Мудрец со стажем

Невозможно до конца продумать свой план, всегда найдётся тот, кто вставит палки в колеса. Или всегда найдется что-то, что оставлять в покое не планирует. Если бы у него был выбор с самого начала, тогда он, наверное, сумел пожить хорошо, как самый обычный человек. Ни за что и никогда не вмешиваться и не оступаться, а потом вставать и продолжать делать бессмысленные вещи. В мире где каждый сам за себя попросту нет места для милосердия, попадешь на чужую “территорию” и тебя уже готовы загрызть. Если ты не готов доказать свою ценность оставят умирать на улице, словно животных. В Империи часто действовало правило: “не ты, значит тебя.” Народы уже давно разделись вместе со своими способностями. Среди них находились как те, кто был полезен обществу своим колдовством, так и те, кто добивался успехов своими собственными усилиями без магии. Кто-то одарённый, кто-то слабый. Слабые находились внизу иерархии и чаще всего не имели свободу выбора, но в последние столетия правители сменяли друг-друга и притеснений становилось все меньше. До поры до времени. — Давайте я подкину кости, выпадет трехзначное число – выживете, если же нет.. умрете. Голова раскалывалась от боли, а тело чувствовало ломоту. То бросало в жар, то наоборот отдавало холодом, пока бледные пальцы напротив постукивали по столу в ожидании ответа. Хотя, стало быть, волнует ли человека с такой нахальной улыбкой мнение так называемого “эксперта”? Нет. — Знаете, я же не могу просто так убить Вас, хотя имею на то все основания. Приходится договариваться на спор, ведь это неплохой вариант ликвидации ошибки. несмотря на свое тело, которое находилось в критическом состоянии, Хью держался за столом достойно. Эти темные и уставшие глаза, которые смотрели прямо в душу. Возразить не получится, одержать победу тоже. Проигрышная ситуация, если только с ним не хотят поиграться еще немного. — Я так долго оттягивал этот момент, вставал по утрам, хотя это мне ненавистно, и каждый раз искал возможность отсрочить срок своей смерти, вдохнуть воздуха днем дольше, чтобы умереть от игрового кубика. Это была моя мечта. Очевидный сарказм. Что тут скажешь.. такая нелепая смерть, это же надо было так додуматься. Но вся эта ситуация тоже сама по себе нелепа и абсурдна. Собеседник на мгновение застыл, по комнате разразился звонкий смех, как у ребенка, который весело играет со своими сверстниками на улице. Маска скрывала то, как уголки глаз поднялись из-за чувства удовлетворения. — Полагаю, мечты сбываются, “ценитель”. “конец игры, черт возьми..”

