Любовь под кисло-сладким виски

Солнце уже давно кануло за горизонт, и теперь улицы освещали высокие белые фонари и ледяная луна. Огни города разыгрались разными красками: вывески магазинов, гирлянды, фары машин и прочее. Вид с крыши высокого небоскрёба был однозначно потрясающий. Весь этот свет отражался в панорамных окнах и удваивался, взрывался самым красивым и дорогим фейерверком. Улицы были почти пусты, да и верно, ведь скоро время зайдёт за полночь. Чёрно-красный ёж сидел на крыше, свесив ноги с края. Его завораживал этот вид, хотелось сидеть тут часами. Это уже стало неким ритуалом. Наблюдение за жизнью ночного города и правда восхищает. Будто открываются скрытые мысли, которые днем было невозможно уловить из-за шума и дел. И город ему отвечал. Будто сливаясь с потоком мыслей и становясь отличным немым собеседником. Сан-Франциско стал для него как родной. Шедоу знал тут каждую улицу, каждый поворот и дом, хоть прожил здесь не так уж и много. Холодный ветер вспушил короткую чёрную шерсть, стараясь пробраться до самых костей. И в этом тоже был определённый смысл. По конечностям пробежала стая мурашек, а тело мелко дёрнулось от покалывающих ощущений. Уже стало довольно холодно здесь сидеть, однако Шедоу не мог уйти. Не все мысли еще были обдуманы. Это сейчас самое главное, а холод уходил на второй план. Вдруг на плечах почувствовалось что-то мягкое и тёплое. Ёж обернулся и встретился с прекрасными изумрудными глазами, которые светились ярче всех огней в городе. Это его самое главное и любимое сокровище. — Не закоченел тут сидеть ещё? — с привычной улыбкой поинтересовался синий, накидывая на партнёра его чёрную кофту и садясь рядом. Шедоу слабо улыбнулся и подсел ближе к ежу, укладывая колючую голову тому на плечо. — Немного, — Чёрная рука в перчатках легла поверх чужой руки, словно пыталась согреть её, хотя сама сейчас была как ледышка. — но не могу уйти. Слишком красиво, — тихо ответил СФЖ и слегка прикрыл глаза, которые, казалось, покрылись тоненьким слоем льда от холода. Соник улыбнулся шире. Только с ним Шедоу мог быть таким мягким и спокойным. И его не могло это не радовать. Он всегда с большим удовольствием наблюдает за тем, как меняется тон чёрного ежа, когда тот после разговора с кем-то обращается к синему. Как взгляд смягчается, как грубый голос становится словно колыбельная. Все это погружало синюю молнию в восторг. — Да, красиво, не поспоришь, — согласился кобальтовый и глянул вниз. Ему и самому нравилось тут сидеть. — Но лучше давай домой. Дубак тут такой, еще заболеешь. — В голосе слышалась забота, и Шедоу оценил её. — Последний раз я болел, кажется, в прошлой жизни, — отшутился чёрно-красный, однако Соник не оставит это вот так просто. — Давай-давай, подъем. Завтра не конец света, ещё посмотришь. — Синий ёж встал на ноги и потащил за собой СФЖ. — Ты весь ледяной. Щас отморозишь себе что-нибудь, а мне потом тебя лечить. — Шедоу тихо посмеялся, но все же послушался напарника. Он и правда сильно замерз. Встав на ноги, Шедоу пошел к двери, ведущей на лестничную клетку. Точнее Соник пошёл, а Шедоу просто тащили за руку. Как только дверь на улицу за ними закрылась, чёрный сразу почувствовал облегчение. Наручники холода остались на крыше. Спустившись на пару этажей, Соник открыл дверь, вошел в подъездный коридор и зашагал к нужной двери. Герой не знал, откуда у Шедоу есть квартира чуть ли не в центре Сан-Франциско, но все его допросы проваливались, так что это так и останется тайной. Достав связку из кармана, Соник вставил нужный ключ в замочную скважину и провернул. Дверь с щелчком открылась, приглашая жителей квартиры погреться. Оба сняли ботинки и верхнюю одежду и пошли на кухню. Что-нибудь горячее сейчас было просто необходимо. Черные руки в перчатках потянулись к одному из верхних шкафчиков, как вдруг сзади раздался недовольный комментарий. — Он реально собрался пить кофе ночью. — Соник сложил руки на груди, прожигая дырку в спине напарника. — И ему, конечно же, все равно, что ему уже сто тысяч раз говорили не пить кофе так поздно. — Кобальтовый герой будто разговаривал сам с собой, но Шедоу понимал, что это он таким образом просто отчитывает СФЖ за то, что он его не слушает. — Но он все равно пьет. А потом жалуется на бессонницу. — Шедоу глянул на