адвокотенок

Сонхун переживал, стоя перед залом суда. Такой идиотский иск в его сторону, потому что семья виновницы не признает поражение. Какое ещё домашнее насилие, если всю инициативу в интиме проявляла Минхи? Что за бред? Ещё и сама не лезла на него, только под дулом пистолета (в извращенной ролевой игре) заставляла покорно ложиться в постель и готовиться к лучшему. Какое ещё соглашение об измене с обеих сторон? Сонхун сам не пользовался тем, о чем они не договаривались. Даже не слышал ни разу о том, что ему можно пару раз сходить налево, если внутренний навигатор сбивался с правильного пути? Какой ещё «донор спермы», с которым нужно было переспать лично, чтобы гарантированно забеременеть? Может, ещё дублёра найдут, чтобы подтвердить правдивость? Да с таким позором их семью запомнят как кучку вшивых лжецов. Особенно отца, отправлявшего несколько гневных сообщений на личный номер. Чонвон же в свою очередь сказал довериться ему и профессионализму. Развод уже был подтвержден, из свидетельства о рождении вычеркнули имя ненастоящего отца. Пусть теперь сами ищут наглеца, который обрюхатил их милую доченьку. Сонхун нервно ходил по коридору в ожидании своего адвоката. Но охранник на входе призвал его зайти внутрь, дабы не тратить время впустую. Да как можно что-то внятное сказать, если у него нет мужчины, представляющего его интересы? Холод скамьи прожигал одежду насквозь. Каждую секунду Сонхун задавался, где же его адвокат. Двери в зал распахнулись, а в помещение ворвался запыханный Чонвон с папкой в руках. — Ваша честь, извините за опоздание, — как полагается, он поклонился судье. — Можем начинать. Еще раз простите. — Привет, — тихо поприветствовал Сонхун, а на лице появилась улыбка, полная надежды. — Привет, — шепнул с такой же улыбкой Чонвон. — Выступает истец, — объявил судья, призывая обе стороны к тишине. Ничего нового Сонхун не услышал. Всё те же новые, появившиеся из воздуха, дыры в их брачном договоре. Только вот на лице не дрогнул ни один мускул, чтобы показать раздражение или разрастающуюся злость. Чонвон стянул с лица маску, скрывающую полное отсутствие макияжа. Волосы не были завиты. Просто естественными кудрями падали на лицо. Невозможно было прочитать ни единую эмоцию на нём. Только над самыми большими глупостями на губах появлялась усмешка. Чонвон будто бы знал, что каждый этот глупый аргумент он сотрёт с лица земли своими фактами. От этого на душе Сонхуна становилось легче. В прошлый раз, когда они точно так же сидели рядом он даже не думал о том, насколько прекрасен его адвокат. Серьезный, сосредоточенный, мужественный. По языку тела можно было почувствовать, как он удерживает себя от крика: «Да что за хуевые аргументы? Че за лапшу на уши вешаете? В смысле нет? Пидора ответ». Учитывая взрывной характер в человеческом разговоре с глазу на глаз он действительно мог ды выдать что-то подобное. — Ответчик, теперь выслушаем вашу сторону. Сонхун напрягся всем телом. Рядом с Чонвоном становилось по-человечески легче. В его лице можно было почувствовать настоящую защиту. — Ваша честь, истец заявляет, что мой клиент прибегал к домашнему насилию, — четко поставленная речь без единой эмоции на лице. — Что противоречит данным из больнице. Истец за всё время брака ни разу не обращался в больницу, о чем свидетельствует личная медицинская книжка. Если бы ответчик действительно поднимал руку, то это было бы зафиксировано в клинике, а также привело бы к разрыву всяких отношений. — Секретарь, будьте добры, дайте бумаги, которые предоставил господин Ян, — судья натянул на переносицу очки, чтобы изучить бумаги беглым взглядом. Чонвон даже не улыбнулся, хоть и знал, что дело будет закрыто в два счета. — Ваша честь, — сразу же встрепенулся адвокат бывшей жены. — Через угрозы