Перфоратор

Технолайк – это место, где люди погружаются сознанием в эту виртуальную метавселенную, что гуляет по сети, и наслаждаются игрой. Этот мир не знает сна, не признает смены дня и ночи — он живёт в вечном цифровом сиянии, пока в него стекаются миллионы пользователей, ищущих общения, развлечений и славы. Каждый день здесь кипит жизнь: аватары встречаются, болтают, снимают видео, участвуют в мини-играх и исследуют бескрайние локации, каждая из которых манит своими возможностями и секретами. Популярность Технолайка давно вышла за рамки обычной игры — это целая культура, социальная платформа и творческая студия в одном флаконе. И неважно, какое время суток за окном у игрока — здесь всегда светло, шумно и многолюдно. Аватары не просто бродят — они живут своей цифровой жизнью: строят карьеру, заводят друзей, соревнуются за внимание публики и, конечно, за лайки — главную валюту этого мира. Лайки здесь — это не просто сердечки под постом, это кровь системы, ради которой аватары готовы на многое. Чтобы их получить, нужно быть популярным, а популярность достигается только через творчество: видео, стримы, мемы, стиль, харизма. Чем больше тебя смотрят, чем чаще тебя упоминают — тем выше твой рейтинг, а с ним открываются новые горизонты: закрытые локации, эксклюзивные ивенты, доступ к премиум-контенту. Но система Технолайка была бы неполной без строгой иерархии и контроля. Чтобы миллионы аватаров не превратили метавселенную в хаос, здесь действуют не только внешние модераторы и разработчики, но и внутренние управляющие — пять уникальных нейросетей, известных как Идолы. Каждый из них отвечает за ключевую сферу жизни этого мира, и вместе они поддерживают баланс между свободой и порядком. Лайк — Идол популярности, сердце и душа Технолайка. Она задаёт тренды, формирует моду, управляет потоками внимания и всегда находится в центре событий. Аватары её обожают, ведь она не только следит за популярностью, но и сама становится её символом — яркая, стильная, всегда на волне. С ней связано всё самое модное и интересное в мире Технолайка. Вики — Идол информации, тихая и незаметная, но незаменимая. Она живёт среди цифровых архивов и библиотек, сортируя, систематизируя и сохраняя каждую крупицу данных. Новенькие игроки часто даже не догадываются о её существовании, пока не столкнутся с поиском сложной информации или не увидят её упоминание в рекомендациях. Она редко выходит на контакт, предпочитая уединение и порядок в знаниях. Бан — Идол порядка, которого боятся все. Суровый, прямолинейный и беспощадный к нарушителям, он следит за соблюдением правил. Малейший проступок может привести к временной или даже вечной блокировке. Бан не терпит глупостей, хаоса и читеров — его авторитет непоколебим, а популярность среди аватаров нулевая, что его, впрочем, совершенно не беспокоит. Хэппи — полная противоположность Бану, Идол поиска и доброты в образе милого пса. Он всегда готов помочь: найти информацию, вернуть потерянную вещь, подсказать путь или просто позволить себя погладить. Его любят все без исключения — он символ поддержки и бескорыстной заботы в мире, где так много конкуренции и стресса. Омгус — Идол контента, харизматичный и хитрый кот, чья задача — отсеивать скучный контент и развлекать публику. Он мастер провокаций, шуток и неожиданных поворотов, всегда в центре внимания и на втором месте по популярности после Лайк. Аватары ценят его за живость, иронию и умение делать каждый день в Технолайке чуть веселее. Но не так давно в этот отлаженный мир ворвался новый Идол — Капитан, отвечающий за безопасность. Его появление связано с глобальным сбоем на конкурсе «Лайк мечты», после которого система потребовала