Escape now

Каково чувствовать свободу? То чувство, когда руки освободили от «цепей», с шеи сняли «оковы». Ты ничего и никому не должен. Когда можешь бежать, не оглядываясь назад и кричать во всю глотку, срывая голос. Сделать глубокий вдох полной грудью, не ловя на себе осуждающие взгляды. Никто больше не помеха, никто не посмеет помешать, никто… Потому что больше никого нет, кроме него. Хёнджин слишком долго боялся, слишком долго молчал, принимая те самые осуждающие взгляды на себе, критику за неверный шаг вправо или влево. Боялся быть в чьих-то глазах плохим, боялся отказывать, боялся любить, так как общество не примет подобной любви, боялся быть собой и самовыражаться. Он много чего хотел сделать, как со своей внешностью, так и хобби, но общество… Эти чёртовы людишки кидали фразы по типу «Ни в коем случае не отстригай свои волосы, станешь уродцем», «У тебя голоса нет, какой с тебя айдол? Разве что внешностью можешь взять и торговать лицом» или же «Это не танец, а какая-то эпилепсия. Не позорься» С каждым таким высказыванием огонёк в глазах Хёнджина угасал, делая парня тенью себя. Человеком, который забыл, что такое мечта и спрятал её за миллион замков, в самый тёмный ящик. Они внушили ему, чтобы тот жил свою тихую и скромную жизнь, нашёл девушку, женился на ней и завёл детей. Так должно быть. Но для кого? Кто написал эти правила? Кто сказал, что это правильно и так должно быть у всех? Это ёбаная ложь, придуманная, чтобы люди были податливыми. Удобными обществу, чтобы руководить ими. Хёнджин бы действительно прожил такую жизнь, забросив кисточки с красками, пение и танцы, а так же эксперименты с имиджем, если бы не он… Крис. Этот парень появился, как самый настоящий ангел спаситель или змей искуситель и забрал его. Первое время Хван безумно боялся и постоянно задавал одни и те же вопросы: «А что скажут люди?», «А если нас увидят?» и «Это не правильно». — Увидят - убежим, — подмигнул Хёнджину, Крис и продолжил рисовать граффити на стене. Краска с шипящим звуком выходила из баллончика, распыляясь на стене, а Крис в это время счастливо улыбался. Он чувствовал ту самую волю к действиям, которой так сильно не хватало Хёнджину. — Я тоже хочу что-то нарисовать, — сказал Хёнджин, наблюдая за точными движениями руки Криса, будто тот является профессиональным художником граффити, хотя на самом деле делал это второй раз в жизни. — Держи. — Парень протянут Хвану баллончик. — Обведи буквы, я пока что смайлик рядом нарисую, — сказал Крис и взял жёлтую краску. Хёнджин встряхнул баллончик, который издал характерный звук, и стал обводить буквы. Адреналин потихоньку просачивался в кровь. Как же сильно Хёнджин ждал этого ощущения, будто он нарушал правила жизни, при этом по сути ничего плохого не делая. — Ни с места! Руки вверх! — послышался голос позади. Это была полиция. — Ни смей поворачиваться, — рыкнул Крис, застыв на месте. Благо на парнях были капюшоны и неприметная одежда, они бы запросто могли потеряться где-то в переулке. — Меня дома убьют, если узнают, что я попал в полицейский участок, — прошептал Хёнджин. В его глазах поселился самый настоящий страх. Он уже представил, как мать отчитывает его, а отец замахивается ремнём, собираясь преподать сыну урок. — Не узнают, — уже со знакомой ухмылкой произнёс Крис, резко схватил Хёнджина за руку и побежал, бросая все баллончики с краской на месте «преступления». В след слышался громкий голос полицейского и, кажется, угрозы о выстреле. Но его, конечно же, не последовало. Парни остановились спустя пять минут бега. Дыхание сбилось, сердце стучало с огромной скоростью, а страх отступил куда подальше. Крис заметил синие мигалки и прижал Хёнджина к стене, закрывая его своим телом. Его дыхание щекотало шею Хвана, от чего тот прикрыл глаза. Ему нравилась такая близость, но сказать об этом… Слишком страшно, слишком не правильно для него. После того, как машина проехала, Крис отошёл от Хёнджина и засмеялся. Хван выглянул из-за угла, куда уехали полицейские, после чего посмотрел на старшего. Его смех и ямочка на щёчке выглядели такими искренними, счастливыми и настоящими. Рядом с таким человеком совершенно не хотелось притворяться. Хёнджин подхватил смех, после чего Крис закинул руку на плечи младшего, и пошёл по тротуару, наслаждаясь тишиной ночи.

