Пицца с привкусом крови

Вечером этого же дня из кабинета директора вальяжно вышли близнецы — Джеймс и Бетти Брукс. Они были взбудоражены информацией, которую им донёс Байрон. Их глаза сияли — хищно, холодно, почти пугающе. Джеймс резко повернулся к сестре и вполголоса заговорил: — Если это действительно так, у нас могут возникнуть проблемы. — Джеймс, — протянула миссис Брукс имя брата, — ты правда веришь в эти сказки? Мужчина слегка покраснел. Ему было неловко — пугающе неловко — от одной мысли, что сестра может счесть его полным идиотом. Мнение окружающих всегда было его ахиллесовой пятой. Он боялся потерять контроль. А ещё больше — управление ситуацией. Пока близнецы медленно шли к своему кабинету, они столкнулись с хорошим приятелем — барменом по имени Оскар Эдисон. — Я вас искал почти час! — недовольно бросил он, поправляя чёрную рабочую форму с пинами аниматроников на воротнике. — Уже подумал, что вы ушли и забыли про меня. Ну, рассказывайте: мистер Тревор снова изводил вас своими маниакальными идеями расширить пиццерию или придумал что-то новенькое? Джеймс выпрямился так резко, что позвоночник хрустнул. Улыбнувшись, он начал говорить тихо и медленно, растягивая каждое слово и поглаживая щетину: — Ты ведь видел новенького в службе безопасности? — Майка Шмидта? Да, видел. Он что-нибудь вычудил? Умоляю, говори быстрее — я сейчас умру от ожидания очередной сплетни. Брукс рассмеялся. В такие моменты он особенно наслаждался властью. Доминирование было его главной слабостью — и силой одновременно. Как и у его сестры. Два нарцисса, жаждущие внимания и контроля. — Что ты знаешь об укусе, который произошёл семь лет назад? — хитро прищурился Джеймс. — Ну… — протянул Оскар. — Знаю, что какой-то мальчишка полез прямо в пасть Фокси. Ему не повезло. Но кто тогда мог знать, что аниматроники способны на такое? — Он нахмурился. — И к чему вы это? Бетти улыбнулась и мягко, почти мурлыкая, сказала: — Майк и есть жертва того инцидента. Сейчас я расскажу, как Байрон и его раздражающая меня дочь пришли к этому выводу… Оскар слушал внимательно. Его словно подожгли изнутри — сплетня была слишком сочной. Попрощавшись с Бруксами, он тут же нарушил собственную клятву молчать. Держать язык за зубами Оскар просто не умел. Он направился на кухню в поисках Августа Кембла. Заметив низкого, чуть пухлого мужчину, Оскар утащил его в подсобку и прошептал: — Сейчас я кое-что тебе расскажу… только поклянись, что это останется между нами. К утру второго дня уже половина сотрудников пиццерии Фредди знала горячую сплетню. Она передавалась, как горячая картошка, пока не дошла до молодого уборщика — Криса Бовела. Крис был спокоен и уверен в себе. Работа его устраивала: физически устаёшь, зато мозг отдыхает, а музыка в наушниках скрашивает смену. Он умел отстаивать свои границы и не терпел лжи. Утром у подсобки он увидел главного героя всех разговоров. Бовел решил, что это идеальный момент, чтобы узнать правду. — Эй, мистер Шмидт. Ты, наверное, меня не знаешь. Я Крис, уборщик этого «прекрасного» места. Очень приятно, — протараторил он, не давая Майку вставить ни слова. — Слушай… я тут кое-что услышал. Извини за прямоту, но ты правда жертва того самого инцидента? Майк ошарашенно посмотрел на Криса. Прошло несколько тягучих секунд. — Что ты вообще, блять, несёшь? — злобно прорычал он. — Какая ещё жертва инцидента? Крис поднял руки: — Извини, я просто подумал, что… Майк резко перебил его, схватив за плечи: — Расскажи подробно. Что за событие и почему я должен об этом беспокоиться? Крис прокрутил пирсинг в брови и начал длинный рассказ. Шмидт был потрясён. Всё звучало как идиотская шутка — но совпадений было слишком много. Либо Крис издевался над ним, либо этот смазливый блондин говорил правду. — Прости, если сказал лишнее… — начал Бовел. — Ты сделал всё правильно, — перебил Майк и направился в офис службы безопасности. Внутри он увидел Фритца и Джереми, доедающих нетронутую пиццу с детского праздника. — Привет, Майк! — улыбнулся Фритц. — Не хочешь кусочек? Она божественна. — Спасибо, но нет, — буркнул Майк. Джереми нахмурился: — Что-то случилось? — Всё отлично, — с сарказмом бросил Шмидт. — Вы не умеете врать, мистер Шмидт, — протянул Фритц, закатив зелёные глаза. — Я хочу рассказать вам кое-что. Но пообещайте реагировать адекватно. — Ты можешь нам доверять, — сказал Джереми. — Мы рядом. Майк рассказал о сломанном Фокси, о ребёнке, который должен был умереть, но выжил. — Эти шрамы… — он снял бинни. — Всё сходится. — Просто пиздец… — выдохнул Фритц. — Мне жаль. — Не вздумай меня жалеть! — огрызнулся Майк. Он ненавидел жалость. — Я хочу знать всю правду, — почти закричал он. — Почему мне врали? Почему именно я? Почему сейчас? Он замолчал, затем тихо добавил: — Я собираюсь раскрыть все секреты этих стен. Вы со мной? Они кивнули. На камере 1 аниматроники резко повернули головы в сторону объектива. — Это был не сбой программы. Ими что-то двигало.