Глава двадцать девятая. Кузнецы своего несчастья.
12 июня 2026 г., 11:00
Уже прошло четыре дня моей работы на кухне. Оретти все также приходила сюда и работала вместе со мной, иногда обмениваясь несколькими репликами. Она не особо хотела возвращаться сюда, так как это напоминание, откуда она пришла. Но ради меня решилась на этот поступок. Ей периодически приходилось уходить, куда-то по своим делам, тренировки в течение дня или что-то подобное, но она всегда возвращалась ко мне.
Удивительная ситуация.
Я проводил целые дни на кухне периодически выходя на улицу для перекура или просто чтобы подышать воздухом и иногда мог наблюдать новую пачку сигарет. Целую в упаковке. Откуда? Так и не узнал. И никто не пытался ко мне подойти, чтобы потребовать оплаты. Забота. Или просто подкуп. Не знаю и даже не собираюсь задумываться над этим. Как придет проблема тогда и будем её решать. Сейчас у меня другие задачи.
Янг перестала ко мне приставать. Она продолжала заниматься на тренировочном поле с рекрутами и Оретти приходила ко мне с рассказом о том, что, если кто-то пытался завести обо мне разговор в обвинительном ключе, она быстро это прекращала. Она поняла, что у меня тоже есть травмы и признала родственную душу. Поэтому, мы периодически сидели вместе в столовой. Чаще всего на ужине, так как мою работу никто не отменял. И затем все вместе шли на наше место, где Янг учила Оретти бою без оружия.
Она могла увлечься. Переборщить. Но до того срыва, до которого мы дошли тогда больше не доходило. Я показал границу. Янг её приняла. Оретти просто кивнула на все это, не пытаясь как-то все это оспорить. Мы могли общаться более-менее нормально, перешучиваться или что-то подобное, но иногда все же прорывалось. Пристальный взгляд на Янг, натянутая у блондинки улыбка, напряжение у лисички… Мы привыкали друг к другу. И все равно, даже в таких условиях стали гораздо ближе, чем ожидалось.
Я явно не ожидал, что умудрюсь сблизиться с Янг Сяо Лонг. Ирония тут в том, что для этого потребовались такие события. Чтобы она поняла меня, а я признал новую её. И я говорю не только про драку, но ещё и про предшествующее. Потеря руки, прошлое, Блейк… До сих пор не верится.
Она была похожа на меня. Мы тоже пострадали в прошлом. Но я выбрал встретиться с ним, а она продолжала бегать. И оно настигло её. Я пытался аккуратно вызнать у Янг, как это произошло, но она лишь качала головой, говоря, что не хочет вспоминать об этом. Я её понимаю и не стал давить. Просто теперь стало понятнее, почему её никто не разыскивал. Уже нашли.
Но где Нео?
Я хотел спросить. Практически физически ощущал это желание. И не мог. Потому что несмотря на все улучшения наших отношений, Янг мне не союзник. Пока нет. Мы просто признали друг друга и не стали все ухудшать. Насчет чего-то более доверительного… Хех. Как с Винтер.
Она меня не замечала все это время. Меня просто не существовало для неё. Я сам, тоже не лез к ней. Я сказал правду. Жестко, грубо, специально, чтобы это задело. Тогда эмоции во мне бурлили, требуя выхода. Я — убийца. Тот, кто специализируется на слабых точках противника. Начиная от тела, заканчивая эмоциями. Да, не настолько хорошо, как Нео, но угрозы и давление… По-другому не умеем. И мне удалось её уколоть. Очень сильно.
Никаких допросов. Никаких отчетов. Просто постоянное наблюдение. Издалека. Из моей палатки, как-то очень резко поменяли всех сожителей. Теперь там спали совершенно другие люди. Более подготовленные, более опытные, более готовые к тому, что может произойти. Я никак это не комментировал, а принял как факт. Если они думали, что это может меня остановить, то пусть попробуют. Да, я скорее всего буду ранен. И после, остальные меня добьют. Но с ними я точно успею разобраться.
Мой арсенал серьезно опустел во время драки с Янг. Я не раскрыл все свои гранаты, как с прахом, так и газовые, осколок пирообсидиана, но все остальное было очень серьезно потрачено. У меня оставалось примерно три барабана с прахом для Приговора, и то только после того, как я их перезарядил. Один пришел в негодность. Ещё один оставался с простыми патронами. То есть, у меня оставалось на заготовки для будущих патронов, примерно четыре барабанов. Пистолеты оставались рабочими. Патроны также оставались. Кинжалы оказались повреждены при драке с Янг. Было четыре, осталось три. Неплохо, если подумать, но это риски. И я их ненавижу.
Но идти на склад, требовать себе оружие было невозможно без Винтер. А подходить к ней после такого диалога вообще не хотелось. Поэтому, я просто продолжал работать на кухне и думать над своей следующей целью.
Которой не было. Пока. Но…
— Там… кто-то пришел. — отвлекла меня Оретти от работы, заходя на кухню. Я посмотрел на неё внимательным взглядом.
— Мне что? — спросил я.
— Это элита лагеря. Я подумала, что тебе будет интересно. — спокойно ответила Оретти. Она старалась всеми силами оставаться со мной нормальной, но… к моим рукам, прикасалась очень настороженно. Боязливо. И постоянно смотрела на меня так, будто бы была готова по первому же сигналу отдернуть их.
Я хмыкнул, воткнул нож в картофелину, встал со стула и направился на выход, чуть щуря взгляд от такого резкого перехода из темноты на солнечный день. Это максимум, которым они могли пытаться на меня давить. Я даже не обращал на это внимания. Мое зрение, итак, отвратительно. Если ещё сильнее его подкосить, могу стать слепым. Но аура, возвращает все, хотя бы к этому уровню. Так что никакого беспокойства кроме боли в глазах и голове. Но это терпимо.
Я посмотрел на вход в лагерь. Там уже собралась толпа зевак и Винтер сама, вышла встречать эту элиту. Я присмотрелся и с удивлением, увидел… Вайсс?
В какой-то белой куртке и таком же свитере вместе с темными штанами, конский хвост как прическа и равнодушное отношение ко всем остальным. Это было не высокомерие или что-то подобное, а просто, как факт. Она лучше них и этому никто не противился. И каблуки. В лагере. В лесу. Маленькие, но были.
Мне не понять богатых.
Она подошла к своей сестре и остановилась на расстоянии. Никаких объятий, выражений любви или чего-то подобного. Просто как командир и подчиненный. Ну да, что я ожидал от Шни. Везет, что хотя бы Винтер не отчитывает свою сестру прилюдно.
— Я… позволила себе узнать что-то о них. — тихо сказала Оретти, стоя за моей спиной. Я слегка повернул к ней голову, прося продолжить. Вайсс в это время уже успела попрощаться с командиром и шла куда-то в сторону склада. Пройдет мимо, по касательной. — Вайсс и Винтер — Сестры. Что-то произошло. И из-за этого, они ненавидят свою фамилию. Винтер держится, а Вайсс…
— Эй! Вайсси! — крикнула Янг, которая перехватила её из-за угла. — Ты наконец-то пришла!
Вайсс посмотрела на неё фирменным, ледяным взглядом, и затем…
— Ебаться-сраться! Кого я вижу! Сяо Лонг! Живая! Как ещё не сдохла?
Я медленно покачал головой, даже не пытаясь понять эту логику. Никакого аристократического воспитания. Наоборот, прям явное отторжение. Специальное опускание на дно, чтобы никогда не вспоминать об этом.
— Я тебя переживу! — ответила Янг, подходя к ней ближе и уже с ней они нормально обнялись. — Как ты?
— Да что мне сделается? — с издевкой спросила Вайсс. — Прибыла туда, разобрал… порешала вопросики, и метнулась назад. Ты же знаешь, я могу многое натворить!
— В этом я не сомневаюсь. Особенно, когда ты заставила того гримм стоять ледяной скульптурой и мы сидели на нем! — с усмешкой сказала Янг и вместе с ней пошла дальше. Бросая свою работу. Непрофессионально. Но, это элита им все можно.
— Кхм. — прокашлялась Оретти. — Да, именно про это они и говорили. Она всеми силами старается отгородиться от своей фамилии.
— Я надеюсь, что тут не было сеанса публичного эксгибиционизма… — прошептал я, прислоняя руку к лицу и даже не пытаясь думать. Иногда некоторые вещи, стоит принять как факт. — Что-то ещё?
— По идее, Руби Роуз тоже должна скоро прийти. Насчет остальных… неизвестно. — рассказала последнюю информацию Оретти. Уже собирает сама, а не ждет моей команды. Самостоятельность.
