Capriflora

            Стояла глубокая ночь. Чёрных воронов за окном машины было не счесть — они сидели на ветвях, столбах и даже на дорожных указателях. Кто знает, к добру ли это. Их красные глаза вспыхивали в темноте, будто угольки, и казалось, что эти странные создания пытаются сожрать тебя взглядом. Жуткое зрелище — такое, от которого по коже бегут мурашки и стынет кровь.             Отвернувшись от окна, Оти смотрел на отца за рулём. Тот периодически бормотал ругательства себе под нос, сжимая руль в напряжении. Взгляд Оти снова скользнул вперёд — на трассу, абсолютно пустую. Ни машин, ни домов. Лишь деревья, густые и высокие, окружали дорогу, заполняя эту сплошную чёрную пустоту ночи.             Спустя полчаса впереди начали вырисовываться расплывчатые очертания домиков, а затем — огоньки фонарей. Они мерцали мягким, тёплым светом, словно приглашая путников. Ещё десять минут езды — и взору открылся вид, который невозможно было описать словами.             Маленькие тёмные домики, аккуратно украшенные светлыми фонарями, ровные поля, ухоженные дорожки, клумбы с цветами самых разных оттенков — всё выглядело сказочно и нереально. Этот пейзаж был усладой для глаз и способом разом заткнуть все тревожные мысли. Оти быстро отвёл взгляд от окна и, подавшись чуть вперёд, спросил:       — Отец, что это за место?             Мужчина перевёл глаза на сына, усмехнулся себе под нос, пробормотал что-то неразборчивое и ответил:       — Это наш новый дом.                               ☆☆☆             Прибыв в пункт назначения, Оти на мгновение опешил. Перед ним не было уютного домика, каким он себе представлял «новый дом». Перед ним раскинулся огромный особняк — светлый, с тёмными вставками, поражающий своим величием и красотой. Высокая крыша напоминала крыши древних замков, массивные стены внушали уважение, а большие окна с изящными гравюрами отражали свет фонарей. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: здесь живёт человек невероятного богатства и влияния.       — Теперь это наш дом, — сказал отец и тут же, не дав сыну задать вопрос, добавил: — Я всё объясню внутри и позже. Прислуга покажет тебе комнату, а потом я сам тебя найду.             С этими словами он ушёл вместе с папой, не сказав больше ни слова. Лишь папа оглядывался через плечо, явно переживая за сына.             Как и обещал отец, к Оти подошли несколько людей, одетых специфически — строго, но изысканно, словно они были частью этого места. Жестом они указали ему следовать за ними.             Зайдя в дом, Оти едва не уронил челюсть. Почти всё вокруг было выполнено в золоте и светлых тонах: стены украшали картины, повсюду стояли статуи, потолки уходили высоко вверх, а в самом центре огромного пространства возвышалась широкая лестница, ведущая на верхние этажи. Дом больше напоминал дворец, чем жилое здание. Прислуга, что послал отец, состояла из высокого, худощавого дворецкого и миниатюрной девушки. Она была такой маленькой, что напоминала садового гномика — точно такого же, какого Оти заметил во дворе, когда они подъезжали.             Сам Оти, напротив, выделялся ростом: почти метр девяносто, спортивное телосложение и фигура. Правда, из-за старой травмы колена он не стремился к чрезмерной нагрузке — при малейшей тяжести сустав начинал ныть.             Дворецкий достал часы из левого кармана на груди, взглянул на время, затем кивнул девушке и, поклонившись Оти, удалился. Девушка молча указала рукой, приглашая следовать за ней. Странно… она что, говорить не умеет? — мелькнула мысль.             Не придав этому значения, Оти пошёл за ней. Они прошли несколько длинных коридоров и свернули за пару углов, прежде чем остановились у высоких белых дверей с золотыми вставками. Девушка поклонилась и ушла, оставив его одного в незнакомом месте. Смирившись, Оти тяжело выдохнул и толкнул дверь.             Комната внутри была не менее роскошной: дорогая мебель, мягкие ковры, изысканные светильники. Всё кричало о богатстве и аристократии, у которых денег — горой. Но после увиденного раньше это уже не так сильно удивляло.             Оти прошёл внутрь, ещё раз осмотрелся и, заметив кровать, без сил рухнул на неё, прямо в одежде, позволяя усталости наконец взять своё.