недовольное лицо ежа и усмехнулся. Хмурый Соник его явно веселил. Герой поцокал языком и закончил свой комментарий одним лишь словом: — Дурачок. Шедоу прислонился спиной к кухонному гарнитуру и сложил руки на груди. — Хорошо, что же ты предлагаешь? Если бы ты сегодня не забыл и купил мне чай, как я тебя просил, я бы и не подумал сейчас пить кофе. — Красные глаза прицелом следили за ходящей туда-сюда по кухне фигуркой Соника. Однако тот лишь фыркнул. Шедоу сел за кухонный стол и закинул ногу на ногу, начиная постукивать пальцами о деревянную поверхность. — Нет, серьёзно, я замёрз. Кофе нельзя, чая нету, что ты предложишь? Кипятка хлебнуть? Соник тихо посмеялся и с какой-то искрой хитрости глянул на партнёра. Шедоу вопросительно вскинул бровь. Он уже много раз видел этот взгляд, и каждый раз он заканчивался по-разному. В последний раз после такого взгляда Шедоу пришлось объясняться перед полицией. Соник решил пробежаться по водоему, так как проиграл в споре с Руж. Вот только купаться там было запрещено, но железобетонный аргумент Соника "я вообще-то не купался, а бегал", заставил пару бедных патрульных копов чуть ли не поседеть. — Соник, если ты хочешь что-то предложить — говори прямо. Я не возьмусь даже гадать, что ты опять придумал, — в привычной манере сказал чёрно-алый ёж, на что получил очередной смешок. — Раз ты так замёрз, предлагаю тебе согреться не просто горячей водой. — Широкая наглая усмешка, рука Соника, которая потянулась в один из нижних шкафчиков, тихий "дзынь". Шедоу глядел на героя несколько секунд, пока тот не показал в руке бутылку виски. СФЖ даже выдохнул с неким облегчением. — Очень интересное и внезапное предложение, — спокойно сказал Шедоу, глядя на приближающегося к столу партнёра с бутылкой крепкого алкоголя. — Да ладно тебе, Шедс. — Бутылку аккуратно поставили на стол, Соник отправился за открывашкой. — Мы уже давно не пили только вдвоём. Шедоу взял в руки бутылку виски и начал рассматривать её. Кто-то из команды подарил, но он сейчас и не вспомнит, кто именно. Но скорее всего Руж. Шедоу был ценителем крепкого и дорогого алкоголя, а вот Соник предпочитал что-нибудь полегче. — А почему именно виски? Ты же не фанат такого алкоголя. — Красные глаза глянули на два небольших стакана, которые только что поставили на стол, а затем и на самого Соника, что забрал бутылку из чужих рук и принялся ее открывать. — Ты же сам сказал, что очень замёрз. — Широкая улыбка ни на секунду не сползала с мордочки героя. Хоть он и правда предпочитал что-нибудь попроще, всё же не упустит шанс выпить что-то высокоградусное со своим любимым. — А чтобы хорошо согреться нужен хороший алкоголь, я разве не прав? Шедоу молча наблюдал за действиями синего ёжика. Именно в такие моменты игривости СФЖ любил наблюдать за руками в перчатках. Они двигались плавно и аккуратно, но в то же время быстро. Шедоу кивнул на слова партнёра и сел в более открытую позу. — Хорошо, наливай. Но держи себя в руках. Не напивайся сильно, — в голосе слышался привычный приказной тон, однако только Соник способен в нем услышать ноты заботы и беспокойства. — Как скажешь, милый, — налив в стаканы чуть больше половины напитка, кобальтовый герой подвинул один из них ближе к СФЖ. Решив, что не дело пить в тишине, синий достал телефон из кармана и подключился к колонке. — С ума сошел? Сейчас ночь, ещё копов нам здесь не хватало, — Шедоу как обычно мыслил исходя из здравого смысла, однако Соник быстро его успокоил. — Не волнуйся, я негромко включу. — Пальцы в перчатках уже искали подходящий трек. — Да и стены у нас не из картона, шумоподавление хорошее. Все будет норм. — Из колонки зазвучала знакомая песня. Соник сел за стол и положил телефон недалеко от себя. Шедоу продолжал внимательно следить за объектом своего обожания. Основной свет выключили, а вместо него включили светодиодную ленту, горящую приятным умеренно-фиолетовым цветом. Вот теперь все отлично. Любимый человек (а точнее, ёж), классная музыка, красивый свет, дорогой алкоголь. Идеально. — В таком освещении ты выглядишь невероятно красиво, — почти шёпотом сказал кобальтовый еж, на что получил тихий смешок и приятную улыбку. Шедоу не привык получать комплименты, поэтому Соник старается делать их как можно чаще. — Только в таком освещении? — будто