***

— Ты уверен? Может не надо? Может… Может я ещё подумаю чуть-чуть? — затараторил Хёнджин сидя на бортике ванной дома у Криса. Он от волнения перебирал краешек майки, которую отжал у старшего. — Ты мечтал об этом. Не придумывай, Джинни! — Крис подвинул Хёнджина к себе и сделал ему два хвостика по бокам. — Или сейчас, или никогда. Живём один раз, — улыбнулся старший и двумя движениями срезал хвостики. У Хёнджина перехватило дыхание от такой резкости, его тело содрогнулось, глаза округлились, а рот приоткрылся в немом шоке. — Что ты… — не успел договорить Хван, как был перебит. — Это ещё не всё, сиди молча, — произнёс Крис и взял машинку для стрижки. В следующее мгновение послышалось жужжание и холодный метал дотронулся до горячей кожи головы Хёнджина. Парень прикрыл лицо ладошками. Он не понимал, какую эмоцию ему надо использовать в данный момент. Радость? Сожаление? Счастье? Страх? Не понимал, но останавливать Криса не планировал. — Вот и всё, — сказал Крис, выключив машинку. Он убрал лишние волосы с Хёнджина и стряхнул их в ванную к остальным. — Принимай работу. Хёнджин встал с бортика, ноги совершенно не держали тело. Он взял два хвостика, рассматривая их. Ощущение было очень странным, не привычным. Парень безумно боялся результата, а в голове крутился один и тот же вопрос: «Что скажут люди?» — Эй… — Крис повернул Хёнджина к себе и посмотрел ему в глаза. Разница в росте у парней была довольно таки заметна, но это совершенно не являлось помехой. — Запомни, Джинни. Ты должен быть самим собой и делать только то, что ты хочешь, а не то, что навязывает тебе общество. Пиши картины, пой любимые песни, танцуй, выражая свои эмоции через хореографию. Делай всё, что твоей душе угодно. Если никто не поддержит, не переживай. Я тебя всегда поддержу, насколько бы это ни была абсурдная идея, — произнёс старший, приложив ладошку к щеке Хвана. Младший опустил взгляд в пол. Он не верил, что когда-то сможет услышать слова поддержки в адрес даже самых странных и бесполезных увлечений. — Всё, что моей душе угодно, говоришь… — тихо сказал Хёнджин и поднял взгляд. Крис кивнул, уголки его губ поднялись вверх в виде лёгкой улыбки. — Тогда я хочу сделать то, что хотел сделать давно. — Не останавливай себя, — голос Криса, как и взгляд в миг поменялся. Он, кажется, уловил суть сказанного и в следующее мгновение Хёнджин наклонился, касаясь губ Криса собственными. Это был робкий поцелуй, будто на пробу с мысленным вопросом: «А что…» и ответом на него: «Пофиг» Хёнджин обвил руками шею Криса, прижимаясь к нему всем телом. Чувствуя сильные руки на своей талии, парень стал целовать старшего напористее. Крис отвечал на поцелуй так же страстно, пробираясь руками под майку, дотрагиваясь прохладными руками до горячей кожи Хвана. Этот контраст возбуждал младшего ещё больше, разжигая масштабный пожар внутри тела. Кислород в лёгких закончился, из-за чего пришлось разорвать поцелуй, но Крис не терял ни секунды. Он спустился к шее Хёнджина, оставляя укусы, которые потом обязательно расцветут синевато красными бутонами. Дыхание младшего перехватывало от резких действий парня, но ему безумно это нравилось. — Подожди… — Хёнджин нехотя оторвался от Криса. — Дай мне хоть глянуть на себя в зеркало. Я так и не увидел, что получилось. — Смотри. — Парень повернул Хёнджина лицом к зеркалу. — А… Это точно я? — спустя