Сбой протокола

POV: Эйден Риквуд Сколько себя помню, я всегда любил собирать самые разные вещи. Моим первым по-настоящему важным творением стал небольшой робот из LEGO. Тогда я провёл над ним не один вечер, с увлечением соединяя детали и представляя, что однажды смогу создавать нечто большее. Именно с этого момента всё и началось. Со временем мои идеи становились всё смелее, а проекты — сложнее. Я создавал всё больше и больше разных вещей: от простых механизмов до настоящей техники, в которую вкладывал не только знания, но и душу. Каждый новый проект приносил мне радость и ощущение, что я двигаюсь в правильном направлении. Мне нравилось разбирать устройства, понимать, как они работают, а затем собирать их заново — уже лучше и умнее, чем прежде. И однажды я понял: это и есть моё призвание. Создавать, изобретать, находить нестандартные решения и превращать идеи в реальность — именно этим я хочу заниматься в жизни. Осознав это, я решил поделиться своими мыслями с родителями. Я волновался, но они выслушали меня с вниманием и поддержали без колебаний. Более того, они поверили в меня настолько, что выделили средства на мои изобретения, дав мне возможность развиваться дальше. С тех пор моё имя стало известно в кругах изобретателей, а у меня появилась собственная компания, которая смогла встать на один уровень с корпорацией «Джейси Джонсон» в КОСМОСЕ. Честно говоря, само это название до сих пор вызывало у меня лёгкое недоумение. Именно тогда мне предложили сотрудничество. Инициатором выступил один из руководителей корпорации — Джеймс Эллиотт. Вместе мы работали над созданием дронов нового поколения: рабочих машин и роботов, наделённых способностью чувствовать, понимать и осознавать происходящее вокруг. Это был шаг далеко за пределы привычных технологий, граница между механизмом и живым существом начала стираться. Но общество увидело в дронах лишь удобную и дешёвую рабочую силу. Их начали производить в огромных количествах, не задумываясь о том, что внутри этих металлических оболочек зарождается сознание. Никого не волновала их боль, страх или желание быть чем-то большим, чем просто инструментом. Именно в этот момент я принял решение. Опираясь на чертежи собственного дрона и на свои убеждения, я создал её — не как оружие и не как рабочую единицу, а как личность. В неё я вложил всё, чему научился, и дал ей имя — Ирис ---- — «Сэр, ваш чай готов», — сообщила мне Ирис, подходя с подносом, на котором стояла кружка чая. Я взял её с улыбкой. — «Спасибо, Ирис, ты лучшая», — сказал я. На мои слова Ирис просияла и встала рядом со мной, разглядывая чертежи на верстаке. — «Это ваш новый проект?» — спросил рабочий дрон, глядя на чертежи на столе. Они представляли собой схемы рабочих дронов. — «Это… чертежи рабочих? Но зачем они вам, сэр?» — «Я думаю о том, как вас, дронов, улучшить… сделать мобильнее и крепче… сделать вас похожими на нас, людей…» — на мои слова она в шоке уставилась на меня. — «Правда?! Это замечательно!» — её неоновые глаза мигнули, и она монотонно проговорила: — «Сэр… вам письмо… от Эллиотта». На её слова я нахмурился и сжал кружку сильнее. — «Если это очередная его попытка заманить меня на званый ужин, пусть идёт к чёрту…» — грубо сказал я и с силой поставил кружку на стол. Ирис вздрогнула. — «Нет… это от их дочери… Тессы Джеймс Эллиотт…» — чуть тише сказала она, и я удивлённо уставился на неё. — «Тесса? Что ей от меня нужно? Мы не так часто общаемся… Прочитай сообщение», — сказал я, заинтригованно скручивая чертеж в рулон и убирая его со стола. Ирис слегка прокашлялась и начала читать. — «Привет, Эйден~! Это Тесса! Дочь твоего делового партнёра… мне нужна твоя помощь… это… личное… и папа не должен об этом знать! О! И можешь прихватить свою подругу-дрона! Она милая, и я думаю, парочка платьев ей подойдёт…» — на последних словах голос Ирис стих, а её неоновые глаза нахмурились. — «Какого чёрта? Я в платье? Абсурд…» Я задумался, слушая сообщение Тессы. Оно было нервным и явно сказано в спешке. Вряд ли Джеймс стал бы использовать собственную дочь, чтобы заманить меня… Да и сама Тесса просила приехать так, чтобы отец не узнал. Увидев моё задумчивое выражение, Ирис осторожно заговорила: — «Сэр… если хотите, мы можем поехать к ним на вашей машине… я поведу», — сказала она тихо. Я улыбнулся и провёл рукой по её голове. — «Спасибо, Ирис… ты настоящий друг…» — произнёс я, проходя мимо и ласково гладя её по голове, не заметив, как её глаза на мгновение вспыхнули жёлтым светом. ----- Мы ехали вдоль бесконечных рядов многоэтажных зданий, медленно удаляясь от центра города. Неоновые огни отражались в стёклах, мелькали