Обновление 9.0

      Третий месяц принес с собой новые испытания. Тошнота, к облегчению всей команды ZGDX, начала постепенно отступать, но на смену ей пришла проблема, которую было гораздо сложнее скрыть под прицелом профессиональных камер: форменная одежда.       Тун Яо стояла перед зеркалом в своей комнате в базе и в пятый раз пыталась застегнуть игровые брюки, в которых выступала на сцене OPL в последний год.       – Они не застегиваются, – жалобно произнесла она, глядя на свое отражение и безуспешно пытаясь втянуть живот. – Чэн, это официально. Твой мидер превратился в Даруму.       Лу Сычэн, который в это время поправлял воротник своей футболки для предстоящей официальной фотосессии лиги, подошел к ней сзади. Он обнял её за талию, и его большие ладони привычно легли на едва заметно округлившийся живот.       – Ты не Дарума. Ты просто... растешь, – он мягко поцеловал её в макушку, глядя на их отражение с той самой редкой нежностью, которую видел только этот зеркальный шкаф. – И вообще, это не штаны маленькие, это Сяо Жуй купил дешевый порошок, и ткань села после стирки. Я скажу ему, что форма испорчена.       – И купите на два размера больше? – вздохнула Тун Яо, прислонившись спиной к его груди. – Фанаты в Weibo решат, что я впала в депрессию из-за твоих плохих драфтов и начала заедать её бургерами в три часа ночи.       – Пусть решают, что хотят. Главное, чтобы мой мидер не чувствовал дискомфорта, когда кастует ульту на линии, – он слегка улыбнулся и легонько щелкнул её по носу.       Сегодня был ответственный день – медиа-день ОPL. Все профессиональные команды собрались в одном огромном павильоне для съемок промо-роликов и новых карточек игроков. Это было самое опасное место для сохранения их тайны: кругом шныряли фотографы, визажисты и любопытные игроки из других команд.       – Так, слушайте тактический план, – шептал Сяо Жуй, собрав команду в тесный круг за кулисами. Он выглядел так, будто планировал ограбление банка, а не фотосессию. – Тун Яо, на всех общих планах ты стоишь исключительно во втором ряду. Парни, вы – стена. Ваша задача – быть монолитным щитом.       Менеджер перевел взгляд на Толстяка, который в этот момент доедал яблоко.       – Толстяк, сегодня твой звездный час. Ты стоишь прямо перед ней. Твоя широкая спина – наше главное тактическое преимущество и единственный способ скрыть от камер то, что форма нашей Смайлинг застегнута на честном слове и одной булавке. Если кто-то из YQCB или CK подойдет слишком близко – блокируйте обзор! Считайте, что вы защищаете своего керри в самом важном тимфайте сезона!       – Опять я – живой щит? – проворчал Толстяк, пытаясь расправить джерси, которое на нем сидело вплотную. – В игре я впитываю урон за керри, на фотосессии – закрываю мидера. Сяо Жуй, мне положена надбавка к зарплате за «физическое перекрытие обзора».       – Это почетная миссия, – отрезал Лао Мао, выравнивая строй. – Считай, что ты стоишь в защитной стойке под башней. И не смей отходить, даже если в тебя прилетит ульта Хакудзосу. Стой монолитом.       В это время к ним вальяжной походкой подошли участники YQCB. Ай Цзя, который всегда искал повод подколоть подругу или выведать свежие сплетни лиги, мгновенно оказался рядом.       – О, Яо-Яо! — воскликнул он, бесцеремонно пытаясь заглянуть за плечо Толстяка. – Ты что, сменила стиль? Почему на тебе футболка Чессмена? Она же на тебе висит, как кожа на Инугами! Ты в ней буквально тонешь.       Тун Яо замерла, чувствуя, как внутри всё сжалось от страха разоблачения. Она судорожно натянула длинные рукава на ладони, пряча пальцы.       – Это... это новый тренд, – быстро нашлась она, стараясь придать голосу уверенности. – Стиль «бойфренд». Тебе не понять, Ай Цзя. Ты в моде смыслишь столько же, сколько в игре на саппортах. То есть – ноль.       – А штаны? Ты их что, подтяжками к ушам привязала? – не унимался Ай Цзя, подозрительно оглядывая её слишком свободный низ.       Лу Сычэн, наблюдавший за этим с видом спящего вулкана, наконец шагнул вперед и бесцеремонно отодвинул Ай Цзя плечом, загораживая Тун Яо своей фигурой.       – Она проиграла мне спор 1 на 1 на линии мида, – ледяным тоном произнес Капитан. – Теперь неделю носит мои вещи в качестве наказания. Еще вопросы? Или хочешь обсудить твой винрейт в прошлом туре?       Ай Цзя прищурился, явно не до конца поверив в эту легенду:       – Спор? На что вы спорили? На то, кто больше съест? Яо-Яо, ты вчера в кафетерии умяла три порции маринованных слив. Причем вперемешку с рисом!       Тун Яо почувствовала, как по виску скатилась капелька пота.       – Сливы полезны для микроконтроля! – выпалила она, краснея до корней волос. – В них много кислоты, это... это стимулирует нейроны. Моему мозгу сейчас нужно больше ресурсов, чтобы тащить наши ленивые тушки к победе в чемпионате! А теперь иди тренируй скачки, Ай Цзя, пока ты окончательно не забыл, как нажимать кнопки!       Фотограф, прищурившись, разочарованно качал головой, глядя в видоискатель.       – Смайлинг, милая, ну что ты там спряталась? Тебя почти не видно за спиной Толстяка! Ты же единственная девушка в лиге! Сделай шаг вперед, обними Капитана за талию, добавь немного химии в кадр!       Команда синхронно напряглась, словно противник только что забрал Ороти у них под носом. Лу Сычэн отреагировал мгновенно: он не просто притянул Тун Яо к себе, а сорвал с плеч свою форменную куртку ZGDX и набросил на неё, придерживая края так, чтобы объемная ткань полностью скрыла её фигуру.       – Мы будем сниматься так, – безапелляционным тоном отрезал он, испепеляя фотографа взглядом Чессмена, который только что забанил всех твоих сигнатурных шикигами. – У нас тактическая концепция «Мид под защитой башни».       Фотограф лишь растерянно моргнул, поправляя очки.       – Ладно, ладно... Киберспортсмены – странный народ, вечно у них какие-то стратегии... – пробурчал он и продолжил щелкать затвором.       Когда они, наконец, вернулись на базу, Тун Яо с облегчением скинула кроссовки и переоделась в мягкую пижаму с котами.       – Третий месяц почти закончился, – выдохнула она, с наслаждением уплетая те самые маринованные сливы прямо из банки, устроившись на диване в тренировочном зале. – Сяо Жуй говорит, что скоро скрывать это будет сложнее, чем вражеского ниндзя в кустах.       – Мы что-нибудь придумаем, – Лу Сычэн сидел рядом, не отрываясь от планшета, где он разбирал вчерашний матч YQCB. – В крайнем случае, на следующем этапе чемпионата я объявлю, что ты переходишь на позицию аналитика из-за «хронической усталости поясницы после того, как тащила на себе четырех тиммейтов».       – А через полгода этот аналитик внезапно «зареспавнит» мини-версию капитана прямо во время финала? – усмехнулась Тун Яо, отправляя в рот очередную сливу.       – Скажем, что это новый секретный ИИ-проект от разработчиков Onmyoji Arena, – раздался язвительный голос Лу Юэ из дверного проема. – Самообучающийся бот-геймер нового поколения. Кстати, «Мисс Скрытность», там Цзиньян прислала коробку детских вещей, помеченную как «Анонимная посылка для поддержки боевого духа». Но курьер был в футболке с огромным логотипом детского магазина.       Лу Юэ прошел к холодильнику, открыл газировку и обернулся к брату:       – Так что ваш секрет – самый дырявый секрет в истории киберспорта. Даже в бронзовом ранге игроки чекают кусты лучше, чем вы шифруетесь.       Вечер на базе ZGDX обещал быть тихим. Команда, измотанная дневной фотосессией и парой тренировочных матчей в Onmyoji Arena, разбрелась по диванам. Тун Яо, уютно утонувшая в безразмерном худи мужа, с энтузиазмом вылавливала из банки последнюю маринованную сливу, сосредоточенно прищурившись.       Вдруг входная дверь распахнулась с таким грохотом, будто базу штурмовал вражеский ниндзя. В прихожую буквально влетели трое: госпожа Лу, элегантная и решительная, и родители Тун Яо, выглядящие одновременно встревоженными и готовыми к серьезному разговору.       – Ну всё, господа профессионалы, Гейм Овер! – голос госпожи Лу прозвенел под сводами игровой зоны не хуже ульты Маннендаке.       Команда подскочила. Толстяк от испуга подавился вяленой свининой, а Лу Юэ, собиравшийся что-то съязвить, едва не свалился с игрового кресла. Лу Сычэн спокойно встал, загораживая собой Тун Яо – этот инстинкт защиты своего мидера уже давно перекочевал у него из игры в реальную жизнь.       – Мама? Господин и госпожа Тун? – голос капитана оставался ледяным и ровным, но в глазах промелькнуло беспокойство, как при неудачном ганке. – Что вы здесь делаете в такое время?       – Что мы делаем? – мама Тун Яо всплеснула руками, подходя ближе к игровым столам. – Мы смотрим прямые трансляции! Мы анализируем ваши записи, интервью и фотографии в соцсетях внимательнее, чем Сяо Жуй анализирует пики соперников!       Госпожа Лу решительно шагнула к мониторам и одним коротким движением выключила компьютер Лу Юэ, который мешал ей говорить.       – Вы серьезно думали, что мы не заметим ? – она выразительно посмотрела на сына.       Отец Тун Яо, до этого хранивший молчание, сложил руки на груди и сурово посмотрел на «стену» из парней:       – И эта ваша новая тактика... Ребята, вы прикрываете Тун Яо так плотно, будто она – финальный кристалл, а вы все – башни на последнем издыхании. На последнем интервью Толстяк стоял к ней ближе, чем саппорт к своему стрелку на линии. Вы выглядели как один человек с двумя головами.       – Я... я просто хотел быть в кадре! – пискнул Толстяк из-за спины Лао Мао.       – Хватит! – госпожа Лу подошла к Тун Яо и мягко, но уверенно отвела в сторону край её огромного худи. – Я мать двоих сыновей, я узнаю этот бледный вид и тягу к кислым сливам из тысячи. Тун Яо, девочка моя, сколько недель?       В гостиной повисла мертвая тишина. Сяо Жуй спрятал лицо в ладонях, понимая, что их гениальная конспирация потерпела крах. Тун Яо медленно поставила банку со сливами на стол и посмотрела на Лу Сычэна. Тот вздохнул, подошел к ней и обнял за плечи.       – 15 недель, – коротко ответил он.       – О господи! – мама Тун Яо тут же расплакалась и бросилась обнимать дочь. – Я так и знала! Сердце чувствовало! Почему вы молчали? Ты же всё время на сцене, под софитами, эти бесконечные тренировки...       – Мы хотели дождаться безопасного срока и конца сезона, – начал объяснять Лу Сычэн, но госпожа Лу перебила его, уже вовсю командуя.       – Конца сезона? С такой защитой, как у ваших сокомандников, ей впору в бронежилете ходить! Я видела, как Кей сегодня на трансляции подхватил её под локоть, когда она споткнулась о провод. Вы ведете себя так подозрительно, что даже фанаты в комментариях начали гадать: то ли у Тун Яо внезапно развилась боязнь открытых пространств, то ли она стала вашей общей святой!       Мама Тун Яо уже вовсю инспектировала кухню:       — Так, где здесь нормальная еда?! — её голос разнесся по всей базе. — Почему в холодильнике только восемь видов энергетиков, три соуса из доставки и кусок засохшей пиццы, который, кажется, уже завел свою собственную цивилизацию? Чэн, это не база, это биологическая угроза!       Она резко обернулась и её взгляд упал на кухонный островок. Она подошла к блестящему прибору, на котором сиротливо лежала чья-то игровая гарнитура.       — А это что за памятник кухонному искусству? — Мама Тун Яо брезгливо приподняла крышку. — Почему у вас стоит пароварка, которая доверху забита упаковками с сушеным манго и вяленой свининой?! Вы используете технику для здорового питания как склад для контрабандных закусок? Вы в ней хоть раз в жизни видели пар, или она здесь просто для того, чтобы гости думали, будто вы не питаетесь исключительно лапшой быстрого приготовления?! Я забираю Тун Яо домой на неделю, пока она не превратилась в один из этих батончиков!       – Нет! – хором крикнули Лу Сычэн и вся команда.       – У нас завтра важный матч против FNC, – подал голос Лу Юэ. – Если она уедет, нам придется выставить меня, а я... я не так хорошо умею притворяться, что у меня нет токсикоза! То есть, я хотел сказать... короче, она нужна нам здесь!       Госпожа Лу посмотрела на команду: на виноватого Сяо Жуя, на преданных сокомандников, которые действительно стали для Тун Яо живым щитом. Её гнев сменился мягкой улыбкой.       – Ладно, – сказала она, поправляя воротник кофты Лу Сычэна. – Мы не будем пока раскрывать ваш секрет прессе. Но с этого момента – никакого фастфуда. Я пришлю сюда своего повара. И если я еще раз увижу на трансляции, как Толстяк пытается закрыть Тун Яо собой и при этом наступает ей на ногу – я лично дисквалифицирую его из этой семьи!       Родители Тун Яо и госпожа Лу провели на базе еще три часа, обсуждая всё: от витаминов до того, как они назовут ребенка. Команда сидела на полу, слушая советы старших и понимая: их «спецоперация» стала еще масштабнее. Когда гости наконец ушли, оставив после себя гору домашней еды и список запретов, Тун Яо устало привалилась к плечу мужа.       – Кажется, теперь у нашего ребенка не пять телохранителей, а целая армия, – прошептала она.       – Это только начало, — улыбнулся Лу Сычэн. – Главное – пережить завтрашний матч. И постарайся не есть сливы прямо перед камерой. Теперь я знаю, что мамы следят за каждым твоим движением через 4K-мониторы. Арена ОPL. 14:00.       Атмосфера на арене была накалена до предела. Сегодня ZGDX встречались с одной из самых агрессивных команд лиги – FNC, чей стиль игры напоминал безостановочный ганк с первой минуты. Но для Тун Яо и Лу Сычэна главной угрозой сейчас были не вражеские шикигами, а три пары глаз, внимательно сканирующих их из VIP-ложи.       Госпожа Лу и родители Тун Яо заняли позиции в первом ряду закрытой зоны. Мама Тун Яо не выпускала из рук бинокль, а госпожа Лу – планшет с открытой трансляцией, чтобы не пропустить ни одного изменения в «статах» игроков.       – Чэн снова набросил на неё свою куртку с эмблемой ZGDX, – прошептала мама Тун Яо, настраивая фокус. – На стадионе работают кондиционеры, а она вся упакована.       – Это «пассивка» моего сына – гиперконтроль, – авторитетно заявила госпожа Лу, увеличивая изображение. – Но посмотрите на Толстяка... он так старательно закрывает её спиной от камер оператора. У него уже шея затекла так стоять.       В это время в подтрибунном помещении Сяо Жуй метался вокруг команды, проверяя тайминги и раздавая последние указания, больше похожие на план захвата базы.       – На сцену выходим максимально плотным строем. Сохраняем позицию «черепахи». Тун Яо – наш ключевой юнит, она в центре. Лу Сычэн, не вздумай брать её за руку на глазах у фанатов, это не мелодрама, просто иди рядом и создавай «зону контроля». Лао Мао, ты замыкающий. Если кто-то из фотографов попытается присесть, чтобы сделать кадр снизу – наступай на объектив.       – Понял, – буркнул Лао Мао, поправляя воротник куртки.       – Я чувствую себя не мидером высшей лиги, а предметом из секретного ивента, который нужно донести до финиша, не обнаружив себя, – вздохнула Тун Яо. Она сделала глоток теплой воды с имбирем, которую ей всучила мама, и поморщилась.       Лу Сычэн поправил воротник её куртки, на мгновение задержав пальцы у её шеи, и тихо, так, чтобы слышала только она, произнес:       – Просто считай, что это твой самый важный матч в режиме «невидимки». Потерпи. После катки я куплю тебе столько маринованных слив, сколько захочешь.       Когда команда вышла на сцену, арена взорвалась таким оглушительным ревом, будто кто-то только что зафармил Ороти на первой минуте матча. Комментаторы, привыкшие к эпатажу ZGDX, в этот раз даже забыли свериться с протоколом пиков.       – Посмотрите на это построение ZGDX! – воскликнул один из них, подаваясь вперед. – Какая синергия! Смайлинг сегодня выглядит максимально сосредоточенной... или ей просто немного тяжело дышать под весом капитанской куртки, которая ей явно на три размера велика? А Чессмен... боги, он сегодня суров как никогда.       Игра началась, и с первых секунд стало ясно: FNC не собираются играть честно. Они решили устроить классическую «охоту на кролика», выбрав своей целью мид. Вся вражеская команда, игнорируя фарм на своих линиях, раз за разом выходила на центральную полосу, пытаясь отправить Тун Яо на фонтан.       Обычно Лу Сычэн играл хладнокровно. Как идеальный АДК, он позволял мидеру самому разбираться с давлением, пока он методично наращивал преимущество по золоту на нижней линии. Но сегодня «Ледяной замок» капитана дал трещину.       – Они всей толпой прыгают на неё под башню! – в панике закричал Толстяк, пытаясь стянуться к центру на своем саппорте.       – Иду. Жди, – голос капитана в наушниках прозвучал не как приказ, а как приговор для противника.       Он мгновенно бросил пачку миньонов на нижней линии, даже не добив крупного даруму, и на «мгновенном шаге» помчался к миду.       – Чэн, стой! Ты теряешь фарм и опыт, твоя линия просядет! – попыталась остановить его Тун Яо, лихорадочно уклоняясь от способностей вражеского мага.       – Плевать на фарм. Они посмели нажать ульту в твою сторону – это их последняя ошибка в этом гейме, – отрезал Лу Сычэн, врываясь в файт и начиная методично расстреливать агрессоров.       В этот момент в VIP-ложе госпожа Лу едва не превратила свой планшет в крошку.       – Да как они смеют?! – возмутилась она, вскакивая с места. – У Тун Яо сейчас должен быть минимальный уровень стресса, а они устраивают ей командный ганк в четыре лица! Чэн, если ты сейчас же не отправишь их всех на фонтан и не защитишь мою девочку, я аннулирую твою банковскую карту быстрее, чем ты снесешь их кристалл!       Мама Тун Яо, крепко сжимая бинокль, только кивала:       — Правильно, Чэн, размажь их! У неё от этого шума может голова разболеться!       На экранах мониторов по всему миру фанаты наблюдали за чем-то, что шло вразрез со всеми учебниками по стратегии Onmyoji Arena. АДК команды ZGDX играл так, будто он – не главная атакующая сила, а личный щит мидера. Лу Сычэн не отходил от Тун Яо ни на шаг, буквально перехватывая своим персонажем каждый летящий в неё «контроль» и «печать». Он выжигал землю вокруг её Тамамо-но-маэ, не давая противникам даже приблизиться на расстояние автоатаки.       – Что творит Чессмен?! – надрывались комментаторы, хватаясь за головы. – Он играет на грани безумия! Максимальная агрессия! Он влетает в самый центр вражеского строя, прожимает «мгновенный шаг» под вышки, делает всё, лишь бы Смайлинг не получила ни единой единицы урона! Это что, новая секретная мета от ZGDX «Защити Королеву»?       Несмотря на безумный риск, ZGDX вырвали победу. Но как только на огромных экранах арены вспыхнул золотой иероглиф «Победа», Тун Яо, всё еще бледная, бессильно откинулась на спинку кресла.       Лу Сычэн не стал дожидаться момента, когда камера крупным планом выхватит лица победителей. Он мгновенно сорвал с себя наушники, даже не взглянув на статистику матча, где он наверняка стал MVP. Не дожидаясь традиционного поклона, капитан в один шаг оказался рядом с Тун Яо.       – Вставай, коротышка, – тихо, но твердо сказал он, помогая ей подняться.       Он не просто поддержал её – он собственнически приобнял её за талию, практически скрывая под своей курткой, и быстро повел к выходу со сцены, игнорируя протокол.       В ту же секунду сработал «план перехвата». Толстяк, Кей и Лао Мао, словно по команде, выстроились за их спинами. Они образовали живую стену, двигаясь синхронно и перекрывая обзор всем камерам и длиннофокусным объективам, которые отчаянно пытались поймать в кадр лицо бледной Смайлинг. В этот момент ZGDX выглядели не как киберспортсмены, а как элитный отряд спецназа, уводящий своего самого ценного игрока из зоны обстрела. Автор: @CyberFan_ Заголовок: Что происходит со Смайлинг? Тревожные звоночки. Привет, комьюнити! Сижу на матче ZGDX – и не могу молчать. Что‑то явно не так со Смайлинг. Знаю, прошло уже несколько лет с тех времён, когда Лу Сычэн и Тун Яо только начинали свой путь вместе, но сейчас, когда они уже женаты и продолжают выступать, я впервые вижу её такой… нестабильной. Всё началось с мелочей: пару раз не среагировала на призыв капитана; в мид‑гейме промахнулась по крипу – для неё это нонсенс; в ключевых моментах будто «зависала» на секунду‑две, теряя темп. А в конце матча они с Ченом почти выбежали со сцены – ни улыбок, ни привычных жестов. Что это? Переутомление? Проблемы со здоровьем? Или что‑то личное? Помню, как раньше они с капитаном играли в идеальной синергии – сейчас же казалось, что он буквально «тащит» её за собой. Очень переживаю. Надеюсь, это просто временный спад, и Смайлинг скоро вернётся в форму.