ответчик вынудил госпожу Сон молчать о домашнем насилии. — Требую соблюдать тишину в зале, — судья Хон постучал несколько раз молоточком, чтобы остудить пыл взбудораженного адвоката. — Господин Ян, продолжайте. На лице Чонвона промелькнула короткая ухмылка от чувства собственной превосходности. На листе с доводами от истца были разгромные аргументы против. Для него закончить это дело так же легко, как сходить выпить кофе перед работой. — «Согласие об измене» не может быть договоренностью на словах. Перед тем как совершать опрометчивый поступок нужно было для начала изменить правила брачного договора, — продолжил свою речь Чонвон. — Мой клиент не получал никаких уведомлений и предложений о таковом пункте. Любые подобные акты должны быть заверены и внесены в договор письменно прежде, чем можно исполнять их в реальность. — Ах, ты… Щенок! — вшивый адвокат снова подорвался с места. — Да что ты знаешь? Свечку держал над тем, что они там обговаривали или нет? — Господин Хон, вы как никто другой должны понимать, для чего нужна юридическая формальность, — спокойным тоном ответил Чонвон и поправил на себе галстук. — Попрошу не переходить на личности. Любой новый выпад явно будет играть против них. Тем более такой темпераментный мужчина точно будет взбешен тем, что оппонент не придает его «лаю» никакого значения. — «Донор спермы», — Чонвону понадобилось прокашляться, потому что данный термин ему до сих пор становилось тошно от этого довода. — Процедура эко востребована в наше время, но это не обозначает, что для этого нужно идти на супружескую измену. Мой клиент подтвердил, что в их паре даже не заходило речи о возможности проведения процедуры. Тем не менее, никаких операций по счету для оплаты искусственного оплодотворения произведено не было. Секретарь снова забрал стопку бумаг из рук Чонвона за период предположительного зачатия ребенка. Острым как лезвие ножа взглядом адвокат посмотрел на юную даму, покрасневшую от стыда и позора, ведь ее снова в пух и прах разносил «щенок» с оскалом. — Как вы можете увидеть, Ваша честь, у супругов был общий банковский счет. Но ничего кроме переводов на имя предполагаемого отца ребенка не было, некоего господина Хон. Так же неоднократно совершались покупки на крупные суммы в различных магазинах одежды, — Чонвон бросил вкрадчивый взгляд на своего подопечного, кусающего свои губы. — В связи с этим мы хотим выдвинуть ответный иск о возмещении украденных и потраченных денег, а также о покрытии новых судебных издержек в связи с иском госпожи Сон. Я закончил. Спасибо. — Прошу покинуть зал суда для вынесения вердикта, — судья снова стукнул молотком. Чонвон и Сонхун первыми вылетели из зала, распираемые разными эмоциями. Один был горд собой как никогда прежде, а другой был невероятно счастлив, что среди всех адвокатов ему повезло найти настоящий алмаз. Чтобы не засмеяться в самом здании на весь коридор им даже понадобилось выбежать на улицу, чтобы рассмеяться во весь голос. Действительно, картина была слишком забавной, чтобы молча с каменными лицами терпеть компанию девушки с ее адвокатом. — Я чуть со смеху не лопнул. Этот адвокатишка Хон ходячий простофиля, — громко рассмеялся Чонвон, согнувшись пополам. — Лучше бы к суду готовился, чем кидался на меня с агрессией. Что за позор? Это дело теперь будет висеть клеймом в его профессиональной карьере. — Я вообще переживал, что он скоро бросится на тебя с кулаками, потому что не может задавить тебя словесно, — Сонхун придержал живот, потому что все тело тряслось от смеха. — Это просто цирк какой-то. Не на тех нарвались. — Я думал у него вена на лбу от злости лопнет, блять, — Чонвон хлопнул себя по коленке. Приятно унижать более опытных в этой сфере адвокатов. — У меня уже сложилось впечатление, что сынишка