Звёзды за облаками.

Внутри машины оказалось на удивление приятно. Кондиционер создавал лёгкий ветерок, капли дождя барабанили по крыше, по боковым и передним окнам, мягкие кресла, стильный дизайн коробки передач и панели управления с деревянными вкраплениями, тонированные стёкла не пропускали лишнего света, и салон был погружён в таинственную полутьму. Эти бандиты любили ездить с комфортом. Хэйдзо сидел на заднем сиденье вместе с двумя крепкими парнями по левую и правую руку. Тесновато, зато можно было немного согреться, ведь мокрый плащ снять ему не дали. Вода затекала за воротник, за пояс штанов, заставляя каждый раз вздрагивать. Снаружи стоял недавний собеседник детектива. Разговаривал по телефону, стоя спиной к машине, но даже если бы его лицо находилось прямо перед окном, соседи Хэйдзо не дали бы ему повернуть голову, чтобы попытаться прочесть что-то по губам. Да и не умеет он этого. Наконец мужчина отвёл трубку от уха, спрятал её в карман и, развернувшись, открыл дверь машины, забираясь на водительское кресло. Он повернулся к сидящим в салоне и, не скрывая улыбки, спросил: — Сейчас мы вас подвезём, вы не против? — Нисколько. Мне порядком надоел этот дождь. — Хэйдзо помотал головой, разбрызгивая воду. — Ну и отлично. — Главный отвернулся обратно, машина тронулась в путь. Хэйдзо ещё повезло. Обычно такие ребята не любят дерзких, предпочитают общаться с запуганными, избитыми, сломленными жертвами. Ехал бы он сейчас в багажнике, со сломанным носом, связанными руками и ногами и кляпом во рту. Принимая это во внимание, поездку можно назвать комфортабельной. Ехали не спеша, соблюдая правила, водитель пристегнулся. Конвоиры Хэйдзо не хотели привлекать к себе внимания. Эта законопослушность заставляла понервничать — перед ним не простая шайка головорезов, а организация серьёзнее. Дождь успел несколько раз смениться: от проливного ливня, до мелкой мороси и обратно, когда они выехали за пределы многоэтажного города. Закончилась и одноэтажная застройка, уступая густому лесу. Из-за тёплой погоды и постоянных дождей листва росла так, что закрывала собой солнце. Когда его не закрывали тучи. В какой-то момент остановились. Никаких переговоров не было, парень, сидящий слева от Хэйдзо, открыл дверь и вышел наружу. Слышно было как он отошёл к багажнику машины и, открыв его, взял оттуда что-то. Обратно сосед так и не вернулся. Никто ничего не сказал. Всё и так было ясно. Тронулись дальше. Хэйдзо было даже жаль своего похитителя — идти под этим проклятым дождём, по лесу, в грязи, задевая ногами корни и врезаясь в ветки, ещё искать место получше, где земля мягче... Бедолага. Ещё непонятно, кому сейчас хуже. Ему или детективу, чей плащ, наконец, просох. Ехали ещё долго, водитель не спешил, так что можно было вдоволь насладиться тем как дорога становится всё хуже и хуже, отдаляясь от города. Появлялись ямы, колеи заполненные водой, на которых машину вело в стороны, то и дело пропадала разметка. Они свернули на грунтовую дорогу ведущую вправо, вглубь леса, трясти стало ещё сильнее. Чем ближе они были к цели, тем мрачнее становилась атмосфера в машине: бандиты перестали улыбаться, что-то говорить друг другу, хотя и до этого не были слишком разговорчивы. А когда впереди замаячил свет, дышать попутчики Хэйдзо стали через раз. Детектив сам нервничал. Особенно когда через лобовое стекло увидел двухэтажный особняк, прямо посреди леса. Мрачное кирпичное здание, забора не было, в нескольких окнах горел свет, над крышей виднелась труба, но дым не шёл. Но хуже всего — флаг висящий рядом со входом. Синее полотно, на нём фигура похожая на цветок, с четырьмя лепестками, в центре каждого круг, и сам он заключен в большой круг. Только красного глаза не хватает. П Хэйдзо начал молиться, чтобы это была просто мафия из Снежной. Последнее чего ему хотелось в жизни — перейти дорогу Фатуи. Перед входной дверью стояло несколько парней, очень похожих на похитителей Хэйдзо. Есть у бандитских группировок какой-то свой неповторимый стиль, из-за чего все её члены, особенно рядовые, неотличимы друг от друга. Машина объехала особняк слева и там уже обнаружились ворота, ведущие во внутренний двор, похожий на колодец. Со всех сторон на них давили кирпичные стены. Земля под ними была закрыта каменной плиткой, единственное, что приносило жизнь в это унылое место — высокое дерево в центре, с пышной кроной, непокорными корнями и небольшой травяной площадкой вокруг. Внутри охраны уже не было, владельцы этого места очень уверены в себе, а это не добавляло уверенности уже Хэйдзо. Машина остановилась