упрекая спросил СФЖ, однако его улыбка оправдывала всё за него. Соник рассмеялся. — Ни в коем случае. Ты выглядишь шикарно всегда. — Герой подмигнул и с удовольствием посмотрел на то, как на мордочке собеседника загорелся лёгкий румянец. — Я тебя обожаю. — Как ни странно, но это взаимно, ёжик. — Шедоу взял в руки стакан, и Соник последовал его примеру. С легким звоном стаканы чокнулись и алкоголь быстро растёкся по горлу. Шедоу отметил, что виски просто шикарны. Судя по бутылке — шотландские. Соник ожидал почувствовать горечь, однако язык обволокло приятной сладостью, похожей на карамель, и легкой кислинкой. Видимо, зелёное яблоко. Просто идеальный баланс. Ему понравилось, что было сразу понятно по лицу. — Мм! Офигеть, как вкусно! — восторженно заявил герой. Снова смешки со стороны Шедоу. Этот ёжик всем своим поведением поднимал настроение СФЖ. — И правда. Очень хорошие виски. — Шедоу снова глянул на марку на бутылке. Нужно будет запомнить. Персиковая рука в перчатке снова потянулась за бутылкой и налила в оба стакана «по второй». — Но это не значит, что нужно теперь напиться в дрова, — строго сказал Шедоу, видя, как партнёр постепенно осушает и второй стакан. — Ничего не обещаю, — Соник подмигнул и широко улыбнулся, снова показывая, что шутит. Хотя кто его знает. *** С каждым последующим стаканом атмосфера подвергалась изменению. Ежи с удовольствием вспоминали прошлое, смеялись над настоящим и планировали будущее. Оба были счастливы. Глотком за глотком разум постепенно закрывался за пеленой опьянения. Однако у Шедоу получалось держаться явно лучше, чем у Соника. Щёки обоих были покрыты румянцем, тела стали раскрепощённее, а разговоры — правдивее и откровеннее. Соник сделал пару глотков и поставил полупустой стакан на стол. В его зеленых глазах блестели наглость, азарт, любовь, доверие, и еще целый коктейль разных чувств. Эмоции были так же многослойны, как виски. Шедоу с удовлетворением наблюдал, как его партнёр в сотый раз рассказывает, как влюбился в него. Он знает эту историю дословно, но всё равно готов прослушать её ещё хоть тысячу раз. Кобальтовый ёж во время этого рассказа всегда смущается, но все равно продолжает говорить. Зелёные глаза горят влюблённым огнём, а Шедоу отвечает таким же внимательным и нежным взглядом. Закончив мысль, Соник допивает оставшийся в стакане напиток и вновь смотрит на Шедоу. Тот слегка приподнимает бровь, довольно улыбаясь. Синий встаёт со своего места и подходит к СФЖ. Тот и слова не успевает сказать, как ёж садится к нему на колени и целует в скулу. Шедоу машинально кладёт руку на талию возлюбленного, прижимая его ближе к себе, чтобы тот ненароком не свалился назад. — Я не могу, какой же ты красивый, — Соник оглаживает чужое плечо, осыпая щёку лёгкими и нежными поцелуями. — Прямо не могу насмотреться на тебя. Ты шикарен, Шедоу. — Чёрно-красный тихо рассмеялся, чувствуя как жар приливает к щекам. Он ставит стакан на стол и обхватывает талию партнёра уже двумя руками. — Ты льстишь мне, ёжик. — Шедс исследовал героя напротив себя. Румянец явно шел этой персиковой мордашке. Самое красивое существо в мире сейчас сидело не просто перед ним, а прямо на его коленях. Не это ли награда? — Я тебе говорил, что, когда ты выпьешь, ты начинаешь сводить меня с ума сильнее самого алкоголя? — Соник задорно рассмеялся, слегка смущённый ответным комплиментом. Шедоу улыбнулся шире, обнажая белые зубы. Первый легкий и нежный поцелуй прилетел в губы. Соник тут же ответил на него с таким же трепетом, обнимая напарника за шею. Ему это нравилось. Ему нравилось сводить с ума СФЖ. Чувствовать себя особенным. Да, возможно он был слегка самовлюблен. Совсем капельку. Но перед этим ночным ежом он готов быть кем угодно. Готов выполнять любые мягкие просьбы и жесткие приказы. Все, что тот попросит. Ведь кобальтовый доверял своему возлюбленному целиком и полностью. Поцелуй прервался достаточно быстро. Взгляды влюбленных смотрели в глаза напротив и видели такую же взаимность. От этого внутри растекалось приятное теплое чувство. Однако Сонику было недостаточно просто одного поцелуя и объятий, особенно сейчас, когда его любимый выглядит так прекрасно. Персиковые губы вновь двинулись навстречу губам Шедоу. Поцелуй. Уже настойчивее и требовательнее, но не менее нежный. Черные