Равноценное наказание

— Я вашу шарашкину контору закрою к черту! Посажу и главного вашего, и тебя, дура ты недоразвитая! — надрывался мужчина. Мелкие капли слюны вылетали из его рта почти с каждым издаваемым звуком. Капилляры на его лбу и щеках проступили фиолетово-красной сеткой, а глаза выкатились, влажные и остекленевшие, будто их выдавливала его собственная ярость. На лбу и шее противно вздулись вены, почти готовые лопнуть от напряжения. Пятнадцать минут назад после долгих раздумий он заказал у Алисы раф, оплатил и, сев в машину, уехал. Через десять минут он вернулся. Влетел в кофейню, едва не разбив входную дверь. Она с такой силой ударилась о стену, что звон стекла и лязг дверной ручки на секунду заглушили все звуки в зале. Его голос был хриплым, сорванным, будто он всю дорогу орал за рулём. Казалось, с каждой секундой он раздувался и краснел от гнева всё больше. — Вы думаете, вы торгуете кофе? — мужчина швырнул бумажный стаканчик на стойку, а тот, не устояв завалился на бок, заливая всю поверхность, — В этом нет ни капли кофе! Мешает какую-то бурду! Молоко с водой и красителем развела и счастливая впихиваешь покупателем свою дрянь! Его голос срывался от усердия, с которым он орал на девушку. Алиса бледнела всё больше. Сердце колотилось с такой силой, словно пыталось пробить её ребра. В висках у Алисы стучал набат, заглушая все остальные звуки. Где-то в горле сгустился комок паники, мешая дышать. От каждого его крика по спине пробегали мерзкие мурашки, а на ладонях выступил липкий, холодный пот. Она чувствовала, как подкашиваются ноги от внезапной агрессии и сводит челюсть от кислой слюны. За мужчиной уже собралось несколько посетителей, возмущённо перешептывающихся то ли из-за задержки очереди, то ли из-за осуждения неадекватного клиента. — Послушайте, уважаемый клиент, вы ведь сами заказали раф... — дрожащим голосом пробормотала она, а тот, словно почувствовав слабину, завопил ещё громче. — Не надо мне тут указывать, что и как я сделал! Мелкая дрянь, верни мне деньги! — его ладонь шлёпнула по стойке с влажным, мясистым звуком, отчего подпрыгнули стаканчики на полке. Брызги кофе едва тёплыми каплями полетели прямо на Алису, пачкая фартук. Из подсобного помещения наконец вышел Босс. — Что здесь происходит? — он вытер руки и сурово взглянул на мужчину. Мужчина на секунду захлебнулся криком, но не сдулся. Его ярость, лишённая жертвы, метнулась в новую сторону. — Вы тут главный?! Ваша сотрудница!.. — Я владелец, — перебил его Босс, сделав шаг вперёд к стойке. Его взгляд скользнул по залитой поверхности, по бледному лицу Алисы, и стал ещё холоднее, — Вы напугали мою сотрудницу и устроили погром. У вас есть три минуты, чтобы успокоиться и изложить претензию по существу. Или мы продолжим этот разговор, но уже с полицией, и я сообщу о порче имущества и оскорблениях. Выбирайте. Босс встал за кассу, мягко отодвигая Алису. Он намеренно повернулся к мужчине боком, демонстративно игнорируя его как угрозу, и посмотрел на девушку. — Иди в подсобку, умойся, приди в себя. Алиса послушно выскользнула из-за прилавка и скрылась в подсобном помещении, мимоходом утирая случайную слезу. В последний момент она поймала пристальный, изучающий взгляд Арлекина. Он стоял в дверях, не двигаясь, лишь внимательно наблюдая за мужчиной и Алисой. Но она не стала останавливаться. Там Алиса провела несколько минут, успокаиваясь с помощью дыхательных упражнений и прохладной воды. Когда она вышла из подсобного помещения, в кофейне уже не было ни того мужчины, ни Арлекина, а Босс вытер разлитое кофе и теперь спокойно стоял, принимая заказ у какой-то миловидной девушки. Оставшийся рабочий день прошёл спокойно, и Алиса почти забыла о происшествии. Вечером, после окончания смены, Алису встретил Арлекин. — Привет, киса, — он щёлкнул зубами у её уха, пока она закрывала кофейню, заставив Алису вздрогнуть. — Арлекин! Тебе стоит запомнить, что подкрадываться так к людям чревато последствиями. Ты ведь не хочешь, чтобы у меня разорвалось сердце? — она обернулась, довольно улыбаясь, — Ты заходил сегодня, да? Почему не дождался меня? — Мм... Появились дела. Хочешь