☆☆☆

            Проснувшись и с трудом разлепив глаза, Оти сел на кровати. Сон ещё не до конца отпустил его, мысли были вязкими, тело — тяжёлым. Стоило ему поднять взгляд, как он сразу столкнулся с идентичными глазами.             Напротив кровати, в роскошном кресле с высокой спинкой, сидел отец. В руках — фарфоровая чашка, от которой поднимался тонкий пар. Он неспешно пил чай, наблюдая за сыном.       — Там одежда. Оденься, — спокойно произнёс он и махнул рукой в сторону другой двери комнаты, которая, очевидно, вела в гардеробную. — Ты должен выглядеть презентабельно. Потом поговорим нормально.             Мужчина продолжил пить чай, будто разговор уже был окончен.             Оти, чтобы не заставлять его ждать, быстро ретировался к указанной двери. За ней действительно оказалась гардеробная — огромная, как и всё в этом особняке. Или правильнее называть его домом? Впрочем, сейчас это было неважно. Ряды аккуратно развешанной одежды, полки с обувью, зеркала во весь рост — всё выглядело так, словно здесь одевались не люди, а персонажи из аристократических хроник. Среди всего многообразия нарядов Оти выбрал то, что более-менее соответствовало его вкусу: тёмный свитер, такие же тёмные брюки со стрелками, аккуратные туфли. В завершение — оранжевый шарф. Он добавлял строгому образу немного мягкости и подчёркивал розово-рыжие щёки, доставшиеся ему от папы. Эти щёки делали его лицо слишком юным, почти детским, несмотря на высокий рост и более менее крепкое телосложение.             В последний раз взглянув на своё отражение, Оти вышел из комнаты. Беспокойство присутствовало, но не было удушающим. Всё-таки отец сказал, что объяснит. Значит… всё будет хорошо.       — Тебе идёт, — отец наконец улыбнулся. В его взгляде мелькнула неподдельная гордость. — Присаживайся. Он указал на соседнее кресло и протянул сыну чашку чая.       — Я слушаю, — серьёзно сказал Оти. Отец лишь хмыкнул и начал:       — Начнём с того, что я не обычный человек, а маг. И ты это уже понял.             Оти кивнул, сосредоточенно глядя на него.       — Я владею магией. Твой папа — человек. Я аристократ высшего общества, чистокровный. Из-за моей связи с человеком от меня отвернулись все. Более того, некоторое время они пытались покуситься на жизнь твоего папы.— Он усмехнулся и небрежно махнул рукой.       — Впрочем, эти мелкие букашки смогли устроить лишь поджог.— Мужчина машинально коснулся ожога на лице.       — Я спас нас из того дома. После этого мы начали скитаться по миру, ища место, где сможем обосноваться в Аурелии. Мы не могли вечно менять дома и города.А после главой семейства а точнее клана стал я… — его голос стал холоднее. — А после пожара эти придурки решили, что если, по их мнению, смогли обезвредить меня, то смогут и других. Они покусились на самый высокий и сильный клан.       — А… что за кланы? — осторожно спросил Оти.       — Нуу, существуют пять самых могущественных кланов: Капер, Фло, Атрес, Пурпуро и Рубер. Самый сильный среди них — Капер. Это существа, именуемые призраками: с глазами, красными как кровь, и рогами на голове. Если их не злить — они безобидны, — он отмахнулся, явно не воспринимая их как угрозу. — Но если разозлить… жди беды. Прилипчивые твари. Если вцепятся — не отпустят, пока не помрут. Отец встал из-за небольшого столика и, обойдя кресла, направился к двери.       — Мы — клан Фло. Третьи по силе, — он обернулся, чтобы сказать последнее. — Позже к тебе придёт дворецкий. Он проведёт экскурсию по поместью. Скоро ты пойдёшь в школу. Но не обычную. Детали расскажу позже.             С этими словами он покинул комнату. У Оти в голове роились десятки вопросов: о кланах, о чистокровных, о магии… Но развиться мыслям не дал стук в дверь.       — Войдите, — отозвался он. На пороге появился тот самый высокий дворецкий — элегантный, с аккуратной сединой, маленькими часами и моноклем. Выглядел он так, словно сошёл с экрана старого фильма.       — Здравствуйте, господин. Я Джордж, главный дворецкий этого дома, — он склонился в поклоне, затем выпрямился.       — Прошу за мной. Экскурсия заняла немало времени. Джордж показал кухню, многочисленные комнаты, залы, бальные залы, сад, откуда открывался вид на закат, и множество других помещений. Напоследок он привёл Оти к кабинету отца.             Войдя, Оти увидел отца, папу и ещё одного мужчину — судя по всему, секретаря. Заметив сына, отец кивнул в знак приветствия, а папа тепло улыбнулся, его глаза буквально засияли.             Отец жестом отпустил секретаря и сразу перешёл к делу:       — Ты отправишься в магическую старшую школу. Там ты будешь обучаться магии. За пятнадцать дней до поступления с тобой начнёт заниматься человек, который проведёт тебя через всю пятилетнюю программу средней школы. У тебя есть две недели. Он сделал паузу.       — Так как тебе восемнадцать, ты переводишься сразу на первый год магической школы. Остальные детали расскажу позже, чтобы не перегружать. И поскольку ты не можешь проявить магию… Он и папа переглянулись.       — …тебе будет выдан магический камень с моей силой. Он будет защищать тебя в случае опасности, и скоро ты сам будешь обучаться магии, я уже нашёл учителей. И я надеюсь, что ничего не произойдёт. Отец строго, по-отцовски посмотрел на Оти. Парню оставалось лишь отвести взгляд, надуть губы «уточкой» и тихо насвистывать, покачивая ногой.             Два года назад, на последнем году обучения в человеческой школе, Оти сгоряча отправил одного парня на больничную койку. Тот посмел в ссоре затронуть тему его щёк и назвать их «гейскими». Разнять их смогла только охрана — и то с трудом. Несмотря на внешнюю привлекательность, Оти был вспыльчивым и холодным к окружающим, а за высоким телом скрывалась немалая сила. Тогда его едва не отправили в колонию для несовершеннолетних, но отец помог уладить дело.             Именно этот случай он всегда вспоминал, когда речь заходила о серьёзных вещах.             Папа мягко положил руку на руку отца, мгновенно его успокаивая. Шепнув что-то ему на ухо, он развернулся, взял Оти под локоть и увёл его из кабинета.       — Давай немного прогуляемся?

