Без названия

В порту гул голосов был громче, чем обычно. Вернулись корабли от варягов. Люди суетились, выгружали мешки и сундуки, а поверенные купцов с важным видом прохаживались с дощечками в руках, что-то постоянно в них записывая после осмотра товара. По помосту шла дочь проедра Хиония, приветствуя прибывших купцов лёгким кивком головы и иногда несколькими вежливыми, ничего не значащими фразами. Девушка была в лёгкой пудро-розовой столе поверх туники, хрупкая фигура была подчеркнута пояском, расшитым розовыми камнями в тон остальной одежде. Она медленно прохаживались между суетящимися людьми, рассматривая диковинные товары. Площадка возле одного из кораблей стала наполняться мужчинами, одетыми в одни длинные рубахи грязно-серого цвета. Они стояли, молча опустив головы, потому что знали, что будет за непослушание. Руки некоторых из них были туго связаны веревкой. «Рабы», — подумала дочь проедра, смотря на них со снисхождением. И в этот момент один из мужчин резко шагнул в ее сторону и, оступившись, упал аккурат рядом с Хионией. Та взвизгнула и отшатнулась, рядом с ней сразу же оказались два личных охранника. Но, увидев, что госпоже ничего не угрожает, встали позади нее. — Варвар, — презрительно, ещё не отойдя от испуга, бросила Хиония в сторону мужчины, который начал медленно вставать. Но встать ему было не суждено. Удар хлыста подкосил его. Лысый коренастый мужчина появился словно из ниоткуда и сразу начал осыпать извинениями «благородную госпожу Хионию». Тем временем раб поднялся, смотря на мужчину взглядом полным ненависти, а потом встретился глазами с Хионией. И девушка вдруг начала делать то, за что в будущем будет корить себя ещё долго. Начала рассматривать раба. Отметила его крепкое телосложение, прямой нос и — она была уверена — за неровно отросшей бородой и спутанными русыми волосами пряталось мужественное лицо. А в серых глазах плескалась боль и злоба. Все происходило не дольше нескольких секунд. — Сколько возьмёте за него? — резко спросила она, прерывая поток льстивых речей мужчины. — Ооо, — потирая руки, произнес он, — он ехал из северных лесов, стало быть, за него 12 соли́дов Хиония посмотрела на него со строгим прищуром, от которого мужчина, казалось, ничуть не смутился, лишь слегка покраснел. Вскоре нужная сумма оказалась у мужчины в кошельке, а один из охранников взял раба за веревки, стягивающие руки. Тот же хмуро и с немым вопросом смотрел на Хионию, но девушка как будто потеряла к нему всякий интерес и, развернувшись, продолжила свой путь с оставшейся охраной, а раба повели в сторону величественного города, возвышающегося над морем.