несколько секунд рассматриваний себя произнёс Хёнджин. Он провёл рукой по голове, где буквально час назад были длинные волосы, от которых сейчас осталось одно лишь название. — Ощущаешь себя новым человеком? — Крис наклонил голову вбок, наблюдая за реакцией Хёнджина. — Ещё бы… Такое чувство, что на меня смотрит совершенно другой мужчина. Так необычно, — заулыбался Хван и повернулся к старшему, после чего крепко обнял его. — Спасибо тебе большое. Я бы никогда на такое по-настоящему не решился. Крис подхватил Хвана под бёдра, взяв его на руки, после чего вышел из ванной. — Ты мне небезразличен, Джинни. — Старший пришёл к себе в спальню и уложил Хёнджина на кровать, нависая сверху. — Я тебя люблю. — И я люблю тебя, Чани. — Хёнджин положил ладошки на щёчки Криса, смотря в его тёмные как омут глаза. Он давно стал чувствовать к этому человеку что-то тёплое. Его неоднократно посещало желание поцеловать этого необычного парня, прижаться к нему всем телом, почувствовать его сильные руки на собственной талии и отдать себя полностью, без остатка. Крис усмехнулся, рассматривая новый образ Хёнджина. Ему безумно нравилось его перевоплощение. Парень рывком притянул Хвана к себе и поцеловал, пробираясь руками под майку. Горячее тело младшего реагировало на каждое прикосновение, вызывая у своего обладателя мурашки и приятное тянущее чувство низу живота. Оторвавшись от сладких губ, Крис перешёл горячими поцелуями на шею, где стали уже проявляться недавно поставленные красные пятнышки. Хёнджин вздрагивал от каждого касания губ старшего, его словно прошибало высоковольтным током. Первый стон младший издал от резкого укуса в области ключиц и сразу же закрыл рот ладошкой. — Эй, всё хорошо. Не сдерживайся, — произнёс Крис и аккуратно убрал руку младшего от его лица, а в следующее мгновение стянул с него майку. Лишняя одежда ребят оказалась на полу, небрежно валяясь там. Оба тела сплетались в одно целое, позабыв, что существует другой мир. Они были в своё собственном, где нет границ и «правильно», «не правильно». Есть только они и их мечты с желаниями. Хёнджин ловко перекинул ногу через торс Криса и оказался сверху, выгибаясь в спине от удовольствия. Он опирался руками о его грудь, при этом плавно двигая бедрами. Сильные руки сжимали его талию, на которой через время обязательно образуются следы. Но разве это так важно сейчас? Стоны разлетались по комнате, вместе со шлепками кожи об кожу. Скорость нарастала, движения становились быстрее и грубее, а стоны громче. — Чани, я скоро… — не успел договорить Хёнджин, как ощутил то самое чувство, которое не испытывал никогда. Перед глазами образовались звёздочки, а тело обмякло. Сердце, казалось, стучало со скоростью света. Движение постепенно замедлились, Крис дал отдышаться Хвану и уже собирался убрать его с себя, как Хёнджин завёл руки старшего над его головой, ухмыляясь хитрой, даже дикой ухмылкой. — А ты быстро учишься, мне нравится, — прошептал в губы Хёнджина Крис и поддался слегка вперёд. В этот раз поцелуй вышел страстным, языки сплетались, словно вытанцовывая танец любви. Хёнджин оторвался от поцелуя и спустился к шее Криса, тоже желая оставить на нём свои метки. До его ушей доходили стоны, смешанные с рычание. Это заводила Хвана по новой. Он оставлял засосы на шее и ключицах, спускаясь ниже. Не оставляя без внимания грудь, обводя мокрым языком