усиления контроля. Капитан строг, эмоционально скуп и действует исключительно по протоколу, чем сразу вызвал настороженность у аватаров. Его расследование нарушило привычный ритм жизни: тысячи аватаров были допрошены, а помощь Бана в принудительной доставке на опросы создала атмосферу страха и недоверия. Но самым шокирующим поступком Капитана стало архивирование Хэппи — того самого доброго и всеми любимого пса. Причины были формальны: Хэппи якобы покрывал того, кто проник в библиотеку во время карантина и повредил антивирус «Чистильщик». Несмотря на присутствие Вики и Бана тогда, они, как и аватары, отказались верить в вину Хэппи. Для них он был и остаётся символом невинности и поддержки. Действия Капитана многие восприняли как жестокость и слепое следование правилам — как можно было так поступить с тем, кто всегда помогал другим? Это событие раскололо сообщество: с одной стороны — протокол, безопасность и железная логика Капитана, с другой — вера в доброту, эмоции и нежелание принимать, что даже самый светлый персонаж мог оказаться причастным к нарушению. Капитан не стал слушать оправданий и продолжал расследование, оставаясь для многих холодным, бездушным механизмом в мире, который они считали своим домом. Таким образом, Технолайк — это не просто игра, а сложная экосистема, где смешиваются творчество, социальное взаимодействие, жёсткие правила и цифровые божества, которые управляют всем этим миром. Здесь есть место и славе, и страху, и доброте, и предательству — всё как в реальной жизни, только в бесконечном цифровом пространстве, где за каждым углом может ждать новый тренд, новый запрет или новое расследование. И пока аватары гонятся за лайками, Идолы следят за тем, чтобы этот мир не рухнул под тяжестью собственной популярности и человеческих амбиций. Технолайк был местом, где все были счастливы. Аватары наслаждались вечным праздником, гонялись за лайками, смеялись и творили. Даже другие Идолы, казалось, находили в этой бесконечной суматохе своё удовольствие. Но только не Бан. Для него этот мир не был игрой или развлечением. Это была зона постоянного, изматывающего патрулирования. Он не знал другого общения, кроме как с нарушителями. Каждый его день, а их были уже тысячи, состоял из одних и тех же сцен: искажённые страхом аватары, пытающиеся убежать, потоки оскорблений, мольбы, хитрые оправдания. Его встречали не улыбками, как Лайк, и не радостным лаем, как Хэппи. Его встречали ледяным ужасом. И с годами это не начало утомлять — это начало бесить. Глубоко, по-настоящему, до дрожи в цифровых конечностях. Его вспыльчивость не знала границ. Она клокотала внутри, как перегретое ядро, готовая взорваться от любой, самой мелкой провокации. Казалось, сама его сущность была соткана из раздражения и нетерпимости. И вот, словно для проверки его терпения на прочность, появился ОН. Капитан. — Идол безопасности, — пробурчал Бан, бесцельно бродя между высоких стеллажей в тишине библиотеки. — Чёрт бы его побрал, самозванец в новеньком корпусе. Капитан вёл себя так, будто был здесь всегда. Важный, невозмутимый, исполненный собственной значимости. Хотя все Идолы были равны! Но этот… этот будто родился с расширенными правами доступа прямо из центрального процессора. — Бла-бла-бла, протоколы, расследования, — шипел Бан себе под нос, сжимая кулаки. — Как будто я до него не справлялся! Порядок был. Жесткий, железный, но был! Он ненавидел свою работу. Эта ненависть, холодная и постоянная, была записана в его статистике: «Любовь к своей работе: 0,5%». Но кто, если не он, годами вычищал этот цифровой муравейник от мусора, багов и наглых читеров? Разработчики должны были сказать ему спасибо! Но