Невидимая, сломанная сторона

      Эндрю вздрогнул, когда на его парту плюхнулся Нил. Веснински был на год младше, но почему-то учился вместе с Эндрю и остальными ребятами в пятом. О Ниле знали даже старшеклассники, с которыми он обычно и разговаривал, хотя разговором таскание сигарет назвать нельзя. Эндрю не мог понять, чем заслужил такое внимание к своей персоне. Он обычный, да из приёмной семьи, да изначально был в детском доме, ну и что? В прочем Нил не говорил причину. Эндрю лишь предполагал, что он издевается над ним из-за того, что блондин рос в детском доме. — Кроха, чего такой хмурый? Что делаешь? — Нил ухмыльнулся. Эндрю не боялся его, но ради Би не влезал в драку. Она бы беспокоилась за него. — Эй… что это? — Нил потянулся к фарфоровой фигурке, которая лежала в пенале Эндрю. — Нет! — Миньярд опередил Нила и схватил фигурку, сжав её в своей ладони.       Нил медленно поднял брови вверх, а после в его глазах заиграла опасная искорка. — Что это такое, Кроха? — Эндрю ненавидел эти прозвище. Никто над блондином никогда не смеялся, кроме Нила. Именно он дал ему это дурацкое прозвище. Только потому что Эндрю ниже рыжика. — Ну-ка отдай.       Нил потянулся к руки Эндрю, но тот спрятал её под стол и грозно посмотрел на рыжика. — Нет. — Сказал Эндрю.        Глаза Нила потемнели, в них заиграла злоба. Эндрю никогда так сильно не сопротивлялся. Всегда отдавал вещи без разговоров, они были ему особо не нужны. Но этого кролика (фигурку) он не отдаст.        Это подарок Би. У него пару дней назад было день рождение и она подарила ему фарфоровую фигурку кролика. Сам он был белый, кроме длинных ушек, которые прижались к голове, кружочка на спинке, скорее всего это хвостик, а глазки этого зайчика были просто чёрными точками.       Это был не единственный подарок на его недавнее одиннадцатилетие, но он был самым лучшим. На каждой полке в их доме можно было увидеть фарфоровые фигурки. Би говорит, что если ей тревожно, то она их переставляет или просто держит одну из них в руках. Она подарила Эндрю новую. Не из своей коллекции. Она пошла в магазин и купила ему новую. Это значило для него многое.       И Эндрю не отдаст Нилу эту фигурку. Ни за что. — Я смотрю ты смелый стал? — Ухмылка превратилась в оскал. — Дал сюда. — Вокруг стало тихо. Дети замерев смотрели на Нила и Эндрю. — Нет.       Эндрю резко вскочил, когда Нил решил резко дотронуться до его руки, где лежала фигурка. — Сука. — Эндрю никак не отреагировал на мат, всё же им не пять лет. Хотя сколько всего блондин повидал в те годы. — Дай посмотреть! — Нет.       Опять отрезал Эндрю и снова быстро отскачил, ведь Нил накинулся уже на него. — Прекрати! — Крикнул Эндрю. — Дай посмотреть! — Эндрю не даст. Каждую его вещь Нил портил. Не ломал. Но портил. То ручкой измажет, то зачерпнёт землю из горшка в классе и оботрёт о вещь, то ещё что-то. — Эндрю!       Нил сделал резкий выпад и Эндрю упал. Веснински воспользовавшись моментом начал пытаться высвободить из пальцев блондина кролика. Эндрю боролся. Он толкался, прижимал руку к груди, лишь бы Нил не смог достать до фигурки. — Что здесь происходит?!        Эндрю и Нил вздрогнули, но если первый застыл, то второй зря времени не терял и, наплевав на учительницу, как он делал всегда, попытался снова взять кролика. Блондин отдёрнул руку, но не удержал фигурку и та выпала из его ладони. — Ну-ка встали оба! — Грозным голосом говорила учительница. Она пошла к ним, пока Эндрю судорожно пытался найти куда укатилась фигурка. — Миньярд, встань.        