Двойной день рождения — двойное веселье

Мы с Люком и Кираном прислоняемся спинами к стене, прижав оружие к груди. Хотя лицо Люка скрыто под маской, я слышу в его голосе мрачную решимость. — Это наш последний шанс. Киран кивает. — Время почти вышло. Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Всё как мы и планировали, ребята, и мы выберемся отсюда целыми и невредимыми. Люк начинает отсчёт, молча загибая пальцы. Когда он сгибает последний и его кулак вздрагивает в воздухе, мы выскакиваем из нашего укрытия. Вспыхивают лучи света, и со всех сторон доносится грохот рушащихся жизней. В наших сердцах нет страха, когда мы погружаемся в беспощадную битву… Десятки тринадцатилетних подростков носятся по арене для лазертага. Люк быстро расправляется с тремя детьми, их жилеты жужжат, а индикаторы мигают красным, фиксируя попадания. — Ну, чувак… — дети возвращаются на базу своей команды, где они смогут возродиться. Я прислоняюсь к щели в фанерной стене, раскрашенной под лабораторию безумного учёного, и целюсь в подростка постарше, который доставляет нам неприятности. Киран, тенью проскользнувший сквозь толпу, сбивает с ног девушку, которая пытается подкрасться к нам. Но ни один из них не является нашей настоящей целью. Мимо нас проходят двое детей в жилетах с мигающими красными индикаторами. — Не ходи туда, — предупреждает девочка. — Я думаю, этот парень жульничает! — Никто не смог попасть в этот форт за всю ночь, — надувает губы её подруга. — Не волнуйся, — мрачно говорю я. — Мы отомстим за тебя. Они благодарно кивают и направляются обратно к базе нашей команды. Люк и Киран смотрят на меня, и по их лицам, скрытым под масками для пейнтбола, даже мне трудно понять, кто из них кто. Я киваю. Они двигаются бесшумно, выполняя тщательно спланированную нами атаку с флангов. Но они оба отвлекают внимание. Я пригибаюсь и выбираю угол для подхода, который мы определили во время последней попытки. У нас осталось всего две минуты, так что сейчас или никогда. Какофония на арене для лазертага заглушает тихие звуки моего дыхания, и хотя я не полностью понимаю, как именно Сайлус улавливает желание, я готова поспорить, что из-за духа соперничества, царящего здесь, ему будет сложнее распознать моё желание. Я выскальзываю из ботинка, ожидая сигнала. Затем я слышу, как один за другим издают звук поражения лазерные жилеты. — Да ладно тебе, босс! — жалуется Люк. — Это же наш день рождения! Ты должен дать нам хотя бы один шанс! — добавляет Киран. Из форта доносится глубокий голос Сайлуса. — И я уверен, что твой сообщник, — я бросаю свой ботинок на другую тропу, ведущую в форт Сайлуса. — прямо вон там. В ту же секунду я бросаюсь вперёд и нахожу то, что искала, — крошечную щель между двумя кусками фанеры, которую можно увидеть, только находясь близко к земле. Я навожу прицел на грудь Сайлуса и нажимаю на спусковой крючок. Я вижу вспышку красного, а затем звук взрыва жилета Сайласа заглушается победными криками Люка и Кирана. Я опускаю пистолет, чтобы как следует рассмотреть недоумённое выражение лица Сайласа, и не могу сдержать озорной смех. Он опускает взгляд на меня, и уголок его рта резко дёргается вверх. Теперь, когда я отвлеклась, какой-то парень легко стреляет в меня сзади, отчего мой жилет вибрирует и мигает. Но я уже одержала важную победу. Я иду туда, куда бросила ботинок, вставляю в него ногу и поднимаюсь по пандусу форта, чтобы встретиться с Сайлусом, Люком и Кираном. — Это была настоящая внезапная атака, котёнок. — Ты не спросишь меня, как я нашла эту маленькую лазейку? Уголок его рта приподнимается. — Как ты нашла эту маленькую лазейку? — Всё дело в перспективе, — самодовольно говорю