Неумышленное поражение

День начинался довольно обыденно: в ритуальном бюро редко бывало шумно, Ху Тао часто отлучалась либо по рабочим, либо по личным делам, а Чжун Ли, как простой консультант, не имел обыкновения задерживаться на работе. Но, на невезение мужчины, его всё же остановила паромщица. — Говорят, срочное дело, никак нельзя отложить, — со сбитым дыханием проговорила она. Видимо, торопилась донести послание, пока Чжун Ли не покинул рабочее место. — Директор слишком занята? — неохотно спросил Чжун Ли. — Просили именно вас, никто больше не справится. — Кто сказал? — Воля Небес… Чжун Ли, если бы мог, обратился бы белым мрамором от бледности. — Что же случилось? — Предвестник Фатуи в Золотой палате беснуется. Лучших миллелитов одолел за пару минут, просит, нет, требует дуэли с вами и только вами. С госпожой Нефритовое Равновесие едва поговорил, она и доложила изначально. Вы очень нужны там, помогите… Нин Гуан встретит вас на месте. — Я так понимаю, ни минуты промедления я себе позволить не могу? — с лёгкой, но элегантной усмешкой спросил Чжун Ли. Паромщица в ответ напряжённо пожала плечами. — Понятно, — ответил он после. — Пару минут, и я выдвинусь. Но тогда, видимо, вам придётся меня заменить на рабочем месте. — Конечно, главное, чтобы там всё уладилось. Я справлюсь. Наспех собравшись, Чжун Ли покинул похоронное бюро и направился к Золотой палате. Сердце забилось на удивление чаще, стоило только увидеть вдалеке территорию бывшего хранилища драгоценных металлов. От страха ли перед Предвестником? Сила должна же была остаться хоть какая-то. Но Гео Сердце Бога отдано в сделке, Архонта как будто в Ли Юэ больше и нет. Чжун Ли мог лишь догадываться, о ком из Фатуи шла речь, впрочем, это было не так сложно. Если действительно тот юноша, то стоило попытаться остановить его хитростью, чтобы лишний раз не испытывать судьбу. — Почему именно я? — уточнил Чжун Ли у Нин Гуан, которая стояла на входе в Золотую палату вместе с миллелитами. Видимо, дело приняло нешуточный оборот, раз она не вернулась к другим своим обязанностям. — Вы, я полагаю, сильно разозлили Предвестника Фатуи по прозвищу Чайльд. Он и видеть никого не желает, кроме вас. Всё, чтобы свести счёты. — Никакую поддержку не окажете? — намекнул Чжун Ли. — Если всё так, как он сказал, и виноваты в случившемся лишь вы, то могу предложить только оружие, чтобы с ним сразиться, — ответ сквозил хладнокровием, и Чжун Ли пришлось в первый за сегодня раз «проглотить» обиду. — Не утруждайтесь, — намеренно спокойно, с напускным благородством сказал он. — Копьё у меня с собой, как видите. Нин Гуан молча кивнула в сторону массивной, расписанной золотом двери. Лишняя минута задержки явно была бы ей не по вкусу, Чжун Ли заметил недовольство женщины по скрещенным под грудью рукам с красивым маникюром. Конечно, она была, скорее, дипломатом, а не воительницей, но и Чжун Ли не то чтобы считался бойцом теперь, когда он всего лишь работник похоронного бюро. Миллелиты распахнули дверь в Золотую палату, и Чжун Ли нашёл хранилище пугающе пустым. Звук его мерных шагов отражался от тёмных стен, где-то вдалеке блестели монеты моры, созданные его прошлым воплощением — Мораксом, от которого осталось только историческое величие. — Чайльд, я пришёл, — придать голосу уверенности получилось, но внутренне Чжун Ли не мог справиться с тревогой. Прошлое осталось позади, потому ностальгия всегда и одолевала его мысли, ведь тогда он был не просто силён, а могущественен. Время обточило камень, Чжун Ли стал непозволительно мягче, и всё же это не повод отступать. Чжун Ли опустил лезвие своего копья в пол, как бы надеясь тем самым подтвердить нежелание сражаться. — Мне сказали, что ты ждёшь меня. И не просто для дружеской встречи, но для дуэли. Тягучая тишина разрезалась юношеским, однако неустойчивым смехом. — А я думал, что ты спрячешь голову в землю, не будешь готов встретиться лицом к лицу с последствиями. Из глубины Золотой палаты вышел тот самый