руки в перчатках залезли под белую футболку коснулись оголённой поясницы. Герой тут же выгнулся от приятного прикосновения к чувствительному месту. Отстраняясь Соник громко вдохнул, чувствуя, как чужие руки начинают выводить замысловатые узоры на кобальтовой спине. — Хаос, Шедоу, у тебя до сих пор холодные руки, — синий снова слегка вздрагивает, но даже не думает отстраниться. Наоборот, подвигается ближе, чувствует холод чужих ладоней. — А ты, как всегда, горяч, — тихо отвечает Шедоу, даря нежный поцелуй в шею. — Во всех смыслах, — это было сказано совсем шепотом, но для Соника это прозвучало громко, и он тут же дёрнул ушами, чувствуя приливающую кровь к щекам. Такие комплименты от СФЖ были особенно приятны. Снова поцелуй. Соник старается прижаться к партнёру всем телом. Быть с ним так близко, как только позволяют их тела. Шедоу нежным движением берет героя за подбородок и открывает его рот. Тот даже не пытался сопротивляться, а тут же открывает рот, впуская чужой язык. Приятный привкус виски скрасил этот и без того опьяняющий поцелуй. Одна из рук Соника переместилась с шеи на грудь Шедоу, начиная нежно поглаживать ее, чувствуя сильные мышцы. Ему очень нравилось тело ночного ежа. И ему вновь хотелось увидеть его. Особенно в этом свете. Минута. Поцелуй разорвался. — Кажется, кому-то нужно отоспаться. — непринуждённо произнёс Шедоу, нежно касаясь губами щеки возлюбленного. — Ты все равно много выпил. Сонику это показалось жутко несправедливым. Он выпил столько же, сколько и СФЖ, однако повлиял алкоголь на них по-разному. — Думаешь, что теперь я тебя так просто отпущу? — игриво спросил еж. Рука на груди начала постепенно опускаться вниз. Шедоу проследил за ней внимательным алым взглядом, но перехватил её, когда она была в области торса. — Ты пьян, Соник. — И что с того? — нежный поцелуй в висок СФЖ. Кобальтовый не позволит этому блаженству прерваться, так и не начавшись. Приподнявшись, герой выдохнул в самое ухо Шедоу, а после прошептал горячим, пьяным и самым сладким голосом из всех существующих в мире: — Я хочу тебя, Шедоу. — Чёрно-алый покрылся стаей мурашек. Этот чертов ёж явно умел вывести его из равновесия. Шедоу вздохнул, но прежде чем придумать ответ, почувствовал легкое трение в области паха. Этот ёж... — Соник, успокой свой зад. — строго приказал Шедоу, однако его напарник начал только сильнее елозить на его бедрах, дразня возлюбленного. — Я не отстану от тебя, Шедс. Я же знаю, как возбуждаю тебя одним своим голосом. — Этот наглый тон... Шедоу бесил тот факт, что партнёр знает его «от и до». И Соник никогда не упускал случая постебаться над ним. Но немножко. И любя. — Ну же~... Я знаю, что ты хочешь меня. Так просто возьми и... Договорить ему не дали. СФЖ требовательным поцелуем врезался в его губы, заставляя лишь промычать. Руки на спине продолжили свой «поход», однако теперь намного увереннее, касаясь всех чувствительных мест, заставляя пассию подрагивать. Соник был доволен. Продолжая елозить на чужих бёдрах, кобальтовый чувствовал, как внизу живота начинает закручиваться сладкий узел. Легкий укус за губу. Тихий стон в поцелуй. Это заставляло пьянеть намного сильнее самого высокоградусного алкоголя. Синий хвост начинал нетерпеливо подрагивать и вилять из стороны в сторону, ожидая продолжения чувствительных прикосновений. Но Шедоу не спешил. Он начал свою любимую игру. Руки не опускались ниже, а снова и снова касались лопаток и иголок на спине, заставляя вздрагивать, но не делали большего. А большее — это как раз то, что сейчас хотел Соник. Но не может же СФЖ так просто взять и начать. Кобальтовый понял, что его ждут долгие и мучительные прелюдии и разочарованно простонал в поцелуй. Шедоу в таких вещах никогда не торопится. Он не действует здесь и сейчас. Он будет ждать, пока герой не начнет его буквально молить о большем. И даже после этого найдет за что зацепиться. Хотя в этом была и своя прелесть. После таких прелюдий каждое движение СФЖ взрывалось таким фейерверком чувств и эмоций, что Соник улетал не просто на седьмое небо, а вообще куда-то в другое пространство. Однако до этого кайфа нужно дожить. СФЖ отстранился. Пару легких поцелуев в щёки, затем в нос и в скулы. Невыносимо медленно поцелуи спускались по шее. Засос на тонкой коже сопроводился тихим