О дорогой аренде и проблемах бестелестности

Ремус знал, что где-то здесь кроется подвох, когда откликался на объявление об аренде квартиры в Лондоне за смехотворно маленькую сумму. Оставалось лишь выяснить, что это был за подвох, и насколько Люпин был готов с ним мириться. Риелтор провела его на верхний этаж небольшого, уютного здания в спальном районе и осторожно открыла дверь, словно боялась кого-то разбудить или спугнуть. От Ремуса не укрылось и то, как она, предлагая ему осмотреть квартиру, сама осталась стоять в дверях, едва ли не подпрыгивая от напряжения. Бейджик её груди с позолоченным "Рита Скиттер" подпрыгивал при каждом нервном движении, а шпильки слегка цокали. Ремус строил предположения. Обваливается потолок? Он поднял голову, но не заметил ни трещин, ни вмятин, ни даже пятен на шпаклевке (что, после стольких лет жизни в Квинсе, было для него сродни аномалии). Затем на ходу пробил по базам, которые ему скинула Марлен, возможные задолженности владельца: ничего. Ничего, что могло бы объяснить цену и тот дикий ужас, который промелькнул на лице этой Скиттер, когда он полез осматривать шкаф, а затем трубы в ванной. — Ничего такого, — слово догадавшись, о чем он думает, обворожительно улыбнулась она, сверкая парой золотых зубов. — Просто владельцу срочно нужны деньги. Пассивный доход, знаете... — В двенадцать долларов? — с сомнением протянул Ремус. Рита поджала губы. — Если вам не нравится... — О нет, что вы! Я в восторге. Где подписать? Он выхватил контракт из цепких наманикюренных пальцев Риты, и ему показалось, что в углу зашевелилось и исчезло что-то темное, а глаза Скиттер метнулись к двери. Что ж. За такую цену? Он разберётся с этим позднее. <...> Первая неделя на новом месте прошла просто потрясающе. Целых две комнаты с кухней, сан узлом и небольшим балконом. Шкафы и книжные полки были очень прочными, плита и гарнитура на кухне были пыльными, но работали, а диван в гостиной (у Ремуса до сих пор перехватывало дух от того, что она у него теперь была) оказался мягче любой мебели, с которой когда-либо имел честь сталкиваться Люпин. Здесь превосходно ловил интернет, и горячая вода могла идти целых пол часа, не переключаясь на воды антарктики. Единственное, что его действительно беспокоило, так это рассеянность. Которой он, к слову, никогда не страдал, но, видимо, начал. Например, недавно, прямо перед занятием с одной из учениц, его учебник по английской литературе ее курса просто куда-то исчез, и он потратил целых тридцать минут, чтобы наконец поднять голову и найти его на люстре в дальней комнате. Просто...как. Его шариковые ручки оказывались в самых неожиданных местах, а продукты в холодильнике словно играли в чехарду, стоило ему отвернуться. Однажды он нашёл наполовину разлитую бутылку молока в ящике с фруктами, где каждый апельсин был полностью очищен и безжалостно заветрился. Он даже не помнил, как чистил их, не говоря уже о беспорядке. И, наконец, самое досадное: он постоянно оказывался без туалетной бумаги, хотя точно помнил, что пополнял ее каждый раз. Когда он поделился сврей досадой с друзьями на их еженедельном созвоне, Мэри и Питер нашли это невероятно забавным. — Пропадает шоколад? Черт, ты не шутишь? Да ты лунатик! Питер хихикнул. — Ага, я прямо вижу, как ты прячешь все эти плитки с разными вкусами, а ночью встаёшь и просто сминаешь их все! — Вам смешно, а то 10 плиток по фунту стерлингов! Я разорен! Люпин взвыл, а Мэри разразилась новым приступом хохота. — Может, ты просто стареешь? — усмехнулся Петтигрю, поливая один из своих фикусов и не выходя из поля "зрения" веб-камеры. — В двадцать семь? — едко протянул Люпин, уже порядком устав от их подначек. — Я слышала историю про парня, который целиком поседел в тридцать. Ремус невпечатленно взглянул на нее. — Да, потому что стал свиделем массового убийства, Макдональд. Какой, ты предполагаешь, у меня стресс? Глаза его друзей смягчились, и это было едва ли не хуже, чем раздражающие подколы. — Ты недавно переехал, — осторожно начала его подруга, прекрасно зная, чем закончится этот разговор. — И так и не нашёл работу, кроме нескольких онлайн-учеников. Питер оставил лейку в покое и ничего не возразил, чертов предатель. — Речь, конечно, не о старении, но мы волнуемся. Кажется, ты переживаешь, и это может быть причиной твоей...рассеянности. — И Лунатизма, — веселясь и пытаясь разрядить обстановку, поддакнул Петтигрю. Люпин вздрогнул. Они ничего не сказали про мигрени, но он знал, что не он один подумал о возможных осложнениях. — Спасибо, спасибо, идите к черту, — преувеличенно бодро, закатив глаза, сказал Ремус и под возмущенно-смеющиейся крики друзей захлопнул крышку компьютера. Он знал, что они снова будут советовать ему сходить к врачу. И нет, он не собирался этого делать. <...