одиннадцатый Предвестник — с надменной улыбкой, огненно-рыжими волосами и пустыми голубыми глазами, которые сверкали бы в дневном свете, да только не морской водой, а холодным стеклом. В руках с чёрными перчатками виднелись два клинка, созданных с помощью энергии Гидро. Парень демонстративно медленно приближался к Чжун Ли, смотря на его реакцию. Мужчина стоял неподвижно, только поднял копьё. Никому не было известно, что под его собственными перчатками вспотели ладони, а рука сжимала древко копья так сильно, что могла и переломить от стресса. — Таким, значит, я запомнился тебе? — Чжун Ли хотелось говорить всё меньше, потому что дрожь в словах выдала бы его, но попытка провести мирные переговоры иначе не совершилась бы, кроме как словами. Тарталья один из клинков приставил к горлу Чжун Ли, а тот в свою очередь остриё копья направил в открытую часть живота парня. — Я в любой момент могу… — начал было мужчина, но Предвестник снова засмеялся. — Ты не поверишь, но я тоже много что могу. Кажется, Тарталья в самом деле хотел порезать кожу на шее Чжун Ли, но мужчина ловко увернулся, выставив копьё перед собой, чтобы загородить им дорогу к себе. Таким образом бой начался. Суставы похрустывали чуть слышно, Чжун Ли напрягал и раздражал этот звук, и всё же двигался он плавно и быстро, не утратив реакцию с годами. Отсутствие тренировок давало о себе знать, по сравнению с молодым и энергичным парнем, который только наращивал силу, Чжун Ли неизбежно морально и физически устарел. Уголком глаза Чжун Ли заметил, что на поле боя появилась точно такая же фигура рыжего парня. Но боковым зрением он воспринял его тёмным пятном, которое стремительно приблизилось к нему, ударяя в спину. Чжун Ли пошатнулся и чуть не упал, но его схватили за запястье. И в итоге он оказался стиснут между двух почти одинаковых молодых людей. Но как это возможно? — Что за… — только и успел вымолвить Чжун Ли, как давление на него увеличилось и оттого перехватило дыхание. — Ты проиграл, — соблазнительно прошептал один из парней прямо на ухо, а затем поцеловал в щёку. Тело Чжун Ли покрылось мурашками. Так похабно и надменно с Чжун Ли ещё никто не разговаривал и не ставил в подобные условия… — Отпусти, — прохрипел он, осматривая, наконец, парней. Действительно почти абсолютно одинаковые. Два Тартальи. Но всё-таки тот, что находился сзади, был одет в более тёмную форму и глаза у него искрили фиолетовым цветом, а не голубым. Однако вопрос оставался открытым: почему их двое? — Ну уж нет, — ответил Тарталья с голубыми глазами. — Мы так долго не могли выловить тебя, чтобы просто отпустить? И не мечтай. — Зачем я вам? — то ли в самом деле не понимая, то ли изображая дурака, спросил Чжун Ли. — Скоро поймёшь, — послышался шёпот сзади. Чжун Ли схватили за талию, крепко сдавливая. — Ты носишь корсет, красавчик, или сам по себе такой худой? — Да как ты смеешь, — по-змеиному шипел Чжун Ли, не выдерживая от гнева. Было бы славно, выпусти он свою драконью сущность, да только это ускорит процесс эрозии, который и без того течёт с пугающей быстротой в последнее время. — Неужели я первый, кто касается тебя таким образом? — непонятно, кто из двоих задал этот вопрос, но разницы особо не было, судя по всему. Оба парня воплощали собой Тарталью так или иначе. — Тебя это не должно волновать. — А, по-моему, было бы уморительно — древний Архонт, который ни разу не занимался сексом. Тарталья спереди шикнул на свою версию позади, и тот лишь глупо хихикнул. Чжун Ли всё это время пытался вырваться из их хватки, но, как понятно, безуспешно. Одиннадцатый Предвестник в удвоенном формате стал неожиданно более грозным противником, чем в единичной версии. Чжун Ли чувствовал, как ему в ягодицы упирался член парня, поэтому дёргался в попытках избежать прикосновений. Он осознавал, к чему всё шло, и не терял надежды избавиться от «ухажёров». — Зови меня Аякс. А его — Тарталья, — неожиданно произнёс парень с гидро Глазом Бога и показал кивком головы на