этого господина Хон причастен к ребенку. Не зря же так загорелся злостью. — Можем потом провести личное расследование, — Сонхун поиграл бровями, намекая на еще одну их встречу. — Адвокат ян и бухгалтер-ним Пак меняют профессию, — Чонвон вытянулся в струну и приложил ладонь ребром ко лбу. — Ладно, может, нам лучше не расслабляться, чтобы не пропустить оглашение вердикта. Главное не забывай, о чем я тебе говорил. — Не разговаривать с бывшей женой и не вестись на вшивые манипуляции, — Сонхун кивнул и спародировал позу солдатика. — Так точно, сэр Ян. Полные оптимизма они направились обратно в здание, где в коридоре на одной из скамей сгорбившаяся девушка и хмурый как грозовая туча адвокат. Присутствие Сонхуна и Чонвона явно давило на них, потому что они были самыми ослепительными и лучезарными. Чтобы выглядеть самом престижном виде пришлось поправить на себе галстук. — Посмотри на меня, — строго потребовал адвокат, пододвигаясь ближе. — Галстук нужно поправить. Сонхун в позе статуи терпеливо ждал, когда на нем поправляют одежду. Сердце бешенно заколотилось от такого контакта. Хотя в этом жесте не было ничего специфичного. Чонвон хочет зайти и выйти триумфатором в превосходном виде, а не как побитая собака. С прямой осанкой и расправленными плечами смотрел куда-то в сторону. Такой гордый и уверенный в своей победе. Если только не случится взятки, но аппеляцию тоже можно подать. Если бы это означало, что нужно провести больше времени вместе — Сонхун согласен. Где получить и расписаться? Чонвон показательно закинул ногу на ногу, создавая «закрытую позу». Явно защита от сглаза, потому что оппонент хотел прожечь дыру прямо у него во лбу. Настолько обижен он был на очевидный проигрыш. Сонхун перевел взгляд на свою бывшую жену. Что за битва взглядов два на два? Пока один смотрел с лютой яростью и ненавистью, другая смотрела с жалостью и покорностью. Но здесь не было места для сочувствия. Нечего ложиться в постель с другим мужчиной. Довод про эко был хорошим. Почему Сонхун раньше о нем не задумался? Потому что иначе он бы не узнал про юридическую контору. А в частности про одного адвокотенка. Да, сердитая киса с серьезной мордашкой. Если за ушком погладить, то он станет мурчать от удовольствия? Сонхун так и не понял, был у них вчера секс или нет. В трусах было большое пятно из-за предэякулята, но намека на использованный презерватив не было. Конечно, Чонвону не грозит беременность, но вдруг… — Суд готов вынести вердикт. Можете заходить, — объявил секретарь, выглянув в холл. Сонхун последовал как загипнтизированный вслед за своим адвокатом. Уверенная грациозная походка внушала полное доверие. Истецы же опустились напротив них лицом к судье. Чонвон снова поменял эмоции с довольных и хитрых на расслабленные и сосредоточенные. Да с такими навыками нужно было идти на актера, а не мучать себе голову с адвокатурой. — Суд готов вынести вердикт, — объявил мужчина во главе «торжества». — Иск со стороны семьи Сон отклонен. Встречный иск от господина Пака удовлетворен. Суд окончен. Сонхун готов был запрыгать от радости в любой момент, но серьезность Чонвона придавала ему приземленности, хотя выглядел он так, будто сам в любой момент подпрыгнет до потолка. Его с потрохами выдавала ухмылка на губах. Он теперь точно зарекомендует себя как прекрасного специалиста, которому ни один мужчина с опытом и набитой клиентурой не помеха. На выходе из зала суда Сонхуна резко остановила бывшая жена, дергая за рукав рубашки. Он остановился на месте, но боролся с желанием оттолкнуть от себя девушку. Всё-таки столько сил вложил в их отношения и старался быть примерным мужем, хоть и получалось хреново. — Сонхун, мы можем поговорить? — с мольбой в голосе спросила девушка. — Может, пересмотрим наши отношения? Всё