> На несколько дней все снова стало спокойно. Никаких пропаж еды. Никаких подозрительных перемещений учебников. Пока наконец не произошёл Инцидент Номер Один. Ремус вёл занятие у одной из немногих учениц, которых ему удалось сохранить после спонтанного переезда, и они как раз переходили к обсуждению Повелителя мух, когда лицо Ханны резко сменилось с любопытного на пораженное. — Мистер Люпин! — Да, Ханна? — У вас...у вас там чашка...висит. Ремус приподнял брови и обернулся. Его единственная чашка действительно висела, покачиваясь в метрах двух от пола. Белый сколотый бок слегка блестел в лучах раннего утра. Он быстро закрыл обзор на это безобразие своим телом и невозмутимо улыбнулся в камеру. — Ничего такого не вижу. Думаю, тебе показалось. Но спасибо, что поделилась. Может быть, интернет сбоит? — Но... — Как ты смотришь на то, чтобы подробнее обсудить сюжет? Ханна немного потерянно согласилась. Когда спустя двадцать минут Ремус завершил звонок и обернулся, чашка все еще висела там. Он встал, обошёл её вокруг и потыкал пальцем. Ничего. Он попытался взять её в руки, но та просто...ускользнула. Ремус, без шуток, видел, как его собственная кружка, служившая ему верой и правдой уже лет пять, отлетела на метр от его пальцев, зависнув теперь над диваном. Догонялки с керамической предательницей продолжались ещё минут десять, пока та не решила закрепить победу, подлетев так высоко к потолку, что Люпин едва касался её пальцами, а затем с грохотом рухнув на пол. — Тридцать центов! — раздраженно пробормотал Люпин, глядя на осколки. В какой-то момент ему послышался отдаленный довольный смех. Оплакивая потерю половины доллара, Ремус не придал этому значения. А зря. Инцидент Номер Два произошёл на следующий день. Ремус сидел на кухне и вёл счёт доходов и расходов. В счёт последних был сильный перевес. В какой-то момент, устав от этого морально тяжёлого занятия, он вышел в коридор, где обнаружил...незнакомца. У него были длинные, слегка волнистые волосы, рассыпавшиеся по широким плечам, изящные, тонкие черты лица и узкие джинсы. Безусловно, Ремус бы счёл его очень симпатичным, не будь тот немного...прозрачным. Очень прозрачным. И мёртвым, предположительно. Ремус цокнул. — За 12 долларов в месяц? Я рад, что это призрак, а не какая-нибудь колония термитов. Незнакомец нахмурился и оторвал собственную голову, покрываясь кровью. Его пытались...напугать и выгнать? Ха. — Не-а, даже не пытайся. Призрак предстал в ещё более жутком свете, выкатив белки глаз. — Двенадцать долларов, мой друг, 12 долларов. С этими словами Ремус, покачав головой, пошёл заваривать чай. Обернувший через плечо, он еле удержался от смешка, потому что призрак выглядел почти...обиженным. Ну, насколько вообще возможно выглядеть обиженным с оторванной головой. Ремус смягчился. — Ну-ну, не дуйся. Ты очень страшный и все такое. Просто, понимаешь, за эти три месяца я так и не нашёл работу, а ты видел цены на жилье в Лондоне?! — Ремус возмущённо махнул деревянной лопаткой в сторону призрака. Тот, видимо, все еще отходя от шока, молчал, широко раскрыв прозрачные глаза. — Не знаю, когда ты умер, но не удивлюсь, если эти чёртовы квартиры стоили столько ещё до моего рождения. — Проворчал он, вспоминая количество объявлений, которые ему пришлось перерыть, чтобы найти это место. Прошли месяцы с начала поисков такой выгодной цены. Призрак? Действительно мелочи. — Так, о чем это я? А, если твои призрачные чувства несправедливо задеты, я могу тебе дать испугать моих друзей, они вчера вели себя как придурки. Ты сможешь убедиться, что все еще в отличной форме. Кровь и все такое. Ремус обвел лопаткой силуэт сожителя, и тот, кажется, немного смутился. — Хм. У тебя есть какой-то невыполненный призрачный План По Пуганию? Начальство сверху?...Ну, наверно, снизу, в твоём случае. Призрак покачал головой с нервной ухмылкой. Ремус был готов поклясться, что ещё никогда не видел нервного призрака. Ну...сам он не видел до этого ни одного, но для себя решил, что фильмы считаются. — Просто, понимаешь, 12 долларов -- это единственная сумма, которую я могу позволить себе заплатить сейчас. Да и потом тоже. Если, конечно, работодатели внезапно не начнут считать постоянные пропуски по хронической болезни нормальными . — Эй! — замахнулся он лопаткой на призрака, у которого хватало совести выглядеть сочувствующим. — Не надо меня жалеть. Это не я тут мёртвый. Призрак шокированно поднял брови и с надменным фырканьем и щелчком испарился в воздухе. Ремус почувствовал легкую зависть. — Черт. Это же какая экономия на метро...