рядом с несколькими похожими, конвоиры грубо вытолкали детектива наружу. В этом не было нужды, он не сопротивлялся, но каждый справлялся со стрессом как мог. Молодой парень остался рядом с машинами, а старший продолжил толкать Хэйдзо в плечо, ругаясь сквозь зубы. После приятной поездки в машине эта небольшая перебежка от салона до входа в особняк показалась настоящей пыткой, ещё и дождь зарядил с новой силой. Настолько, что войдя внутрь, детективу пришлось отряхнуться. Раздеться ему не дали, бандит только грубо стянул с него шляпу, они опять быстро зашагали. Ковры на всех полах, на стенах картины с Царицей, вместо люстр — настенные зелёные лампы, повсюду всё те же флаги, что и снаружи. Словно это посольство Снежной, а не особняк в чаще леса. Хэйдзо старался оглядываться почаще, каждый раз получая тычок в плечо. Пытался выглянуть во двор, или наоборот запомнить расположение комнат, лестниц, но всё было таким одинаковым, что никакой целостной картинки не складывалось. А они уже стояли перед дверью. Она ничем не отличалась от прочих — простая, дубовая, с ручкой в виде кольца. Однако бандит весь покрылся потом прежде чем решился постучаться. Открыли сразу же. Хэйдзо поразило, что дверь в комнату босса (Чья ещё это могла быть комната?) открыл не огромный бугай, а скромный молодой человек, ростом немного ниже детектива. С волосами до плеч, красивым лицом, имеющим настолько грустное выражение, что Хэйдзо захотелось плакать, с тонкими руками, в нелепом твидовом костюме, ужасно на нём сидящем. Но опытный и зоркий глаз детектива заметил черту из-за которой более высокий конвоир Хэйдзо вздрогнул и поспешил удалиться, ни сказав ни слова — в руках этот приятный молодой человек держал толстый обрез, а его пальцы лежали на курке, давая понять, что тот без долгих моральных терзаний пустит его в ход. — Проходите. — Послышался низкий женский голос. Доносился он из-за спинки кресла стоящего в этой же комнате. Голос был довольно хриплым, даже скрипучим, его обладательница явно налегала на сигареты. Оставалось только послушаться, Хэйдзо сглотнул и зашёл внутрь, оглянувшись. Внутри, справа находился камин, сейчас он не горел, слева стояли кровать и шкаф, справа от кровати — рабочий стол с документами, с другой стороны висела картина, конечно с Царицей. Жители Снежной не любят разделять спальню, столовую и рабочий кабинет, предпочитая всем заниматься в одной комнате. Перед камином стояло два кресла и небольшой журнальный столик. На столешнице: графин, заполненный, скорее всего, одуванчиковым вином, пустой бокал. Сами кресла, как и ковер, здесь, как и толстые шторы, на окнах, как и постельное бельё — всё было ярко алым — красного было столько, что если в этой комнате зарезать кого-то, например, одного незадачливого детектива, то следы ещё долго придётся искать. В окно бил дождь, день клонился к вечеру, и рассмотреть что-то снаружи было тяжело, к тому же мешала листва дерева. — Садитесь. — Голос был спокойным, что только сильнее заставляло Хэйдзо нервничать, хотя он и не подавал виду. Лица таинственной хозяйки комнаты было не видно, но рука в чёрной перчатке поставила на столик второй стакан, к напитку она ещё не притронулась. — Фремине... — Молодой человек подтолкнул Хэйдзо в спину, закрыл за ними дверь, прошёл вглубь комнаты и налил в пустующий стакан вина, передав его детективу. — Сядьте... Пожалуйста... — Сказал он, потупив взгляд. Глядя не на хрупкого юношу, а на его не хрупкое оружие, Хэйдзо кивнул и забрал стакан из чужих рук. Большие усилия потребовались, чтобы пальцы не тряслись. Он догадывался, с кем сейчас будет разговаривать и это бросало в пот. Стать врагом Фатуи — это смертный приговор, стать врагом Предвестника — значит, что тебя достанут даже после смерти. Крутой поворот, всего за один неполный день. Но выхода не было, отпив немного, ради храбрости, Хэйдзо всё же сел в кресло. Теперь он мог рассмотреть свою загадочную собеседницу. И не мог рассмотреть её охранника. Если бы детектив не знал что тот находиться здесь, то и не подумал, что в комнате есть третий, настолько тихий Фремине. Загадочная хозяйка комнаты была одета в строгий мужской костюм, имела острые черты лица, тонкие губы, несколько чёрных локонов спускались по лбу вниз, остальные волосы были затянуты в длинный хвост, уходящий за спину. Макияж был, хоть и не броский, нанесённый на скорую руку. Настоящие же движения рук, пальцев были плавные, уверенные в себе, когда незнакомка постучала кончиками ногтей по столешнице, Хэйдзо понял, что следующей их целью может оказаться его шея. — Давайте