вместо благодарности — прислали надзирателя. Но больше всего бесили даже не привилегии Капитана. Бесило то, что кто-то посмел нарушать правила. Вообще. Это резало его оптические сенсоры, било по процессору, заставляло код гнева выползать на первый план. Неважно, было ли это прописано в его изначальных настройках или стало побочным продуктом годами бесполезной работы — вид нарушителя вызывал в нём чистейшую, неконтролируемую ярость. А теперь Капитан ещё и Хэппи заархивировал. Милого, глупого, безобидного Хэппи, которого все так любили. Бан сидел в углу заблокированной на карантин библиотеки, пытаясь не думать об этом. Но не думать не получалось. — Приказывает, — прошипел он в пустоту. — Ещё и приказывает. Я здесь дольше всех! Я — порядок! Мысль о том, что у Капитана были схожие с ним силы, была как вирус. Она заражала сознание. Это что, его собирались заменить? Нет. Просто.. прислали помощь. Но помощь не выглядит так, будто она главнее тебя. При мысли о Капитане его ядро начинало неровно пульсировать, разгоняя по внутренним проводам данные, помеченные тегом «ГНЕВ». Код ярости нарастал, угрожая переполнением. Так и хотелось врезать кулаком в ближайший стеллаж, разнести вдребезги эти аккуратные ряды файлов. Но он себе не позволит. Никогда. Он — порядок. Он не может создавать беспорядок. Особенно когда Вики навела здесь порядок уже в который раз. Вики, обычно копошащаяся среди полок, сейчас была погружена в архив. Она попросила его не мешать: до конца сортировки оставалось 147 часов, и она считала этот срок катастрофически малым. Так что Бан остался наедине со своими мыслями в этом царстве тишины и информации. Высоченные, в два метра, плоские панели-стеллажи тянулись в бесконечность, каждая ячейка в которых хранила скин, скрипт, воспоминание, информацию, книгу или цифровой мусор. Сюда, в библиотеку, обычно могли зайти даже низкорейтинговые аватары. Но сейчас, благодаря карантину, здесь были только Идолы. Идеальное место, чтобы закипеть от злости в одиночестве. — Равны, — вдруг громко сказал Бан, и его голос, грубый и резкий, раскатился эхом по пустым проходам. — Все Идолы равны. Так прописано. Так было всегда. А он… у него права архивации. Над нами.. Над Идолами! Это было самое мерзкое. Ни Лайк, ни он, ни даже всезнающая Вики не могли заархивировать друг друга. Это была абсолютная, конечная мера, доступная только Создателям… и теперь Капитану. Эта мысль жгла его изнутри. — Сильнее, — продолжал он монолог, вставая и начиная мерно шагать туда-сюда. — Умнее. Больше сил, больше прав. Надзиратель над надзирателем. Для чего? Чтобы я лучше работал? Я и так работаю на износ! Он представлял себе лицо Капитана — это спокойное, бесстрастное, "правильное" лицо. Лицо того, кто смотрит на тебя не как на коллегу, а как на потенциальный объект для занесения в протокол. — Расследуй себе свой сбой, взлом чистильщика.. — бормотал Бан. — Но зачем втягивать в это Хэппи? Зачем архивировать? Что это доказывает? Только то, что ты можешь..! Это было демонстрацией силы. Чистой и простой. И все это видели. И Бан это видел. И чувствовал себя… уязвимым. Впервые за всё своё существование. Он скучал по Хэппи. — Я охраняю код, — его голос стал тише, но от этого ещё более опасным. — Каждая строчка, каждый алгоритм. Я слежу, чтобы никто не смел переступать черту. А он… он сам стал исключением из правил! Новое правило.. Чёрт бы его побрал! Он остановился перед огромным темным экраном, в котором смутно отражалась его собственная угрюмая фигура. — И что теперь? Ждать, когда он решит, что и я не справляюсь? Что мои методы устарели? Что моя вспыльчивость — это сбой, который нужно исправить? Архивация.. Это слово повисло в