— Принял. — кивнул я, возвращаясь на кухню. Оретти постояла на улице ещё пару минут, но вернулась ко мне и молча продолжила работу.
…
На ужине Янг с нами не было. Я не обижался. Есть старая подруга и крайне подозрительный парень. С кем провести время? Поэтому, вечером, мы находились в нашем месте, только вдвоем. Оретти продолжала заниматься со своим оружием с новыми лезвиями. Ещё я наконец-то нашел время и добавил ей возможность стрелять. Перезарядка, это отдельная история, для которой следует разбирать оружие практически наполовину, но у меня уже не хватало знаний. Я не специалист в сборке оружия с меха-шифтом. То, что мог сделать это уже достижение.
Но магазин на двадцать патронов у неё появился, также, как и возможность стрелять с разных концов оружия. По десять на каждую. Оретти снова взмахнула глефой, прежде чем бросить на меня внимательный взгляд.
— Идут. Двое. Янг и… — не договорила она, но и так понятно, кто будет с ней. Очередная проверка. Я покачал головой и стерев все, что было нарисовано на песке, стал ждать. Оретти вернулась к тренировкам, делая вид, будто бы их не слышала. И только её лисьи ушки стояли торчком, показывая, в каком она находится напряжении.
— Эй, Грустяш! Добрый вечер! — вышла к нам Янг, сразу кивая мне головой. — И Оретти! Снова занимаетесь?
— Здравствуй, Янг. — легко поздоровалась Оретти, продолжая тренировку. Если плохо её знать, то можно подумать, будто бы она совсем не волнуется. Однако, это не так. Я просто кивнул Янг и бросил один взгляд на Вайсс, после поворачиваясь к лисичке. Не стоит давать им повода для новых подозрений. Это не та Вайсс, которая училась со мной в Биконе, помогала проводить опыты с прахом и создала мне патроны. Нет, это другой человек, просто с той же внешностью.
— Драсте. — с ухмылкой кивнула Вайсс. — Слышала, у вас тут открылся неформальный кружок по боям.
— После последнего выступления приема нет. — ответил я, смотря на стойку Оретти. Хорошо. Даже отлично. — Глава лагеря запретил.
— Это понятно. — кивнула Вайсс, подходя ко мне ближе. Янг также слегка сместилась, готовая вмешаться, но только в нужный момент. Их двое. И тут есть Вайсс у которой нормальное проявление. С ней придется гораздо тяжелее. Мне очень сильно повезло, что это была Янг, для которой нужны удары именно по ауре, которую я игнорирую. Так я бы вполне мог проиграть… или, полностью раскрыть свой арсенал. — Мне интересно другое. Как тебя там? Шмидт?
Я посмотрел на неё другим взглядом подмечая опасность. Глаза сужены, и пристально следят за всеми действиями, руки вроде расслаблены, но малейшая опасность и она быстро выхватит Миртенастер. Улыбка была ухмылкой, которую она сознательно на себя нацепила. Не скрыть. Измениться. Зачем?
— Генрих Шмидт. — медленно проговорил я.
— Отлично. Генрих Шмидт. — приняла это Вайсс, пробуя на своем языке. И приблизилась ко мне практически вплотную. Даже с учетом того, что я сижу, она практически не возвышается надо мной. — Тогда ответь на вопрос. Ты охуел?
Я посмотрел на неё вопросительным взглядом.
— Какого черта ты пытался убить Янг? — пояснила Вайсс, приближаясь ко мне практически вплотную и пылая настоящим, ледяным гневом. Винтер лучше себя контролирует.
— Я не пытался её убить. Если бы хотел, она бы сейчас здесь не стояла. — подметил я. Янг скривила лицо. Оретти напряглась, но продолжала делать вид, что тренируется внимательно все слушая. Вайсс не дрогнула.
— Какой ты важный. Если бы хотел, то она была бы мертва. — с сарказмом сказала Вайсс, резко меняя тон на угрозу. — Если захочу я, то ты будешь мертв уже сейчас.
Я почувствовал, как внутри снова поднимается раздражение. Опять. Кто-то из моих прошлых знакомых, угрожает мне. И посмотрел уже прямо ей в глаза.
— Попробуй. — ответил я. — Только потом не обижайся.
— Эй, эй, ребят! Поспокойнее! — вмешалась Янг, подходя ближе. — У нас уже есть наказание. Мне не хочется, отправиться куда-то похуже.
Вайсс ещё раз пристально на меня посмотрела. Чувствовалось, что она уже готова сорваться. Но взяла себя в руки и отодвинулась, посмотрев на рукава моего пальто.
— Это? Что это? — спросила она, тыкая в них пальцем.
— Это не твое дело.
— Какие у тебя тайны. — фыркнула Вайсс. — Про ч… Че не спросишь, так все скрыто. И такое бывает только у двух типов людей. Или предателей, или психов. Кто ты?
— Я тот, кто выжил там, где все вы умерли бы.
— Ну да, до такого только ты мог додуматься. — пренебрежительно заявила Вайсс, а я сжал руки в кулаки. Раздражение. Сильное. Вайсс повернулась к Оретти. — Ты ещё кто?
— Оретти. — спокойно ответила она, не останавливая тренировку. Демонстрируя, что элита лагеря для неё не важна. Держится.
— Оретти? С кухни? — уточнила Вайсс. Оретти только мотнула головой, показывая согласие. — Смотрю, ты выросла с последнего раза. Даже оружие нашла. Где?
— Это Грустяш сделал! — с гордостью сказала Янг, пододвигаясь ко мне поближе. Чтобы развести нас, если понадобится.
— Ага. — повернулась к ней Вайсс. — И оружие собрал, и предателей нашел, и тебя отметелил… Прям пиздец, какой не подозрительный человек!
— Хочешь подозревать? Ладно. Но не лезь ко мне. — поставил я границу.
— Это наш лагерь. И я буду делать то, что надо, чтобы такая хуйня как ты, ничего не вытворила. — не повелась Вайсс. Какие все нервные. Да и… Скажем так, очень странно слышать такие слова, от самой спокойной и собранной девушки в их команде. — Ты под наблюдением.
— Заметил.
— Замечай что-то другое. — ещё раз фыркнула Вайсс. — Например, свою подозрительность. И попытайся придумать какую-то убедительную историю.
— Уже придумал. — хмыкнул я, и посмотрев ей в глаза, продолжил. — Не твое дело.
— Посмотрим. — ответила Вайсс и развернулась, уходя отсюда. Янг осталась стоять, смотря ей в след.
— Не обижайся на неё. — сказала Янг мне доверчивым тоном. — Она поменялась после всего этого. Особенно после того, как её папаша стал править в Атласе, вместе с Уоттсом.
— Уоттс? — заинтересовался я. — Это ещё кто?
— Это? — удивилась Янг. — Ты не знаешь?
— Не до того было. — отмахнулся я. Янг посмотрела на меня удивленным взглядом и пожала плечами.
— Это ученый, который помешан на всякой хрени, типа роботизации, контроле, опытах, и всем прочем. — начала объяснять Янг, когда я рефлекторно сжал кулаки. Опять опыты. Ненавижу их. Уже один раз сбежал от сумасшедшего ученого. И наконец убил его. Но такие люди, по всей видимости, никогда не переведутся. — После всех событий, он стал главным архитектором Атласа. Её отец поддержал его и стал там вторым главным. Поэтому, она делает все возможное, чтобы вытравить из себя его влияние.
— Понял. — сказал я, беря снова палочку и начиная что-то чертить на песке. Чтобы отвлечься.
— Ладно, вы давайте, продолжайте тренироваться. — сказала Янг, начиная уходить за своей подругой. — Оретти, помни, главное, удержаться на ногах.
Оретти фыркнула, но продолжила тренировку.
— Они все будут в тебе заинтересованы. — сказала она, когда Янг ушла.
— Я знаю. Это бесит.
— Ты сам сделал себе таким. — спокойно указала мне Оретти, и сразу же последовал свист её нового лезвия.
— Это я тоже знаю. — выдохнул я. — Но если бы я это не сделал, то меня в итоге, или убили, или подчинили себе.
— Надо двигаться, чтобы тебя было опасно трогать. — поняла мою мысль Оретти. — Но на самой вершине, будет гораздо опаснее.
— Я уже понял. — продолжил я чертить на песке иерархию лагеря. — Как мы только с этим будем справляться?
— Как обычно. При помощи случайностей. — пожала плечами Оретти, проводя очередной, косой удар.
— У тебя отлично получается. — вырвалось у меня изо рта.
— Я знаю. — пародируя меня, ответила Оретти, продолжая тренировку.