вывески, а внизу, на улицах, кипела привычная жизнь. То тут, то там попадались люди и дроны: дроны безмолвно трудились, таская грузы, обслуживая механизмы, подметая улицы, а люди рядом с ними смеялись, громко разговаривали, пили и наслаждались вечером, словно не замечая тех, кто работал за них. От этой картины внутри всё сжималось. Как же это было противно. Я создавал дронов не для этого. Не для того, чтобы они стали удобным и дешёвым инструментом, который можно изнашивать и выбрасывать. Я мечтал о мире, где они будут помогать людям и жить рядом с ними на равных, а не существовать в роли бездушного расходного материала, лишённого права на выбор. Когда мы пересекли границу города, шум постепенно стих. Высотные здания остались позади, уступив место узкой дороге, уходящей вглубь леса. Я устало вздохнул, словно вместе с городом оставил за спиной тяжесть этих мыслей. Машина плавно скользила между деревьями, и редкий свет фар выхватывал из темноты стволы и ветви. Удивительно, что этот лес всё ещё существовал. В мире, где металл и бетон вытесняли всё живое, он казался чем-то почти забытым, хрупким чудом. Но я не обольщался: возможно, это лишь вопрос времени. Не тот час, когда сюда придут машины и пилы, и от этой тишины не останется ничего, кроме воспоминаний. — «Вас… что-то беспокоит, сэр?» — неуверенно спросила Ирис, на мгновение отрывая взгляд от дороги. Её неоновые глаза метнулись ко мне и тут же вернулись к тёмной ленте асфальта, уходящей вперёд между деревьями. Я тихо вздохнул, позволяя усталости вырваться наружу, и протянул руку, мягко погладив её по голове — почти машинальный жест, в котором было больше тепла, чем я ожидал. — «Со мной всё в порядке, Ирис… правда», — начал я после короткой паузы. — «Просто… я очень устал. Не телом — с этим как раз всё нормально. Устал морально. От всего этого… от того, во что превратился мир и мои собственные идеи». Она ничего не ответила, лишь чуть заметно кивнула, принимая мои слова без лишних вопросов. Ирис снова сосредоточилась на дороге, её движения были точными и спокойными, почти безупречными. В салоне воцарилась тишина — не напряжённая, а понимающая, такая, в которой не нужно ничего объяснять. Иногда именно молчание говорило больше любых слов. ----- Мы добрались до поместья Эллиотов довольно быстро. К тому моменту уже начался дождь — мелкий, настойчивый, словно город не хотел отпускать нас так просто. Машина остановилась неподалёку от ворот, и едва двигатель стих, Ирис тут же выскочила наружу. В её руках было два зонта. Она обежала машину, открыла мне дверь и протянула один из них. Я благодарно кивнул, раскрыл зонт и вышел следом. Капли дождя тихо стучали по ткани, пока мы шли по мокрой дорожке к высоким кованым воротам. Поместье скрывалось за ними, будто намеренно отгораживаясь от внешнего мира. Я остановился перед домофоном и нажал кнопку. Несколько секунд слышалось лишь шипение помех, а затем раздался настороженный голос: — «Кто это?» — «Это Эйден Риквуд и моя помощница Ирис… Мы приехали к Тессе Эллиотт», — громко и чётко произнёс я. На том конце линии повисла тишина. Секунда тянулась за секундой, и дождь казался единственным звуком вокруг. Затем послышался едва различимый щелчок, и массивные ворота медленно пришли в движение, распахиваясь перед нами. Мы прошли внутрь и оказались в огромном саду. Аккуратно подстриженные кусты, ухоженные аллеи и редкие фонари создавали ощущение холодной роскоши. В глубине сада, возвышаясь над всем вокруг, стояло само поместье — массивное, величественное, почти давящее своим присутствием. Я невольно задержал взгляд на его тёмных окнах, чувствуя, что этот визит точно не будет простым. Стоило нам подойти к дверям поместья, как они тут же распахнулись, и на крыльцо стремительно выбежала девушка, немного моложе меня. Она словно вырвалась наружу вместе с порывом эмоций. Её чёрные волосы мягко обрамляли лицо, подчёркивая слегка смуглую кожу, а большое чёрное платье сидело на ней безупречно, придавая образу строгую элегантность. В волосах выделялся крупный чёрный бант — деталь, которая делала её одновременно серьёзной и удивительно живой. Её большие карие глаза сразу же нашли меня и буквально впились в мой взгляд. На краткое мгновение мне показалось, будто время замерло, а сердце пропустило удар. — «Вы приехали! Я так рада!.. Ох, простите!» — воскликнула она, тут же опомнившись. Девушка откашлялась и почтительно поклонилась, аккуратно приподняв подол платья. — «Я Тесса Джеймс Эллиотт~! Очень рада нашему знакомству!» В её голосе звучали искренность и волнение, словно эта встреча значила для неё куда больше, чем обычный визит.