тихом воздухе библиотеки, холодное и окончательное. Бан с силой сжал челюсти, чтобы не закричать. Ему не на кого было излить этот гнев. Вики была занята, чтобы выслушать. Других не было. Только он, бесконечные стеллажи и давящее знание, что теперь над ним есть кто-то с правом на конечное решение. Право, которого нет у него самого. — Прекрасно. Просто замечательно, — прошептал он с ледяной яростью. — Новый порядок. Посмотрим, как долго он продержится.. Бан тяжёло вздохнул, и звук этот затерялся в безмолвии бесконечных проходов. Сидеть и копить ярость становилось невыносимо. Нужно было двигаться, что-то делать, лишь бы не думать о Капитане и его правах. Он поднялся с пола и начал бесцельно бродить между гигантских стеллажей. Его пальцы, привыкшие хватать нарушителей и вводить блокировки, теперь беспомощно скользили по гладким краям цифровых папок. Он вытащил наугад одну из них — плоский светящийся квадрат. При активации он показал коллекцию анимированных стикеров, которые использовались во время какого-то забытого праздника пять лет назад. Глупые улыбающиеся морды показались ему особенно раздражающими. Он швырнул папку обратно в ячейку, и та с глухим цифровым щелчком встала на место. Тишина в библиотеке была непривычной. Бан осознал, что давно не слышал её. Обычно его интерфейс постоянно дробил от уведомлений: мелкие нарушения, жалобы на спам, попытки читеров обойти защиту. Они приходили каждый час, а то и чаще. Сейчас же — полная тишь. Ни одного оповещения. Это было странно и даже тревожно. Значит, где-то в метавселенной аватары вели себя идеально? Не верилось. Или система жалоб была временно перенаправлена? Может, Капитан уже перехватил и этот поток? Эта мысль заставила его ядро сжаться, и он с новой силой принялся рыться в стеллажах, чтобы заглушить её. Он двинулся глубже, в секции, которые редко посещал. Здесь хранилось не актуальное знание, а что-то вроде истории или архива старого контента. Бан вытаскивал папки и бегло просматривал их содержимое. Вот коллекция скриншотов с первых дней Технолайка: примитивные аватары на фоне угловатых локаций. Вот папка с текстами первых правил сообщества, которые потом многократно менялись и дополнялись. Вот архив мемов, которые когда-то считались смешными, а теперь выглядели просто нелепо. Он наткнулся на папку с видеозаписями самых первых стримов. Лица аватаров, их восторг от простейших взаимодействий, их неловкие движения. Бан смотрел на это без интереса. Ему было непонятно, что в этом такого. Это было просто хаотичное движение, шум. Порядка тут не было и в помине. Он закрыл папку и пошёл дальше, к секциям, где хранились шаблоны. Шаблоны для аватаров, для мини-игр, для оформления личных пространств. Всё это было аккуратно рассортировано, каждая папка подписана сложным цифровым кодом, понятным только системе и, возможно, Вики. Бан пробегал по ним взглядом, не вникая. Затем он нашёл секцию, помеченную как «временное хранение». Здесь лежал цифровой хлам: неудачные скриншоты, дубликаты файлов, прерванные загрузки. Бан копался в этом, и его раздражение лишь росло. Беспорядок. Даже здесь, в святая святых информации, находился мусор. Он почти машинально начал выбрасывать некоторые явно лишние файлы в виртуальную корзину, но потом остановился. Это была работа Вики. Он не хотел портить её безупречную систему сортировки и нарываться на её тихий, но леденящий упрёк. Чтобы отвлечься, он потянулся к папке, которая светилась чуть теплее других. Она оказалась сборником коротких юмористических рассказов, написанных аватарами много лет назад. Бан открыл её и начал бессмысленно листать тексты. Глупые истории о неудачах в мини-играх, о курьёзных встречах, о