Я покачал головой на такой стиль нашего общения и полез за очередной сигаретой.
*****
Янг уже вечером шла по лагерю, приближаясь к их зоне. Зоне элиты. Там не было какого-то особенного комфорта, но… хотя бы отдельная палатка. Что уже неплохо. В руках у неё находилась две стеклянные бутылки, с чем-то, напоминающем пиво. Янг прошла в их зону, выдохнула и улыбнулась, приближаясь к палатке Вайсс. — Вайсскрим! К тебе пришли гости! — крикнула она, стоя у входа. — Опять ты… — с обреченностью произнесла Вайсс. — Заходи. Янг улыбнулась и прошла внутрь, смотря на палатку Вайсс изнутри. Также, как и у всех. Спальник, стол, стул, один шкаф и… дальше начинались расхождения. У кого что. У Руби было несколько листков с чертежами, карандаши, линейки и прочее, у Янг был профессиональный беспорядок, а у Вайсс… Тоже беспорядок. Но идеальный. Ручка валяется на столе без определенного места, но так, что можно достать её одним движением руки. Бумага валяется, казалось бы, хаотично, но по внутреннему распорядку Шни. Спальник помят в трех конкретных местах. Шкаф не закрыт до конца ровно на три сантиметра. Следы от качания на стуле на одном уровне, не смея превышать эту норму. Идеальный контроль, даже в беспорядке. — Хэй, Вайсси! — поприветствовала её Янг и тут же стукнула бутылками друг о друга. — Не хочешь отметить встречу? Как старые подруги? — Сяо Лонг. — остановила её Вайсс. — Я занята и мне надо работать, помогая нашему командиру и… Это что, пиво? — Ага. — легко согласилась Янг проходя внутрь. — Когда ходила к соседнему лагерю, получила в дар. — Союза не получилось заключить? — уточнила Вайсс. — Не. — недовольно махнула рукой Янг. — Они там тоже считают себя истинным сопротивлением. Хвастались, как недавно напали на какой-то патруль Белого клыка и порубили его. Потом, правда, сидели почти месяц на иголках, даже не смея куда-то выходить, но такой удар! — Чую, Белый клык очень си… Обосрался от страха. — поправила себя Вайсс. В сторону мата. Янг ухмыльнулась и поставила бутылки с пивом на стол. Аккуратно, чтобы не попортить бумагу. — Ну да, примерно в таком ключе. Короче, все как обычно. — пожала плечами Янг, наблюдая, как Вайсс берет один ненужный листок и специально ставит на него бутылку. — Сопротивление вроде есть, вроде все недовольны, но мы слишком разрознены, чтобы представлять серьезную опасность для Синдер. — Идеальн… Дерьмовая ситуация. — ответила Вайсс, пытаясь оторвать крышку от бутылки. Янг с улыбкой смотрела на её попытки. — Дай-ка я попробую. — попросила она и одним движением руки открыла её. — Вуаля! Янг Сяо Лонг всегда поможет. — Если не обосрется. — фыркнула с улыбкой Вайсс. Янг сделала вид, что обиделась. Вайсс не поверила. — Руби должна вернуться через сколько? — Вроде как, завтра или послезавтра. — пожала плечами Янг, садясь на её спальник. Вайсс нахмурилась от того, что она помяла его. Точнее, помяла не определенные части. Янг с улыбкой ещё сильнее начала елозить по нему, чтобы он точно помялся. — Янг. — произнесла одно слово Вайсс. Янг прекратила это делать. — Слушай, Вайсс, если ты хочешь действительно стать бунтаркой, то контролировать то, что будешь портить, немного… странно. — произнесла Янг, протягивая ей бутылку. Вайсс взяла свою, так, будто бы это что-то невиданное для неё, и аккуратно стукнулась с её бутылкой. Янг сделала глоток с удовольствием. Не идеальное пиво, но сваренное самостоятельно, а не как раньше, на заводах. Вайсс выпила меньше и скривилась от отвращения к такому напитку. И тут же сделала ещё больший глоток. — Я… — Вайсс. — обратилась к ней Янг с беспокойством. — Не надо. Если не хочешь, не заставляй себя. У нас, конечно, нет вина или шампанского, но… — Все. Нормально. — процедила Вайсс и снова сделала глоток. Большой. Опустила голову с расширенными, голубыми глазами. Выдохнула. И продолжила более тихим голосом. — Я должна. — Не должна. — не согласилась Янг. — Никому не должна. И уж точно не должна заставлять себя. — Ой ли? — слегка улыбнулась Вайсс. — Сама-то со сколькими переспала? — Много. Не считала. — с ещё более широкой улыбкой заметила Янг. Шире, чем нужна. — Правда с одним не получилось… — Ага. И когда Янг Сяо Лонг отказывают, она устраивает драку на смерть. Запомню, если ты однажды захочешь ко мне пристать. — ухмыльнулась Вайсс. — Ну в свое оправдание я могу сказать, что это было практически также круто, как и секс. — Особенно когда он вонзил лезвие кинжала рядом с твоим горлом. Ты вообще думала, что делаешь? Если бы он не сдержался? — начала распаляться Вайсс. — Ты сейчас бы уже была мертва. И все из-за того, что он с тобой не пере… потрахался?! — Вайсс. — в очередной раз остановила её Янг. — Не надо. — Нет, надо. — не согласилась Вайсс, делая очередной глоток. Как можно больше. — Янг, ты в нашей команде. И если ты делаешь глупость, из-за которой могла умереть, то однажды ты последуешь за… Вайсс запнулась, не смея говорить дальше. — Блейк. — тихо прошептала Янг, делая тихий глоток. Вайсс поддержала. — До сих пор не могу поверить. — Никто не может. — согласилась Вайсс, наклоняя и сгибая свою спину перед Янг. Стараясь сделать её кривой. Кривизна была ровна шесть градусов. — Мы просто были командой. Учились, слушали Порта и Ублека, спарринговались у Гудвич… — Иногда дрались с Белым клыком. — с ностальгической улыбкой продолжила Янг. — Устраивали разрушения и прочее. Но это казалось обычной, студенческой жизнью. — А потом произошел Турнир Вайтала. И падение Бикона. — мрачно закончила за неё Вайсс. Очередной, взаимный глоток. — Да… — прошептала Янг, смотря на свой протез. Сжала его, будто надеялась, что это сон, что у неё до сих пор есть рука. Но нет. — Я ведь до сих пор все это помню. Как этот ублюдок… — Адам. Таурус. — подсказала Вайсс. Янг посмотрела на неё внимательным взглядом сиреневых глаз. — Как этот ублюдок шел к Блейк. — продолжила она, не обращая внимания на поправки Вайсс. — Как я бросилась ему на перерез. Как он взмахнул своей катаной. Мне тогда было так… больно. Я практически орала от боли. Я! Янг Сяо Лонг! Орала от боли! Кому рассказать, не поверят. — Я верю. И не осуждаю. — максимально мягко сказала Вайсс, приближаясь лицом к Янг. Блондинка сделала очередной глоток из своей бутылки. — Знаю. — тихо прошептала она. — Я видела, как пропала моя рука. Как будто со стороны. Со мной такого никогда не могло произойти. С кем угодно, но не со мной. А Адам продолжал идти к Блейк, пока я падала на колени. Перед ним. Я помню его замах над валяющейся на земле Блейк. И потом… — Ты говорила. Потеряла сознание. — кивнула Вайсс. — Да. — согласилась Янг. — Отключилась. То ли от боли, то ли от того, что не имела право смотреть на то, как моя напарница гибнет. Потом было восстановление. Депрессия. Руби и… он, ушли в Мистраль. Спасать мир. А я валялась на кровати, не видя никакого смысла продолжать бороться дальше. — Но ты восстановилась. Как и я. — положила Вайсс руку ей на плечо. — Ага. — с некой апатией произнесла Янг, делая глоток. — И пошла в руины Бикона. Первым же делом. Искать, перевернуть все руины, но найти доказательство, что Блейк жива. И нашла только её Гэмбол Шрауд. Сломанный. — Ты не видела её тело. — попыталась найти утешение Вайсс. В которое сама не верила. — Ты думаешь, Блейк бы не вернулась? Сбежала? — уточнила Янг. Фыркнула. И сделала большой глоток. — Она могла бы. Но вина бы пересилила, и она вернулась бы. Обязательно. — Может, ей не дали возможность… — Вайсс. Ты сама слышала Адама. В Хейвене. Где он прямо сказал, что убил Блейк Белладонну. — Ты действительно ему веришь? — со скепсисом спросила Вайсс. — Я верю, что такой ублюдок как он, обязательно спросил бы у нас, где Блейк, если бы она была жива. Но нет. Он убил её. И нам теперь приходится жить с этим. — подвела итоги Янг, делая глоток. Вайсс спустя пару секунд поддержала. — А ведь казалось, что совсем недавно все было