свою почти точную физическую копию. Но у того, кажется, был электро Глаз порчи. Поэтому и глаза разного цвета. — Тогда есть же… наверное, и Чайльд? — испуганно спросил Чжун Ли, попеременно смотря то на одного рыжего молодого человека, то на другого. Оба залились жутким хохотом. — А ты сообразительный, — подмигнул Аякс. — Тебе его лучше не видеть, старик, иначе вообще в обморок упадёшь, — едко пошутил Тарталья. — Если я такой старый, то чего я вам дался, — наполовину утверждением, наполовину вопросом сказал Чжун Ли. — Ты пришёл на дуэль, потому что задолжал её мне, обманув меня, выставив дураком перед коллегой! — злость стала прослеживаться в словах Аякса. Его хватка усилилась, лицом он приблизился к Чжун Ли как будто в надежде напугать. Однако на мужчину это не подействовало. Знал бы Аякс, сколько ужасов он пережил, будучи ещё Властелином Камня… Впрочем, догадывается теперь, наверное, узнав всю правду, за которую и просит реванша. — Извини, что вплёл тебя в свой план, но это была необходимость, — не очень убедительно отговаривался Чжун Ли. Хотя на самом деле без импульсивности одиннадцатого Предвестника действия Чжун Ли по избавлению себя от обязательств Архонта и правда были бы другими. — Тогда ты тоже извини, но ты проиграл, а значит должен удовлетворить победителей. И у нас всего одно пожелание, но сразу на двоих, — Тарталья явно олицетворял собой как раз несдержанность и молодую уверенность. — Бой не был честным, вас двое, а я один, — попытался возразить Чжун Ли. — Как будто честным было то, как ты воспользовался мной в своих целях! — Аякс от негодования даже как будто клацнул зубами, Чжун Ли отстранился от его лица, сильнее погружаясь в «объятия» Тартальи. — Вы оба вполне реальные, но такого не может быть. Расскажете, в чём секрет? — Чжун Ли отчаянно пытался тянуть время, надеясь обернуть ситуацию для своей выгоды. — Лучше я расскажу тебе, чего мы хотим, — Тарталья, в очередной раз не пряча желаний, поцеловал Чжун Ли в шею. А затем, воспользовавшись моментом отсутствия сопротивления, поставил первый засос. Чжун Ли почти не дышал от противоречивости ситуации: Тарталья, в каком бы обличии сейчас ни представал, действительно был соблазнительным, но столь позорно проиграть молодому смертному… — Завладеть тобой. Чжун Ли дёрнулся, услышав окончание предложения, но руки его сдавили едва ли не до посинения. Брови сдвинулись к переносице, на губах появился оскал: — Вам в Фатуи было мало Сердца Бога, так теперь ты хочешь ещё и физически моё тело? — Я хочу тебя не как представитель Фатуи, не для того, чтобы унизить. Я просто считаю, что раз ты проиграл, то я имею право доминировать над тобой, — объяснил Аякс. — А если бы проиграл ты? — Я бы занимал такую же пассивную роль. — Ты не объяснил этих правил до того, как мы начали сражаться. Я не знал, на что соглашаюсь, — продолжал спорить Чжун Ли. — А теперь придётся договориться насчёт контракта, скажем так: сейчас ты подчиняешься нам, а после того, как мы насладимся тобой, отпустим. Чжун Ли нервно сглотнул, взгляд его заметался по Золотой палате. Он в самом деле проиграл, и не признавать поражение было бы глупо, однако и согласиться на предложенные условия мужчина тоже не мог — слишком расплывчатые формулировки. Договор предполагает конкретные, чёткие постановки предложений, но не в этом случае. — Что я должен буду делать? — в голосе Чжун Ли уверенность совсем пропала, и тем самым он будто уже подписал себе приговор. — Увидишь, золотенький. Кажется, Тарталья и Аякс в самом деле расценили поведение Чжун Ли, как согласие на «договор». Сразу после этого Тарталья схватил руки Чжун Ли, подняв их, а Аякс принялся расстёгивать пуговицы на его рубашке. Делал он это нарочито аккуратно, ослабил галстук, раздвинул полы длинного пиджака. Взору Аякса открылся вид на худощавое, почти потерявшее упругость мышц тело Чжун Ли, которое этим только больше и привлекало. Очерченная грудная клетка с немного выступавшими рёбрами, впалый живот, узкая