☆☆☆

      — Так куда пойдём в первую очередь? — папа, явно предвкушая долгожданную прогулку с сыном, начал с энтузиазмом перечислять: — Может, в Призрачный город за карамелью? Она там такая вкусная… Или на Небесный рынок за пуншем? Интересно, делают ли его всё ещё прозрачным с синим отливом, как раньше… Он задумался, аккуратно приставив палец к подбородку, с тем самым мечтательным выражением лица, которое появлялось у него не так уж часто.             Оти молчал, слушая поток предложений, и смотрел на то, как папа буквально светился от счастья. Поняв что сын ничего не отвечает Тит повернулся.       — Я, наверное, переборщил, — папа неловко почесал затылок, а его щёки слегка порозовели. — Просто… мы давно никуда не выбирались вдвоём. Ты хочешь что-нибудь попробовать?       — Ничего, — Оти пожал плечами. — Я бы хотел что-то сладкое.             Он был тем ещё сладкоежкой, хоть по виду этого и не скажешь, любой бы от такого количества сахара в организме помер, но только не Оти, дай ему сладкое и он только им может питаться. Но нужно и полезное есть, так что он себя ограничивал в сладостях, а раз папа предлагает то почему бы и нет.       — Тогда нам в Призрачный город! — папа радостно захлопал в ладони. — Там столько сладкого, что лопнуть можно.             Он взял сына под руку и уверенно повёл вперёд — прямо к порталу, которого секунду назад здесь ещё не было. Пространство будто разорвалось, переливаясь светом. Оти удивлённо выгнул бровь, но наудивляться ему не дали — папа тут же потянул его за собой. Мгновение — и мир вокруг изменился.