неплохо. Мы жили в общежитии, ты бесилась, когда я называла тебя Снежинкой, Жон Арк приставал к тебе каждый день, Руби горела энтузиазмом из глаз при любой задаче по лидерству… — Блейк читала свои книги. — продолжила за неё Вайсс с небольшой улыбкой. — Ниндзя Любви. Которые она упорно называла литературой, а мы все говорили, что это что-то… — Порнуха. Я так и говорила. Несколько раз. — Да, именно. Порнуха. — согласилась Вайсс, прежде чем перейти к новой теме. — И ты помнишь ту ночь перед балом? Янг не сдержалась и горько усмехнулась. — Это когда мы все сидели по своим местам и каждая делала вид, что она ничего не ждет и все нормально? А на самом деле каждая проверяла свой свиток, ожидая приглашения от Дэвида? Разумеется помню. Помню, как ты по несколько раз проверяла свое платье. Как Руби пыталась научиться ходить на каблуках. — Как Блейк выбирала себе новую ленточку. И как ты намыливала свои волосы, целых три часа подряд. — не уступила Вайсс. — Мы же тогда… пришли к соглашению. — Ага. Кто был первый, я уже не помню? — спросила Янг. — Ты. — указала на неё Вайсс. — Ты первая озвучила то, что у всех было на уме. У тебя единственной было достаточно храбрости для этого. — Ну а то. — вновь, горько усмехнулась Янг, смотря на свой протез. Прочный, крепкий, сильный. Но не рука. И никогда не сможет её заменить. — Я тогда просто сказала, что если мы начнем падать в ревность друг к другу, то разрушим команду. И предложила единственное правильное решение. Как я тогда думала. — «Кого он пригласит, того и выберет.» — повторила её слова Вайсс. — Да. Я помню это. И помню, что парень, у которого уже есть две девушки, может выбрать себе третью. Как Винтер хотела его придушить на месте, чтобы он не подбирался ко мне близко. Но я сама шла к нему. — Ага. Только Руби с её энтузиазмом хотела, чтобы мы все вчетвером к нему присоединились. — фыркнула Янг. — Но шесть девушек уже слишком много, даже для него. Особенно для него. — Ты злишься на него? — спросила прямой и честный вопрос Вайсс. Янг замолкла, смотря на свою бутылку. — Не знаю. С одной стороны, то, сколько он делал для меня в Биконе… Он же первый увидел, что я выдерживаю все. И попытался сделать все, чтобы облегчить мою ношу. Мне тогда действительно хотелось с ним быть. И даже ещё две девушки меня не сильно обижали. В нашей жизни, итак, достаточно странностей. — И он выбрал тебя. — тихим тоном, с некой обидой произнесла Вайсс. Янг услышала. Сделала глоток. — Именно. Выбрал меня. Я же тогда целый день не выходила из ванной. Все должно было быть идеально. Для него. Начиная с моих волос и платьем, заканчивая… — Я поняла. — поспешно перебила её Вайсс, пытаясь сделать так, чтобы её уши не слишком сильно горели красным. — Конечно, Снежинка. — улыбнулась Янг. Отпила из бутылки, прежде чем погрузиться в воспоминания. — Это был лучший вечер в моей жизни. Начиная с бала, заканчивая его окончанием. Все было идеально. Я впервые позволила себе отпустить все, что держало меня такой, какая я есть. И наконец-то расслабилась. — Я завидовала тебе. — честно призналась Вайсс и тут же сделала глоток. Янг присоединилась к ней. — Догадывалась. Хотя, скорее знаю. Тогда мне вся команда завидовала. Но меня это вообще не волновало. Я была счастлива. Действительно счастлива. И потом… — Янг опустила взгляд вниз, сжимая человеческую руку с силой. Вайсс мягко протянула к ней руку и аккуратно достала бутылку, чтобы она её не разбила. Стекло должно валяться в правом углу. — Он ушел. Сбежал. Когда я потеряла, руку, напарницу… Потеряла ещё и парня. Того, кого любила. Потом я поставила себе протез, нашла разрушенное оружие Блейк и отправилась нагонять их в Мистраль… И опоздала. Моя миленькая, младшенькая сестренка, Руби… Трахалась с Дэвидом. — Янг. Посмотри на меня. — обратилась к ней Вайсс. Янг подняла на неё глаза. Слегка влажные. Но слез не было. Уже давно не было. Огонь выжег все изнутри. Вайсс знала это и спросила шепотом. — Ты злишься на неё? Янг на несколько секунд остекленела. Будто снова оказывалась в том моменте, когда узнала про все это. И горько усмехнулась, отбирая бутылку из рук Вайсс, делая сразу несколько глотков. Опустила бутылку. Выдохнула. И вновь посмотрела в глаза Вайсс. — Нет. Как и на него. — призналась она. — Они просто оказались в такой ситуации, когда им нужно было найти кого-то, на кого можно опереться. И они нашли друг друга там. Я же… была бесполезным балластом. Далекая, апатичная, не способная ни на что… А ты, Вайсс? Янг посмотрела прямо в её голубые глаза. Вайсс не отвела, но внутри что-то похолодело. От того, какая она сейчас тихая и спокойная. — Ты радовалась, когда узнала, что мы с Дэвидом разошлись? — спросила она такой же прямой и честный вопрос. Вайсс застыла на месте. Руки сами собой нашли бутылку с пивом, и она рефлекторно сделала несколько глотков. Сквозь неприятный вкус и запах. Янг терпеливо ждала. Вайсс тяжело выдохнула. Взглянула в её сиреневые глаза. И… — Не надо. — неожиданно остановила её Янг, опуская взгляд вниз. Она подняла пиво и посмотрела на него. — Чую, я не хочу знать ответ. И опрокинула бутылку в себя, допивая до дна.*****
Спустя ещё пару дней появилась Руби Роуз. Мое наказание было почти закончено. Оставался один день. Я вышел вечером на улицу, готовясь к походу на ужин и сразу заметил её. Она шла от палатки Винтер не с милым и восторженным лицом, а нахмуренным, подмечающим все изменения, опасности, тревоги и проблемные места. Так будто бы это её лагерь. Я посмотрел на неё с сожалением и готовностью к чему-то подобному. Все поменялись. И логично предположить, что Руби тоже превратилась из милого комочка веселья, которая пьет молоко, потому что она уже взрослая, в человека готового на все, чтобы выжить. Раньше она пыталась мне помешать в моей мести под предлогом того, чтобы я не убил человека. Абсолютный запрет на это. Теперь я видел, как она смотрит на людей, сразу подмечая все детали, чтобы быстро их можно было ликвидировать. Её серебряные глаза не лучились весельем, а были сосредоточены на одной задаче. Выжить. И ради этого она может пойти на многое. — О, сеструнь! — крикнула Янг, выходя из-за поворота вместе с Вайсс Шни, которая вернулась откуда-то из той стороны лагеря. Склад, медпункт… Много вариантов. Бесполезно. — Ты наконец-то вернулась! — Привет Янг. — ответила Руби и её лицо разгладилось. Не идеально, но она любила её. Как и блондинка. Они обнялись и Руби повернулась к своей напарнице. — И тебе привет, Вайсс. — Давно не виделись. — сказала Вайсс спокойным тоном, также обнимая её. Её одежда была практически той же, что и в Биконе. Добавилась брошь в виде розы и корсет, но тот красный плащ оставался с ней. Всегда. Она когда-то упоминала, что это память о её погибшей матери. И даже падение мира не заставило её отказаться от этого аксессуара. — Как ты? — Жить буду. — цинично высказалась Руби. Как будто она тоже, простой, расходный ресурс. Как и я. — Что у вас в лагере? Винтер мне рассказала в общих чертах, но… — Ну, значит самое основное ты уже знаешь. — с улыбкой кивнула Янг. — Как тут проводились целые расследования, погромы, а также про мою драку с Грустяшем! — Да, Янг, ты, как всегда, пылаешь в своих эмоциях. — мягко сказала Руби. Она не бросалась в эмоции, а просто фиксировала их. Я стоял и курил, просто слушая этот разговор ожидая ужин. Оретти куда-то ушла, опять по своим делами, так что я оставался один. — Ну а то! Я же Янг Сяо Лонг! — с гордостью крикнула блондинка. — Мы помним. Не обязательно орать об этом каждый раз. — с недовольством произнесла Вайсс, делая вид, что прикрывает уши. Командная идиллия. Они все друг с другом близко знакомы и прекрасно взаимодействуют. Даже несмотря на все события, они слишком дружны. Вайсс матерится только в особенных ситуациях. Иногда воспитание с детства сильнее нас. Или с ней уже проводили беседы на эту тему. Не