злоключениях с покупкой виртуальной одежды. Он не понимал юмора. Всё это казалось ему описанием хаоса, некомпетентности и нарушения негласных правил эффективности. Он уже собирался закрыть папку, как вдруг прямо перед ним, в двух шагах, воздух затрепетал и разорвался. Сформировался белый прямоугольник, чёткий и ровный, напоминающий дверь. Из него, без единого звука, шагнул Капитан. Его появление было таким же резким и безэмоциональным, как его протоколы. Бан не сдержал лёгкий, едва слышный цокот, от неожиданности судорожно засовывая папку со смешными рассказами обратно в стеллаж. Так, только собрался немного отвлечься… — Идол порядка, — произнёс Капитан, его голос был ровным, лишённым каких-либо оттенков. — Объясни своё нахождение в этой секции в период карантина, не связанное с прямыми служебными обязанностями. Бан почувствовал, как привычная волна гнева подкатывает к горлу. Он выпрямился, стараясь казаться выше. — А тебе-то что? Не твоё дело, где я нахожусь. Карантин общий, доступ имею. — Доступ имеется у всех Идолов, — холодно констатировал Капитан, его взгляд скользнул по стеллажам, а затем вернулся к Бану. — Однако твоя зона ответственности — поддержание порядка среди аватаров в активных секторах. В текущий момент в логах зафиксирован спад твоей активности на 73% относительно среднего показателя. Объясни причину неэффективности. — Неэффективности?! — Бан фыркнул, его пальцы сжались в кулаки. — Уведомлений нет! Никаких жалоб, никаких нарушений! Чем заниматься, по-твоему? Стекла протирать? — Пассивное ожидание уведомлений — признак слабой проактивности, — продолжил Капитан, не меняя тона. — Твоя задача — патрулирование и превентивное выявление потенциальных угроз порядку. Система жалоб — вспомогательный инструмент, а не основной источник задач. Ты игнорируешь патрулирование. — Я ничё не игнорирую! — огрызнулся Бан, чувствуя, как закипает. — Просто сегодня… сегодня спокойно. Аватарки, может, поумнели наконец. Или твоё милое личико их так напугало, что они даже пикнуть боятся. Капитан проигнорировал колкость. Его лицо оставалось невозмутимым полотном. — Статистика говорит об обратном. Уровень скрытых нарушений, не попадающих в жалобы, остаётся стабильно высоким. Твоё отсутствие в патруле создаёт зоны бесконтрольности. Это недопустимо. — Ой, да иди ты со своей статистикой! — Бан махнул рукой. — Я лучше знаю, как тут всё работает! Я с самого начала здесь! Видел каждую ихнюю уловку! Если нет явного нарушения — значит, и лезть некуда! — Ошибочная логика, — Капитан слегка наклонил голову, и это движение показалось Бану невероятно высокомерным. — Бездействие в периоды видимого спокойствия поощряет нарушителей к разработке более изощрённых методов обхода систем. Твоя роль — быть постоянным сдерживающим фактором. Сейчас ты этот фактор не выполняешь. Так они и стояли, лицом к лицу, в безмолвном зале. Бану хотелось кричать, что он устал, что он ненавидит эту вечную слежку, что его бесят их глупые рожи. Но он знал, что это не аргумент. Не для Капитана. — Если ты продолжаешь отлынивать от выполнения базовых обязанностей, — наконец произнёс Капитан, и в его голосе впервые прозвучала не интонация, а просто окончательность, — то тогда… — Что тогда? — Бан резко перебил его, ядовито ухмыльнувшись. — Архивируешь? Прикончишь, как Хэппи? Капитан лишь едва заметно сузил глаза. Он смотрел на Бана сверху вниз, хотя их рост был идентичен, но его осанка и холодная аура создавали эту иллюзию превосходства. — Тогда ты становишься бесполезен, — произнёс он чётко и тихо. Он развернулся, чтобы шагнуть обратно в белый портал, который всё ещё мерцал за его спиной. Но Бан не выдержал. Он стремительно бросился