Но её голос прервал треск стекла. Эндрю вздрогнул и повернулся к источнику звука. Тогда он увидел картину, которая надломила что-то внутри. Слёзы предательски поступили к глазам. Нил смотрел себе под ноги, где был раскрошенный фарфоровый кролик. Его лица не было видно, но Эндрю было всё равно. Он резко вскочил и ударил Нила.        Учительница взревела и попыталась отпихнуть Эндрю от Нила, но там уже бил не один, а они оба били друг друга. Миньярд плакал. Такое было в последний раз, когда ему было семь лет. — Ненавижу тебя! — Кричал Эндрю. — Ненавижу! — Да пошёл ты! Тупоголовый карлик!        Их еле разняли, а после сразу отправили к директору. Родителей вызвали и те уже скоро должны были прийти. Эндрю не смотрел на Нила, но чувствовал на себе его взгляд. Когда в кабинете он всё-таки посмотрел на рыжика, то понял, что это монстр, не ребёнок, а настоящий монстр. Нил выглядел скучающим. Ему было всё равно. Встретившись взглядом с Эндрю, Веснински приподнял уголок губ и высунул язык. Миньярд нахмурился и окончательно стер слёзы.        Спустя время в кабинет постучали. Первой вошла Би и тут же оказалась рядом с Эндрю. — Эндрю, ты как? Нигде не болит? — Би увидела слегка покрасневшие глаза и нахмурилась. — Эндрю? — Тихо спросила она. — Что такое? — Прости… — На это Би ещё сильнее нахмурилась и заключила его в объятия.        Всего на мгновение Эндрю увидел злой взгляд Нила, который тут же сменялись безразличием. — Та фигурка… Она сломалась. — Тихо сказал Эндрю, чтобы это услышала только Би. — Ничего, милый. Главное ты цел. — Так же шёпотом говорит женщина.        В этом момент в дверь постучали. Резко, твёрдо, с агрессией. В кабинет фурией влетела женщина с тёмными волосами. — Миссис Веснински, здравствуйте. — Поздоровался директор. — Что произошло? Что ты опять сделал? — Уже обращаясь к Нилу, спросила она. — Ничего такого. — Невинно пожал плечами рыжик. — Я бы не сказал, что драка это «ничего такого». — Строго посмотрев на Нила сказал директор.       Веснински посмотрела в сторону Эндрю и Бетси. — Прошу прощения. — Коротко, без эмоций, без сочувствия, словно робот. Эндрю напрягся. Ему не нравились такие люди. Он посмотрел на Нила и заметил, как тот закатывает глаза. — Прекрати! Лучше бы извинился. — В прочем, повреждений у ваших детей нет, так что наказание будет не такое сильное. Думаю несколько дней поливки цветов в классе будет достаточно. — Вполне. — Кивнула Бетси.       Эндрю про себя взвыл. Какие цветы?… Нет… — Что ж раз всё решили… — Можно забрать документы сына из школы? — Резко спросила Веснински и Эндрю удивлённо посмотрел на неё. А ведь он только поднялся с кресла, чтобы уйти с Би домой. — Извините? — Спросил директор, но его голос перекрыл детский смех. Нил откинулся на спинку кресла и, держась за живот, хохотал. — Эндрю, пойдём. — Шепнула ему Би и блондин с трудом заставил себя выйти за дверь вместе с ней.        Неужели это прекратится? Эндрю на это надеялся. Нил никогда не бил первым. Он выводил, провоцировал, унижал, насмехался. И это было хуже всего. Никто не поверит в то, что Нил провоцировал его, но зато поверят синяку на лице рыжего. Это было не справедливо. Если Веснински уйдёт из школы, Эндрю вздохнёт спокойно. — Я утром купила новое какао. — Сказала Би и Эндрю мигом забыл про Нила. Вчера женщина отдала кружку с какао блондину, ведь больше сладкого порошка не было. Сегодня они вместе попьют этот напиток на кухне в тишине и спокойствии.

