Капля за каплей

В пустой столовой раздавалось тиканье настенных часов. Девушка взглянула на них, протирая стол. Половина восьмого. Её муж должен был прийти домой с минуты на минуту. Решив протереть заодно и каминную полку в гостиной, она бросила взгляд на свадебное фото. Двое влюблённых счастливых людей на ней показались ей чужими. Девушка вернулась на кухню, убрала тряпку и заглянула в духовку, где запекался ужин. Затем открыла шкафчик с приправами и достала с полки флакон, напоминающий небольшой пузырёк духов с прозрачной жидкостью внутри. Она задумчиво повертела его в руках и подняла, чтобы рассмотреть через свет от люстры. Девушка приобрела этот флакон с неделю назад и всё никак не могла решиться воспользоваться им. Они с мужем были женаты уже семь лет, в конце концов. Она была более чем терпеливой женой. Девушка убрала флакон обратно на полку и закрыла шкафчик. На раскалённой сковороде зашкворчало масло. Девушка клала на неё второй кусок мяса, когда услышала хлопок входной двери. — Неффи! — раздался из прихожей на редкость довольный голос её мужа. Обтерев руки о фартук, девушка улыбнулась и поспешила к нему. — Здравствуй, Сет, — она помогла ему снять пальто и повесила его в шкаф. — Как прошёл твой день? Мужчина растянул губы в оскале, светясь самодовольством. — Угадай, кому дали повышение, — протянул он. — Ну разумеется, моему мужу, — даже не раздумывая, ответила девушка и добавила себе под нос: — Он же работает больше всех, никогда домой вовремя не приходит. — По этому случаю я взял вино к ужину, — он, не глядя, отдал ей бутылку и зашагал в столовую, совмещённую с кухней. — К слову о нём, что у нас сегодня? — Запечённый картофель с овощами и стейк с кровью, — отчиталась девушка, семеня за мужем, и встала у плиты как раз вовремя, чтобы перевернуть стейки. — Я зашла в мясницкую сегодня утром и убедилась, что вырезку сделали прямо перед моим приходом, так что мясо свежайшее. Перед глазами у неё промелькнуло воспоминание о том вечере, когда она купила плохое мясо. Сет тогда съел кусочек и молча уставился на Нефтиду. Это не был взгляд человека, который стоял рядом с ней у алтаря – в нём не было никакого тепла. Она тогда спросила, что случилось, а он, посмеиваясь, ответил: — Я просто думаю... Мне кажется, если вырезать такой же фрагмент из твоего бедра, он окажется куда нежнее. — Чудно, — Сет сел за обеденный стол, до которого от плиты было метра четыре. — И достань хрустальные бокалы, сегодня мы празднуем. Его голос вывел девушку из оцепенения, и она обнаружила, что крепко сжимает край столешницы. Но она стояла спиной к мужу, и их разделяло несколько метров, так что он ничего не заметил. Нефтида поняла это, повернувшись к нему, и на вопросительный взгляд улыбнулась: — Конечно. Девушка пошла в гостиную, осторожно достала из застеклённого стеллажа два хрустальных винных бокала и отнесла их на кухню. В прошлый раз, когда она взяла в руки хрустальный стакан, она разбила его. Нефтида сразу присела на пол и, собирая осколки, порезалась одним из них. Сет подошёл к ней, взял за запястье порезанной руки и крепко сжал. От его холодного пустого взгляда её сердце рухнуло. Она начала извиняться. Затем, когда взгляд мужа не изменился, а его хватка стала жёстче, молила о прощении. И только когда по её щекам потекли слёзы, Сет наконец тепло улыбнулся и обработал её рану. Тогда девушка ещё не понимала, во что превращается её жизнь. Но на этот раз оба бокала уцелели. Нефтида, с милой улыбкой посмотрев на мужа, предложила: — Налить тебе выпить, пока я