прогуляться со мной до Цирка, киса? — Арлекин приобнял её за плечи и повел прочь от кофейни, — Или моя Алиса готова следовать только за белым кроликом? Хочешь, поймаю для тебя ещё одного? — Хватит дразнить меня за имя, — проворчала она, прижимаясь к его боку, — Надеюсь, мы идём туда, потому что ты собираешься любить и нежить меня. У меня был тяжёлый день. Арлекин лишь усмехнулся. Они шли неторопливо, перебрасываясь шутками и подколками. В Цирке Билетер поймал Арлекина под руку и тихо что-то сказал с хищной улыбкой. Арлекин кивнул. — Мы не будем слишком... шумными. Обещаю, — он облизнулся, а Алиса почувствовала, как внутри зарождается жар при виде его языка. Они направились к шатру Арлекина. — Сегодня мне придется побыть тихой? — почти невинно уточнила Алиса, сдерживая лукавую улыбку. Арлекин пропустил ее внутрь и почти сразу прижался к ней сзади, скользя руками по её талии. Одна его рука легла на ее грудь и слегка сжала ее. В шатре дурманяще пахло какими-то пряностями. — Кажется, я испортил тебя, — довольно проурчал он, потираясь бедрами о её ягодицы, — Впрочем, у меня при взгляде на тебя тоже срывает любые тормоза. Алиса развернулась лицом к Арлекину. Пришлось потянуть его на себя, заставив наклониться, чтобы их лица оказались на одном уровне. Горячее дыхание обожгло ее губы, смешиваясь с ее собственным выдохом. — Как будто у тебя они есть, — прошептала Алиса, осторожно снимая с него маску. Острый зелёный взгляд следил за ее действиями. Арлекин одобрительно зарычал и впился в ее губы грубым поцелуем, стоило только маске покинуть его лицо. Он требовательно прикусил ее нижнюю губу, а затем проник раздвоенным змеиным языком в её рот. Длинный и юркий, он словно заполнил собой сразу всё. Алиса сдавленно замычала, пытаясь собственным языком вытолкнуть его. Арлекин послушно отстранился, но только для того, чтобы подхватить ее на руки, быстрым шагом дойти до дальней части шатра и опустить ее на импровизированную лежанку из невысокого складного каркаса, матраса и кучи подушек. Арлекин взглянул на неё, широко улыбаясь. Волосы Алисы разметались вокруг головы, губы припухли от грубого поцелуя, в глазах сверкало то же предвкушение, от которого горел он сам. — Такая красивая и такая... моя, — проурчал он, прижимаясь к её шее, чтобы вдохнуть чуть горчащий запах кофе, окутывающий ее как вторая кожа, и едва пробивающиеся через это цитрусовые нотки ее духов, — Я мог бы просто съесть тебя, киса, — со смешком сказал он, игриво прикусывая кожу. — Угрожаешь? — Алиса потянула его к себе, затягивая в новый поцелуй. Арлекин с готовностью ответил, впиваясь когтями в её бедра. Он устроился между ними, прижимаясь как можно ближе. Алиса дрогнула и резко вздохнула, невольно прикусывая его язык. В отместку Арлекин легонько шлёпнул её по внешней стороне бедра, заставляя ее вскрикнуть от неожиданности. Где-то в стороне раздалось слабое мычание. Алиса замерла. — Что это было? — настороженно спросила она, вглядываясь в темноту. Циркач отстранился и легко встал на ноги. Что-то щёлкнуло и загорелись многочисленные огни гирлянд, растянутых по всему периметру шатра. Арлекин, скалясь, отвесил театральный поклон. — Чуть не забыл. Это мой подарок тебе, киса! — он распрямился и в два широких шага подошёл к какой-то куче тканей. Арлекин сорвал покрывало, открывая ужасное зрелище. Алиса резко села, пораженно закрывая рот ладонями. На полу шатра, скрючившись, лежал связанный мужчина из кофейни. Лицо его было красным, но теперь, вероятно, не от ярости. Рот его был заткнут какой-то тряпкой, темной и влажной от слюны и крови. Он тяжело хрипел, переводя взгляд единственного целого глаза с Арлекина на Алису и обратно. Второй глаз заплыл. Тут и там на его одежде были грязные следы, словно его долго пинали. Рука, которой он ударил по стойке, мало походила на человеческую. Скорее напоминала скрученный кроваво-мясной жгут. Алиса почувствовала приступ тошноты. Приятную расслабленность, которую она ощущала, пока была в руках Арлекина, словно сдуло. — Какого черта, Арлекин?.. — прошептала она, с трудом сглатывая комок в горле. Арлекин пожал плечами. — Он был слишком груб к тому, что