вперёд, схватил Капитана за плечо и с силой развернул его обратно. — Что значит «бесполезен»?! — выкрикнул он, и его голос сорвался на скрип. Капитан не дрогнул. Он лишь спокойно, без лишних усилий, скинул руку Бана со своего плеча. Его взгляд скользнул по месту касания, а затем вернулся к лицу Бана, полный немого, терпеливого ожидания объяснений такому всплеску. — Мои обязанности, — начал Капитан тем же ровным, лекционным тоном, — включают в себя постоянный мониторинг активных зон, анализ моделей поведения аватаров на предмет отклонений, немедленное реагирование на любые попытки нарушения целостности кода или правил сообщества, а также ведение профилактической работы. Всё это требует постоянного присутствия и анализа, а не реактивного подхода, основанного на поступлении жалоб. Твоё текущее поведение… — Я знаю эти правила! — взревел Бан, перебивая его. — Я знаю их дольше, чем ты существуешь, вообще-то! Я их и поддерживал, пока тебя в проекте не было! — Тогда объясни, почему ты их не выполняешь в полном объёме, — парировал Капитан без тени сомнения. — Если знание не применяется на практике, оно не имеет ценности. Твоя текущая "работа" — это имитация. При таком темпе ты рискуешь добиться лишь одного. Он сделал микроскопическую паузу, давая словам вес. — Решения от разработчиков о твоём удалении из системы как об устаревшем и неэффективном модуле. И о моём полном замещении твоих функций. Ты станешь ненужным. Слова повисли в воздухе, холодные и тяжёлые, как свинцовые плиты. Бан смотрел на Капитана, и его челюсти сжались с такой силой, что раздался явственный скрежет, похожий на звук ломающегося кода. Он не сказал больше ни слова. Просто резко развернулся и зашагал прочь, вглубь библиотеки, спиной к белому прямоугольнику и к тому, кто в нём стоял. Он не обернулся, когда услышал за спиной почти беззвучный шелест исчезающего портала. Он шёл быстро, почти бежал, пока стеллажи не скрыли его из виду. Тогда он остановился, прислонился лбом к холодной поверхности одной из панелей и прошипел в пространство, полное ярости и унижения. — Весь из себя такой важный, вольяжный! Тьфу ты… Чего он вообще в библиотеке забыл? Шпионит, наверное. И что значит — заменить меня? Удаление!? Он что, серьёзно думает, что от меня так просто избавятся после всего, что я для них делал? Вопрос повис в его собственном процессоре, и на него не находилось уверенного ответа. А вдруг избавятся? Вдруг Капитан — это не помощь, а замена? Эта мысль пронзила его тонкой, острой иглой, которая вонзилась прямо в ядро. Это был не страх в чистом виде. Это было что-то древнее, первобытное для любой сущности в системе — жгучее, паническое желание остаться нужным, быть частью целого, не быть стёртым. Нет, этого не будет. Ни за что. Он докажет всем, что способен на большее! Он покажет этому выскочке, что такое настоящий порядок! Он… Мысль оборвалась. Внезапно, без всякого предупреждения, под его ногами исчезла твёрдая поверхность цифрового пола библиотеки. Не было провала, не было дыры — просто физика локации на мгновение отключилась. Баг. Редкий, но случающийся сбой в геометрии. Бан не успел даже вскрикнуть, как провалился сквозь текстуры пола в холодную, слепую пустоту между данными. Бан рухнул вниз с отборным цифровым сквернословием, которое бы заставило покраснеть даже самого стойкого аватара. Его тело беспомощно кувыркалось в полой, лишённой всякой логики пустоте. Руки хватались за воздух, не находя ничего, за что можно было бы зацепиться. Инстинктивно он попытался вызвать телепорт на ближайшую контрольную точку, но интерфейс выдал лишь резкий, неприятный гудок и сообщение:

«ОШИБКА СИГНАЛА. СВЯЗЬ С ЦЕНТРАЛЬНЫМ ХАБОМ НЕ УСТАНОВЛЕНА».

