Расстаться – не значит умереть

На самом деле, Барси расставание далось тяжело. Слишком тяжело. Настроение каждый день становилось только хуже. Дошло до того, что упадок сил не позволял встать с кровати, чтобы банально поесть. И это состояние крайне сильно было похоже на депрессию. Только вот, вроде как, в туалет, тот ещё ходил. Конечно, натерпевшись до последнего, но ходил. На сообщения не отвечал, на звонки – очень-очень редко. И если отвечал, то исключительно мамины. Или звонки друга – Санчеза. Санчез узнал о случившемся чуть ли не самый первый. Хотя, почему чуть ли не? Первый. Он в этот самый момент позвонил Барси Голду, чтобы позвать его поиграть в какую-нибудь игрушку по сети. А когда услышал расстроенный, считай, почти заплаканный голос, сразу же подскочил с места и побежал. Слава Богу, соседи. Жили в соседних домах. Голд поддержке был рад. Он выплакался в чужое плечо, на удивление для самого себя, став максимально тактильным. Возможно, это было что-то психологическое. Мол, тебе плохо, ты ищешь защиты в чужих объятиях и так далее.. Возможно. Только, Барси углубляться в эту тему не стал. Поблагодарил друга за поддержку, проводил его до самой двери, закрыл её на ключ и отправился в собственную комнату. Страдать. Ему было очень грустно и обидно из-за всей ситуации. Полтора года отношений прошли слишком быстро, чтобы закончиться здесь и сейчас. Да, они приняли это решение вместе. Да, они посчитали, что так будет лучше для каждого. Но пустота, оставшаяся внутри, никуда не делась. Барси было сложно, в действительности. И как может показаться, настолько сложно ему ещё никогда не было. Никогда. Саша уже седьмой раз звонит парню. И уже в седьмой раз получает сначала, как ему кажется, бесконечное количество гудков, а потом монотонный голос. «Абонент временно не доступен или находится.. » Бла-бла-бла-бла. Санчез вздыхает устало. Внимательно смотрит на экран телефона. Губы поджимает, а потом снова нажимает на кнопку звонка. Гудки снова идут прямиком в ушную раковину, заставляя чужое тело неприятно вздрагивать. А после каждой паузы, которая, кажется, задерживается, появляется надежда, что парень возьмёт трубку. Но Барси остается недоступным. Санчез сидит еще некоторое время на краю кровати. Молчит, смотря в телефон, экран которого начинает гаснуть из-за долгого отсутствия взаимодействий. А потом, подскакивает. Телефон откладывает в сторону, быстро натягивает джинсы на ноги, следом – футболку. А еще чуть погодя, толстовку. Телефон оказывается в кармане джинс. А сам парнишка уже бежит к выходу из собственной квартиры. Накидывает куртку, кроссовки, открывает квартиру и даже не задумывается над тем, чтобы закрыть её на замок. Оставляет закрытой так, несерьезно. А потом спускается по лестничному пролёту, оказывается на улице. И вот, парнишка уже во всю бежит в сторону соседнего дома. За короткие сроки оказывается сначала у дома, а потом в подъезде. Потом – около квартиры. И не задумываясь, начинает тарабанить по двери. Сначала костяшками пальцев, потом целым кулаком. А потом к кулаку прибавилась ещё и нога. Щелчок. Дверь открывается. Напротив Санчеза стоит не просто его друг, нет. Напротив него стоит живой труп. С бледной кожей, огромными мешками под глазами, нежеланием жить в зрачках и заметно похудевшем теле. Блондин поджимает губы, смотря на такое состояние собственного друга. А потом, не думая вообще, кидается ему в объятия. Обнимает крепко-крепко, к себе прижимая. И молчит, как придурок. — Сань, ты чего? — интересуется Барси, не понимая, что происходит. Но вроде как, с удовольствием обнимает чужое тело