка. На что получил невнятное «ты вовремя» от мужчины, что уходит за угол, куда-то в глубь квартирки. Нужно отдать должное — она выглядит уютной. Оформлена в цветовой гамме, которая приятна глазу. Да и мебель между собой сочетается и красиво выглядит, одни плюсы. Куртку Нго повесил за петельку на крючок, а ботинки поставил к обуви учителя на поддон. Главное, чтобы воды не накапало на пол. Не нужно портить о себе мнение на первом же занятии. Квартира просторная, выполнена в минимализме, глаз радуется. Если сравнивать с квартиркой Бао, то сразу станет ясно, какая лучше. Бело-серая, с большим количеством дверей. Одна из них сразу возле входа, справа. Возможно, там находится кладовка, в которой собраны ненужные вещи. Спереди при заходе находится зеркало, где уже успел поправить свою причёску гость. Немного пройдя прямо и после завернув налево, можно увидеть маленький зал. Проход в него выполнен своеобразным образом. Он огромный, разделён тремя перегородками на три одинаковые части. В нём располагается большой коричневый диван и стол, стоящий вдоль стенки. Стол для.. четверых? Места огорожены снизу стенками. Над ним полки, на них стоят какие-то книги. Глянув на них краем глаза, парень понял, что они носят в себе характер, о котором нельзя было и подумать. Болезни для престарелых, животные, планеты.. Что он читает?Мальчишка явно не думал, что такое. Справа большой стол для приёма гостей, и остальное пространство — это кухонька. Хочется подметить, что и она не крохотна. На столешнице стоит мокрая посуда на полотенце, по ней можно подметить, что учитель специально убирал всё к приходу гостей. Мило. В остальные комнаты мальчишка не ступал, его просто проводили до кухонного стола и сказали немного подождать, мол, учебник Данил Лазарев забыл взять. За это время он и рассмотрел остальные детали. Вернулся учитель быстро. Усевшись рядом, он положил учебник, в конце которого что-то лежало, на стол и стал объяснять их дальнейший план занятия. — Для начала повторим сегодняшнюю тему. Я дам маленькую работу, проверю её, а после приступим к теме, которую ты не понимаешь. Всё понятно? — На это он получил лишь одобрительный кивок. Из конца учебника он достал лист. — На нём пять заданий, вроде лёгкие, — это проверка буквально на пять минут. Если ты успеешь решить раньше, то можешь за это время вспомнить тему, которую не понял. Я за это время налью нам чай. К сожалению, есть только чёрный, ты же его пьёшь? — Опять кивок. — Молчун, но ладно. Решай, не буду отвлекать. И учитель встал, а после пошёл на кухоньку. Бао глаз не поднимал, усиленно думал, но слышал звон посуды, а затем и звуки чайника. Лазарев в моменте остановился на месте, повернувшись лицом к Бао и прислонившись торсом к столешнице. Он наблюдал за ним, словно лев за добычей. Это немного смущало. Тело Аня покрылось мурашками. Время длилось медленно, слишком медленно. Ему становилось в то же время неприятно. И он успел решить, даже без ошибок. Впервые он смог сделать всё идеально. Его даже гордость взяла. Лучезарная улыбка появилась на лице, захотелось рассказать обо всём Ромке, но матушке не стоит.. Опять припишет свой отрывок из Библии, бесит. Данил Лазарев наливает чай, параллельно хваля ученика за его маленький успех, словно тот новый закон в математике открыл. А Бао.. а Бао раскраснелся весь, его за всю жизнь так поздравлял максимум Ромка. Он всегда единственный, кто друга от чистого сердца хвалит и радуется за него. Рома — правда хороший друг. Парень дорожит им. От мысли о нём в сердце прошла приятная волна. Он никогда не скажет Ромке, что дорожит им всем сердцем, нет. Скорее подшутит над ним или пригласит к себе. Ань не привык проявлять любовь словами, скорее — поступками. Из мыслей его вытянул Лазарев, который сел рядом с ним. На стол он поставил две кружки: одна обычная белая стояла ближе к мужчине, а вторая — коричневая с милым белым котиком. Слишком милый кот. Пока Данил искал конфетки к чаю, Бао быстро сфотографировал кружку, завтра покажет Ромке. Вместе будут её искать потом. Они всегда так делают, когда парню что-то нравится. — Что за тему ты не понимаешь? Сейчас будем разбираться вместе, — Лазарев уже подходил к столу с вазочкой, в ней блестели от люстры обёртки конфет. На лице учителя была улыбка — то ли хищная, то ли.. немного странноватая, в общем. Он окончательно сел рядом с Анем, звеня вазочкой об стол. Первым отпил он, с кружек ещё шёл пар. Учитель не разбавил чай, так что мальчишка подождёт. Весь урок были прикосновения к плечам, рукам. Слишком долгие взгляды, пока Бао пытался решить пример, параллельно объясняя все шаги, лишь бы не запутаться. Один раз Лазарев даже сфотографировал мальчишку исподтишка. Благо отражение в чае его, так сказать, «спалило». А может, он фоткал не Аня, а сам процесс? Телеграм-канал, возможно, есть у него. Это немного напрягало. От чего парень заелозил на стуле, пытаясь найти комфортную зону. Внутри понемногу всё сжималось, отдаваясь болью. Некомфортно. После окончания занятия Ань бегло попрощался с преподавателем и чуть ли не вылетел из его квартиры. На лифт было всё равно, бежал по лестнице. Нужно было быстрее добраться домой и войти в зону комфорта: залезть на кровать, накрыться одеялом и свернуться клубочком, словно кот. Как добрался — не помнит, лишь завалился на кровать, перед этим рассказав о репетиторстве матушке. Она была рада. Это хорошо. Он сидит в ванной. Тело горит, горит огнём. Снизу кровь, лицо опухло от слёз. Ему больно, очень больно. Слышит стук своего сердца, тошно от самого себя. Он вспоминает его, те события. На снегу боль пронзает тело, добираясь до сердца. Руки держат сильной хваткой, слышен смех. Это мерзко. Из горла доносятся пронзительные крики. По телу стекает белая жидкость, она словно впитывается в тело. Будто тело — губка, что впитывает всё. Она впитывает и смешки тоже. Парню страшно, очень страшно. Он зовёт Рому, папу, матушку.. Но никто не придёт. Он больше никогда не будет прежним. 🪶 — извините, что ТАК долго. у меня завал по учёбе. постараюсь отписать следующую главу побыстрее;((( скоро собираюсь делать мини-анкетки моим персонажам. ссылку на канал оставлю в блоге, когда выйдет:333