соски, вызывая у старшего реакцию, парень прокладывал дорожку поцелуев ниже, пока не дошёл до напряженного органа. — Что Чани хочет, чтобы Джинни сделал? — невинным голосом произнёс Хёнджин, дразня Криса. Он догадывался, как сильно это может бесить, именно поэтому так сделал. — Я тебя придушу… — усмехнулся старший, уставившись в потолок и выдохнул. — Сделай это поскорее уже. — Нет, Чани! — возмутился Хёнджин и аккуратно оставил поцелуй на тазобедренной косточке, в опасной близости от члена. — Ну ты и сучка… — фыркнул Крис. — Хочу, чтобы твой ротик довёл меня до предела. Хочу стонать, ощущая, как твоё узкое горло сжимает мой член. — Парень посмотрел на Хёнджина, который довольно улыбнулся и провёл языком по венистому органу, после чего взял его на половину. Хоть такого опыта у парня не было, он не растерялся, соображая, что нужно делать дальше. Всё-таки просмотр порнухи в подростковом возрасте пошёл на пользу. Подавив в себе рвотный инстинкт, парень взял практически полностью, стараясь не задохнуться. Он двигал головой, пытаясь доставить ещё больше удовольствия, что у него получалось на отлично. Это можно было слышать по характерным стонам сверху, доносящиеся от Криса. Он держался с последних сил, но не выдержал и буквально в последний момент вышел, кончив на лицо Хвана. — Ой, прости, пожалуйста, — хихикнул старший и взял салфетки с прикроватной тумбочке и аккуратно втер лицо Хёнджина. — Как ты? — Отлично. — Хван упал рядом с Крисом, развалившись на кровати и уставившись в потолок, впервые за долгое время чувствуя себя счастливым. Повалявшись немного на кровати, ребята приняли совместный душ и Хёнджин собирался уже укутаться в одеяло, но Крис его остановил. — Одевайся. Хочу тебя кое-куда отвести, — сказал старший, на что Хван кивнул, не задавая лишних вопросов. Он доверял Крису, знал, что тот ничего плохого ему не сделает. Хёнджин надел свободные тёмные джинсы, черную худи и такого же цвета куртку на пару размеров больше, чем нужно. На голову накинул капюшон, на улице всё таки не май месяц, и обул кроссовки. Крис надел тоже свободные джинсы с худи, накинул куртку и взял чёрную кепку, заправляя под неё мешающие довольно длинные волосы. Запрыгнув в кроссовки, он вышел из квартиры вместе с Хёнджином. — Куда мы идём? — спросил Хван, грея руки в карманах куртки. На улице похолодало, время близилось к зиме и скоро должен пойти снег. — В заброшенный торговый центр. С крыши открывается прекрасный вид на город. Эта идея безусловно понравилась Хёнджину. Через полчаса они дошли к месту назначения и зашли в полуразваленное здание. Внутри действительно всё напоминало торговый центр, но далеко не современного вида. Витрины разбиты, стекло валялось на полу. Вещи давным-давно растаскали, так как здание никем не охранялось. Эскалаторы не работали, на них отсутствовали некоторые ступеньки. Складывалось впечатление, что это постановка для сцены апокалипсиса, не иначе. — Покатай меня! — Хёнджина уселся в тележку, принадлежащую продуктовому магазину. Крис посмеялся с этой картины. Хван со своим ростом еле как вмещался в эту тележку, но выглядел по истине счастливым. Старший не мог ему отказать, поэтому взялся за ручку и побежал, набирая скорость. Радостные вопли Хёнджина разносились эхом по пустому помещению, а когда Крис остановился, он покрутил младшего на месте, наблюдая его не менее