***

— Вы уверены? — Спросил мистер Браунс — директор школы. — Да. Мы уже знаем куда отвезём Нила. Там его воспитают, если здесь не смогли. — Прошу прощения, но… — Давайте не будем отнимать моё и ваше время. Дайте мне документы Нила и мы уйдём.        Нил сидел на диване, пока рядом разговаривали его мать и бородач. Он не слушал. Зачем? Нового он не услышит. С Нилом разговаривали, его предупреждали, что ещё хоть один малейший проступок или ещё чего хуже, то его отправят в школу для трудных детей. Если честно ему было всё равно. Жаль только, что с Крохой придётся расстаться на такой ноте, но ничего страшного. Эндрю был интересным. Нилу нравилось видеть, как ярость просыпается в нём и бушует, пытаясь вырваться на ружу, ударить или ещё что-то. Но ничего не происходило и это одновременно и раздражало и заставляло любопытство разгореться ещё больше.       Сегодня, когда Нил случайно разбил зайчика Эндрю, рыжику было немного…стыдно? Он не знает. Что-то острое, что принесло особую боль впилось в сердце, когда Нил увидел слёзы в глазах Эндрю. Через пару секунд опять стало всё равно. Но тогда он почувствовал боль. Через секунду Нил понял, что Эндрю его ударил. Впервые. Веснински ответил. Кажется учительница пыталась их разнять. Нил слышал, как Эндрю кричит, что ненавидит его. Веснински не понимает, почему тот так распереживался из-за какого-то фарфорового кролика?       Сидя в кабинете директора Нилу было скучно. Опять придёт мама, опять наказание и так постоянно. Это скучно. Никакого разнообразия. Наверное им скажут поливать цветы. Хотя может быть придумают что-нибудь новенькое, но это вряд ли. Нил поднял взгляд на Эндрю и непроизвольно улыбнулся, а после показал язык. Не, ну а что? Ему скучно, почему нельзя просто веселиться?       Когда в кабинет зашла мама Эндрю, у Нила что-то неприятно сжалось в груди. Он смотрел, как… Бетси? наверное, обнимает блондина, а ведь она была ему приёмной матерью. Почему то пришла злость, но когда Эндрю посмотрел на него, то быстро спрятал свои чувства, хоть и было это сложно.       Ой, а когда пришла его мать, то Нил чуть со смеха не умер, когда во-первых директор все же дал в наказание поливку цветов, а во-вторых его отправляли в школу для трудных детей!!! Ой умора!!! Нил не считал себя плохим или трудным. Нет. Он всего лишь искал веселья и… — Нил. Вставай давай уже и пошли. — Голос матери вывел его из раздумий.       Эндрю и Бетси уже ушли. Когда они успели? — Нил. — Повторился голос Мэри и рыжик поднялся с кресла, плетясь за матерью.        Всю дорогу до дома они молчали. Нил смотрел в окно и настраивал себя к «разговору» дома.        Как только дверь за ними в дом закрылась, в коридоре появился отец. Он покачал головой. Нил молча снимал верхнюю одежду. — Неблагодарный щенок… — Проскрипел Натан. — Почему ты нас позоришь?! — Я не позорю. — Тихо сказал Нил. — Что?! Ещё как позоришь! Ты один сплошной позор! Сегодня же поедем в Bethel. — Мне десять, отец. Туда только с одиннадцати берут. — Мы уже договорились с директором, так что иди собирай вещи.        Нил просто сделал, как ему сказали. Когда вещи уже были собраны, он хотел пойти поесть, но остановился за дверью кухни, подслушивая разговор родителей. — Я уже так больше не могу. — Шетала мать. — Он же нам всё портит. — Мы его отправляем туда на несколько лет, а может и больше, Мэри. — Так же тихо сказал отец.       Нил затаил дыхание. Они этого с ним не обсуждали. На сайте написано, что дети могут находиться там не больше года. Так почему… — Мы приложили столько усилий, чтобы его туда запихнуть на такой срок. — Прошла минута тишина, когда мать спокойно сказала: — Лучше бы он вообще не родился, всем было бы лучше. — Да, это была ошибка оставить его.