***

“Проходите и не стесняйтесь! Приобретите эти магические камни за полцены, сегодня особая возможность совершить выгодную покупку. А если вы купите еще и темную жемчужину с восстанавливающими свойствами маны – получите вторую в подарок!” люди, который ходят своими компаниями остаются то у одной лавочки, то у другой, в попытках найти что-то по-настоящему интересное. Здесь никто не должен клевать носом, небось утащат монеты исподтишка и потом не докажешь, что украли, разве что с высоким статусом выяснять, кто этот смельчак, или же дурак, осмелился ограбить известное в светский кругах лицо. Тут же и обманщики помышляли, в виде продавцов, которые пытались подсунуть подделку вместо подлинного товара. Высокая девушка на таком же длинном каблуке цокала торопливыми шагами, словно спешила куда-то, пока девочка за ней беспокойно следовала, по всей видимости ее слуга. Она не поспевала за ней из-за своего роста и маленьких шажков. Пока одна шла быстрым шагом, другая уже переходила на бег. Длинные кудрявые волосы заметно запутались из-за сильного ветра, а бантик на ее роскошном платье уже висел развязанный, но она и виду не подавала, словно такие вещи ее не волнуют. Никогда не заботится о своем внешнем виде со стороны. — Госпожа, пожалуйста, подождите! А до нее и не докричаться, на лице выступало раздражение. — Ну и где же этот гениальный “ценитель”, а по-другому коносьер? Уверена, все его подписи подделка, но самой-то любопытно. — П..пожалуй…ста.. послушайте. Он наверняка где-то..ха..здесь, но для начала!.. Госпожа остановилась почти сразу же, стоило ей услышать, как в стороне начались активные разговоры. Маленькую девочку окружили мальчики постарше, выстраивая вокруг нее замкнутый круг, не выпуская ее из виду. Народ в остальном навострил уши. Казалось бы, помочь надо, ведь кажется они не с благими намерениями подошли, но им и дела нет, главное нахвататься полезной информацией для очередных слухов. Как обычно. Слуга и вовсе не ожидала этого, поэтому и не заметила, как врезалась в ее спину. “Ай..” еле заметно послышалось с ее уст, когда она стукнулась своим носом. Извинения не нужны, сейчас она отошла на второй план, или даже на последнее место. — … “А ну, признавайся, была ведь у него!” Какой-то мальчик с ярко-красными волосами коснулся плеча девочки лет десяти, хмуря свои брови от понимания того, что ответа так и не дождался. Он был нетерпелив, как и другие дети вокруг. — Я не.. я не помню.. правда ведь, не помню! Кажется, просто мимо проходила.. Ее голос дрожал, а без того итак маленькая девочка сьежилась еще сильнее от страха. Она глазами искала помощи вокруг у взрослых, но эти любопытные глаза свысока пугали ее еще больше. Никому ведь на самом деле не было до нее дела. Им важна была только собственная шкура и встревать в чужие дела не собирались, даже если встать на защиту было проще простого. — Не-а, ответ неправильный, – произнес тот, что был справа от нее, –мы прекрасно видели, как ты с этим дядькой беседовала. “Да, видели, видели!” — громко произнесли остальные. На глазах выступили слезы. — Мне не нравится, как моя мама каждую ночь говорит о нем, она тоже плачет часто, как ты. Красноволосый только сильнее сжал свою руку, надавливая на чужое плечо, тем самым делая немного больно. Под голоса остальных ребят, которые продолжали настаивать, чтобы она вспомнила, ее голову резко обдало болью. Стоило только напрячься, постараться что-то вспомнить, как сразу.. в голове образовался силуэт, размытый и темный.. лицо, скрытое за чем-то и голос, который она даже не может вспомнить до конца. Мир