Моя жуткая зависимость

Я очнулась в неизвестном помещении, в полном одиночестве. Это была маленькая комната с темными обшарпанными стенами, где работала лишь одна моргающая лампа. В углах шныряли крысы, где-то в углу виднелась паутина. Место выглядело заброшенным.   Оглядев себя, я поняла, что на мне не моя одежда. Лишь грязные лохмотья. Фантастика.    Моя голова раскалывалась, отказываясь хоть немного напрячься. Казалось, что я даже не до конца осознавала происходящее. Но тут где-то за дверью послышался шум, который довольно быстро приближался. Я начала отползать в самый темный угол комнаты, надеясь слиться со стеной. Но меня опередили — в комнату вошел мужчина. Он глазами обвел помещение, и его взгляд остановился на мне. Столь холодный, выражающий смесь неприязни и радости.   — Ну что, деточка, здравствуй, — произнес мужчина грубым голосом. — Ты не бойся, сейчас тебе все расскажут и покажут. Только слушайся их, и все будет хорошо. — Он подозвал кого-то пальцем, ухмыляясь. В комнату вошла смуглая женщина со сложенной одеждой и положила ее передо мной. А за ней зашел парень с пустым взглядом и каменным лицом. — Переодевайся. Живо! Иначе вовсе будешь бродить голой, — приказал мужчина, выходя из комнатушки.   Я не стала спорить и сразу начала одеваться. Одежда оказалась совершенно простой: штаны и футболка, которые были мне на пару размеров больше. Хоть они и выглядели тоже поношенными, но были лучше, чем перспектива ходить по неизвестному месту голой. А дальше… Дальше все словно в тумане. Запоминались лишь обрывки фраз, нечеткие образы мест, которые мы проходили. Я не слышала звуков, они стали просто фоновым шумом. Мозг отказывался что-либо запоминать. Не хотел. Да и я не горела желанием. Я была погружена в собственные мысли, силясь хотя бы сохранить самообладание. В мыслях всплывали моменты из недавнего прошлого: фильм, Филер, поцелуй. Предательство. Самое подлое…   Тот человек, которому я доверяла, рядом с которым хотела быть… меня предал? Зачем? Почему? Что стало причиной этого? Что я сделала не так? Почему я стала такой ужасной, что меня вечно все бросают? Зачем я еще продолжаю жить? И стоит ли?.. Мысли сменялись, одна за другой, мешая найти ответ хоть на один вопрос. — Тот парень… Филер, что ли… Я распахнула глаза. Это имя словно врезалось в мозг… Мне не послышалось? — Да, да… Ха-ха, он тебя к нам и отправил. Что ж, теперь он ни в чем не будет нуждаться. Во всех смыслах, ха-ха, — сказал юноша, который меня провожал, и засмеялся.   Я стояла на месте словно вкопанная. Эта фраза… что же она означала на самом деле? Я не нашла ответ на этот вопрос.   Через время меня грубо затолкнули в какую-то комнату. Она была несколько больше, чем та, где я проснулась. Здесь было довольно скромное убранство, лишь для базовых потребностей: кровать, маленькая тумбочка рядом с ней, а также тесная туалетная комната с раковиной и душем. Это и все, не считая двух изящных торшеров по углам. На удивление, кровать была довольно широкой и весьма красивой, с аккуратными узорами на спинке. Меня это сильно удивило, но я решила не придавать этому сильного значения.   Зато теперь я смогла поразмыслить о том, что со мной вообще произошло. Все — от самого выхода из собственной квартиры. И тут меня как током ударило. Я вспомнила, как дверь отказывалась закрываться, впервые в моей жизни. В памяти всплыло то, как погода, которая обещала быть весь день солнечной, внезапно сменилась на дождь. И то, что домофон отказывался работать, словно не пуская меня в тот злополучный дом. Складывая все эти факты, сложилось стойкое ощущение, будто сама вселенная велела мне туда не идти. Жаль, что я не смогла их понять… ведь тогда… Все было бы иначе. Когда я сидела в этой пустой спальне, я еще не знала, что же меня ждало впереди. Мне казалось, что все самое ужасное я уже пережила, хуже быть не может. Но судьба решила иначе. У нее были другие планы на мою жизнь.   — Жди своего первого клиента. И не забудь прихорошиться! — сказал незнакомый молодой парень, зайдя ко мне в комнату.   — Что? — недоуменно спросила я его.   — Как что? Ты не слушала, когда тебе рассказывали? — спросил он, ухмыляясь. — Ну, узнаешь.   И вышел. Я сидела в полной растерянности, не понимая, чего ожидать, к чему готовиться. И лучше бы я никогда не узнавала ответ на этот вопрос.   Через несколько часов…    Пустота.     Растерянность, граничащая с отчаянием.      Гнетущее одиночество, поглощающее тебя полностью.    Я сидела на кровати, обхватив себя руками. Из глаз текли слезы, из больного горла вырывались тихие всхлипы. На мне почти не было одежды, лишь нижнее белье. Я ничего не чувствовала. Хотя, наверное, должна была? Гнев или ненависть. Но ничего такого не было. Лишь пустота. Зато было ощущение того, что я грязная. И это было отвратительно. Сил пойти в душ не было, поэтому я просто продолжала сидеть на кровати и терпела боль.   Я слышала, как ко мне кто-то заходил, но я на него не обратила внимания. Этот человек что-то оставил около меня и ушел. Только после этого я медленно подняла голову и посмотрела на принесенный предмет. Это был небольшой листок, на котором аккуратным почерком было что-то написано. Я с трудом заставила себя взять его и начала читать.       Что ж, как тебе первый клиент? Понимаю, не самый приятный человек, но все же. Раз уж во время моих пояснений ты не слушала, я, так и быть, объясню тебе еще раз. Ты уже поняла, кем ты теперь работаешь. И тебе придется делать это до того момента, как ты получишь определенную сумму. Только после этого ты станешь свободна, наша ночная бабочка. Жди нового клиента. И приведи себя в порядок!   Да. Я проститутка. Точнее… меня принудили ею стать. И это действительно худшее, что могло случиться в моей жизни.       Прошло пару месяцев. Самых ужасных в моей жизни. Я плакала каждый день, мечтая умереть. Все мое тело болело, а сидеть и вообще было непосильной задачей. Я страдала, пока каждый из этих извращенных мужчин удовлетворял себя с помощью меня. От одной мысли о них меня начинало тошнить, но я старательно сдерживалась.   Совсем недавно в комнату мне поставили изящный стол с двумя стульями. Он совсем не использовался, но зато добавлял наполненности в комнату, чему я была рада. Без этого я бы и вовсе сошла с ума от пустоты в душе.    Ко мне вновь зашел тот молодой парень, которого я видела каждый день. Он приносил мне еду, одежду, оповещал меня о новых клиентах. Я бы даже сказала, что он был чуточку лучше, чем все остальные. Иногда парень рассказывал о чем-то, что происходило за моей комнатой. Спасибо ему за это.   — Сэллена, у тебя новый гость. Прихорошись маленько, надо произвести впечатление! — произнес он и положил одежду мне на кровать.   Я сидела на кровати в изящном облегающем платье с глубоким декольте, когда в комнату зашел мужчина. Он выглядел совсем иначе, не так как остальные. Мягкие черты лица, с глубокими синими глазами и внимательным взглядом, в котором не было привычной похоти. Строгий костюм, который сидел так, словно его сшили прямо по этому человеку. Так странно…    Спокойствие, сдержанность. Вот слова, которыми его можно описать. — Здравствуйте, миледи. Не против пообщаться со мной? — обратился ко мне мужчина. — А, извините?.. — растерянно переспросила я. — Давайте просто поговорим? — повторил мужчина.   Я сидела на кровати и смотрела на него ошарашенным взглядом. Просто… поговорить? Обычно сюда приходят, чтобы потешить свое мужское эго или же банально удовлетворить свои сексуальные желания. А тут…    Мужчина выглядел немного старше меня, поэтому я предположила, что он мог просто перепутать заведение, ха-ха.    