накрываю на стол? Он кивнул и попросил стакан виски со льдом. Подав ему его, девушка приступила к сервировке. — Так значит, тебя повысили, — заговорила она, просто чтобы занять чем-то тишину, пока доставала противеть с гарниром из духовки. — Ты долго ждал эту должность, да? — Три года, дорогая, — мужчина усмехнулся. — Ты бы знала, не будь ты такой беспечной. — Беспечной? — отстранённо отозвалась девушка, выкладывая картофель с овощами на тарелки. — Что же мне нужно сделать, чтобы перестать быть беспечной? Пойти на работу и жениться? Сет рассмеялся. — Я всего лишь говорю, что жёны моих друзей заняты детьми, и они не такие бездельницы. Нефтида сжала лопатку, которой накладывала гарнир в тарелки. — Мы пытались шесть раз, — тихо напомнила она. Мужчина фыркнул. — Да, ты быстро износилась. Лопатка со звоном стукнулась о противень, когда девушка уронила её. С глубоким вдохом она растёрла ладонями лицо, словно пытаясь стереть с него стыд и отвращение. — Мне жаль, Сет, — её голос надломился, но она нашла в себе силы посмотреть на мужа. — Мне было так жаль, что я пыталась покончить с собой. Это случилось после того, как она узнала, что больше не сможет забеременеть, и до того, как он стал изменять ей. — Я помню, — безразлично кивнул Сет. — Вся улица это помнит. Боюсь представить, как на меня смотрели бы коллеги, если бы я не нашёл тебя тогда, — от его смешка Нефтиде стало дурно. — Наверное, пришлось бы ждать повышения ещё три года. Об этом он думал, когда нашёл свою жену в ванной со вскрытыми венами? О своей репутации и карьере? Девушка вернулась к сервировке, осознав это, и почувствовала, как внутри что-то хрустнуло. Что-то важное. Что-то, за что она ещё держалась. С крана в раковине сбоку от неё сорвалась капля воды. Кап. Перекладывая стейки со сковороды на тарелки, Нефтида едва слышно уточнила: — Ты винишь меня во всéх своих неудачах? Мужской голос был жёсток и вкрадчив: — По-твоему, я не заслужил эту должность? Или нормальную семью? Ей казалось лишним объяснять, что ненормальной их семью делает только он. Вместо этого, нарезая мясо на кусочки, она сменила тему: — А как там твоя... — шлюха. — ...Эва? Как она поживает? — О, ты спросила очень кстати, — девушка буквально услышала его улыбку. — Эва беременна. Кап-кап — вторил затрещавшим нервам кран. Нефтида замерла с занесённым над стейком ножом. Облизав пересохшие губы, принялась нарезать его с особым усердием. — Признаться, я поражаюсь твоей непоследовательности, — тихо сказала она. — Хочешь нормальную семью, а сам обрюхачиваешь свою любовницу. У которой для ребёнка нет ни образования, ни денег, ни здоровья... — Однако, как видишь, её я смог обрюхатить. И весьма успешно. Уже недель семь назад, по её подсчётам, — девушка услышала скрип стула по полу – это Сет расслабленно откинулся на спинку. — Сколько продержалась ты? Кажется, рекорд был три недели, так ведь? — она промолчала, и он добавил: — Плесни ещё виски, если не затруднит. Нефтида аккуратно положила нож на стол и подошла к мужу. Бутылка виски стояла прямо перед ним. Он просто хотел, чтобы жена налила ему его. Скрывая дрожь в руках, девушка взяла бутылку и наклонила её, наполняя стакан в мужской руке янтарной жидкостью. Закончив с этим, не удержалась и мельком посмотрела на него. — Что за взгляд, Неффи? — немедленно усмехнулся Сет, а его глаза помрачнели. — Тебе следует быть благодарной, помнишь? Нефтида отшатнулась. Она хорошо помнила день, когда он сказал ей это. В тот день она узнала, что муж завёл любовницу. Впервые в своей жизни она кричала