знаю. — Ну кроме вас, есть ещё люди. — пожала плечами Янг, продолжая идти к столовой. Я аккуратно затушил сигарету и вспомнил про весь свой арсенал. Три противника. В середине лагеря. Когда я ничего не мог пополнить. В случае драки, мне конец. Но… Кого-нибудь с собой, я успею забрать. Не провоцировать. Но и не прогибаться. — Это же ты, Генрих Шмидт? — подошла ко мне Руби смотря изучающим взглядом. Её оружие было за спиной, но я помнил, какое оно. Коса. И снайперская винтовка. Шедевр сумрачного гения. И самое главное это все работало. Она сама научила меня собирать оружие. Просто… в прошлом? Другом мире? — Да. — кивнул я, также рассматривая обновленную Руби. Она слишком сильно поменялась от той девочки, которая когда-то называла меня «Первым и лучшим другом в Биконе!». — Понятно… — понимающе кивнула Руби, а в следующее мгновение… Коса раскрылась за несколько секунд и лезвие тут же прижалась к моей груди. Но я к своему сожалению, был готов к этому. Мой кинжал оказался у её шеи. На расстоянии, не вплотную, но показать момент было необходимо. Вайсс нахмурилась и сцепила руки на своей рапире, Янг размяла руки, показывая готовность к схватке. У меня же нет Оретти. Да и даже с ней… Они бы её просто разобрали и убили. Так что пусть живет и не лезет в это. — Ты мог убить Янг. — тихо произнесла она, смотря не с ненавистью, а как на помеху. Которую надо устранить. Также, как и я, когда-то на неё. Ирония. — Мог. — согласился я. — Почему не сделал? — продолжала допытываться она. — Последствия. — односложно отвечал я. — Последствия… Хех. — невесело усмехнулась Руби, ни на миг, не ослабляя своего внимания. — О них не часто думают. Мне интересно, что помешало тебе в моменте. Она мыслит почти также, как и я. Это пугает. Что произошло, что Руби стала такой? — Осознание. — Какое? — Не стать хуже. — сказал я чистую правду. Руби слегка наклонила голову и на краткий миг, мне показалось, что я увидел свою старую подругу, которая слушала меня с восторженным взглядом серебряных глаз. Но нет, это лишь мираж. Она меня даже не знает. — Мы все стали хуже. — заметила Руби. Где-то вдалеке послышались быстрые шаги, но вскоре они остановились. Оретти. Я не отводил взгляда, не имея права проиграть в этой схватке. А остальные не пустят её. Даже одной Янг достаточно, чтобы лисичка отправилась в медпункт. Или могилу. — Ты очень странный человек, Генрих. Подозрительный. Говорят, ты вышел из Бикона. — Это правда. — спокойно согласился я. Врать ей не стоит. Она чует ложь. Но если правильно проводить диалог и молчать о нужном… — И зачем ты туда забрался? — спросила она с деланным интересом. Ни Янг, ни Вайсс, не вмешивались в этот диалог. — Мародерство. — вспомнил я старую легенду. Лучше нет. Так и не смог придумать. — Мародерство. — кивнула с важным видом Руби, но её глаза блеснули гневом. — В Биконе. Откуда никто не выходит. А ты смог. Не верю. — Другого ответа ты не получишь. Руби задумалась и лезвие косы ещё приблизилось ко мне, практически вдавливаясь в одежду. — Что ты там увидел, Генрих Шмидт? — продолжила она допрос, задавая правильные и нормальные вопросы. — Холод. — вспомнил я те ощущения. — Снег. Тех, кто рискнул туда залезть и не смог выбраться. А также тех, кто должен лежать в земле, но продолжает ходить по ней. Руби на несколько мгновений задумалась. — Раньше, я бы назвала тебя брехуном и прирезала. — призналась она. — Но в последнее время в мире стало слишком много безумия. Кого ты увидел? — Нора. Рен. Пирра. И Жон Арк, который командует всем этим. Единственный живой там. — продолжал я рассказывать эту историю. Рука уже потихоньку устает постоянно находиться на одном месте, но нельзя даже давать намек на это. Проигрыш. — Бедный Жон… — с печалью сказала Руби, даже отводя взгляд на землю. Я не обманывался. — Он был с нами и пытался помешать всему этому. Но… — Он выбрал покой. — сказал я за неё. Руби посмотрела на меня удивленным взглядом. — Он сам это сказал. И пытался убить меня за то, что я его потревожил. — Жон был милым мальчиком… И немного дурашливым. — продолжила делать вид, что погружается в воспоминания Руби. Она узнала, что я знаю о Янг. И пытается понять, откуда я могу это знать. Допрос не только при помощи насилия и угроз, но ещё и фактов обо мне. И это практически самодеятельность. Если они захотят залезть глубже… Как все это достало. — Он так долго пытался стать настоящим рыцарем, как в сказках. — продолжила Руби, пока я ни одним движением на лице не выдавал, что мне это знакомо. — И в итоге сдался. Печально, когда твои лучшие друзья, предают тебя. Я был таким же. И сам пытался убить тебя. Но ты этого не знаешь. И все равно, ты пришла мне на помощь. Я же спасал вас всех во время решающего боя. Чтобы не превратиться в кого-то похуже. — И поэтому, Генрих Шмидт, я не верю тебе. — закончила Руби, снова надавливая лезвием. Предательство, как травма. — Как ты выбрался? — Угрожал и убил Пирру. — ответил я. Янг отшатнулась и сжала кулаки, Вайсс сильнее сцепила руки на своей рапире, начиная наполовину её доставать, а Руби… Она сильнее вдавила косу. Так, чтобы моя грудь её чувствовала. — Ты смелый человек. — признала Руби спокойным тоном. — Я так понимаю, она была мертва? — Да. Мертвое должно лежать в земле. — пояснил я. — Мертвое… Хех. — снова усмехнулась Руби. — Мы все уже давно мертвы. И просто пытаемся что-то симулировать. Ты говорил о нашем лагере, как о жалких собирателях. Так зачем ты пришел? — Ищу одного человека. — сжал я зубы, начиная чувствовать, что сейчас становится опасно. — И думаешь, он здесь? Или, что мы побежим тебе помогать за твои услуги? — улыбнулась Руби. По злобному. С угрозой. — Это мое дело, что с этим делать. — снова начал чувствовать я раздражение. — Я помог вам. — И это подозрительно. Очень. Такие подарки от судьбы никогда не бывают просто так. Ты мне не нравишься. Точнее, никому не нравишься. И я пытаюсь понять, почему ты до сих пор здесь? Что у тебя на самом деле за цель, что ты до сих пор не ушел? Такие люди, как ты, вряд ли бы остались после такого давления на себя. Но ты все равно здесь. Из-за Оретти? Идеалы? Месть? Что-то ещё? Я сильнее сжал зубы, понимая, что она задает очень правильные вопросы. На которые даже я не могу дать правильный ответ. — Не скажешь? — слегка наклонила голову Руби. — Ладно. И убрала косу обратно. Я аккуратно стал отводить кинжал назад, готовый к тому, что сейчас все начнется. Но нет, Руби сделала шаг назад вставая рядом со своими подругами. Оретти обошла их и встала рядом со мной. Руби посмотрела на неё с сочувствием. — Я рада, что ты смогла преодолеть свою травму. — искренне сказала Руби. — А я рада, что мне в этом кто-то наконец помог. — ответила Оретти. Первый вызов элите. За меня. Очередной рост. — А не просто бросал соболезнующие взгляды. — Мы не могли помочь всем. — пожала плечами Руби. Не пытается помочь всем и каждому. Признала неизбежные потери. Это лидер, а не просто девочка с энтузиазмом. Особенно после смерти Блейк. — И выбрали сделать так, чтобы не сломать тебя окончательно. — Ага. Особенно, когда её пытались забрать силой. — хмыкнул я, скрещивая руки на груди. — Лагерь должен выжить, если мы хотим продолжать борьбу. — пояснила свою позицию Руби. — Я признаю, Генрих, что ты сделал много полезного. Но ты слишком подозрителен. И поэтому не обижайся, что под тебя начнут копать. Уже активно, а не так, как раньше. — Ты не боишься? — спросил я, говоря первую угрозу. Руби даже не удивилась. — Я давно перестала бояться. После всего этого, ко многому относишься более просто. Особенно к… — она посмотрела на мои руки. — Этому. Даже могу тебя понять. Я поморщился от такого внимания к своим порезам. Вот почему я не хотел, чтобы о них кто-то узнал. — Тебе ещё день работать на кухне? — уточнила Руби. — Тогда, сдавай оружие. На проверку. Я посмотрю, что у тебя с ним. Может быть, подправлю