стоном. Они только начали. Трение на бедрах все никак не прекращалось. А такими темпами Шедоу может и не сдержаться. Подхватив возлюбленного, СФЖ резким движением усадил того на стол. Соник не ожидал такого поворота, так что тихо вскрикнул и вцепился руками в плечи ежа. — Эээй~ так нечестно, — простонал Соник, однако сейчас его явно не слышали. Нежные поцелуи продолжали делать цепочку на его шее. А внезапный укус по середине послужил подвеской. Кобальтовый опустил взгляд и заметил недопитые виски в стакане партнера, так что недолго думая (точнее, не думая вообще), он схватил чужой стакан и залпом вылил содержимое себе в рот. Шедоу только поднял голову, чтобы посмотреть, что сейчас произошло, как его тут же затащили в кисло-сладкий поцелуй. СФЖ ответил. Так даже эти прекрасные виски были намного вкуснее. Чёрные руки в перчатках наконец покинули спину и начали спускаться ниже. Гуляя по талии, они слегка сжимали, щекотали и гладили ее. Как только виски были проглочены поцелуй прервался. Соник громко вдохнул. Руки на талии стали не такими холодными, но, казалось, специально не хотели греться. Шедоу решил, что эта белая футболка ему очень мешает, так что быстро снял ее с партнёра, сразу начиная гулять взглядом по телу напротив. Соника смущал такой внимательный и прямой взгляд. СФЖ снова наклонился к шее, возобновляя нежные поцелуи и редкие укусы и засосы. Сонику ничего не оставалось, кроме как двигаться навстречу движениям и терпеливо ждать, когда же напарник соизволит продвинуться дальше. Удивительно, но ждать долго не пришлось. Руки ночного ежа быстро оказываются на бедрах, закрытых серыми широкими джинсами. Шедоу очень нравилось, как они сидели на Сонике, но сейчас они тут — третий лишний. Он расстёгивает пуговицу и ширинку. Рывок, и объект его обожания остался в одном нижнем белье. Великолепно. Решив, что перчатки на руках Шедоу тоже не нужны, он быстро снимает их и откидывает куда-то в сторону. Теперь уже прохладные руки, не закрытые никакой тканью, начали бродить по оголённым бёдрам, вырывая из груди кобальтового ежа рваный выдох. Совсем легонько касаясь когтями горячей кожи, Шедоу подмечает для себя, что Сонику очень нравится, когда тот трогает его бёдра. Поцелуи возобновились. Наконец на шее не остаётся нецелованного места, и СФЖ начал спускаться ниже. С каждым последующим поцелуем и движением рук напряжение внизу живота героя растёт в геометрической прогрессии. Так хотелось, чтобы чужие руки начали касаться более интимных мест, но, конечно, рассчитывать на такое удовольствие не стоит. Ещё как минимум минут пятнадцать, которые для Соника сейчас кажутся целой нескончаемой вечностью. А Шедоу и рад. Это было своего рода хобби. Он обожал смотреть, как разгорячённый, ужастно возбуждённый партнёр лежит под ним и изо всех сил старается держать себя в руках, чтобы не показывать слабость и дикое желание уже самому оседлать его, лишь бы получить ещё больше. Поцелуи переходят с плеч и ключиц на грудь. Ночной ёж уже знал, где нужно целовать и покусывать, чтобы пассия получила наслаждение от его ласк, и он активно пользовался этими знаниями. От очередного поцелуя куда-то под ребро Соник громко вдыхает, вздрагивая. Ему одновременно нравилось и бесило то, что Шедоу так хорошо знает его чувствительные места. Однако сейчас ему явно не хватает воздуха и времени, чтобы думать об этом. Становилось все жарче. Клубок возбуждения разрастается как снежный ком. Половой орган уже сильно выпирал из боксёров, желая, чтобы его тоже докоснулись. Шедоу, конечно же, это видел, но ничего делать пока не собирался. Это было наказание за чрезмерную наглость и привлекательность Соника. Чёрные руки сжимаются где-то на внутренней стороне бедра. На дразняще близком расстоянии от чужой эрекции. Герой громко вдыхает, молясь, чтобы Шедоу прекратил свои издевки и в конце концов удовлетвори желание пассии, но руки испарились оттуда так же быстро как и появились. Послышался очередной разочарованный стон. Не в силах сидеть, Соник откидывается назад, облокачиваясь на локти. Изумрудные глаза под прикрытыми веками следили за чужими руками на своих ногах. Вот жук. Специально щекочет когтями чувствительные зоны. Внезапно затуманенный взгляд остановился на пряжке ремня своего напарника. Очередной громкий выдох. Зеленые