вокруг стал мутнеть, словно краска, стекающая с картины.. “Эй, вы что творите?!” Девочка вздрогнула, зрение прояснилось, а боль прошла. Госпожа дала о себе знать, хватая мальчика за его запястье, с такой легкостью, чтобы не навредить. Она была особо осторожна с детьми. Слуга стояла в стороне, послушно наблюдая. Мальчик хотел возразить, но прежде чем он успел сказать хоть слово –остальные, казалось бы, его “преданные” друзья тут же испарились. Терять время они не стали и осознав ситуация решили скрыться как можно быстрее. Красноволосый оказался в замешательстве, он тут же забыл все, что хотел сказать. Несложно было догадаться по внешнему виду, что она из богатой и влиятельной семьи. К тому же кулон, который она носила, с изображением черного льва отдавал блеском на солнце. Золотые узоры, пронзительный взгляд на этом гербе.. нельзя было не спутать ни с чем. Молодая госпожа дома имени Лайнс, “Благородное сердце льва”. — Я-я..изви..извините. Он произнес это с горечью. Она не поспешила отпускать его руку, просто вздохнула и перевела взгляд на девочку, которой стало значительно лучше. Она с такой надеждой в глазах смотрела на представшую картину. — Да, ты принес извинения, но надо было делать это не передо мной. Как же ты не понимаешь, уже с детства нужно готовить свою репутацию, даже без гроша в кармане. А сама посмотрела в сторону, ее слуга, кажется, хочет что-то сказать. — Своими извинениями отнюдь не вернешь мое потраченное драгоценное время. Девушка махнула рукой, мол, пусть скажет, в чем дело. Та подошла и прошептала: «стало быть, нельзя терять ни минуты.. говорят, таинственное лицо в маске выбирает именно это время, с темна, не иначе. И погода, госпожа..» Очевидно, глупости. Было солнечно, а день не торопился сменяться вечером, но она не лгала. Не перевел ли кто-то часы? На небе появились темные тучи, грозящие в любой момент охладить жителей ливнем. Вздох. Она ухватилась за голову, запутываясь в кудрявых волосах, явно демонстрируя так свое раздражение. Дети в стороне не могли уйти, но, видно, хотели. Мальчик то и дело пятился назад, искал путь к отступлению, а девочка тихо рассматривала одеяния благородного дома. Ее красные глаза обратили на то внимание. – Скажите, о чем же речь толкали? — она отпустила мальчика, совсем об этом позабыв. — Советую не шутить, я будущая глава дома Лайнс, госпожа Айбелл. Слуга мотнула головой. — Я просто мимо проходил, с друзьями. А эта… – красноволосый запнулся, –странно себя вела. Глядела, не увидит ли кто, ждала, а потом ушла в компании какого-то парня. Лица не видать. Я уже слышал, что тут ходит шарлатан, о нем даже моя мама… – Я его совсем не… – А главное возвращается потом, и говорит, что не помнит! Не знает никого, но явно обманывает. Ребенок, а уже по таким опасным местам шляется. Но мне тоже хочется понять, что это за тип такой! «Поганый рот, мальчик набрался с улицы.» про себя отметила Айбелл. Возможно, речь как раз про «знатока», или про того, кто им притворяется. Но на девочке ни царапинки, целая, да невредимая вернулась. – Время. Когда? – До того, как поймали нас.. минут пятнадцать, от силы. Если он уже был сегодня, то больше не появится. Но разве не говорят: «кроме вечера закрытого лица не наблюдаешь»? Она не стала затягивать, судя по всему, девчонка говорить не будет, ничего не помнит. Оно и ясно, о нем судачат, но никогда не было тех, кто сможет рассказать, как он свои дела проворачивал. А темный и высокий силуэт смотрел издалека, в своем удобном капюшоне, скрывающем лицо. Он так и не появился пред ней, растворился вместе с дождем.