я. — Высокий рост не значит, что ты всегда всё видишь. Это тоже может быть слабостью. — А, так ты нашла эту лазейку, потому что ты невысокого роста, — Сайлус легонько щёлкает меня по лбу, а затем смотрит на жилет, который комично мал для его фигуры. — Как сделать так, чтобы эта штука перестала мигать? — Тебе нужно вернуться на свою базу. Но наше время всё равно вышло. Люк поднимает кулак в воздух. — Наконец-то главный злодей потерпел поражение! — Разве в этой игре не начисляются очки? — сухо спрашивает Сайлус, снимая жилет и направляясь туда, откуда мы пришли. Я смотрю на голографическую таблицу лидеров, висящую над выходом, и вижу, что Crow109 уверенно занимает первое место, у него всего одна смерть и больше убийств, чем у кого бы то ни было. — Игра может быть внутри игры, — говорю я. — Я всё равно не собиралась попадать в таблицу лидеров. — Посмотри ещё раз, котёнок. К своему большому удивлению, я вижу KittyKlawsQueen прямо под Crow109. Чуть ниже Thing1 и Thing2 делят третье место. Я смущённо усмехаюсь. — Думаю, мы обученные профессионалы, играющие в игру для детей… Словно по сигналу мимо пробегает пухлый ребёнок лет десяти и останавливается перед Сайлусом, с благоговением глядя на мужчину, который вдвое выше его. — Мистер, вы потрясающий! Как мне получить такой результат?! Сайлус приподнимает бровь и смотрит на меня. — Я его тренировала, — уверенно говорю я. Сайлус усмехается и качает головой, но в уголках его губ появляется улыбка. — Ты правда это делала?! — спрашивает мальчик. Я глубокомысленно киваю. — Да. Чтобы стать лучшим игроком в лазертаг всех времён… нужно есть овощи, пить молоко, усердно учиться и много практиковаться. Мальчик смотрит на меня с недоверием. — Серьёзно? Я выжидающе смотрю на Сайлуса и откашливаюсь. Он смотрит на меня долгим взглядом и тихо вздыхает. Затем неохотно переводит взгляд на мальчика. — Она права. Я ел овощи, пил молоко, усердно учился и много тренировался. Теперь, когда он услышал слова Сайлуса, глаза мальчика заблестели. — Хорошо, мистер! Я сделаю всё это! Тогда я стану лучшим, вот увидите! Он разворачивается и бежит обратно к родителям. Люк, Киран и я наконец-то позволили себе посмеяться, хотя и сдерживались. Сайлус протягивает руку и щиплет меня за щёку, но в его глазах читается веселье, когда мы выходим с арены для лазертага и возвращаемся в развлекательный центр. — Вы могли бы заплатить за большее количество времени, если хотели получить больше шансов застрелить меня, — говорит Сайлус. — Да, но ограничение по времени делает игру намного интереснее! Кроме того, пора есть торт. Мы направляемся в зал для вечеринок. Я без зазрения совести воспользовалась кредитной картой Сайлуса, чтобы снять VIP-зал, поэтому он не настаивает на том, чтобы мы провели больше времени на арене для лазертага. В VIP-зале есть окна от пола до потолка, из которых открывается вид на аркаду внизу. Зал украшен в стиле Франкенштейна — здесь и гоночные машины, и динозавры, и персонажи мультфильмов, и многое другое. Это классический набор для детского дня рождения. Филип, владелец «Странной мастерской» и тот, кто делает для близнецов обычные маски воронов, поднимает голову и кивает. Кажется, ему немного неловко находиться за пределами Зоны N109. Мефисто садится рядом с ним на стол, каркает и перелетает на плечо Сайлуса, когда мы подходим. Ицзюнь, постоянный шеф-повар Сайлуса, подходит, чтобы крепко обнять каждого из близнецов, а затем ведёт их к столу, где их ждёт торт. Скульптурный шедевр изображает монстра из одного из их любимых фильмов, из его пасти капает кровь. Близнецы вне себя от радости. На спине монстра уже расставлены двадцать свечей, каждая из которых