талия, но самое главное и притягательное — нежное тело божества было без единого волоска. Ни руки, ни ноги не портили волосы, свойственные любому человеку. Пока юноши раздевали Чжун Ли, мужчина почувствовал, что руки Аякса отличались шероховатыми ладонями из-за мозолей (скорее всего, от тренировок), в то время как Тарталья этого небольшого изъяна был лишён. Чжун Ли сделал вывод, что именно Аякс — настоящая сущность, с которой был создан клон. Видимо, в Фатуи и такими экспериментами занимаются… Парни жадно целовали его тело, потираясь об него. Чжун Ли не мог оказать сопротивления, Аякс держал его правую руку, а Тарталья — левую. Аякс был более ласков и сдержан в проявлениях своих чувств — он целовал и гладил. Тарталья — резкий и грубый — кусал и ставил засосы, добравшийся до давно вожделенного. Находиться между двумя желающими и в какой-то степени желанными парнями было довольно соблазнительно. Чжун Ли понимал, что его человеческое тело, скорее всего, с трудом вынесет подобный опыт, но старая, почти окаменевшая душа едва ли дрогнула. Полноценного осознания ужаса своего положения не случилось. К сожалению для самого Чжун Ли и к счастью для Тартальи, в какой бы версии он ни находился. — Становись на колени, — приказал Тарталья, увидев, как Аякс уже изнемогал от желания. Чжун Ли не сразу отреагировал, мирясь с тем, что явно будет происходить дальше. Однако же вместе с ним на пол опустились и парни, тоже встав на колени. Смысл этого Чжун Ли поймёт только потом. Позиции немного поменялись: теперь Аякс обнимал Чжун Ли сзади, а Тарталья устроился спереди, тут же втянув мужчину в поцелуй и как будто отняв тем самым его у Аякса. Аякс, однако, не оскорбился, а воспользовался случаем, чтобы снять нижнее бельё с Чжун Ли. Парень движениями рук намекнул Чжун Ли, чтобы тот немного прогнулся в пояснице. Чжун Ли застонал в поцелуе с Тартальей, когда почувствовал, как Аякс принялся разрабатывать его пальцами. Медленными углублениями парень раздвигал тугие стенки, чувствуя сопротивление тела, непривыкшего к подобному виду близости. Чжун Ли держался за плечи Тартальи, который с радостью обхватил его, целуя и проникая в рот языком. Когда поцелуй прервался, из Чжун Ли вырвался стон одновременно боли и блаженства — Аякс надавил на простату. Мужчина держался за бёдра Тартальи, который уже спустил брюки примерно до колен. Взглядом Чжун Ли так или иначе упирался во вставший под нижним бельём член Тартальи. Аякс попытался войти в него — всё ещё узкого, но приятно обволакивающего член. Тёплый изнутри, даже горячий, Чжун Ли ещё немного выгнулся, и Аякс принял предложение, вгоняя поглубже и заставляя мужчину плакать. Оранжевая подводка начала растекаться по щекам, оставляя следы. Тарталья с извращённой любовью смотрел на Чжун Ли, теряющего всякое достоинство. — Мягче, пожалуйста, мягче, — взмолился мужчина. Его тело ломало от ощущений, промежность пронзала тянущая боль от непривычных и довольно грубых движений внутри. — Аякс, не смей рвать его, он нам всем нужен, вообще-то, — прошипел Тарталья, направив взгляд с молниями на свою копию. — Пусть тренируется, — словесно отмахнулся Аякс. — Я ещё не самый большой в компании. Тарталья хмыкнул с некоторым презрением. Их размеры действительно редкой длиной или шириной не отличались, а вот у Чайльда… — Помягче, — прошептал Чжун Ли, надеясь убедить Аякса, и всё же удалось — парень задвигался не так резко. Тарталья тем временем провёл истекающей предэякулятом головкой члена по мягким губам Чжун Ли, уже представляя, как жарко и влажно будет у него во рту. Чжун Ли стыдливо не поднимал взгляд, но и не поворачивал голову в попытке отстраниться от неизбежного. Понимал, что всё равно придётся подчиниться, и приоткрыл рот. — Знаешь же, что зубы надо прятать? — немного насмешливо спросил Тарталья, продолжая думать, что Чжун Ли — девственник. Чжун Ли едва поборол желание укусить молодого человека, но сдержался по какой-то причине. Возможно, из-за внутреннего