его. — Разоружить? — резко упавшим голосом спросил я. Я многое предполагал. Слежка, допросы и прочее. Но разоружение… это смерть. Просто отложенная на потом. Любой человек может прирезать меня во сне или из-за угла. Я… Допустим, смогу уклониться. Я умею драться без оружия. Но без него, это станет вопросом времени. Когда я умру. — Ты что, планируешь на кого-то напасть? — спросила с иронией Руби. Никакой жалости, доброты или чего-то подобного. Она смотрит не на людей, а на помехи и ликвидирует их, также… как и я когда-то. Когда сорвался. — Если хочешь, можешь оставить кинжалы. Потом сам на них посмотришь. Прах сдаешь Вайсс. Весь. Патроны, гранаты… Два кинжала. В лагере, полного различных людей. Где на меня банально могут напасть толпой и задавить числом. Это практически насмешка надо мной. — Мне интересно, как ты без ауры можешь его использовать практически также, как и мы. — кивнула Вайсс, смотря своими ледяными глазами на меня. Как на проблему, которая требует изучения. Как… ван Готт. Нет. Тот не относился ко мне с эмоциями. И для неё я такой же феномен. Просто с обликом знакомой девушки. Я не человек, а просто переменная, с которой они борются. — И подойди потом на склад. Получи новое пальто. — брезгливо заметила Руби. — Имей хотя бы два комплекта, чтобы всегда быть в закрытой одежде. Забота обо мне? Как иронично. Но это практически прямой загон меня в тупик. Только пробиваться через них. И я проиграю. Это… отвратительно. Снова меня ставят в ситуацию, где нет моего, никакого выбора. Хочется сделать назло. Хочется прямо сейчас, своровать проявление Руби и ворваться к ней, перерезая горло. Разрезать живот Янг. А Вайсс… Интересно, Винтер понравится вид её сестренки, после того как я доберусь до них? Я рефлекторно стал смотреть на ядро ауры Руби и стал пытаться найти её проявление. И не смог. Почему? У неё было быстрое перемещение. Но сейчас его нет на нужном месте. Изменилось? Улучшилось? Пропало? Если я не знаю, что оно делает, то… Я беспомощен. Я даже не могу сделать все назло. Это… уже не раздражает и не бесит. Это просто факт. И с ним, я ничего не могу сделать. Я же просто переменная. Как я могу бороться с фактами? Я очень аккуратно и бережливо расстегнул пальто, начиная тянуться за пистолетом, когда Руби меня перебила. — Поешь хотя бы сначала. — сказала она с тем самым, хмурым выражением лица. Забота. Видимая для меня. Как насмешка. В то время как меня вгоняют в клетку. На краткое мгновение у меня мелькнули воспоминания о лаборатории и том положении беспомощности. — Потом подойдешь в мастерскую. Там все сдашь. Развернувшись, Руби ушла самая первая. Вайсс и Янг пошли за ней признавая её, как своего лидера. Оретти подошла и без слов взяла меня за руку. — Это будет трудно. — прошептал я, чувствуя, как у меня опускаются и холодеют руки, после такого заключения. Ничего не поменяется. Никогда. Янг стала садистом, которая наслаждается тем, что причиняет другим боль и не знает тормозов. Руби стала худшей ипостасью меня. Вайсс превратилась в холодного рационализатора, как и ван Готт. — Они знают весь твой арсенал. — ответила она. — Даже если ты что-то спрячешь, то они узнают об этом. Я ещё раз выдохнул, пытаясь собраться. План. Нужен план. Но какой здесь план? Когда меня откровенно разоружают, чтобы я не был опасностью для лагеря! За все, что я сделал. Я думал, что мои старые знакомые хоть и изменились, но останутся примерно такими же. Но в итоге… Они стали даже хуже, чем я. Я по крайней мере честно говорил себе, что являюсь плохим, а они ищут оправдания для себя. Зачем мне держаться? За что? Просто не зачем. И не для чего. Все равно я ничего не могу поменять. — Ты хочешь уйти? — вдруг спросила меня Оретти. Я посмотрел на неё вопросительным взглядом. — Руби… дала тебе окно. Когда ты можешь попытаться уйти. Но если останешься, то… Куда? Куда мне идти? Некуда. Просто некуда. Я один в этом гребанном мире. И даже если начну кого-то искать, то… а кого? Все мои знакомые, здесь. В этом лагере. Ван Готт? Без понятия? Нео? Без понятия? Даже Озпин и Блейк мертвы. Я покачал головой, и моя рука полезла за сигаретами, прежде чем остановиться. Не хочу. Нет сил. Просто незачем. Зачем мне думать, если все уже решено? — Значит, остаешься. Зачем-то. — сказала спустя пару минут Оретти. Без дополнительных вопросов. Лиса хитрая. Но верная. — Нам надо готовиться к следующему раунду. — Да… — прошептал я, начиная идти в столовую на ужин, но чисто машинально. Я один. Абсолютно один в этом мире. И никто мне не поможет. Вообще. Только добьют, чтобы не мучался. Я бросил взгляд на свои порезы, скрытые под пальто. Может быть, не стоит и пытаться? … Я стоял в мастерской перед пустым столом. С аккуратно расстегнутым пальто. Здесь не было никого, кроме меня. Даже Руби вышла за дверь. Приговор. Пистолеты. Защитный прах. Гранаты. Не кто-то отобрал у меня, а я сам выложил их. Крюк-кошка. Руби сделала. Когда-то. Давным-давно. Осколок пирообсидиана. Давно про него не вспоминал. Каждая вещь была памятью. И каждая из них сегодня уходила от меня. Но это правильно. Переменной не нужна память. Переменная часто меняется. И в один момент может пропасть. Я опустошил все свои карманы. Вышел из комнаты. Увидел Руби, стоящую у стены. Она не смотрела на меня. Она смотрела на комнату за моей спиной. Ей не важен человек, а только то, что он носит с собой и какую представляет угрозу. Хотел огрызнуться. Хотел ударить её. Хотел сломать. Но не сделал этого. Потому что не мог. Переменная не влияет на факты. Она просто есть. И она зависит от фактов.***
— Он остался. — сказала Руби вечером, заходя со своей командой в палатку Винтер. Та отложила бумаги и кивнула на специально принесенные стулья. — Значит, мы начинаем копать. — И с чего начнем? — спросила Янг, присаживаясь на стул и начиная разминать руку с протезом. — С фактов. — невозмутимо сказала Винтер. — Что мы про него знаем? — Он вышел из Бикона. Он умеет собирать оружие, работать с прахом… — начала перечислять Янг, когда Вайсс подняла руку, останавливая её. — Не только. — сказала она, после того как Янг остановилась. — Он знает ещё и химию. В его патронах и гранатах используется порох, как прослойка для усиления эффектов праха. Он даже смог найти способ нейтрализовать немедленную реакцию. И таблетки. — Такие же, как у предателей? — сразу вцепилась Винтер. — Нет. Состав подобран умело. Чтобы выйти за грань своих возможностей, но пережить это. — покачала головой Вайсс. — Он умный. — кивнула Руби, раскладывая карту лагеря на столе. — Не просто бандит с дороги. — Мы можем это использовать? — спросила Винтер. — У нас есть некоторое количество пороха. — Бессмысленно. — мотнула головой Вайсс. — Прах с аурой работает также надежно. Даже чуть сильнее. Ему это необходимо, чтобы создать себе возможность, но обычным охотникам, это не нужно. — Его проявление. — подтвердила Янг. — Он игнорирует ауру. И совсем не может её использовать. — Это его основное преимущество. — пояснила Винтер. — Мало кто готов к такой резкой смене правил боя. И поэтому, он мог выживать. — Но мы про это знаем. И все в лагере тоже. — хмуро сказала Руби, отмечая палатку Генриха, поляну, где он занимается с Оретти и все остальные места, где часто проводит время. — Если кто-то захочет, то легко может его придушить во сне. — С ним в палатке находятся проверенные люди. Которые не сделают этого и не допустят кого-то другого. — сразу оговорилась Винтер. — Винтер, у нас течь. — спокойно указала Руби — Не просто подставы и борьба фракций, а натуральное предательство. С зачисткой следов, чтобы никто не нашел концов. Как мы можем быть уверены, что они сами, не являются предателями? — Я лично подбирала их. Тем более, он всегда спит наготове. Подойти к нему, это трудная задача. — сосредоточилась Винтер. — Но ты права, если это возможно, то… — Что? Личная палатка? И дозор? — спросила