находится между его шипами. Я думала, что Ицзюнь обидится, когда я предложила дополнить его творение классическими дешёвыми детскими свечами, но на самом деле он был в восторге от этой идеи и воплотил её в своём творении. — Ладно, народ! Пора за торт! Но сначала мы должны спеть. Сайлус тихо подходит ко мне сзади, обнимает меня за талию и нежно проводит большим пальцем по моим рёбрам. Раздаётся щелчок зажигалки, когда Ицзюнь начинает поджигать свечи, и свет пляшет в глазах Люка и Кирана. Они сняли маски, и даже шрамы Кирана не могут испортить его восторженное выражение лица. Как только все свечи зажигаются, я начинаю петь: «С днем рождения вас…» Мы с Ицзюнем делаем всё возможное, чтобы передать истинный посыл песни. Вклад Сайлуса… не так плох, как я ожидала, а Филипп слишком тих, чтобы его было слышно, но в его глазах теплота. «С днём рождения, Люк и Киран… с днём рождения вас!» — А теперь задуйте свечи и загадайте желание! — говорю я. Близнецы начинают дуть на голову и хвост монстра, и огонь гаснет. Остальные ликуют, а я настаиваю на том, чтобы сделать несколько фотографий, прежде чем позволить Ицзюню разрезать торт. Когда каждый получает по кусочку, мы садимся за стол. — А теперь подарки! — Да! — Люк вскидывает кулак, уже успев проглотить свой кусок торта. На столе у двери лежит дюжина аккуратно упакованных подарков. Сайлус наклоняется и тихо спрашивает: — Откуда всё это взялось? В его голосе слышится удивление. — Я просто кое-что нашла. — Нашла с помощью моей кредитной карты? Я усмехаюсь про себя. — Разница невелика. Но я не могу присвоить себе всю славу. Ицзюнь и Филип тоже хотели их побаловать. Люк и Киран разрывают яркую упаковку. Ицзюнь понял, что от него требуется, — он купил им водяные пистолеты, дрон с дистанционным управлением и генератор пузырей. Филип был более практичен, хотя я знаю, что близнецы ценят то, с какой тщательностью были упакованы оба подарка. Внутри каждого из них — высококачественный многофункциональный инструмент с выгравированными годом и именами. Люк грозит Кейрану своим инструментом. — Теперь ты перестанешь воровать мою отвёртку! Киран качает головой. — Нет, теперь ты перестанешь воровать мою отвёртку. Я приготовила набор хлопушек для вечеринки, колонку с заранее загруженными звуками для розыгрышей, банки с «глупыми» нитками и двух плюшевых мишек, которых я заказала в костюмах, похожих на их собственные. — Что я такого сделал, чтобы ты так разозлилась? — мурлычет Сайлус мне на ухо. — Не понимаю, о чём ты, — весело отвечаю я. Сайлус усмехается. — Когда они решат разыграть и тебя, мне будет очень трудно тебя пожалеть… — Они не будут меня разыгрывать, — уверенно говорю я. — Посмотрим… По воле случая или судьбы они оставили подарок, который меня больше всего заинтриговал, на потом. Когда близнецы вскрывают последние три упаковки и кладут на стол альбом и две моментальные камеры, они выглядят немного озадаченными. — Зачем это? — спрашивает Люк. — Это ведь не для обучения, верно? — добавляет Киран. Я усмехаюсь. — Нет, это для вот этого! Я протягиваю руку и беру одну из камер, которые я заранее зарядила и в которые вставила плёнку. — Скажи «сыр»! Я фотографирую близнецов. Через мгновение появляется чистый бланк для фотографии. Близнецы смотрят на него, а затем поднимают взгляд на меня. — Он сломан? — спрашивает Люк. Я уверенно качаю головой. — Смотрите. Обычно нетерпеливые близнецы пристально смотрят на маленькую фотополоску, пока на ней не начинает появляться изображение. Постепенно на ней появляются их улыбающиеся лица. — Тогда ты можешь поместить его в альбом вот так, — я раскрываю альбом и показываю им, как с помощью угловых наклеек прикрепить