Командир в Облачных Глубинах.

Василиса зажмурилась, силясь унять навязчивый звон в ушах. В голове все еще пульсировало эхо выстрела, оборвавшего ее ночную прогулку в парке. Мгновение назад реальность обжигала холодом асфальта, запахом гари и острой вспышкой боли в груди. Теперь же под пальцами ощущалась не твердая крошка дорожки, а мягкая, влажная трава и прогретая солнцем земля. — Этого не может быть… — прохрипела она, и собственный голос показался чужим, словно надтреснутым колокольчиком. Попытка приподняться на локтях отозвалась такой вспышкой боли, что перед глазами поплыли черные пятна. Василиса застонала и повалилась обратно. Тяжело дыша, она повернула голову. Прямо перед лицом покачивался на воде огромный розовый лотос. Лепестки его были покрыты утренней росой, сверкающей, как россыпь алмазов. Вдоль берега тянулись бесконечные заводи, уходящие в туманную дымку. На горизонте виднелись изящные крыши деревянных построек с загнутыми кверху углами. «Пристань Лотоса», — пронеслось в голове, словно эхом из далекого сна. Василиса замерла, боясь даже дышать. Она знала это место. Знала по страницам новелл и кадрам дунхуа, которые смотрела вечерами после работы. Юньмэн. Озерный край. Дом клана Цзян. — Я что, умерла? — прошептала она, глядя на свои руки. Пальцы были в крови, а современная толстовка насквозь промокла и потемнела в районе ребра. — Или схожу с ума? Тишину нарушил плеск весла. Где-то совсем рядом, за камышами, послышались голоса. — Гляди, там кто-то лежит! — воскликнул молодой юношеский голос. — На том берегу, у старой ивы! — Опять ты за своё, А-Сянь? Наверняка просто коряга… — ответил другой голос, более строгий и раздраженный. Сердце Василисы пропустило удар. Эти интонации, эти имена… Если это не предсмертный бред, то она оказалась в самом эпицентре истории, которая была лишь сказкой в ее мире. Лодка с тихим шорохом врезалась в прибрежный песок. Василиса из последних сил приподняла голову и увидела двух юношей. Один — в черных одеждах с красной лентой в волосах, с любопытством перепрыгнул через борт прямо в воду. Второй — в фиолетовом, с нахмуренными бровями и рукой на рукояти меча, шел следом. — Эй, девушка! Вы живы? — Вэй Ин (а это, несомненно, был он) бросился к ней, его лицо вмиг стало серьезным, когда он заметил кровавое пятно на ее одежде. Василиса хотела ответить, спросить, какой сейчас год и жив ли еще орден Цишань Вэнь, но из горла вырвался лишь сухой хрип. Мир снова начал затягиваться серой пеленой. Последнее, что она почувствовала, — это сильные руки, которые осторожно приподняли ее над землей, и встревоженный взгляд серых глаз. — Цзян Чэн, помоги мне! У нее странная рана, я никогда не видел ничего подобного… Нужно немедленно нести ее к мадам Юй! «Только не к мадам Юй… она же меня прибьёт за странный вид», — мелькнула последняя ироничная мысль, прежде чем Василиса снова провалилась в темноту. Боль была такой острой, будто в зияющую рану засыпали раскаленные угли. Василиса резко вдохнула и тут же пожалела об этом — каждое движение грудной клетки отзывалось невыносимой резью. Она лежала на жесткой деревянной кровати, укрытая тонким шелковым одеялом. В комнате пахло сушеными травами, лотосами и чем-то горьким — должно быть, лекарствами. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь резные оконные решетки, казались нестерпимо яркими. — Тш-тш, не дергайся, — раздался тихий, но твердый женский голос. Василиса с трудом сфокусировала взгляд. Рядом с ней сидела девушка с невероятно добрым лицом и мягкой улыбкой. На ней были одежды нежно-фиолетового цвета, а волосы уложены в аккуратную прическу. «Яньли…» — Василиса узнала ее мгновенно. Шицзе. Самая добрая душа этого жестокого мира. — Где я?.. — голос Василисы больше напоминал шелест сухой травы, потревоженной ветром. — Ты в Пристани Лотоса, в гостевых покоях, — ответила Цзян Яньли, осторожно прикладывая ко лбу прохладную влажную ткань. — Мои братья нашли тебя на берегу. Ты потеряла очень много крови. Лекарь сказал, что рана очень странная… Она глубокая и ровная, словно нанесенная крошечным, но очень быстрым снарядом. Мы не смогли найти внутри наконечник стрелы. Василиса горько усмехнулась про себя. Еще бы они его нашли — пуля, скорее всего, прошла навылет или застряла так глубоко, что местная медицина, не