глаза поднялись на лицо Шедоу. Под очередную волну мурашек по телу, Соник спросил: — А почему это я почти голый, а ты только перчатки снял? — Красные глаза на секунду оторвались от разглядывания чужого тела. Шедоу тихо усмехнулся. — А что такое? Тебя это обижает? — словно издеваясь протянул СФЖ, продолжая отсыпать ласками ужасно возбужденное тело. — Да, — выдохнул Соник, мелко вздрагивая от очередного чувствительного поцелуя, — я тоже хочу смотреть на твое шикарное тело. Шедоу выпрямился в полный рост, смотря на почти лежащего под собой партнёра. Улыбнувшись, ночной ёж решил, что не станет обделять возлюбленого хотя бы этим. Убрав руки с чужих ног, СФЖ снял с себя чёрную толстовку, а за ней и тёмно-красную водолазку. Наконец Соник нашел, за что зацепиться взглядом. Красивое, подтянутое тело, что нависало над ним, его вполне устраивало. Ласки продолжились. Шедоу стал более уверенно кусать нежную кожу, получая более громкие вздохи. И хоть и казалось, что он абсолютно спокоен, внутри творился настоящий хаос. Узел возбуждения сжимал половой орган, и тот уже принял состояние каменного стояка, но пока отлично скрывался от взгляда изумрудных глаз. Шедоу не переставал восхищаться этим телом, желая оставить свои отметки на каждом миллиметре этой замечательной и желанной плоти. Он держался из последних сил. Поцелуи перешли на ноги. Соник уже полностью лег на стол, перед этим подвинув бутылку с алкоголем подальше, чтобы ненароком ее не перевернуть. СФЖ кусал кобальтовые ноги, вслушиваясь в учащённое дыхание. На боксерах пассии уже виднелась капелька природной смазки. Терпение держалось только на добром слове. Поцелуи перешли на внутреннюю часть бёдер, и Соник вновь почувствовал давящее изнутри чувство. Половой орган пульсировал и жаждал ласок. Нет, ну сколько можно терпеть? Очередной укус рядом с эрекцией. Всё. Терпение к чёрту. Соник хватает чужую руку и укладывает её на место, где она так нужна и задыхается от собственного вдоха. Шедоу не двигает рукой, а лишь продолжает нежные поцелуи. Кобальтовый герой понял, что от него хотят, и был готов уже на всё, лишь бы получить желаемое. — Да трахни ты меня уже, Шедоу! Пожалуйста! — Мольба и возбуждение смешались в одно целое, буквально вырвав эту просьбу. На губах СФЖ расплылась улыбка. Вот оно. Рука на пахе сжалась, и послышался первый громкий горловой стон. Кобальтовый выгнулся. Наконец-то это чувство. Но мало. Рука переминала тесноту в нижнем белье, чувствуя, как каждое её движение заставляет возбуждённую плоть пульсировать и дрожать. Большой палец начал растирать выступающую смазку по головке через ткань нижнего белья, на что вновь послышались разгорячённые стоны. Соник уже готов был выть от желания. Сладкая пытка свалила его с ума. Каждое место, обласкаеное губами Шедоу, горело. Это был самый край. Очередное движение рукой окончательно разбило остатки стеснение, и герой, сам того не замечая, выпускает из своего рта сладкий и самый пошлый за весь вечер стон. — Ааах~... Шедоу~ — Теперь уже сорвался сам Шедоу. То, с каким лицом это сказал Соник, каким сексуальным и молящим тоном, просто не оставило СФЖ и шанса продолжать сдерживаться. На этом прелюдии закончились. Как можно быстрее ночной ёж расстёгивает ремень и стягивает с себя чёрные брюки и нижнее бельё. Изумрудные глаза видят, в каком состоянии пребывает его возлюбленный, и с губ срывается смешок. — Ну надо же, Шедс, — в голосе снова слышится наглость, — как долго ты уже держишься? Неужели с такой проблемой у тебя хватает сил продолжать эти долбаные прелюдии? Да ты мазохист, милый~ — очередной смешок, который резко превращается в стон. Шедоу укусил его за бедро, но игривое настроение от этого не угасло. Наконец стянув с кобальтого нижнее бельё, воздух обжёг набухшую, разгорячённую кожу, и Соник вновь порадовал слух Шедоу громким вдохом. — Думаю в растяжке нет смысла? — задал риторический вопрос СФЖ, глядя, как после этих слов дрогнули синие ушки (и не только они). Усмехнувшись, чёрная рука резко обхватила чужой половой орган и сжала его, от чего Соник выгнулся дугой и громко вскрикнул. Возбуждение начало душить ещё сильнее. Красные глаза продолжали исследовать такое податливое и любимое тело. Головка багрово-красного органа уже дёргалась от нетерпения. В конце концов Шедоу