Но все же я согласилась на его предложение и села за стол. Мне только в радость было просто поговорить с человеком. И мы разговаривали. Долго… наверное, несколько часов. С ним не было скучно, несмотря на то, что он оказался меня старше на десяток лет. Его звали Лэссер. Он работал врачом в центральной больнице города, но сейчас случились некие проблемы на работе. У него не было жены или друзей, поэтому он решил пойти сюда. Я не стала спрашивать, почему именно в это место. Важно, что он пришел и спас меня от очередного ужаса.   Лэссер ушел лишь в позднем часу. С ним время прошло невероятно быстро, что я даже не заметила. Но хоть мы с Лэссером и долго общались, я старалась о себе рассказывать как можно меньше. Я теперь совсем не доверяла мужчинам, а некоторые и вовсе у меня вызывали отвращение. Мне не хотелось вновь привязываться к кому-то. Лишь бы не было как в тот раз…    На протяжении некоторого времени Лэссер регулярно приходил ко мне, спасая от других кошмарных клиентов. Потихоньку я начинала ему доверять, хоть было и безумно страшно. С каждой моей попыткой сблизиться в душе нарастала тревога, которую было невозможно ничем унять. Но мне хотелось верить, доверять хоть кому-то в этом ужасном месте. И я выбрала его. Или это сделало мое сердце?   Поначалу все выглядело довольно обычно: мы общались, рассказывали о себе столько, сколько были готовы поведать собеседнику. В основном говорил Лэссер, но позже я тоже стала открываться. Казалось бы, какие-то безобидные факты о себе, но для меня они были важны.    Мужчина все внимательно слушал, не перебивал. Начинал говорить лишь после того, как я закончу. И мне это правда было приятно. А я взамен внимательно слушала его. Он всегда интересовался моим мнением, мог поддержать любую тему. Делился своими историями из жизни, делился какими-то советами.   И вот…   Случилось то, чего я безумно боялась.    Началась зависимость.    Я вновь чувствовала, как мне становится одиноко без него, как мысли заполнены о нем. В сердце опять поселилась пустота, которая пропадала лишь в обществе с Лэссером. Обычно я никогда не рассказывала об этой проблеме, особенно тем, от кого зависимость. Но тут что-то изменилось. Я чувствовала, что Лэссер не будет меня осуждать, не оттолкнет меня от себя. Он даст мне совет, поможет с моей проблемой. Я была в нем уверена.   — Ох, я даже не знаю, что сказать… – вздохнув, сказал Лэссер после моего рассказа. — Милая, это очень… специфичная проблема. Для начала тебе нужно разобраться, что конкретно у тебя вызывает твою зависимость. Может, какой-то страх или психологическая травма. Тебе это нужно проработать, желательно даже со специалистом. А также стоит себя занимать чем-то в моменты, когда такие мысли начинают заполнять твою голову. К сожалению, это все, что я могу тебе посоветовать. Но я могу попробовать проработать это с тобой, я все-таки врач, как-никак, — с улыбкой произнес мужчина.   Я внимательно слушала каждое его слово, впитывая все как губка. Мне было важно услышать его совет, понять, что же мне с этим делать. Но и тут что-то не давало мне покоя. Какое-то странное чувство, будто я упустила какую-то мелкую деталь…    Милая. Он назвал меня «милая».    Все мысли разом замолкли, а внутренний голос из раза в раз повторял одно и то же.    Милая.     Милая.     Милая.     Милая.     Милая.      — Сэл, с тобой все хорошо? Ты будто зависла, — обеспокоенно спросил Лэссер.    — А? Да, все хорошо, прости, просто задумалась… — ответила я. А в это время в голове все еще крутилось единственное слово.                     *   *   *    Еще два долгих месяца. Еще ужасные часы ада, которые могли лишь скрасить визиты одного мужчины. Весьма привлекательного и интеллигентного, кстати.       В мою скромную комнату вновь входит высокий мужчина, в строгом костюме и туфлях, от которого веет невероятно изящным парфюмом. Он садится передо мной с широкой улыбкой и игривым блеском в глазах, словно у молодого парня. Положит свою теплую ладонь на мою изящную руку, и мы будем сидеть так много часов, до глубокой ночи, пока его вежливо не попросят уйти. Мужчина будет что-то увлеченно мне рассказывать, а я буду с великой радостью слушать каждое его слово, пока в это время в моем животе будет бушевать целый рой бабочек.   Влюблен ли он в меня?    Не знаю.   Влюблена ли я в него?    Безусловно.   И такое со мной впервые. Еще никогда я не ощущала таких чувств. Новых, особенных, искренних. Я словно влюбилась впервые.        На следующий день все будет то же самое. Несколько мучительных часов, во время которых я просто отключаю свой мозг. А потом вновь придет он и спасет меня от этого ужаса. Лэссер. Это имя отпечаталось у меня в корке мозга, въелось в кожу. Ради этого имени отныне билось мое сердце. Только для него.   Но этот день начался иначе. Не начались те мучительные часы, которые я так ненавидела. Я просто спокойно встала, сделала утренние процедуры и осталась сидеть на кровати, наслаждаясь этим прекрасным моментом. Полная тишина, без единого громкого звука. Лишь мое тихое размеренное дыхание.    Но прошло уже слишком много времени. Я не знала, сколько точно, но казалось, будто часов шесть. Тишина уже перестала быть такой приятной, она стала давить.    Я сидела на кровати уже несколько часов, вслушиваясь в шаги за дверью. Пытаясь уловить тот знакомый и родной стук туфель. Но его не было. Ничего не было.   Моя голова вновь наполнялась мыслями, каждая из которых старалась перекричать другую. Одни были тревожные, другие спокойные, а остальные и вовсе были наполнены любовью.        Вдруг я уловила какой-то звук. Знакомый, родной… Неужто стук туфель? И правда, через несколько секунд в дверь аккуратно, но громко постучали, и в комнату зашел мужчина в строгом костюме. Тот, кого я больше всего ждала.   Я кинулась к нему на шею, словно не видела его несколько лет. А он меня аккуратно обнимал за талию. Его сухие губы легонько коснулись моей щеки, и Лэссер тихо прошептал мне на ухо: — Теперь ты можешь быть свободна. — Что? — Теперь ты можешь быть свободна. Ты можешь уйти отсюда.   Я отстранилась от него и озадаченно взглянула на него. На его лице сияла широкая улыбка, наполненная теплотой, а в глазах мелькали веселые огоньки.      Честно, я не помню, как прошла все эти коридоры. Столь аккуратные, богатые, скрывающие ужасную правду. В одиночку я вряд ли бы спокойно дошла до выхода, но рядом был любимый человек. Ощущение его теплой ладони на моей служило спасательным якорем, не позволяя мне бояться.   И вот он — выход. Тот самый, который снился мне во снах. Хоть и был простой дверью, но зато спасительной.      Яркое солнце ударило мне в глаза, заставив зажмуриться. В уши ударило сразу множество звуков, от которых я совершенно отвыкла. Машины, голоса, ветер, музыка где-то вдалеке. Это все казалось таким необычным. Потихоньку я попривыкла к свету, шуму и только тогда осмелилась открыть глаза.       Я увидела то, о чем я так давно мечтала. Легонько покачивающиеся деревья, покрытые яркой зеленью, ослепительно голубое небо без единого облачка. И люди. Обычные люди, идущие по своим делам, не знающие тот ужас, что творился в том ужасном месте. Это казалось таким странным, нереальным. Словно это очередной сон, но такой реальный.    