страха, что один из доминирующих парней начнёт совсем издеваться над ним. По мере того, как продолжался секс, всё ещё человеческое тело стало подавать признаки усталости. Чжун Ли хныкал, чувствуя, как его нижняя челюсть начала болеть от долгого открытия рта. Слёзы текли по его красным щекам, но он продолжал против своей воли двигаться в такт, который задали парни. Руки его Аякс держал за спиной, крепко обхватив запястья. Болели колени, кости которых упирались в холодный пол. Налившиеся кровью губы тоже не были подготовлены к столь продолжительному трению, хотелось сомкнуть их, закрыть рот, но оставалось только покорно подчиняться воле клонированного Тартальи. Тарталья проводил руками по волосам Чжун Ли, гладил его голову, довольствуясь тем, какой мужчина был покладистый. Словно приручив дикого зверя, парни пользовались каждой минутой, пока Чжун Ли был в их полной воле. Мужчина иногда дёргался, как будто надеясь освободиться, но, конечно, это оказывалось невозможно. Пальцы Аякса держали его крепче наручников. Аякс и Тарталья на удивление иногда синхронизировались, и когда оба были в Чжун Ли глубже всего, тот кончил с хриплым мычанием от простого осознания и ощущения того, что он принимал в себя сразу двоих. — Понравилось, да? — нежно спросил Аякс, погладив напряжённую спину Чжун Ли. Он знал, что мужчина не мог ответить, отчего и сам приходил в экстаз. — Ещё бы ему не понравилось, мы хорошие любовники, — высокомерно отозвался Тарталья, ускорившись вдруг. Чжун Ли широко раскрыл глаза от неожиданности, потому что из-за чужих действий почувствовал, как уголки губ неистово горели от боли. — Тише, тише, — заметив, что Чжун Ли снова начал стонать, но не от удовольствия, а от безысходности, Тарталья замедлился, давая мужчине привыкнуть. — Но ты своё удовольствие получил, теперь мы тоже хотим. Потерпи. В груди щемило сердце не то от боли, не то от мазохистского удовольствия. Из-за того, что Чжун Ли было даже немного приятно заниматься сексом в столь унизительном положении, на глазах проступили теперь уже стыдливые слёзы. И действительно пришлось мириться с тем, как Тарталья в нетерпении опять ускорился. Через пару глубоких толчков Тарталья наконец кончил Чжун Ли в рот и не выходил, пока тот не проглотил его сперму. После этого парень, довольный поведением партнёра, растрепал ему мокрые у корней от пота волосы и прошептал: — Хороший мальчик. Ты так стараешься для нас. Чжун Ли немного закашлялся, пытаясь от усталости упасть на пол, но крепкая хватка Аякса удерживала его руки сзади, не давая расслабиться. Пока Аякс продолжал трахать Чжун Ли, головой мужчина лёг на бедро Тартальи. Парень, однако, не оделся, и поэтому Чжун Ли вынужденно упирался лицом в его член. Мужчина тяжело дышал, иногда в голос стоная, обдавая горячими выдохами половой орган Тартальи. Парень отчего-то улыбался, глядя на эту «картину» сверху вниз. — Ты очень красивый, Чжун Ли, — ласково сказал Тарталья, гладя мужчину по волосам. Чжун Ли не ответил — не был в состоянии, он лишь жмурился и терпел, пока его продолжали иметь. Тарталья стал удерживать двигающуюся от толчков голову. В какой-то момент стоны слились с хныканьем, выдавая то, как Чжун Ли изнемогал. Аякс отреагировал: — Ты такой податливый, я просто не могу остановиться, — шептал он, массируя ягодицы Чжун Ли и раздвигая их. Судя по всему, парень пытался войти ещё глубже. — Я уже кончил, но хочу тебя ещё и ещё. Схватив Чжун Ли за бёдра, Аякс насильно сдвинул его с места, приблизился к его уху и тяжело задышал. Мужчину трясло от перевозбуждения и боли, физически истощённый, он молчал. Он упёрся локтями в пол и свесил голову, закрыв глаза. Тепло бедра Тартальи сменилось грубостью ледяного пола. — Ты замучил его, хватит, — скрестив руки на груди, сказал Тарталья. Одевшись, он сидел на полу рядом и просто наблюдал за происходящим. Его ноги были широко раздвинуты, словно приглашение к продолжению, но Чжун Ли не обращал внимания, пока его не вынуждали делать