обхватил чужие ноги и закинул их себе на плечи. Герой громко охнул, но подвинулся ближе, стараясь соприкоснуться с признаком возбуждения партнёра. СФЖ начал потирать головку о желанный вход, который и так был уже хорошо смазан природной смазкой. Соник затаил дыхание в предвкушении крышесносного кайфа, вот только Шедоу вновь взялся за старое, и кобальтовый решил, что это уже давно нужно прекращать. — Блять, Шедс, я клянусь, если ты сейчас продолжишь творить эту хуйню, я тебя... — Снова Соник не успевает договорить, как вдруг давится своим же стоном, и перед глазами начинают взрываться звёздочки. Наконец-то. Шедоу расплывается в довольной улыбке и удовлетворенно выдыхает. Обволакивающая теснота покрывает все его тело мурашками. Не ожидая, когда пассия придет в себя, ночной ёж снова двигает бёдрами, на что Соник не сдерживает громкий стон, цепляясь рукой за край стола. Чувство наполненности было просто необходимо. И в итоге герой его получил. — Шедоу~... Ещё. — Горячий голос стал более тихим. СФЖ двинул бёдрами снова. А затем ещё, и ещё, и ещё. После каждого движения Шедоу вознаграждали сладким стоном. Красные глаза буквально светились от удовольствия, а их хозяин тихо постанывал, начиная постепенно увеличивать скорость толчков. Шедоу двигался под разными углами, крепко сжимая чужие ляжки, совсем слегка царапая их коготками. Толчок. Еще один. И наконец, третий заставил героя дрогнуть, выгнуться дугой и застонать чуть ли не во все горло. Чёрно-красному понравилась такая реакция, так что он, не медля ни минутки, начал двигаться в нужном направлении. Соник прикрыл рот рукой. Да, ему было очень хорошо, но за такие выходки соседи им спасибо не скажут. Всё тело мелко дрожало, а узел в животе затянулся так сильно, что, казалось, мог вот-вот порваться. И хоть движения Шедоу были невероятно сладкими и приятными, этого было не достаточно, чтобы утолить голод кобальтого ежа. Рука, что держалась за край стола, потянулась к члену, однако была почти тут же перехвачена и прижата к персиковому животу. Соник тихо проскулил, а Шедоу лишь ухмыльнулся. Вдруг был сделан грубый и глубокий толчок, заставивший героя забыть, что нужно держать себя в руках. Громкий стон сорвался с губ, на что уши Шедоу слегка дёрнулись, стараясь уловить каждую нотку наслаждения в возбужденном голосе. Шедоу понимал, что и сам уже не может терпеть, и пытку горячей агонией нужно заканчивать. Темп резко стал быстрее, на что Соник дёрнулся и обрывочно застонал, стараясь бёдрами двигаться навстречу. Каждый толчок попадал в самую чувствительную точку, вызывая будто удар током, проходящий по всему телу. Запредельное удовольствие. Чувствительные стенки то сжимались, то разжимались, заставляя уже самого Шедоу тихо стонать от приятной узкости. Персиковая грудная клетка вздымалась, ходила вверх-вниз, будто специально привлекая ночного ежа к более страстным и уверенным толчкам. СФЖ вновь ускорился. Рука, что была прижата к животу, всё время дёргалась, и Шедоу отпустил её. Она тут же потянулась вверх и схватила белый мех на груди ночного ежа, начиная тянуть его на себя. Шедоу понял намёк на наклонился к пассии, жадно целуя персиковые губы. Ноги с плеч перешли на сгиб руки. Актив нежно сминал и слабо покусывал чужие губы, исследовал чужой рот языком, хотя и так знал там каждый сантиметр. Герой был доволен. Такие поцелуи заставляли его чувствовать себя настолько желанным, насколько только было возможно. Движения стали резче. Сейчас Сонику хотелось, что бы напарник не сдержался ни капельки, чтобы двигался так грубо и быстро, как только мог. И Шедоу понял его просьбу. Уже в следующее мгновение темп резко вырос до быстрого. Соник от контраста ощущений резко вцепился пальцами в чужую колючую голову, сминая основания чёрно-алых иголок, и громко простонал в поцелуй. Но воздух, увы, не вечен, и влюблённым пришлось отстраниться, начиная жадно глотать кислород, наполняя им лёгкие и пытаясь восстановить сбившепся дыхание. Стало ужасно жарко и душно. Но никто не собирался останавливаться, чтобы открыть окно. Наоборот, Шедоу продолжать наращивать темп, двигаясь внутри грубо и страстно. Туманные взгляды смотрели друг на друга, разделяя этот кайф. Соник явно хочет что-то сказать, но воздуха катастрофически не хватает. Крышесносное удовольствие