с сарказмом Янг. — Ага. И бабу найдем. — фыркнула Вайсс. — У него она уже есть. — заметила Янг. — Оретти. — Они же не в отношениях? — уточнила Руби, отмечая палатку Оретти. — Не-а. — покачала головой Янг. — Бегают друг от друга. У него тайны, а у неё… ну, вы знаете. — Это грустно. — признала Руби, склоняя голову вниз. — Она является опасностью для нас? — Нет. — покачала головой Винтер. — Только если мы не поставим её перед выбором, или лагерь, или Генрих. — Ну, то есть, что мы и хотим сделать. — иронично сказала Янг. — Янг. — остановила её Вайсс. — Что? Мы это и делаем. Просто прикрываемся заботой и чем-то подобным. — пожала она плечами, слегка сжимая кулаки. — Это нужно для безопасности лагеря. — невозмутимо сказала Руби. — Попробуйте наладить с ней отношения. Не стоит ставить её в такую позицию, но покажите, что все держится не только на одном Генрихе. — Ты хочешь выбить из-под него опору. — грустно усмехнулась Янг. — Нет. Просто сделать так, чтобы если случилась критическая ситуация, он не утащил её с собой. Минимизация рисков. — Она не оставит его. — тихо сказала Винтер. — Он сделал из кухарки сильного бойца. И Оретти не глупая девушка. Она поймет это и может, наоборот, ещё сильнее озлобиться против нас. — Тогда, будем действовать аккуратно. — слегка поменяла план Руби. — Вайсс, покажи ей, как правильно пользоваться прахом, Янг, продолжай тренировки. Я могу потом глянуть на её оружие. Винтер, ты не можешь её отправлять на какие-то миссии? Одну? — Руби. Это уже слишком. — вмешалась Янг. — Он еле держится. Теперь ты его обезоруживаешь и хочешь лишить напарницы. Тогда мы точно получим труп. И после того, как она вернется и узнает, что произошло, то можно не сомневаться, что почувствует. Руби посмотрела на неё взглядом серебряных глаз и на мгновение там блеснуло что-то от старой Руби. Она покачала головой, но согласилась. — Тогда, пусть остается рядом с Генрихом. — признала она её правоту. Лидер должен не только командовать, но и принимать советы от остальных. — Постарайтесь ограничить их координацию, но умеренно. — Смешно. — ещё раз грустно усмехнулась Янг. — Человек нам помогал, а мы за это давим его. — Янг. Это опасность. — повернулась к ней Вайсс. — И мы должны её контролировать. Янг только грустно покачала головой и ничего не ответила. — Ты видела его шрамы. — продолжила разбор Руби. — После этого он сорвался. Значит, не лезть к нему под одежду. Можно сделать время и место, где он может постираться в одиночестве. — Это уже практически забота. — сузила глаза Винтер. — Это забота о стабильности лагеря. — оспорила Руби. — Я не хочу, чтобы он мог иметь возможность что-то устроить внутри. И в тоже время, не собираюсь давать ему повода для взрыва. — Их уже, итак, достаточно. — снова сказала Янг. Руби ненадолго задумалась и вновь, на краткий миг, её серебряные глаза, которые были так похожи на глаза Генриха, блеснули какими-то эмоциями. Глаза Генриха были темнее всего лишь на несколько тонов. Казалось, лишь чуть-чуть и они будут такими же серебряными. Но нет. Серость. Сталь. — Пусть переедет в нашу зону. Вместе с Оретти. — сообщила свой вердикт Руби, отмечая их зону, а также место для новых палаток. — Мы сможем его контролировать и одновременно не дадим возможность его убить. — С одной стороны, ласка, с другой, кнут. — поняла её мысль Вайсс. — Предатели не успокоятся. — покачала головой Винтер. — Сейчас, когда вы пришли, это все поутихнет, но на будущее нужно понимание, что нам надо соблюдать больше скрытности, чем обычно. — Как и всегда. — прикрыла глаза Руби, принимая эту информацию. — Его оружие… Оно простое. Надежное. Сделано для того, чтобы можно было использовать при работе без ауры. Но вот его револьвер… — Приговор. — припомнила Янг. — Он так назвал его. Руби улыбнулась, вспоминая те дни, когда она считала, что оружие, это самые лучшие друзья и у каждого обязано быть имя. — Он сделан высококлассно. Так, как не может простой оружейник. Детали, сплавы, механика… Все идеально. Специально для него. — Настолько хорош в своем деле? — спросила с недоверием Вайсс. — Скорее, кто-то ему это сделал. Он же, после, научился за ним ухаживать. Возможно, помогал при сборке. — покачала головой Руби. — И ещё… — Что? — повернула на неё глаза Винтер. — Такое ощущение, что это моя школа… — призналась она с недоумением. — Детали слишком правильно лежат, так, чтобы их можно было быстро заменить, да и пронумерованы специально, для разборки и сборки оружия. Ни одного пустого места, все для чего-то используется. Все как в моей Кресент Роуз. Янг не сдержалась и фыркнула. — То есть, он мало того, что знает про нас, мы ему ещё и оружие делали? А дальше что? Окажется, мы лучшие друзья? — спросила она с сарказмом. — Это не уникально. — оговорилась Руби. — Но слишком похожий почерк. — Понятно… — постучала карандашом по столу Винтер. — Что ещё? — Он откуда-то знает Блейк. — сказала Янг, поднимая свои фиолетовые глаза на Винтер. — Как говорил, они встречались в Мистрале. И она с ним даже иногда переписывалась. Но… — Переписок не сохранилось? — уточнила Вайсс и получив подтверждение, лишь фыркнула. — Типичная ложь. — Он знал про то, что она бежала от прошлого. — тихо произнесла Янг и все остальные, тут же тяжело выдохнули, горюя о судьбе подруги. — Это не то, что она раскрывала первому встречному. — приняла новую информацию Руби. — Значит, хотя бы частично, это правда. Все замолчали, думая над всей этой информацией. — Итак… — спустя несколько минут, произнесла Янг. — Что мы будем делать? С Генрихом, а не с Оретти. — Следить. Подмечать. И также, стараться сдерживать. — пояснила задачи Руби. — Пусть он продолжит заниматься в мастерской. Или, если он разбирается в химии, пойдет в медпункт. Нам везде нужны люди. — Может… вернуть ему пару флаконов с защитным прахом? — неуверенно произнесла Янг. — Это практически насмешка. — сразу же сказала Вайсс. — Да. — легко согласилась Янг. — Но это хотя бы какая-то безопасность, на случай если что-то пойдет не так. Мы не всегда можем быть рядом с ним. Руби задумалась и отрывисто кивнула. Вайсс тяжело вздохнула, но достала принесенные с собой флаконы с защитным прахом и передала две штуки Янг. — Тогда ты и сообщишь ему о его новом положении. — подвела черту под диалогом Руби. И затем, немного неловко, стесняясь, повернула голову к Винтер, и задала вопрос совсем другим голосом. В котором было переживание, беспокойство, и… любовь? — О них ничего не известно? — Последние сведения пришли пару дней назад. Они выбрались из Мистраля и прибыли в Вейл. Им понадобится ещё много времени, чтобы добраться сюда. Недели две с половиной или около того. Руби тяжело вздохнула и с сожалением опустила взгляд вниз. Янг подошла к ней и потрепала по плечу. — Держись сестренка. Они вернутся. Как и всегда. — сказала она мягким тоном. — Ты же знаешь, они способны на это. — поддержала её Вайсс. И даже Винтер постаралась вселить в неё надежду. — Да. Как и всегда. — сказала Руби с маленькой улыбкой на лице. Янг улыбнулась грустной улыбкой и ещё раз потрепав её уже по волосам, как в далеком прошлом, вышла на улицу. Тяжело вздохнув, она снова посмотрела на флаконы с защитным прахом. Две штуки. Насмешка. Практически открытая. Но хоть что-то. — Ты практически на его стороне. — произнесла Вайсс, также выходя из палатки, оставляя Руби и Винтер, одних чтобы разобраться в делах лагеря. — Он… такой же, как и мы. — призналась Янг. — Тоже пострадал. — Понимаю. — с грустной улыбкой сказала Вайсс. — Травмы тянутся друг к другу? — Он смог помочь Оретти. — сказала Янг, смотря на луну. Разбитую, как и их жизни. — Думаешь, он может помочь тебе? — с небольшой иронией спросила Вайсс. — Не знаю. Но после того, как мы решили наш конфликт… С ним легче. Он не требует ничего. Просто есть рядом, как тот, на кого можно опереться. И не быть постоянно контролируемой. — Без