что-либо. Аякс впился ногтями в бёдра мужчины сильнее, изнемогая из-за сильного желания, не оставляющего в покое. Оно жгло изнутри, отсекало тело от разума. — Дай мне ещё пару минут, — почти умолял Аякс, пытаясь двигаться внутри Чжун Ли, но ничьё тело уже не слушалось своих хозяев. Член Аякса ожидаемо обмяк после оргазма, хотя парень и отказывался признать это. Тарталья схватил Аякса за плечо, заставляя отпрянуть. — Хватит, я сказал, — грозный голос клона прозвучал отрезвляюще. — Я тут основная личность! — не уступал Аякс. — Это не значит, что у меня нет разума. Даже я вижу, что он сейчас просто рухнет без сил в обморок или умрёт от переутомления. Ты же не некрофил, я надеюсь? Слегка поморщившись от недовольства, Аякс всё-таки послушал своё «отражение» и вышел из тела Чжун Ли, даря ему окончательную свободу. Чжун Ли, совершенно обессиленный, безвольно лежал на полу, накрытый своей одеждой. Ни Аяксу, ни Тарталье не захотелось одевать его по причинам, понятным только им. Глаза мужчины были закрыты, а лицо искажало болезненное мучение. — Перестарались… — со смехом прошептал Тарталья и посмотрел на Аякса. Тот всего лишь пожал плечами. — Думаешь, Чайльд разозлится? — Он бы вряд ли отказался от такого же. Обсуждаемый, словно раб или другой товар, Чжун Ли не мог даже словесно защитить себя, надеясь на то, что ему лишь снится кошмар. Слишком сладострастный, чтобы не поддаться искушению, но при этом чересчур жестокий, чтобы мириться с происходящим. В мыслях мужчины осталась только ненависть к себе за то, что пошёл на риск и позволил пользоваться собой, как куклой. Но разве мог он трусливо сбежать, когда попросили его помощи в борьбе с Предвестником? Кто же знал, что их окажется как минимум два… И из-за этого некогда Бог станет жертвой собственного сознания и двух сошедших с ума парней. Но вдруг послышались тяжёлые шаги, не принадлежавшие никому из троих. — Что у вас тут за мышиная возня? — низкий голос монструозно высокой фигуры раздался по Золотой палате. С клацаньем невысоких каблуков хтонь приблизилась к истерзанному Чжун Ли и его любовникам. Неизвестный в броне наклонился над мужчиной, осматривая его. По красной маске всего лишь с одним глазом понять, о чём он думал, было невозможно. — А вот и Чайльд, — искажённо улыбнулся Аякс. — Он обожает тёплые приёмы, ты уж полюби его как следует, — пробормотал Тарталья, отходя от тела мужчины. Чайльд стоял ровно напротив двух других личностей, словно одним своим видом угрожая разорвать их на куски. Но в итоге лишь заговорил: — Теперь моя очередь. — Да-да, конечно, — с пугливым трепетом ответил Тарталья. — Чего ты его так боишься? — тихо спросил Аякс. — Он такой же, как мы. — Я бы не хотел на месте старика оказаться, честное слово. — Пойдём, — тихо проговорил Чайльд, подняв Чжун Ли, будто мужчина ничего не весил. — Эти два мелких идиота не будут тебе докучать, мой милый. Чайльд осторожно покрутил Чжун Ли в руках, внимательно рассматривая. Красные уголки губ, подрагивавшие конечности, заплаканное лицо и грязное от спермы тело: Чайльду стало даже жалко бывшего Гео Архонта. — Какие же вы грубияны, — недовольно отозвался он, снова смотря в сторону Аякса и Тартальи. — Было тяжело сдерживаться, — ответил Аякс за обоих. — Больше этого не повторится, — Чайльд снова обратился к Чжун Ли, который настолько был измождён, что даже не удивлялся происходящему и не ужасался тому, каким огромным был Чайльд по сравнению с другими своими версиями. — Я буду обращаться с тобой бережно. Чайльд нёс Чжун Ли в руках, как свою святыню, довольно быстро уходя куда-то вглубь Золотой палаты. Неожиданно зашедшие проверить обстановку миллелиты были, мягко говоря, задержаны Тартальей и Аяксом. Теперь это место — их почти законное владение. А Нин Гуан, узнав, что Чжун Ли взяли в заложники именно после того, как она попросила его явиться к Золотой палате, в неудовольствии свела брови к переносице и жёстко ответила своей работнице: — Я придумаю, что можно сделать.