счастливую улыбку. Хёнджин запрокинул голову назад, расставив руки в стороны. — О, игровой автомат, — произнёс Хёнджин и ловко выпрыгнул из тележки, после чего побежал к коробке с игрушками. На удивление он был подключен к сети и оттуда можно было достать игрушку. Хван порылся у себя в карманах и нашел небольшую жменьку с мелочью. — Это же лохотрон, Джинни… — заскулил Крис и обнял Хёнджина за талию со спины, положив голову ему на плечо. — Эй! Это мечта детства достать игрушку из этой штуки! — возмутился Хван и стал играть. За одну игру давалось пять попыток. Каждый раз Хёнджин терпел поражение, хотя почти всегда был на гране, чтобы игрушка упала в ячейку для выигрыша. — Дай мне, я всё сделаю. — Крис мягко отодвинул Хёнджина и сам стал за автомат. Он закинул монетку и на табло показало количество попыток, после чего парень взялся за джойстик. Попытка за попыткой терпела такое же поражение, оставалась последняя. Крис подвёл клешню к игрушке и со словами «была не была» нажал на кнопку. Клешня опустилась, взяв игрушку и поднялась вверх, после чего понесла её к ячейке и отпустила. — Мой мишка! — обрадовался Хёнджин и когда Крис доставал игрушку, обнял его, поцеловав. — Спасибо тебе большое, — сказал он и обнял игрушку, радуясь ей, как ребёнок. Парни лазили по заброшенному зданию и спустя время пришли на крышу. Уже вечерело, солнце зашло за горизонт, оставляя после себя яркое небо. Огни города постепенно включались, а на дорогах появлялось всё больше машин, спешащих неизвестно куда. — Я впервые почувствовал настоящую свободу, — первый нарушил тишину Хёнджин, когда лёг на бетон. Ему было совершенно не холодно. — Знаешь… — Крис прилёг рядом с Хёнджином. — Меня тоже ограничивали, учили, как жить. Что я должен делать, что я не должен. Как я должен учиться в школе, какую профессию получить, кем работать. Что я должен завести семью, воспитывать детей, которые в старости принесут стакан воды. Боже… Какой бред, — вздохнул старший. — Они никогда не спрашивали, что хочу я. После окончания школы, когда вопрос встал, в какой университет мне поступать, я осмелился и сказал, что хочу заниматься музыкой. — Парень сделал паузу и продолжил говорить. — Даже вспоминать страшно, что я тогда выслушал… Пришлось согласиться на то, что я пойду учиться на госслужащего, а после удачно сданных экзаменов, я сбежал из дома. Тогда я понял, что волен делать всё, что пожелаю. Всё в моих и только моих руках. — Я вот бы не смог так, — сказал Хёнджин. — Меня всё детство держали в рамках, за которые выступать ни в коем случае нельзя. Я единственный ребёнок в семье, так что из меня лепили то, что хотели родители. Отдавали на тхэквондо, куда я совершенно не хотел ходить, заставляли посещать дополнительные по математике, которую я не хотел даже понимать. Всё моё окружение твердило, что мне надо то, надо это. Даже единственный друг не особо поддерживает меня. — Маска это то, что хотим видеть лишь мы сами. Это иллюзия, но с ней спокойнее. С ней можно чувствовать себя самим собой, притворяясь только для остальных. — Крис повернул голову к Хёнджину. Младший тоже повернулся, смотря в глаза старшего. — Больше не нужно это делать, — произнёс он и переплёл пальцы с пальцами Хвана. — На мне больше нет «цепей»? — Пусть только попробуют их надеть, — прошептал в губ Крис и аккуратно поцеловал Хёнджина, притягивая его ближе к себе.