фотографии к картону. Ручкой, лежащей в альбоме, я подписываю страницу: «20-летие Люка и Кирана. День рождения, 2050». — И вы должны поместить туда всех. Я поворачиваю камеру и приближаю лицо Сайлуса к своему, чтобы сделать снимок. Он морщится от вспышки. Из камеры выпадает маленькая фотокарточка. — А что, если я моргну? — спрашивает Сайлус. Я улыбаюсь. — В этом и заключается очарование. А ну-ка, давайте возьмем по одному от каждого! Я подзываю одного из сотрудников развлекательного центра, чтобы сделать групповое фото, и мы все теснимся, чтобы поместиться в видоискателе моментальной камеры. Даже если наша разношёрстная компания и кажется им странной, они хорошо держат лицо и с улыбкой возвращают камеру. Люк и Кейран помогают мне вставить фотографии в альбом. — Что ещё мы должны туда добавить? — спрашивает Кейран. — Всё, что пожелаешь. У меня был такой же, когда я училась в колледже. Я вложила в него фотографии своих друзей, всех моих любимых клубов… хороших фильмов, которые я посмотрела… забавных стикеров, которые я нашла… Камеры на самом деле довольно современные, с их помощью можно распечатывать фотографии с телефона. Я знаю, что это немного глупо, но я просто подумала, что вам двоим нужно место, где вы сможете хранить свои воспоминания. — Я не думаю, что это глупо, — говорит Люк. — Да, — возражает Киран. — Но мне это нравится. Спасибо. — Хорошо, а теперь то, чего, я знаю, вы ждёте… — я лезу в карман и достаю две маленькие черные карточки. — Неограниченное количество игровых абонементов. Их глаза сверкают, когда они смотрят на меня. — Тот, у кого будет больше билетов, сможет выбрать плейлист для поездки домой. Они с радостью берут предложенные карты и, толкаясь и весело переругиваясь, направляются в игровой зал развлекательного центра, чтобы сжечь сахар, бурлящий в их крови. Когда я снова поворачиваюсь к своему недоеденному куску торта, я ловлю на себе взгляд Сайлуса, в котором читается нежность. — Что? Уголок его рта приподнимается. — Ничего. Я легонько толкаю его локтем. Он обнимает меня за талию и крепко прижимает к себе, а я кладу голову ему на плечо. — Ты сегодня много думала, — тихо говорит он. — Им ещё многое предстоит наверстать из того, что было в детстве. — Тебе это тоже нравится. — Да, наверное… ну, я всегда хотела знать, каково это — иметь младших братьев и сестёр. Ну, в данном случае младших братьев. Калеб много сделал для меня, когда я росла… приятно бы отплатить ему тем же. Я стараюсь не думать о том, что ещё произошло с Калебом за последнее время. — Ты их точно балуешь. — У тебя с этим проблемы? Сайлус откусывает кусочек торта. — Нет. Я протягиваю руку под стол и переплетаю свои пальцы с его, а затем выпрямляюсь и начинаю разговор с Ицзюнем и Филипом. Насколько мне известно, они впервые встречаются, но оба ведут себя очень сдержанно. Филип редко покидает свою мастерскую, не говоря уже о Зоне N109, и я знаю, что для близнецов очень важно, что он здесь. Я не думаю, что Ицзюнь или Филипп стали бы непринуждённо болтать в присутствии Сайлуса при обычных обстоятельствах, но поскольку он в основном молча слушает, они расслабляются, когда я задаю им вопросы об их повседневной жизни. Когда с тортом покончено и я достаточно оправилась от нашего приключения в лазертаг, я достаю из кармана еще четыре игровые карточки. — Вы же не думали, что я забыла о вас, правда? Ицзюнь хихикает, а Филип выглядит совершенно неуверенным, что делать с маленьким кусочком пластика в своей руке, когда я раздаю их. Мефисто возмущенно вскрикивает. — Извини, — говорю я примирительно. — Но таковы правила игрового автомата. Они говорят, что для игры нужно быть вот такого роста, — я прижимаю