же хорошо было. Пересмотрим брачный контракт… Беглый взгляд на лицо Чонвона. В нём не отражалось никаких эмоций. Просто пустой безжизненный взгляд в самую душу с немым ответом: «Не смей!». Адвокат пожал плечами и продолжил свой путь к выходу. Так! Не зря перед возвращением обратно он строго сказал, что ни на какие мольбы и манипуляции обращать внимание нельзя. От Чонвона осталась только тень рядом. Даже она шептала на ушко: «Уебывай отсюда, пока не влип по самое не балуйся. Я тебя из новых приключений на твою задницу вытаскивать не стану». — Нам больше не о чем разговаривать, — Сонхун с самой дурацкой своей улыбкой пожал плечами. — Хочешь пообщаться — только через моего адвоката. Он объяснит всё доступным языком. Я пошел. Догнал Чонвона только на улице, где он смиренно ждал около выхода. Услышав приближение он отпрянул от стены и довольно улыбнулся, разминая уставшие мышцы. Ему не нужно было слышать диалог, чтобы довольно ухмыльнуться. — Что ты ей ответил? — строго спросил Чонвон. Лгать такому бессмысленно — как коп читает открытую книгу. — Что нам не о чем разговаривать и для связи со мной придется общаться через адвоката, — с самой счастливой улыбкой ответил Сонхун, будто он клюкнул на уловку. На лице Чонвона сразу появилась гордая улыбка. Его такими фокусами не проведешь. Не первый год работает адвокатом. Тем более по разводам. Конечно, в их офис обращались и для судебных разбирательств, связанных с преступлениями, но Чонвон за них никогда не брался. Обычно громкие дела на себя брал Сону. Не всегда получалось оправдать обвиняемых против железобетонных доказательств, но ему удавалось скрасить срок для подопечных, чем он безусловно гордился. — Куда ты сейчас поедешь? — с любопытством поинтересовался Сонхун, когда они приблизились к припаркованному автомобилю. — Обратно в офис. Нужно ещё заняться бумажной волокитой, — урчащий желудок выдавал совершенно другое желание. — Ладно, надо будет заскочить в закусочную для обеда. Может, повезёт и меня отпустят с работы пораньше. Вдруг любовница Ебубу намурлычет ему на ушко, что за успешные дела нужно поощрять и хвалить. — А ты бы… Не хотел вместе куда-нибудь погулять? Когда у тебя будет свободное время, — Сонхун остановился около пассажирского места, с любопытством рассматривая расслабленного Чонвона. — Я не работаю только по выходным, — подставив довольное лицо под солнце он потянулся. Задницу можно отсидеть столько времени сидеть перед судьей. — Ну или после смен. Но я обычно мечтаю об отдыхе за приставкой и баночкой пива. — У меня есть плейстейшн! — Сонхун откровенно лгал, но другого варианта у него не было. — Странно, я ее не заметил во время прошлого визита, — Чонвон заметил, как по улице шел раздраженный адвокат Хон и за ним плелась бледная госпожа Сон. — Слушай, попроси через родителей, чтобы твоей бывшей нашли психолога. Я думаю на нее кроме развода давит постродовая депрессия. Покажи себя лучшим человеком. Такой мудрый и рассудительный. Даже сидя на пьедестале остался снисходительным, удерживая лицо. Сонхун не мог им не восхищаться и не пускать слюны. Ладно, он просто тоже хочет кушать, поэтому мысли о легком перекусе затимили разум. — Может, вместе заскочим на перекус? — Сонхун цеплялся за возможность провести еще немного времени вместе. — О, я как раз собирался на макавто заскочить. Я буду самым счастливым, если ты еще предложишь закрыть счет, — коварно ухмыльнулся Чонвон. — Или я просто наглею? — Нет, я сам предложил, — или отчаянно навязал свою компанию. Чонвон с пафосным видом плюхнулся на водительское сидение. Сонхун чувствовал себя немного неловко, хотя сам стремился провести хоть немного больше времени вместе. В бардачке у него лежали не только документы на машину и водительские права, но еще и блеск для губ. Чонвон