знающая огнестрельного оружия, была в тупике. — Как тебя зовут? — спросила Яньли, меняя повязку. Когда она приподняла край одеяла, Василиса увидела, что ее современная одежда снята. Теперь на ней была простая белая нижняя рубаха, которая быстро пропитывалась кровью и чем-то зеленым — лечебной мазью. — Василиса… — выдохнула она, понимая, как диковинно звучит ее имя для этого места. — Ва-си-ли-са. — Ва-си-са? — переспросила Яньли, стараясь выговорить непривычные слоги. — Красивое имя. Но откуда ты, А-Лиса? Твои одежды… мы никогда не видели такой ткани. И при тебе не было меча. В этот момент двери в покои с грохотом распахнулись. На пороге стоял Цзян Чэн, выглядевший еще более хмурым, чем в воспоминаниях Василисы из сериала. За его спиной маячил любопытный Вэй Усянь. — Она очнулась? — резко спросил Цзян Чэн, делая шаг в комнату. — Хорошо. Пусть объяснит, как она оказалась на закрытой территории ордена в таком виде. И что это за черная магия оставила в ее теле дыру размером с палец? Василиса почувствовала, как от страха и боли у нее кружится голова. Она знала, что Цзян Чэн не терпит тайн и подозрительных личностей, а она сейчас выглядела как величайшая загадка Юньмэна. — Цзян Чэн, полегче, — Вэй Усянь заглянул ему через плечо, сверкнув глазами. — Видишь же, она едва дышит. Привет, красавица! Ты как, готова рассказать нам, из какой небесной столицы ты свалилась на наши головы? Василиса понимала: если она скажет правду о другом мире, ее сочтут либо сумасшедшей, либо опасной демоницей. Нужно было приспосабливаться. — Зовите меня… Вэй Ань, — тихо произнесла она, выбрав имя, которое не резало бы им слух. Вэй Усянь приподнял бровь и усмехнулся: — О, однофамилица? Приятно познакомиться, А-Ань. Но твой вид все равно не дает покоя моему шиди. Рассказывай, кто на тебя напал? Василиса стиснула зубы, когда Цзян Яньли коснулась края раны. Боль обожгла нервы, заставляя сознание проясниться. Она посмотрела прямо в глаза Цзян Чэну. — Это не магия. И не стрела, — твердо сказала она. — В тех землях, откуда я родом, люди создали оружие страшнее луков. Мы называем это «огнестрельным». Юноши переглянулись. Цзян Чэн скрестил руки на груди, в его глазах читалось недоверие. — Огнестрел? Громкое название. И как же оно работает? — Внутри железной трубки происходит микровзрыв, — Василиса старалась подбирать слова, понятные им. — Сила этого взрыва выталкивает маленький кусочек свинца с такой скоростью, что глаз не успевает заметить. Эта пуля летит быстрее звука. Она пробивает доспехи, дробит кости и проходит сквозь тело, оставляя вот такие раны. В комнате повисла тишина. Вэй Усянь, всегда жадный до новых знаний и необычных изобретений, придвинулся ближе, его глаза азартно блеснули. — Быстрее звука? Без использования духовной энергии? Хочешь сказать, обычный человек может убить заклинателя, просто нажав на рычажок? — Если попадет в цель — да, — кивнула Василиса. — Я проходила военную подготовку. Я знаю, как обращаться с этим оружием, как от него защищаться и… как его чинить. Но здесь у меня ничего нет. Только эта рана. Цзян Чэн нахмурился, его пальцы нервно постукивали по рукояти Саньду. — Звучит как сказка для запугивания детей. Если такое оружие существует, почему мы о нем никогда не слышали? Ни в одном трактате… — Потому что мир гораздо больше, чем вы думаете, — перебила его Василиса, чувствуя, как силы покидают ее. — Я оказалась здесь случайно. Я не шпион и не враг. Вэй Усянь задумчиво потер подбородок. — Оружие, которое использует энергию взрыва вместо ци… Это же чертовски интересно! Представь, Цзян Чэн, если бы наши адепты могли поражать цели на таком расстоянии без затрат духовных сил. — Хватит, Вэй Ин! — оборвал его будущий глава клана. Он снова повернулся к Василисе. — Допустим, мы тебе поверили. Ты говоришь, у тебя была военная подготовка? Значит, ты умеешь сражаться. Как только ты встанешь на ноги, ты докажешь свои слова делом. А пока… сестра, позаботься о ней. Яньли мягко улыбнулась и приложила палец к губам, призывая братьев к тишине. — Ей нужен покой. Уходите. Когда парни вышли, Василиса закрыла глаза. Она знала: в этом мире, где скоро начнется война с кланом Вэнь, ее знания о тактике и современном оружии могут стать либо спасением, либо проклятием. Но сейчас главной задачей было просто выжить.