руку к бедру. Мефисто расправляет все свои перья, словно хочет показать, какой он большой. — Кроме того, — шепчу я ему. — Мы оба знаем, что ты можешь взломать любую игру, в которую захочешь поиграть. Мефисто наклоняет голову, приглаживая перья и прихорашиваясь. Немного лести не повредит этой гордой птице. — В этом месте на вечерах ретроспектив используются жетоны, — добавляю я. — Готова поспорить, ты мог бы найти несколько блестящих монет, закатившихся за автоматы… Ворона громко каркает, а затем улетает в зал. Я поворачиваюсь к остальным. — Мы вернёмся сюда через два часа, чтобы поужинать. Тот, у кого меньше всего билетов, должен будет купить всем выпивку. Филип усмехается и качает головой. — Что ж, я избавлю тебя от лишних хлопот. — Нет-нет, от этого ты не отвертишься, — возражаю я. — Это приказ. От босса Оникайнуса. Разве не так, Сайлус? — я поворачиваюсь и выжидающе смотрю на него. В его взгляде мелькают эмоции, а улыбка становится шире. Он поворачивается к Филипу. — Да. Это приказ. — Я знаю игру, которая тебе понравится, не волнуйся! — я беру Филипа за руку и вытаскиваю его из кресла. Мы направляемся в зал с игровыми автоматами. Неподалёку Люк и Киран кричат, гоняя на мотоциклах по голографической трассе. Я оставляю Филипа и Ицзюня в игре на выживание в стиле зомби-апокалипсиса, а Сайлуса подвожу к ближайшему автомату для метания колец, чтобы оглянуться и убедиться, что учёный и шеф-повар хорошо проводят время. Я прячусь достаточно долго, чтобы услышать, как они смеются, когда на них нападают зомби, а затем запускаю ещё одну игру. Довольная, я тащу Сайласа к кранам. Он усмехается и качает головой. — От них мне никогда не избавиться, верно? — Принеси мне розового кота, и тогда мы сможем делать всё, что ты захочешь. Он наклоняется к моему уху. — Всё, что я захочу? От обещания, прозвучавшего в этих словах, по моей коже пробегают мурашки. Мне не нужны никакие стимулы, чтобы представить, как он затаскивает меня в первый попавшийся чулан для уборки и… Я прочищаю горло, вспоминая, что нахожусь на дне рождения Люка и Кирана. — В какую аркадную игру ты хочешь поиграть? Ухмылка не исчезает с губ Сайласа. — Хорошо, котенок. Он прижимает черную карточку к сенсору игры «Журавль», и коготь наклоняется, когда он касается джойстика. Я обхватываю его другой рукой, наблюдая, как он проводит когтем по розовому коту. Я задерживаю дыхание. Коготь опускается, огибая кота… и когда он поднимается снова, кот поднимается вместе с ним. Я широко раскрываю глаза. Коготь движется к жёлобу, увлекая за собой кота… Я крепче сжимаю руку Сайлуса, не смея даже вздохнуть… И тут кот приземляется в жёлоб. Я визжу от восторга, когда Сайлус наклоняется, чтобы достать его из дверцы, и прижимает кота к моей щеке, прежде чем отдать мне. — Не могу поверить, что у тебя получилось с первого раза! — Это потому, что мы полагались на твою удачу, а не на мою. Это видно по тому, как крепко ты вцепилась в меня. — Это было очень напряжённо! Хотя, раз уж ты так легко справился с этим… — я перевожу взгляд на подъёмный кран и пушистого зелёного динозавра, сидящего рядом с лобовым стеклом. Сайлус качает головой. — Какая жадная. Но он снова стучит по карте и целится в динозавра. На этот раз коготь остаётся пустым, и я снова прижимаюсь к его руке, а к нему прижимается плюшевая розовая кошка. — В какую игру ты хочешь поиграть после того, как достанешь мне динозавра? — Хм… тот иммерсивный хоррор выглядел забавно. Я прижимаюсь к нему. — Договор есть договор. Сайлус усмехается, и на моём лице расплывается широкая улыбка. Я прижимаюсь щекой к его плечу. — Мне нравятся эти обычные моменты с тобой. Он целует меня в лоб. — Мне тоже.