***

– Оставь, ты наверное и не пила никогда. Грохот, пьяницы вокруг, таверна, которая не прочь принять к себе путников. Взяться бы за их мешки монет, и не отпускать. – Значит, время пришло. В будущем никто спаивать не сможет.. пусть только попытаются! Очевидно, уже не в своем уме. Глаза затуманенные, щеки румяные, а злость так и рвется наружу. – Отчего же ты так недовольна? Мужчина подлил ей вина, в конце концов не он местом заправлял, а за деньги всякое сделаешь. Уже привык слушать жалобы посетителей, развелось таких, а потом с головной болью справляться, вовек не выспишься. Хотел образумить, но не вышло. Но кто будет уговаривать до конца? – Я все дела, знаете ли, отложила, чтобы с этим лже-парнем встретиться. А дел у меня по самое…! Самое! В общем, самое… Она сделала паузу. – Лицо закрытое черной маской, самой, что не наесть, простой. Высокий, как говорят, в темных одеждах. Пялит пристально, как жертву себе высматривает. Ни слова ни проронит - пишет на дешевых бумагах. Отводит в сторону злых, возвращает добрых. «…Бред. Решила проверить, а он даже не явился.» Это было ее заключением.

***

«Эй, парень! Вроде высок, да видать вместо мозгов рост как раз и достался!» Какие-то три здоровых мужика, напоминавшие больше животных, а не людей, были самой шумной компанией в этом месте. Один из них даже пальцем тыкать принялся по одежде парня напротив. Прямо в участок груди. И все это около стола, посреди дороги. – Я не домогался до той девчули, они тоже! Ты что, язык не понимаешь? Или может то, что я тебя щас касаюсь, мол, тоже приставания? У него была мерзкая улыбка, узенькие глаза. Он даже питаться нормально не умел, вся еда оказывалась на полу, стол был грязным до безобразия. Правда это имело отношение и к его друзьям. Один напоминал медведя, другой свинью, а третий что-то среднее. Лицо напротив было таким безразличным. – Слишком много шума, мешаете остальным. Пройдите на выход. Или может быть, лично хотите поговорить об этом с главой заведения? “Если бы только не деньги. Я конечно хорошо справляюсь со своей работой, но чего они ожидали, нанимая на охрану только одного? Стоит только приглядеться: если поменять головы всех троих, какая внешность у них получится?“ Наверное, Хью уже заработался, раз он думает о чем-то настолько жутком.

***

“Спроси меня кто в прошлом, чего желаю я больше всего, я бы дал ответ: стабильный заработок, мирное небо над головой и душевное спокойствие. Сейчас я не наблюдаю ничего из этого. Моя память затуманена, я не помню многих вещей. Каждый мой день напоминает выживание. К счастью, память подводит меня не до конца.”

***

Однажды проснувшись, Хью обнаружил, что его дом в корне отличается от того, что было прежде. Былого потолка не видать, стены выглядели иначе, а положение вещей тоже оставляло желать лучшего. Приподнявшись только, сердце тут же застучало в бешеном ритме, в этой же области отдало сильной болью, а в глазах резко помутнело. Это не продлилось долго, но по ощущениям, он будто «возродился». Вернувшись в стабильное состояние, первым делом хотелось понять, в каком месте он находился. Хью даже не мог вообразить, что платил монетами за.. это. Стало быть, кто-то сразу подумает о похищении, но и похищать его никто не собирался. Врагов у него не было, свою жизнь вел исключительно спокойно, вместе со своими братьями. Но чем больше он осматривался вокруг, тем больше убеждался в обратном. Да, было уже не так, как раньше, но сердцем он все узнавал, и даже находил схожие черты. Если это потерпело изменения, то, возможно, не только? И первым делом он начал с себя. Почему его руки были такими нежными, а не теми, огрубевшими? Он неоднократно работал ими, выполнял тяжелые поручения, и такая идеальная кожа приводила его в тупик. Темные мешки под глазами пропали, тело стало моложе, и возрастом далеко не двадцать семь, а контакты с теми, кого он так долго знал, просто исчезли. Не было и никаких следов, по которым он бы смог их найти. Осознание пришло не сразу. Он вышел наружу, холодный воздух тут же обдал в лицо. Сам того не заметив вышел в том, в чем очнулся: простая рубашка, босые ноги, растрепанные черные волосы. Лица вокруг были знакомы, но и не знакомы одновременно. Он видел кого-то впервые, кого-то наоборот – знал уже давно, по этим лицам, по телосложению. Но они все равно выглядели моложе, и это только сильнее давало головной боли разрастаться. Прохожие смотрели на него с осуждением, ведь так у них обычно принято, когда кто-то ведет себя странно, а дети с любопытством. Долго Хью не продержался, закрыл дверь и вернулся обратно. Было холодно. Очень холодно. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри была только паника. Он возвращался назад, к зеркалу, подолгу смотрел на свое отражение. Старался рассмотреть на лице хоть какие-то отголоски того, былого, к которому так привык. Но не нашел. Когда руками коснулся воды, на секунду ему показалось, что стоило умыть себя ею, как она тут же сменилась на красный. Возможно, он уже сходил с ума, раз это напомнило ему кровавые разводы. Тот день стал для него началом и в то же время концом.