☆☆☆

            Призрачный город оказался огромным. Ночь лишь подчёркивала его красоту: тёмное небо, алые домики с массивными крышами в китайском стиле, бесконечные ряды фонарей, заливающих улицы тёплым золотым светом. В воздухе витали запахи сладостей, специй, а так же всюду слышались песни.             Рынок кипел жизнью. Здесь были не только маги, но и демоны, призраки и существа самых странных форм. Вот неподалёку было жёлтое желе что с аппетитом поглощало еду прямо с прилавков, не платя ни монеты, а хозяин лавки не то что поогнать, а даже ударить не мог из-за того что желе всё поглощало. Неподалёку живые мертвецы скупали мозги у милой на первый взгляд бабушки — та, открыв глаза, продемонстрировала бордовые зрачки и острые зубы, такие, что если вцепится — жди смерти.             За другим прилавком полулошадь-получеловек жарил что-то круглое, подозрительно похожее на глаза, аккуратно упаковывая товар и прелестно улыбаясь покупателям.       — Ох, это кентавры, — папа сказал это буднично, продолжая идти дальше. — Существа не из приятных. Не обращай внимания.             Оти продолжал осматриваться, отмечая про себя несколько более-менее презентабельных мест, где можно было поесть. Из-за сосредоточенности на другом он не заметил, как чуть не врезался в прохожего.             К счастью, папа резко дёрнул его за руку, спасая от столкновения, но плечом Оти всё же задел незнакомца. Тот сразу же вспылил подпрыгнув.       — У тебя что, глаза на затылке?! — зло выплюнул юноша, явно раздражённый.             Он был немного ниже Оти где-то почти метр восемьдесят, с ярко-красными глазами и волосами, наполовину красными, наполовину чёрными. Галстук-бабочка придавал ему странное, почти милое очарование — если бы не злобный взгляд, незнакомец бы походил на красивого и уравновешенного юношу.       — Фед, перестань ругаться, — элегантная дама с такими же красно-чёрными волосами и алыми глазами легко стукнула сына по плечу. — Прошу прощения за моего сына, он бывает вспыльчив.— А после мило улыбнулась с сложенной рукой у груди.             Фед уже собирался продолжить ругань, показать негодяям что не стоит с ним связываться, но его остановила другая рука — крупнее, сильнее. Длинные пальцы, украшенные несколькими кольцами, легли ему на плечо.       Красивые… — машинально подумал Оти, не отрывая взгляда. Эта рука будто гипнотизировала. Он так и не поднял головы, чтобы хотя-бы посмотреть в лицо еще одному появившемуся незнакомцу.             Пальцы того слегка дёрнулись, отбивая спокойный ритм. Оти осёкся и быстро отвёл взгляд, чувствуя, как щёки заливает жар.       — Братишка, не порть маме прогулку, — басистый голос прозвучал неожиданно мягко. — Иногда нужно знать меру.             Этот голос Оти запомнит надолго, глубокий с хриптоцой, услада для ушей.             Но когда он решил всё-таки посмотреть в лицо обладателю соблазнительного голоса и прекрасных рук то, никого уже не было.       — Ты чего вдруг застыл? — папа странно посмотрел на него, а затем его глазав понимании округлились. — О-о…       — Это не то, о чём ты думаешь! — быстро выпалил Оти, краснея ещё сильнее, становясь буквально как помидор, от смущения даже его розово красных щёк не было видно. — Пошли дальше.             Папа лишь усмехнулся. Они направились к заведению с яркой вывеской:             «Самые вкусные сладости во всех трёх мирах».             Вызов был принят.             Внутри магазин оказался ещё роскошнее, чем снаружи. Полки ломились от сахарного разнообразия , а названия сладостей поражали воображение: карамель покойника, призрачные конфеты, летающие по магазину, красный зефир из крови дракона, мармелад из костей живых скелетов, который варили прямо здесь, в огромном котле. Были и знакомые вещи — вроде моти, из ягод с самой древней горы, а также взрывные шипучки со вкусом лавы.             Папа внимательно осматривал витрины, в итоге набрав целый пакет сладостей и пройдя к кассе улыбнулся.       — Привет, Фелони, — помахал он продавщице. — А что, на этой неделе нет красного шоколада?— он вновь осмотрелся.       — К сожалению, нет, — ответила демонесса с маленькими чёрными крыльями. — Но на следующей неделе, надеюсь, будет поставка. А то задрали эти мелкие черти что вечно где-то "теряют" сладости.             Отведя взгляд она посмотрела на Оти.       — А это кто?— у демонессы аж глаза засияли увидев красивого парня.       — Мой сын, — гордо сказал папа. — И нет, я его тебе не отдам.— сразу предупредил он девушку чтобы та не прицепилась к сыну. Фелония тут же схватилась за голову от негодования:       — Да бляха! Вся семейка красавчики, и ни одного мне! — она истерично вздохнула, а на глазах ее чуть слез не было. — Ты что, тоже по мужикам?— спросила она в надежде на желаемый ответ. Но вместо ответа тишина.             Магазин погрузился в неловкую тишину.       — Фелония, хватит, — строго сказал папа, отанавливая её истерики. Расплатившись, они наконец вышли наружу.       — Кстати, а что за красный шоколад ? — спросил Оти, когда они шли дальше, всё-таки любопытство взяло своё.       — Его делают из редчайшего вина. Достать даже маленькую бутылочку — уже чудо. А в шоколаде вкус раскрывается особенно, — папа мечтательно вздохнул. —На аукционе он стоит, как целый особняк.— на этом и закончился разговор.             Они гуляли дальше, покупали ещё сладости, любовались зданиями. Вечер подходил к концу, когда взгляд Оти зацепился за кроваво-красную вывеску. «КАЗИНО».             Буква И была выполнена в форме отрубленной руки.       — Вроде ненавидят людей, а из обычного мира тут всего полно… — Оти скривился от дизайна вывески будто от чего-то неприятного.       — Хочешь зайти? — в глазах папы подозрительно сверкнули «доллары».Это не к добру.       — Это опасно, пап—             Но светлая шевелюра уже скрылась за входом.       — Чёрт… Оти поднял голову. Папы нигде не было. Он его потерял.