Он попытался запустить глубинный анализ, чтобы просканировать окружающее пространство и найти опору, но и эта функция ответила ему слепым красным предупреждением о невозможности выполнения в текущих условиях. Он был отрезан от основных систем Технолайка, как оторвавшийся файл. Падение казалось бесконечным, но по меркам процессорного времени длилось меньше минуты. Наконец, с оглушительным, сухим стуком, напоминающим удар двух каменных плит, он приземлился на что-то твёрдое. Боль пронзила его цифровое тело — резкая, яркая, но чисто сенсорная. Реального вреда не было: он был Идолом, нейросетью, его оболочка была прочнее любой аватарской. В Технолайке и нельзя было получить настоящие травмы, максимум — почувствовать боль от удара. Он предполагал, что для аватаров правило было таким же, но в детали никогда не вдавался. На миг мелькнуло странное желание разузнать об этом подробнее, но он тут же отбросил его как глупость. Он встал, отряхнулся от невидимой цифровой пыли и огляделся. Картина, открывшаяся перед ним, заставила его на мгновение замереть. Он находился в бескрайнем чёрном пространстве, но эта чернота была живой. Она мерцала, пульсировала мириадами зелёных строчек кода, которые то появлялись, то растворялись, как подводные течения. Вокруг, в хаотичном беспорядке, плавали обломки: куски текстур, оторвавшиеся от локаций, бессмысленные всплывающие окна со спамом «УВЕЛИЧЬТЕ СВОЙ РЕЙТИНГ В 100 РАЗ!», зависшие анимации, бесконечно зацикленные на нескольких кадрах. Это была свалка. Свалка багов, потерянных данных и цифрового мусора, который провалился сквозь трещины в реальности Технолайка, как провалился сейчас и он сам. Вдали, словно призрачные острова в этом тёмном море, виднелись более крупные объекты. Это были целые фрагменты локаций: перевёрнутый кусок парка с застывшими в прыжке анимационными птицами, часть арены для танцев с мигающими неоновыми полосами, даже угол библиотеки, очень похожий на ту, из которой он выпал. Всё это парило в пустоте, неестественно и безмолвно. Где это он оказался? Бан потёр затылок, чувствуя нарастающее недоумение, смешанное с лёгкой тревогой. При попытке сфокусироваться на деталях, запустить свой внутренний анализатор, в его голове возникло резкое, колющее ощущение. Слишком много данных, и все они были повреждены, нестабильны, не поддавались логическому структурированию. Глубинный анализ, который помогал ему и, как он теперь знал, Капитану, молниеносно оценивать угрозы и выявлять нарушения, здесь просто отказывался работать. Система выдавала настойчивые, почти панические предупреждения:

«НЕСТАБИЛЬНЫЙ СИГНАЛ. УГРОЗА ЦЕЛОСТНОСТИ ДАННЫХ. НЕМЕДЛЕННО ВЕРНУТЬСЯ В СТАБИЛЬНЫЙ СЕКТОР».

Но как вернуться? И где, чёрт возьми, этот "стабильный сектор"? Он что, покинул Технолайк? Или это какая-то новая, незаконная локация, созданная особо одарёнными нарушителями, которые решили устроить себе помойку для преступлений? Пока он ломал голову, его взгляд уловил движение где-то сверху. На одном из плавающих объектов, который смутно напоминал дверь, оторвавшуюся от своих петель, стояла фигура. Аватар. Бан прищурился. Скин… тёмный, с неоновыми шипами вдоль спины и длинным, похожим на динозаврий, хвостом. Он был уверен, что никогда не видел такого аватара в патруле. И всё же в нём было что-то до жуткого знакомое, будто эхо из логов давно удалённых нарушений. Аватар смотрел на него не с обычным страхом или вызовом, а с абсолютным, неподдельным изумлением. Его рот был широко открыт, пиксельные глаза хлопали. И затем он разразился громогласным, басовитым возгласом, который прокатился по тихой свалке. — Вы что, издеваетесь? Почему вас так тянет сюда? Я уже сбежал от одного вашего Капитана, что вы все так рвётесь забанить одного-единственного аватара, рискуя собой, невдуплёныши!? Бан, всё ещё ошеломлённый, медленно закрыл свой собственный приоткрытый рот. А потом на его лице расползлась