принадлежит мне. Разве не должен был этот ублюдок заплатить за то, что довел мою кису до слез? — сладко пропел он, наступая на ногу мужчины и наслаждаясь хрустом, прозвучавшим следом. Мужчина приглушённо завыл, — Я обещал Билу, что мы будем тихими и не помешаем работе Цирка, так что насладиться его криками не получится. Но ведь главное наказать его, не так ли? Арлекин подошёл к Алисе и ухватил ее за руку, принуждая встать рядом. В свете гирлянд его лицо без маски казалось особенно хищным, словно все черты враз заострились. — Ты можешь сделать с ним все, что захочешь, — он почти нежно поцеловал её в плечо, переместившись за её спину. В его голосе прозвучала нетерпеливая, почти детская надежда на одобрение. — В любом случае, я сделал самое сложное — выдрал его зубы и язык, чтобы его поганый рот больше никогда не произносил ни единого дрянного слова. Впрочем, вряд ли он сможет говорить, когда мы закончим с ним, да, киса? Я даже одолжил у Пьеро несколько его ножей, чтобы тебе было легче. Арлекин вложил что-то холодное в её руку. Алиса, увидев нож, выпустила его из рук, отчего тот весело металлически зазвенел по полу. — Ай-яй, киса, как же так... Нужно быть аккуратнее, Пьеро ведь так любит их. — От-отпусти его, Арлекин... Я никогда не просила об этом, — закачала головой девушка, испуганно вжимаясь спиной в циркача. Алиса, не в силах оторвать взгляд, видела, как свет гирлянд играет на влажных полосах крови на мужчине. Этот сюрреалистический контраст между уютом огоньков и этим месивом едва не вывернул ей желудок. — Тебе и не нужно было. Это естественно. Разве не должен я защитить свою женщину? — он сладко шептал ей на ухо, сжимая ее талию руками. За его спиной цветком раскрылись щупальца и заскользили по телу Алисы. — Это не защита... Я не буду ничего делать. Его улыбка на миг дрогнула, став почти обиженной. Но лишь на миг. Он вздохнул. — Ладно. Тогда я сделаю за тебя, — легко согласился Арлекин и отстранился, возвращаясь к связанному мужчине. Он ухватил его за волосы и поднял с пола. Алиса отходила до тех пор, пока не рухнула на лежанку. Там же, среди подушек, она и свернулась, закрывая уши руками и зажмуривая глаза. — Слышал? Сегодня не твой день. Моя киса оказалась недостаточно милосердной, чтобы быстро перерезать тебе глотку. Придется пострадать, — Арлекин хищно оскалился, когда мужчина снова замычал. Он стянул зубами перчатку с руки. Он медленно, с видом настоящего маньяка содрал кофту с мужчины и принялся выцарапывать на его груди имя Алисы. Старательно выводя причудливые вензеля, Арлекин весело бормотал: — Ничего личного, свинья, честно. Обычно меня не интересуют мужики. У вас грубое мясо, понимаешь? Но сегодня ты сделал кое-что, чего никогда не должно было произойти, — он вдавил коготь в плечо, ставя точку. Мужчина хрипел от боли. — Моя киса плакала из-за тебя. Ты ведь тоже уничтожил бы ублюдка, обидевшего твою жену, да? Хотя вряд ли она у тебя есть. Он с удовольствием осмотрел свое творчество. Затем цыкнул и закатил глаза. — Вообще-то ты недостоин носить её имя. Когтистая ладонь вонзилась в грудину человека, с лёгкостью разрывая плоть и ломая кости. Мужчина булькнул, с уголка его рта стекла кровавая слюна. Глаз его закатился. — Черт. Доктор ведь предупреждал, что можно легко повредить лёгкие. Арлекин вытащил руку, слизывая с пальцев кровь. — Ну, считай, что тебе повезло, — его щупальца вонзились сразу в несколько мест: шею, сердце и живот мужчины, потроша словно скот. Алиса зажмурилась сильнее. Её колотило, бросало то в жар, то в холод. Горло сжималось в бесконечных спазмах. Она вздрогнула, когда через некоторое время ее коснулась чужая рука. — Тебе понравился мой подарок, киса? — с усмешкой спросил Арлекин, заползая к ней. Он обвил ее руками и щупальцами, прижимая к себе, пачкая чужой кровью. Его язык скользнул по ее щеке, там, где днём он заметил слезу. — Ты отвратителен, — выдавила она сквозь спазмированный комок в горле. Её собственный шёпот показался ей чужим, сдавленным этим сладким удушающим запахом — смесью его пряностей, а теперь ещё и тёплого железа и соли. — Ты сама меня выбрала, — довольно проурчал Арлекин.