Комментарии:

...

Вы видели, как капитан смотрел на неё? Он чуть не убил вражеского лесника в реальной жизни за то, что тот застанил Смайлинг! Взгляд – как лазер. Я аж вздрогнул. Такое ощущение, что он готов был сорваться с места и разобраться лично.

...

Почему они так быстро убежали со сцены? Что со Смайлинг? Она заболела? Может, температура? Или перегруз от тренировок? Они ведь и так редко отдыхают – свадьба, турниры, интервью…

...

Ребята, в VIP‑ложе сидят их родители! ВСЕ ВМЕСТЕ! Это уже не просто тиммейты, это явно что‑то серьёзное! Может, семья вмешалась? Или это намек на что‑то большее между ними? Например, новости о пополнении?

...

А мне показалось, она просто перегорела. Последний год – сплошные турниры, сна нет, нервы на пределе. Надеюсь, ей дадут передышку. Брат Чен точно не позволит ей загонять себя.

...

Капитан даже в прошлом интервью уклонялся от вопросов про неё. Сказал: «Всё в порядке» , но голос был такой…напряжённый. Что‑то точно происходит. Может, стоит написать им в личку?

...

Может, это тактика? Притворяются, что она «сломалась», чтобы враги расслабились в следующем матче? Но взгляд капитана… Там была реальная тревога.

...

Надеюсь, это просто временный спад. Смайлинг – легенда, и мы все её поддержим. Может, стоит организовать флешмоб с пожеланиями выздоровления?

      Тун Яо сидела на диване в комнате отдыха, а мама уже сосредоточенно мерила ей пульс, хмурясь и поглядывая на часы.       – Всё нормально, мам, я просто немного выложилась на этом мид-лейне, – слабо улыбнулась она, пытаясь высвободить руку.       – Выложилась она! – ворчала госпожа Лу, с изяществом истинной леди наливая горячий бульон из дорогого термоса. – Чэн, ты, конечно, молодец, вовремя стянулся к центру на помощь. Но во втором гейме играй спокойнее! У меня чуть инфаркт не случился, когда в её Тамамо-но-маэ полетела эта «Огненная печать» от вражеского мага. Ты видел её полоску здоровья? Она была на один удар от фонтана!       Лу Сычэн стоял у панорамного окна, сложив руки на груди и наблюдая за беснующейся толпой фанатов с плакатами «ZGDX» на улице.       – Нам придется сделать заявление раньше, чем мы планировали, – не оборачиваясь, тихо произнес он. Его голос, обычно холодный и уверенный, сейчас звучал непривычно серьезно. – Мама... вы правы. Скрывать это становится опаснее, чем просто рассказать правду. Мир киберспорта не прощает потери концентрации, а сегодня я едва не забыл, что мне нужно пушить башню, потому что следил только за её щитами.       Тун Яо подняла на него глаза, в которых читалась легкая тревога:       – Ты уверен, Чэн? Фанаты... они же с ума сойдут.       – Уже сошли, – Лу Сычэн наконец повернулся, и в уголках его губ промелькнула едва заметная, дерзкая усмешка Чессмена. – После сегодняшнего матча даже самый глупый бот в тренировочном режиме всё понял. Ты видела, как Толстяк прикрывал тебя от камер после финального гонга? Наш саппорт так скрючился, будто у него внезапный приступ радикулита прямо посреди арены. Мы либо признаемся сами, либо завтра в заголовках напишут, что у всей команды ZGDX коллективное помешательство на почве охраны своего мидера.       Тун Яо не выдержала и рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних часов уходит. Она прижалась к теплому боку мужа, который уже по-хозяйски уселся рядом, игнорируя ворчание матерей.