Пицца с привкусом крови

Ты когда-нибудь ощущал то самое чувство — когда сердце будто вырывается из груди и бьётся в такт метронома на сто двадцать? Его невозможно сравнить ни с чем. Майк вошёл в пиццерию. Руки были прижаты к телу слишком плотно, словно он пытался стать меньше. Кожа побледнела, а в груди нарастало тревожное давление. Его пугало дежавю. Будто он уже был здесь. Будто знал каждый сантиметр этого холла. Майк резко вздрогнул, почувствовав холодную руку на плече. Он обернулся и увидел миловидное лицо молодой девушки. — Добрый день! — улыбнулась она. — Прошу прощения, что напугала тебя. Ты ведь на собеседование? Майк открыл рот от неожиданности. — Да-да, я на соб… Он не успел договорить — девушка перебила его. — Отлично! Кстати, я Кайла Андерсон. Работаю официанткой, — она протянула руку. — Но называй меня просто Кайла. И, пожалуйста, не фамильярничай. Майк аккуратно пожал руку. — Эмм… окей. Я понял. Его не раздражали люди с шутливой манерой общения — скорее настораживали. Майк всегда считал, что за такими улыбками прячется маска. Таким людям опасно доверять, — подумал он. — Тогда пройдём со мной, мистер Шмидт, — Кайла улыбнулась шире, почти по-кошачьи. Лицо будто растянулось. Она развернулась и повела его по тёмным одинаковым коридорам, ведущим к офисам. Здесь ощущение дежавю исчезло, но адреналина в крови меньше не стало. Кайла резко остановилась. — Вот и всё. Здесь я тебя оставлю на съедение нашему HR-специалисту. — Мне стоит бояться? — удивлённо спросил Майк. — Нет-нет, всё будет гладко. Она посмотрела на него и добавила: — Не переживай. Очередей за забором на эту вакансию не видно. — Я и не переживаю насчёт… — Окей, большой удачи! — Кайла подняла большой палец вверх и быстрым шагом ушла в зал. Майк проводил её взглядом и посмотрел на табличку возле двери. «Кадровый отдел». Он громко вздохнул, подошёл ближе и постучал. Ровно три раза. Никто не ответил. Тогда он вошёл сам. В кабинете находился мужчина — странный, на первый взгляд. Средний рост. Оверсайз-рубашка. Бежевые штаны. Пальцы абсолютно чёрного цвета — настолько, что казалось, будто этот цвет не должен существовать в природе. Но больше всего смущала его голова. Она была в виде красного домашнего телефона. Молчание затягивалось. — Добрый день. Я Майк. Майк Шмидт, — хрипло произнёс он. — О, привет-привет! Меня зовут Скотт Коутон. Я уже подумал, что вы не придёте, — телефонный парень явно был рад компании в этом душном кабинете. Майк посмотрел на противно тикающие часы на стене. Десять минут опоздания. Чёрт. — Ну, рассказывайте: прошлые места работы, почему ушли, как долго работали и почему пришли именно к нам, — затараторил Скотт с профессиональной вовлечённостью. Майк не стал запоминать вопросы. — Я здесь только из-за денег. Как и большинство людей, которые работают ради выживания. Он переводил взгляд с ноутбука на переполненное мусорное ведро с банками энергетиков, избегая смотреть в лицо собеседнику. Не из-за страха. И не из-за стыда. Он просто не хотел показаться слишком резким. — Хм… понимаю вас, мистер Шмидт, — задумчиво сказал Скотт, щёлкнув костяшками пальцев. — Когда сможете приступить к работе? — Завтра. — Будем рады видеть вас в нашем большом мире поющих зверей, пиццы и детских улыбок, — заученно произнёс Скотт с фальшивой улыбкой. Когда Майк покинул кабинет, Скотт откинулся на спинку потёртого кожаного кресла и тихо сказал: — Майк Шмидт… Какое же знакомое имя.