контроля мы все погибнем. — заметила Вайсс, также смотря на луну. — Да. Но у него… — Янг замолчала, пытаясь подобрать слово. — Не такой. Он помогает тебе делать правильный выбор. Не решает за тебя, как лучше. — Ты до сих пор злишься на него за те события. — с пониманием кивнула Вайсс. Янг отвернулась, пряча лицо, чтобы никто не видел, какая боль у неё, в её фиолетовых глазах. — Нет. Я злюсь на себя. За то, что простила. И ничего не сделала. — хриплым тоном, признала она. — Я должна была… — Янг, нет. — приблизилась к ней Вайсс, кладя руку на плечо. — Ты сдержалась. Ты молодец. — Я этого совсем не ощущаю. — покачала головой Янг. — Скоро, ты поймешь. Иногда сила не в том, чтобы взорваться, а в том, чтобы сдержаться. Генрих такой же. Поэтому тебе с ним и нравится. — спокойно пояснила Вайсс. — Он тоже готовится сорваться. Но держит себя под контролем. — А я, вижу свою ситуацию. — вновь усмехнулась Янг и посмотрев на флаконы, сунула их в куртку. И отправилась в лагерь. Они наверняка на своем привычном месте. Но перед этим стоит зайти на склад. … Оретти тренировалась. Генрих сидел на привычном дереве и что-то чертил палочкой на песке. Янг видела, что он водил ногой, стирая свои записи. Скрывал. Но без цели. Просто работа. Она даже не могла его винить. И теперь ей нужно сообщить новые новости… — Хэй, ребят! — начала она с привычной улыбкой на лице приближаться к ним. Они знали, что сюда идет она. И ни один не обратил внимания. Генрих сидел, продолжая чертить без какого-либо плана, Оретти дралась своей глефой с невидимым противником, иногда даже слишком увлекаясь. Ничего. Нет ответа. — Ребят, вы чего? Они продолжали молчать. Только Оретти спрятала лезвия и продолжила орудовать посохом. — Да ладно, ну подумаешь, внеплановая проверка! — продолжила попытки пошутить Янг. Генрих сжал кулаки, и веточка в его руках надломилась. Но он дышал спокойно. Как человек, который смирился со своей судьбой. Злится, бесится, но понимает, что выхода нет. — Ребят? — Что тебе надо? — спросила Оретти, резко поворачиваясь к ней и беря посох на плечо. Чтобы быть готовой к чему угодно. Бой в их числе. — Я пришла сообщить последние новости. — сказала Янг. — Насчет тебя и насчет… Генриха. — Завтра с утра или сегодня ночью? — вдруг спросил он хриплым, тихим голосом. — Чего? — не поняла Янг. — Смерть. Убийство. Казнь. Или маскировка. Под самоубийство. Удачное. — отвечал он рваными фразами. Но без эмоций. Никакого сдерживания монстра. Готовность к смерти. — Эй, эй, Грустяш, ты чего! Какая смерть? — удивилась и немного испугалась Янг. — Та, от которой я так долго бегал. — тихим голосом произнес Генрих, даже не смотря на неё, а просто в землю. Никого не замечал. Действовал механически. — Это будет просто восстановление справедливости. — Это все после вас. — зашипела на неё Оретти, приближаясь к ней ближе. — Он помогал вам, а вы взамен готовы лишить его всего. — Мы просто беспокоимся о лагере… — попыталась объясниться Янг. — Ага. Конечно. — быстро кивала Оретти, сжимая руки на оружии до побеленных костяшек. — Когда бандиты готовили переворот. Когда тут цвело предательство и подставы. Когда мы находили вам ресурсы. Он помогал вам, а вы взамен решили его задавить. Также, как и обычные мародеры. Янг сделала маленький шаг назад, пораженная ненавистью, которая сквозила в голосе Оретти. Это была не девушка, которая пострадала от изнасилования. Это была напарница, готовая сражаться за своего напарника. И то, что она сравнила их с простыми мародерами, было больно. Очень. — Оретти. Не надо. — прозвучал усталый голос Генриха. Он поднял на них взгляд и в его серых глазах не было закаленной стали. Не было борьбы. Просто опустошенность и смирение со своей судьбой. — Мы знали, что это произойдет. Оретти резко повернулась к нему, дыша гневом и ненавистью, но даже не смея переводить это на него. Она злилась на весь лагерь, а вместе с ним и на мир за такие поступки. Генрих был сложным человеком. Но при этом искренне пытающимся поступать правильно. Да, через труд, боль, и кровь, но пытался. Они же предали его. — По лагерю уже ходят слухи. Ставки. — снова повернулась к Янг Оретти и выдавила ироничную улыбку. — Когда его прикончат. И как это сделают? Может, подскажешь? Чтобы я могла сорвать куш? — Мы ничего такого не планировали. — тут же замотала головой Янг, приподнимая руки. — Мы, наоборот, хотели его переселить к себе. — Элита… — грустно усмехнулся Генрих. — Без оружия. И без какого-либо способа защитить себя. Иронично. Он перевел взгляд на свои руки. На то место, где скрывались его порезы. И тихо прошептал себе под нос: — Первый опыт неудачный. Второй, должен пройти со всеми замечаниями. Оретти смотрела на него с болью в глазах держась за свое оружие, как за последнюю надежду. Она даже не могла подойти и подарить ему свою поддержку, ведь он не обращал на это внимания. А Янг со страхом поняла, что все это правда. Если человек один раз уже попытался уйти из жизни, то что помешает ему сделать это второй? Он в полной депрессии от такого признания своих заслуг. И одновременно невозможности как-то поменять это положение. И то, как он говорил… отстранено. Не рассуждал о себе, как о человеке, а просто как о факте. Никакого соболезнования, страха, или чего-то подобного. Простое решение и готовность его выполнить. Янг понимала, что все остальные узнают про это. И они… Нет, они не будут его добивать. Но будут ли ему помогать? Зачем? Такой Генрих гораздо выгоднее и безопаснее, чем тот, кто чуть не убил её. — Я принесла защитный прах. — сказала она, доставая пару флаконов. Оретти вся насторожилась, смотря на них. — И сигареты. — Так вот, кто это был… — с задумчивостью сказал Генрих приподнимая на неё взгляд из-под очков. Мутных, заляпанных очков. — Не стоило. — Нет, стоило. — сжала зубы Янг, начиная чувствовать, как все внутри начинает гореть от обиды за слом этого человека. Она начала идти к нему. — Ты не будешь думать в таком ключе. Не при мне… — Янг. — вмешалась Оретти, перегораживая проход. — Не лезь. Оставь здесь. И уходи. Вы уже все сделали. Янг с удивлением посмотрела на невысокую лисичку, которая встала на её пути. Она слабее её и легко могла быть побеждена. Оретти знала это. Но несмотря на это, она решилась помешать ей. Янг снова посмотрела на Генриха, который взял другую веточку и снова начал что-то чертить на песке. Без смысла. Просто занятие рук. И Янг почувствовала, что огонь в ней затухает. Потому что это не та проблема, которую можно решить кулаками, веселым разговором или чем-то подобным. Это травма гораздо глубже, чем у неё. Потому что он… Никому не нужен. Вообще. Кроме Оретти у него нет близких людей. И он, чтобы не превращаться в монстра решил скорее отключиться. Не позволить себе стать кем-то хуже. Она аккуратно положила все, что принесла на траву и сжала кулаки от бессильной злобы. Потому что никто из них, сейчас не может пойти навстречу друг другу. И они сами будут топить себя. Никакая не Синдер, Белый клык или бандиты. Только мы сами, кузнецы своего несчастья. Она развернулась и пошла обратно в лагерь слушая, что происходит сзади. Не было слышно зажигалки. Она молчала. Генрих даже не видел смысла в том, чтобы начать курить. Это отключение человека. Когда сердце бьется, легкие дышат, но уже нет никакого желания продолжать жить. И если Генрих рискнет пойти на это… Янг сильнее сжала зубы и направилась на тренировочное поле, надеясь отыграться хотя бы на манекенах. Но это не решит проблему. Она обернулась и посмотрела назад. Оретти сидела рядом с Генрихом, держа его за руку. Он никак на это не реагировал. Пачка сигарет осталась лежать в траве нераспечатанной. Янг быстро развернулась на пятке и пошла дальше.
Примечания:
А вы думали что герой останется неуязвимым? Или будет Мэри Сью? Зачем мне лишать его конечностей или что-то такое делать? Я сделаю интереснее...