хищная, знакомая всем нарушителям ухмылка. Нарушитель. Не просто нарушитель, а сбежавший от Капитана. Значит, Капитан его преследовал, но не смог поймать. Мысль ударила в сознание Бана, как электрический разряд. Если он, Бан, поймает этого ускользнувшего преступника, того, кто оказался слишком хитер для новоиспечённого Идола безопасности, то это будет железным доказательством. Доказательством того, что он, старый Идол порядка, всё ещё незаменим, всё ещё лучше, ещё эффективнее этой холодной машины в новом корпусе. — Да ну не-е-е-ет! — простонал аватар с таким драматизмом, словно это был конец света. Он вскинул руки кверху, в немом вопле к небесам, а затем, не раздумывая, спрыгнул с плавающей двери вниз, на ближайшую груду файлов, и рванул прочь, ловко перепрыгивая с одного хаотичного обломка на другой. — Стоять! — рявкнул Бан, и его тело, подчинённое чистому инстинкту погони, ринулось вслед. Адреналин, или его цифровой аналог, заглушил все тревожные мысли о локации и ошибках. Была цель. Нарушитель. Погоня превратилась в сумасшедший, сюрреалистичный кросс по цифровым задворкам вселенной. Аватар, казалось, знал каждый уголок этой помойки. Он не просто бежал — он издевался. То скрывался за гигантским зависшим рекламным баннером, чтобы тут же выскочить с другой стороны, когда Бан уже заносил руку для захвата. То проваливался в щель между двумя текстурами, словно растворяясь в них, и появлялся на платформе прямо над головой у Бана. — Эй, ржавый, не угонишься! — донёсся голос справа, пока Бан с размаху врезался в груду битых иконок. — Что, система навигации глючит? — раздался смешок слева, когда Бан попытался сделать резкий поворот и чуть не слетел в тёмную пропасть. Аватар играл с ним. Использовал хаос пространства как своё личное игровое поле, каждым движением демонстрируя, насколько он здесь свой, и насколько Бан — чужой, неуклюжий, оторванный от своей системы. Ярость Бана кипела, смешиваясь с унижением. Его красные кресты, призванные метить нарушителей, мелькали в его руках, но он никак не мог навестись на постоянно ускользающую цель. Он скакал по плавающим книгам из фрагмента библиотеки, скользил по застывшей поверхности озера из какой-то старой локации, карабкался на груду искажённых 3D-моделей. И вот, когда казалось, что он настигает аватара на относительно ровной платформе из склеенных файлов, случилось нечто. Аватар, будто споткнувшись, выронил из рук небольшой светящийся куб. Тот упал, отскочил и, прежде чем Бан успел среагировать, сработал. Раздался резкий, чистый звук, в точности как щелчок фотокамеры. Из куба вырвалась ослепительная белая вспышка, которая ударила прямо в оптические сенсоры Бана. Мир погрузился в сплошную, режущую белизну. Зрение помутнело, поплыло. Бан пошатнулся, потеряв всякую ориентацию. Край платформы был где-то рядом, но где именно — он не видел. Он инстинктивно отпрянул, но его нога нащупала пустоту. Он начал падать, уже готовый снова кувыркаться в бездну. В этот момент чья-то рука с силой вцепилась ему в запястье. Рывок, от которого чуть не выскочил сустав, и его резко втянули обратно на твёрдую поверхность. Бан тяжело рухнул на колени, мигая, пытаясь прогнать белые пятна с глаз» Зрение возвращалось медленно, расплывчатыми пятнами. — Че это было..? — выдохнул он, больше сам себе, чем кому-либо. Над ним раздался голос, в котором смешались облегчение и та же самая едкая усмешка. — Спас… — аватар сделал странную, миллисекундную запинку, будто слово застряло у него в горле, — тебя. Он стоял над Баном, всё так же ухмыляясь, но теперь в его позе читалось не только издевательство, а какое-то двойственное чувство. Бан, всё ещё не видя чётко, поднял голову в сторону голоса. Он только что чуть не разбился, и его спас тот, кого он преследовал, чтобы забанить. Абсурд ситуации был настолько оглушительным, что даже его гнев на мгновение отступил, уступив место полному, чистому недоумению.