Из моих глаз медленно потекли слезы. Но не те, что были там. А слезы счастья. Безграничного, вселенского счастья. — Это… это прекрасно, — прошептала я. — Я до сих пор не верю, что это не сон, что все это происходит наяву, — сказала я, повернувшись к Лэссеру. — Не стоит плакать, — он аккуратно смахнул слезу с моей щеки. — Теперь ты свободна.   Я робко улыбнулась и вновь крепко обняла его. Во мне смешалось столько чувств, что я уже даже не могла их разобрать. Восторг, счастье, любовь. Они окутали меня с ног до головы, отгоняя все воспоминания этих месяцев. Я была по-настоящему счастлива.   Мы побрели в ближайший парк, который находился не так далеко. Я наслаждалась теплым солнцем, радовалась каждому листочку, любому дуновению летнего ветра. А рядом со мной шел Лэссер, с которым я могла разделить свои эмоции, которые переполняли меня. Ведь в огромном многолюдном городе понять меня мог только он.   Гуляли мы с ним до поздней ночи. Уличные фонари уже давно зажглись, далекая музыка окончательно стихла, а люди сидели по домам, отдыхая после рабочего дня или проводя драгоценное время с семьей. А я наслаждалась запахом свежей листвы, звуками ночного города и обществом Лэссера. Мы молча сидели на лавочке, держась за руки, и вглядывались в темное небо, на котором уже начали зажигаться звезды. Каждый думал о чем-то своем, обдумывая все события сегодняшнего дня.    Я думала обо всем: о своих чувствах, эмоциях, о том кошмаре, что мне довелось пережить, и о маме. О самом дорогом мне человеке, которого я не забывала ни на миг. Я знала, что она бы меня поддерживала сейчас, вновь бы говорила, что всегда будет за меня. Я бы хотела снова ее увидеть, поболтать с ней, рассказать ей о самом сокровенном. Но ее больше не было на этом свете. Зато она смотрит на меня с небес, следит за каждым моим шагом. Сейчас мама бы была счастлива вместе со мной.    Из глаз невольно потекли слезы. Я поспешила их смахнуть, чтобы вновь не впадать в уныние, в котором я была и так слишком долго. Сейчас я была готова заново учиться жить, снова наполнить ее счастливыми моментами.        Но все мои мысли вдруг прервал ласковый голос Лэссера. — Милая, может, пойдем ко мне? Поживешь у меня, восстановишься, — произнес мужчина с теплой улыбкой на губах. — Да, давай, если ты не против, конечно, — ответила я, чуть ли не светясь от счастья. — Кстати, а ты так каждую девушку, попавшую в такую ситуацию, зовешь к себе жить? — спросила я, сама не понимая зачем. Наверное, мне хотелось понять, что только меня он приглашает к себе. Что я особенная. — Да нет, только тех, кого я люблю, — тихо произнес мужчина, поворачиваясь ко мне.    Эти слова словно врезались в мой мозг. Я даже сначала не совсем поняла смысл. Но потом повторила фразу еще раз и еще. И до меня наконец дошло. Только тех, кого он любит. Неужели… он правда меня любит?   В животе вновь забушевал рой бабочек, а все мысли в голове будто разом выключились. Далекие шумы и вовсе смолкли. Теперь я отчетливо слышала его тяжелое дыхание, видела его глаза, наполненные нежностью и теплотой, сильнее чувствовала аромат его дорогого парфюма. Все чувства будто разом обострились, заставляя сконцентрироваться на этом моменте.   Лэссер аккуратно положил свою ладонь мне на щеку, от чего по спине пробежали приятные мурашки. Он взглянул мне в глаза, словно спрашивая разрешения. А я дала безмолвное согласие, приблизившись и закрыв глаза. Наши губы встретились — трепетно, с особой нежностью. Лэссер целовал меня осторожно, словно боялся разрушить этот невероятный момент. Внутри все заклокотало от счастья, от всех тех эмоций, что переполняли меня. Этот поцелуй был другой, не похож ни на один из тех, что когда-либо со мной случался. Он был особенный, наполненный любовью и нежностью.   И лишь тогда я поняла, кто для меня Лэссер.   Он – моя самая любимая зависимость.