направил на себя зеркало заднего вида и провел по губам. Такой яркий и броский даже в офисном стиле. У Сонхуна голова начала гудеть от обрывков воспоминаний той самой ночи. Блять, поцелуи с Чонвоном точно были. В баре в первый раз, когда ему еще пощечина прилетела. На танцполе, когда их тела не двигались в ритме песни, а просто дрыгались по своей манере. Это точно было. О, еще и поцелуй на улице, когда им стало скучно просто так ждать такси. Надо будет попросить у службы безопасности бара съемки камеры наружного видеонаблюдения за ту ночь, чтобы хранить это как копромат. Или просто наслаждаться воспоминаниями об этих нескольких часах, когда все началось. Что, блять, дальше-то было? Они же как-то доехали до дома, снова целовались. Сонхун лил в себя как проклятый горькую соджу с мерзким вкусом, жаловался на нее, но всё равно прикупил еще один идентичный ящик. — Что не так? — удивился Чонвон, когда перевел взгляд на слишком напряжённое лицо. — Ну, да. Не самая дорогая иномарка, но купил за свои деньги. — Не, не напрягайся. Сонхун это сказал для того, чтобы сделать следующий шаг. Оставить след поцелуев не только в своей квартире, на улице или в баре. Подавшись вперед он прижался губами к чужим, пробуя на вкус гребаный блеск для губ. Он играл новыми красками, но на чужом лице. Сонхун жадно забрал весь вкус своим языком. Он старался углубить поцелуй. Чонвон в свою очередь позволил это сделать и разомкнул свои губы. Даже не стал отталкивать с презрением. Ему явно понравилась эта инициатива. Если бы не гребаный полдень и центральная улица города, то они могли бы и зайти немного дальше. Но нехватка кислорода решила, что им стоит остановиться хотя бы сейчас. — Что это было? — с усмешкой спросил Чонвон, размазывая остатки блеска по губам. — Разве я для тебя нанес? Вкусная, что ли? — Не знаю для кого, но мне очень понравилось. Греха таить не буду, — Сонхун сел обратно на своё место и пристегнул ремень безопасности. — Я чувствую абсолютную свободу. — Это хорошо, — Чонвон снова поправил зеркало заднего вида, но чтобы уже видеть проезжающие сзади машины. — Тогда я буду ждать точный адрес, чтобы можно было вместе поиграть в приставку. Машина плавно сдвинулась с места. Даже за рулем Сонхун наблюдал былую строгость и серьезность. Будто вся жизнь Чонвона — дорогое и востребованное дело, которое он продолжает вести. Только кто его клиент? Может, сам дьявол? Да, с такими шутками ему бы быть адвокатом самого сатаны. Может, сидели бы за одним столом в самом пекле ада и непринужденно обсуждали, как можно еще наказать наглых смертных. Тогда уже Чонвон перестанет работать на правосудие и справедливость. Сам дьявол будет шептать ему на ушко изощренные способы наказания. Блять, а обязательно от этих ролевых игр возбуждаться? Что за хуйня? — Ты когда-нибудь задумывался об увольнении? — чтобы нарушить повисшую мертвым грузом тишину Сонхун решил задать нейтральный вопрос. — Зачем? Я не берусь за дела преступников, а смертная казнь у нас и так отменена, — Чонвон постоянно облизывал свои покрасневшие губы. Тут уже никакой тинт не нужен. Можно просто попросить о еще одном поцелуе. — Я больше по семейным разборкам. — Много успешных дел закрыл? — Как видишь — да, — Чонвон чмокнул губами, чтобы размазать остатки блеска. — Любой «акуле» глотку перегрызу. — Тебя недооценивают за то, что ты молодой и… Симпатичный? — Сонхун хотел узнать больше подробностей с доверенных уст. В буквальном смысле. — Я сегодня даже не накрашен. Не такое уж смазливое лицо, — Чонвон завернул к заведению с перекусом и подъехал к очереди. — Просто другие много на себя берут и думают, что смогут меня морально задавить. — А ты бульдозер? — Я военный крейсер, — Чонвон самодовольно ухмыльнулся. — На моему пути не существует преград.