в ответ, осторожно прижимая к себе. — Ты, блять, придурок... Нахуй тебе телефон нужен, если ты на звонки не отвечаешь? — спрашивает Саша, не отлипая от Барси. — Да он это... На беззвучном стоял, а я не видел как-то. А что случилось, к чему такая спешка? Ты выглядишь так, будто пробежал марафон, — Голд хихикает сам себе. А потом, на лице появляется улыбка. Сначала осторожная, а потом чуть-чуть ярче. — За тебя беспокоился. Ты в таком состоянии и на звонки не отвечаешь. Мало ли, какой хуйней решил заняться? Знаю я тебя, тебе мозгов хватит, — ругается Санчез. Но все еще не отлипает. — Ты стал больше, по ощущениям. Выше, что-ли? — говорит Барси. — Нет, это ты просто осунулся. Как труп ходячий, ей Богу.. Ты вообще ешь? — интересуется Санчез. И, почему-то, этим вопросом из друга смешок тихий выбивает. — Ты чего? — снова спрашивает Саша. Он искренне не понимает причины этого хихи. — Ты звучишь так, будто моя мамочка.. Мама Санчез, а можно я сегодня лягу спать не в десять, а в одиннадцать вечера? — начинает баловаться и шутить Барси, хихикая уже активнее. — М-мм, — задумчиво тянет Саша, а потом, усмехнувшись, отвечает, — нет! Ни в коем случае. Ты наказан за своё противное поведение. Сегодняшнее наказание: оставшийся день ты проводишь в моей компании, принимаешь душ и нормально ешь, а завтра мы идем гулять на весь день. А вечером рубимся в какую-нибудь игрушку до тех пор, пока не вырубит нас. Понял? — говорит Саша, щурясь хитро. — О нет! Как же ты жесток, да за что мне такие мучения? Ну, наказание есть наказание, думаю. Значит.. Проходи в мои хоромы, — Барси наконец отпускает чужое тело, прекращая его обнимать. А потом, носом шмыгает. И теряется где-то внутри квартиры. Видимо, решает хотя бы чуть-чуть прибрать тот срач, который развел. В это время Санчез терпеливо разувался, снимал куртку. Повесил её на вешалку. Сходил в ванную комнату, помыл руки. А потом на кухню. Увидел большое количество грязной посуды в раковине и хмыкнул. Отодвинул её в сторону, набрал воды в чайник. А потом поставил его на специальную подставку, не забыв нажать на кнопку. Чайник громко зашумел, говоря о том, что скоро будет чай. А потом зашумела вода. Саша, как самый настоящий друг, решил помочь Барси. Закатив рукава, принялся мыть посуду. Осторожно, но напористо. Чтобы было идеально чисто. Чтобы не было противно с неё есть. В скором времени, Барси вылез из берлоги. А когда увидел на кухне относительный порядок и несколько кружек с горячим чаем, удивился. — Да ладно, я бы сам налил. Все таки, ты гость, — говорит Барси, усаживаясь за стол. А потом резко подскакивая, что-то выискивая на полке. В итоге, достает пачку печенья. — Все нормально, Стас, — отвечает Санчез, осторожно улыбаясь. Он внимательно осматривает Барси, стараясь понять, не изменилось ли в нём ещё что-нибудь. И когда не замечает, на душе легче немного становится. — Ты так смотришь на меня, будто сожрать хочешь, — усмехается Барси. И в этой усмешке, почему-то, такая горечь звучала.. Что Санчеза аж передернуло. — Стас, — начинает Саша, сменившись на более ровный и серьезный тон. — Да? — вполне себе спокойно спрашивает Стас. Он мешает ложкой чай, ударяется металлом о керамику. — Расстаться – не значит умереть. — Что? — переспрашивает Барси, поднимая взгляд. А потом, прекращает мешать чай. — Все будет нормально. Не убивайся только, пожалуйста. Меня пиздец как расстраивает, когда я вижу тебя в подобном состоянии. — Волнуешься, мм-м.. Влюбился, да? — с осторожной улыбкой спрашивает Барси, желая поменять тему. Санчез в ответ лишь плечами пожимает, делая глоток разбавленного чая.