на кого-то. Предательство Сета раздирало её, и, не помня себя, девушка занесла руку для пощёчины. — Любой другой мужчина уже выставил бы тебя на улицу, — спокойно сказал он, перехватив её запястье. — Я же не только обеспечиваю тебя, но и освобождаю от ненавистной тебе обязанности. Тебе следует быть благодарной. Должно быть, он решил, что Нефтида ненавидит их секс, после того, как пару раз во время него она бездумно пялилась в потолок. На самом деле всё было куда проще. Она ненавидела самого Сета. Девушка попятилась, ощутив, как отчего-то заболело запястье, и вернулась к приготовлению ужина. — И не упрекай меня в супружеской неверности, — запоздало прозвучало ей в спину с другого конца кухни. — Сама ничем не лучше. Нефтида крепко зажмурилась и помотала головой. Нет. Она не будет вспоминать об этом только потому, что Сет напомнил. — Я не хотела этого, — голос жалко задрожал, девушка запрокинула голову к потолку и заговорила так громко и чётко, как только могла: — Сет, я кричала о помощи. Кричала, пока ты жарил барбекю на заднем дворе. Я так долго говорила тебе, что он пристаёт ко мне... — Отрицай, если тебе так хочется, но я знаю своего брата всю жизнь, — в его словах не было и капли доверия. — Он и мухи не обидит. Глупо заявлять, что он изнасиловал жену своего брата, сам будучи женатым. Кап-кап-кап. Нефтида не слышала ничего, кроме гула сердца и стука воды в раковине, когда, глядя в пустоту, нарезала второй стейк. Кап... кап... кап... — Кстати, пока не забыл, — снова открыл рот Сет. — Надо будет отвезти к Эве кроватку из детской. У девушки зазвенело в ушах. Не чувствуя рук, она встала, как вкопанная. Ей показалось, её оглушили. Она не узнала свой глухой слабый голос, когда сказала: — Это кроватка для нашего ребёнка. — Для моего ребёнка, — протянул мужчина. — Которого ты мне не смогла дать. Где там ужин? Оцепенение спало. Нефтиде вдруг стало необыкновенно спокойно. — Уже несу. Её рука не дрожала, когда она открыла шкафчик перед собой и достала оттуда заждавшийся её флакон. Штопором она отвинтила пробку из бутылки, принесённой Сетом, и разлила вино по хрустальным бокалам. Сжимая в руке прозрачное стекло, большим пальцем откупорила маленькую пробку и наклонила флакон над бокалом мужа. Кап, кап, кап... Кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап. Девушка не заметила, как вылила в вино больше половины снадобья. Остатки она плеснула на стейк, посолила и поперчила его сверху и, выкинув флакончик в мусорку под раковиной, подала ужин на стол. Поставив перед Сетом тарелку с бокалом, она села напротив него и, улыбнувшись, стала наблюдать, как он закидывает в рот один кусочек мяса за другим, заедая картошкой. С наслаждением промычав, он удовлетворённо кивнул: — Наконец-то, хороший стейк. Нефтида оскалила зубы и кивнула на его нетронутый бокал: — А как тебе вино? Сет сделал три хороших глотка и заключил: — Идеально. Взяв в руки свой бокал, девушка чуть подняла его и, улыбаясь, произнесла тост: — За тебя, мой муж. Ты добился всего, чего хотел. Он подозрительно прищурился, не привыкший к признанию со стороны жены, но улыбнулся в ответ и отпил ещё вина. Тогда же он заметил, что сама она к еде не прикоснулась, продолжая молча наблюдать за ним. Внутренности Сета как-то странно свело. В горле запершило, и он, нахмурившись, кашлянул в кулак, а когда отнял руку от лица, на ней были капли крови. Он посмотрел на свою жену. Она улыбалась, расплываясь у него перед глазами. — Что ты сделала? Это, без преувеличений, был первый раз, когда муж говорил