заставляет его забыть все слова на свете, кроме имени возлюбленного. Герой громко его стонет, на что Шедоу нежно целует его в шею, возобновляя сладкие ласки. Шлепки двух разгорячённых тел друг о друга, пошлое хлюпанье и громкие стоны впивались крепкой хваткой в лабиринт воспоминаний и останутся там навсегда. Соник громко вскрикнул и посмотрел вниз. Теперь уже горячая рука обхватила его член и начала ритмично двигаться, растирая по всей длине продолжающую выделяться природную смазку. Бёдра сами собой двигались навстречу приятному трению, прося больше, сильнее, теснее. И напарник подчинялся. Сжимал руку сильнее, ускорял темп, делал все, лишь бы кобальтовый ёж был удовлетворён. Оба были на грани. Скорость и сила движений росла с каждым толчком. Стоны превращались в крики восторга и наслаждения. Соник со все своей страстью и любовью вскрикивал имя партнёра, даже не думая, что они могут кому-то помешать. Всё тело сгорало буквально изнутри. Разум давно перестал даже пытаться функционировать, и управление телом взяли лишь чувства. Шедоу приглушённо рычал, стараясь сильно не шатать стол. Нутро любимого становилось всё мокрее и горячее. Искры тока пробивали оба тела насквозь. Разрядка была слишком близка. У Шедоу отлично получалось держать ритм, однако даже он начал сбиваться. Движения становились хаотичными, но оставались быстрыми и сильными. Соник обхватил ногами торс актива, прижимая его ближе к себе, стараясь соприкасаться как можно сильнее и дольше. Ещё несколько толчков, несколько движений рукой, и во всем теле кобальтовое разливается пожар, падают звёзды и взрываются салюты. Оглушающий полу-стон, полу-крик вырывается из груди. Скорость не угасает, и герой, сильно выгибаясь, изливается себе на живот, продолжающий ходить ходуном туда-сюда. Шедоу только собирается выйти из горячего плена, как ноги обхватывают его сильнее. Взгляд останавливается на изумрудными глазах, по краям которых видны кристаллики слёз. — Внутрь~ — Единственное, что может сказать Соник, но этого было более чем достаточно. Грубый толчок как можно глубже, громкое рычание, очередной вскрик пассии, и Шедоу изливается в горячее нутро, чувствуя, как сокращаются мышцы, сжимая его орган внутри мёртвой хваткой. Кобальтовый явно пребывает в другой реальности, однако прекрасно ощущает, как внутри растекается горячая, липкая жидкость. Минута. Оба пытаются привести в норму не просто сбившееся, а почти улетевшее к чертям дыхание. Алкоголь только-только начинает отступать, проявляя за собой сознание, но никто ни о чём не жалеет. Шедоу с удовлетворением смотрит, как мелко дрожит герой под ним, как он красиво лежит на столе, как переливается в фиолетовом свете жидкость на двигающемся животе. Теперь в этой относительной тишине снова слышится фоновая музыка, которая, как оказалось, играла все это время. — Это было... — тихий уставший голос раздался снизу, привлекая к себе внимание Шедоу. — ...просто ахуенно. — Соник с хитринкой глянул в красные глаза и тихо усмехнулся. СФЖ тоже не сдержал улыбку. Наклонившись, он ласково поцеловал любимого в губы, получая в ответ такой же нежный поцелуй. — Теперь это мои любимые виски, — рассмеялся герой. Шедоу глянул на почти пустую бутылку неподалёку и усмехнулся. Еще через несколько нежных поцелуев ночной ёж наконец вышел из сладкого заточения; на это раздался протяжный негромкий стон. Воздух в комнате охлаждает разгоряченный орган, СФЖ шумно выдыхает и чувствует мягкий поцелуй в лоб. — Я хочу спать, — совсем шепотом говорит Соник, стараясь держать глаза открытыми. Шедоу глянул на время. Уже почти три часа ночи. Он осторожно берет возлюбленного на руки и несет его в душ. *** Чёрно-алый ёж осторожно перебирал синие иголки. Соник уснул ещё в ванной, так что СФЖ сам вытер его, переодел и уложил в кровать. Нежно обнимая своё сокровище, Шедоу не мог перестать улыбаться. После каждого проведённого дня вместе он влюблялся в этого ёжика всё больше и больше. Кобальтовый смешно фыркнул и почесал нос во сне. СФЖ укрыл обоих, прижимая его ближе к себе. Красные глаза начали слипаться, а мысли постепенно превращались в спутанный комок, не имеющий никакой смысловой нагрузки. Несколько минут, и Шедоу погрузился в приятный и спокойный сон, в котором его тоже ожидал его энергичный и любимый Соник.