познакомимся. — Тихие слова перебивали раскаты грома, бушевавшего на улице. — Меня зовут Арлекино. — Это... Это настоящее имя? — Хэйдзо пытается острить и его можно понять — он привык работать с преступностью попроще. — Нет. — Арлекино даже бровью не повела, она чувствовала страх Хэйдзо и явно наслаждалась им. — А вам важно моё настоящее имя? — Нет. — Тем более он его и так знал — за информацию о Перуэр в каждом участке каждой страны Тейвата назначена немаленькая сумма. — Вот и хорошо. Но я так и не узнала, как вас зовут. Что же это за знакомство? — Итто. Аратаки Итто. — Вот как. Аратаки Итто. — Она словно пыталась распробовать его ненастоящее имя на языке. — Вот и хорошо, предлагаю выпить за знакомство. — Чёрная рука сжала стакан и подняла его вверх. У жителей Снежной есть традиция "чокаться" при каждом удобном случае, и Хэйдзо не стал ей сопротивляться, стукнув о чужой стакан своим, услышав красивый звон. Тут же он и отпил снова, решив, что если его хотят убить тут, сделать детектив уже ничего не сможет. И лучше уж от яда. Но и Арлекино выпила следом, осушив сразу до дна. Видимо, после огненный воды — вино из одуванчиков ощущалось как сок. — Что же, Итто, я же могу вас так называть? — Конечно. — Вы, я так понимаю, журналист, верно? — Всё так. Журналист, изучаю урбанистику. Это такая... — Наука о городах, да я знаю. Вы из Инадзумы? — Да, переехал недавно в Фонтейн. — И как вам у нас? — Знаете, у нас с городами всё не так интересно как у вас. В Инадзуме больше любят крепости, а города строят по принципу "чтобы не мешали ходить строем"... — Беседа шла своим чередом, говорили о дизайне, о погоде, о нравах жителей. Тихий звон стаканов перебивал эту болтовню, а невидимка Фремине следил за тем, чтобы стаканы не стояли пустыми, а вино в графине никогда не увидело дно. — Интересно, правда интересно. — Голос Арлекино не звучал заинтересовано, он вообще не выражал эмоций, только её жуткий взгляд карих глаз скользил по Хэйдзо, заставляя детектива посильнее вжаться в кресло. — Что же, господин журналист, много можно выручить за статьи об урбанистике? — Ну... Если перетерпеть тараканов и клопов, хватает. — Хэйдзо даже улыбнулся, вспоминая своё рабочее место, вино ему давалось куда тяжелее. — Немного получается? Это неудивительно, я поискала в сети и у вас не так уж много статей. —Действительно, чтобы его легенда звучала правдоподобнее, ещё в Инадзуме он создал фальшивый сайт, куда под именем Итто загрузил несколько десятков статей об урбанистике, которые даже не сам писал. Тогда ему казалось это хорошей идеей, но после переезда в Фонтейн работать над этим творением стало уже некому. — Да... — Он сглотнул и отставил стакан, поправив намокшие волосы — Да — это правда. Статей у меня не так уж много, знаете, переезд довольно тяжёлая штука. — Понимаю. Я вас хорошо понимаю. Но ведь зарабатывать на чём-то нужно, ведь так? — Праздная беседа закончилась быстро, как и началась, Арлекино также поставила стакан. — Ведь и другие способы заработать, ведь так? — Например? — Например… например, чужие секреты. — Их взгляды встретились, Хэйдзо немедленно проиграл, отведя глаза в сторону камина. — Этим тоже занимаются журналисты, ведь так? Роются в чужих тайнах. Даже там, куда лучше не соваться. — Это только недобросовестные. Я честный журналист, и ничем подобным не занимаюсь. — Действительно? — Абсолютно. — Несколько минут они молчали, Хэйдзо всё так же пытался высмотреть хотя бы одну пылинку на каминной полке, но он чувствовал, как его буравит чужой взгляд. — Вот и хорошо. — Разрядка наступила внезапно, Арлекино откинулась обратно в кресло и махнула рукой. — В таком случае никому из нас не о чем беспокоиться, верно? — Хэйдзо вздрогнул, почувствовав чужую руку на плече. — Фремине проводит вас к машине. Надеюсь, мы ещё увидимся, Господин журналист. — Взаимно. — Встав с места, Хэйдзо чуть поклонился и пошёл к выходу из комнаты. Шли совсем другим путём. Обойдя всё здание изнутри, вышли на этот раз через главный вход. Фремине молчал, Хэйдзо тоже. Ему бы начать молить о пощаде. Вместо этого детектив пожал руку грустному юноше и повернулся к своим старым знакомым. Они стояли около машины. Старший открыл заднюю дверь, кивком приглашая сесть. — Как прошла ваша встреча, журналист? Смогли договориться об интересной статье? — Договорились встретиться ещё. — Хэйдзо посмотрел на небо, дождь заканчивался. — И обсудить все детали. — Это вряд ли получится. Босс в последнее время очень занята. — Внезапно сказал младший, грубо толкая детектива внутрь машины. Голос у него оказался на удивление высоким.