с Нефтидой с опасением. Она повела плечом. — То, на что тебе не хватило духу. Разорвала наш брак. Его снова сразил кашель, и мужчина схватился за край стола. Его глаза расширились от ужаса. Сет дёрнул за ворот рубашки, будто ему стало душно. — Сука... — выдавил он между приступами удушья. — От тебя всегда... были одни беды. Девушка захихикала: — Надеюсь, ты рад наконец избавиться от меня? В его кашле стало слышно бульканье. Он схватился за горло, дыша со свистом, и почему-то тоже рассмеялся: — Чёрт... забористую же штуку ты мне дала. Сет поморщился. Его глаза слезились, пока он пытался делать хрипящие вдохи. Стол задрожал под его рукой, и Нефтида подошла к нему, чтобы отставить тарелку с бокалом подальше от края. Ей не хотелось потом убирать разбитую посуду. — Не беспокойся, этот яд почти безболезненный, — сказала она и, заглянув Сету в глаза, растянула губы в милой улыбке. — Тебе следует быть благодарным. Он посмотрел на неё с неверием и ужасом. Открыл рот, как выброшенная на сушу рыба, а затем тело подвело его, и мужчина свалился со стула, с грохотом упав на пол. Нефтида присела на колени рядом с ним, склонившись над его лицом, и, повернув на себя безвольную голову, сказала тем спокойным голосом, каким в последний раз говорила ещё до свадьбы: — Я бросаю тебя, Сет. Он посмотрел на неё в последний раз и, закатив глаза, перестал пытаться дышать. Из уголков его рта медленно стекали две тонкие струйки крови. Нефтида встала, отряхнула колени и, вернувшись за стол, неспешно принялась за ещё тёплый ужин. Стейк получился отменный. На тарелке Сета с краю осталась пара картофелин с томатами, нетронутые ядом, так что девушка съела и их. Закончив, запила вином и, покрутив бокал в руке, кивнула: — Вино и впрямь идеально. Поднявшись, Нефтида подошла к телу мужа и, поразмыслив, сказала вслух: — Пойдём-ка в гостиную. Ты ведь всегда читаешь там после ужина... Оттащив его туда, она усадила бездыханного Сета в кресло, вложила книгу ему в руки и вытерла уголки губ от крови. Улыбнулась, посмотрев на свадебное фото на камине, и вернулась на кухню. Там девушка помыла посуду, отмыла пол от крови и заварила чай. Расставила сервиз на поднос, как делала это каждый вечер, и, войдя в гостиную, уронила поднос. Фарфор с дребезгом разлетелся по полу. Ступив по чайной луже, она подбежала к Сету и потрясла его за плечи, как если бы пыталась разбудить, отчего книга выпала из его рук. Отойдя на несколько шагов, Нефтида оглядела результат своих действий и кивнула. Очень правдоподобно. Девушка пошла в коридор и, заливаясь слезами, позвонила в полицию. Прибывшие в дом врачи констатировали смерть от остановки сердца, а полицейские обнаружили убитую горем, шокированную женщину, которая дрожащим от непрекращающихся рыданий голосом бормотала: — Я не понимаю... Как такое могло произойти? Всё же было хорошо... Мы праздновали его повышение, пили вино... Он ушёл в гостиную читать, как всегда, и я несла ему чай в девять часов, как обычно, а когда вошла в комнату... Её плач усилился, она взвыла, а лица полицейских сморщились в сожалеющих гримасах. Они похлопывали Нефтиду по плечу, говоря, что такое случается, и что ничего с этим не поделаешь. Кто-то в стороне шептался о том, как им жаль овдовевшую в столь молодом возрасте девушку. Нефтиде не составляло труда притворяться. Она делала это уже очень давно: перед мужем, перед друзьями, перед соседями. Но в ту ночь она всё же произнесла что-то, что не было ложью. Всего три фразы: — Я не знаю, как так вышло. Я любила его. Я так его любила...