Бескорыстно. Ага.

      Люмин не была хорошим человеком. Но она умела производить впечатление хорошего человека. Ни выражение лица, ни взгляд, ни язык тела — она ничем не демонстрировала своего истинного отношения. Ну, если, конечно, её не выбесить. А выбесить Люмин можно было просто бросив косой взгляд на тех, кого она звала своими. И если в случае Беннета всё было понятно: Люмин была готова за него перегрызть глотку любому со времён своего первого посещения Мондштадта, то… Что сам Альбедо относился к своим, он узнал, когда едва всё не испортил.       Он позвал её на помощь, когда его «обвинили в убийствах», потому что знал: она умна, прагматична и никогда не откажет в помощи. В процессе ещё выяснил, почему её боятся фатуи. Вместо пассивного наблюдения, разговоров с Джинн, которая бы их направила в нужное расследованию русло, и, собственно, самого расследования Люмин вызвалась на трибуну защиты, где… начала прессовать свидетелей обвинения, мимоходом проходясь по авторитету Джинн.       О, серьёзно? То есть у Вас настолько хорошее зрение? Вы ночью, в лесу, издалека и со спины узнали в сидящем на корточках человеке Альбедо? М-м-м, я поняла. Блондин и светлое пальто? Действительно редкое сочетание. На будущее: когда кого-то обвиняете в убийстве, хотя бы говорите, что видели его ясным днём. В лицо. А ещё лучше, чтобы с Вами был независимый свидетель.       О, серьёзно? То есть благородный Ордо Фавониус не заметил, что вот в этом вот, прости Селестия, городе на три десятка домов и сотню жителей уже как две недели пропал человек? М-м-м, я поняла. Видимо, магистр Варка забрал с собой самых способных, да?       О, серьёзно? То есть Вы вышли прогуляться перед сном, да? И часто Вы гуляете ночью в одиночестве? Оружия у Вас нет. Как собрались отбиваться от разбойников и Ордена Бездны? Вы быстро бегаете? М-м-м, я поняла. У нас тут, оказывается, чемпион всего Тейвата по бегу с препятствиями. А мы и не знали.       Нет, исполняющий обязанности магистра, у меня больше нет вопросов. Странно, что их нет у Вас.       И мерзко улыбнулась. В смысле, ещё более мерзко, чем до этого.       Не говоря уже о том, что если бы Альбедо её не остановил еле заметным кивком головы, она бы обрушила собор на головы сидящих, чтобы вытащить его. Люмин наградила его бешеным взглядом, но отступила от первоначальной идеи, выпустив пар на допросе.       Правда потом он имел крайне неприятный разговор с ними. Точнее, с ней. Потому что Беннет просто стоял, привалившись к стене, и крутил в руке кинжал, очень многозначительно глядя на бледного стражника.       …конечно, когда речь заходит про алхимию, ты несомненно одарённый, но если говорить про человеческие взаимоотношения, ты — альтернативно одарённый. Говоря простым языком, тупой.       Альбедо даже спорить не стал, он, может быть, и «тупой», но точно не бессмертный.       Отчитав его как несмышлёныша и скорчив ему напоследок рожицу, и демонстративно откинув волосы назад, она вылетела из темницы. Беннет вышел вслед за ней, перед самым выходом обернувшись с широкой улыбкой и подмигнув растерянному Альбедо.       Кажется, ему всё-таки дали второй шанс.       В следующий раз они встретились уже в Нод-Крае. Сначала Альбедо увидел их в Нашгороде, когда они торговались у лотка с едой. Второй раз — в тайном убежище рыцарей Ордо Фавониус.       Они хихикали, перешучивались, передразнивали взрослых, когда те их не видели. Или думали, что те их не видели. И вели себя не как на военном совете, а как на пикнике с друзьями. В общем, как и всегда.       Рядом завозился растерянный Дурин. Альбедо скосил на него на мгновение взгляд и вернулся к наблюдению за отрядом Беннета. За долгие недели путешествий с Мистером Шляпкой Дурин неосознанно привык, что внимание последнего целиком и полностью сосредоточено на нём, однако… Стоило только Мистеру Шляпке услышать голоса Люмин и Беннета, как он перемахнул через стол, сделал пару шагов навстречу вошедшим и замер в странной позе.       — Наконец-то! Помереть можно, пока вас дождёшься.       — О, нам безмерно повезло, что ты бессмертный!       И больше он не отходил от них. Или они от него. Повисшая у него на шее соскучившаяся Люмин отпускать его не собиралась.       И всё было хорошо. Пока Нефер не сказала:       — А Люмин и Беннет тогда сопроводят Коломбину к Экспериментальному конструкторскому бюро к Сандроне.       Люмин вежливо подняла брови. Закатила глаза. Набрала воздуха в грудь и….       — Так, — Скарамучча моментально закрыл ей рот рукой, прижимая к себе, — дайте-ка нам пару минут.       Люмин наградила всех злобным взглядом, но позволила ему вынести себя из пещеры. Продолжая обещать взглядом всевозможные кары и бедствия.       — Итак.       На улице Скарамучча отпустил мгновенно взвившуюся в праведном негодовании девушку.       — Нахера нам Коломбина? Серьёзно? Нам не хватает проблем?       — Люмин.       — Или мы решили переквалифицироваться в няньки? У меня такой опыт был, мне не понравилось! И тебе, кстати, тоже!       — Люмин!       — Что?!       — Дай Скару сказать.       Люмин недовольно фыркнула, скрестила руки на груди, но замолчала, выразительно уставившись на третьего члена отряда.       — Коломбина нам нужна только потому, что она нужна Дотторе.       Люмин и Беннет переглянулись. Девушка тут же растеряла свою воинственность и опустила руки.       — Дотторе здесь?       Скарамучча пожал плечами.       — Должен быть. Он очень интересуется лунами. Коломбина — Лунная богиня, недавно сбежавшая из Снежной. Вероятность того, что он последовал за ней… процентов девяносто восемь.       — А остальные два?       — Ну, — Скарамучча поджал губы, — будет у нас в должниках ещё один Предвестник. Но я уверен… хорошо, на девяносто процентов, что Дотторе покажется.       — Мне кажется, — проворчала Люмин себе под нос, — или в прошлый раз процентов было больше?       Но Скарамучча её проигнорировал, внимательно слушая задумчивого Беннета. На что Люмин закатила глаза. Очень по-взрослому.       — То есть… Если мы будем рядом с Коломбиной…       — Рано или поздно мы встретимся с Дотторе, — и Скарамучча неприятно улыбнулся.       — Ну что ж, — смирившаяся с неизбежным Люмин постучала указательным пальцем по кончику носа, — это всё меняет. Тогда мы с большим удовольствием поможем Коломбине, станем её няньками и будем находиться около неё круглосуточно.       — Только не переигрывай, никто не поверит во внезапно вспыхнувшее дружелюбие.       — Пф-ф, во-первых, плевала я на их веру. А во-вторых, всегда можно сказать, что меня попросил ты.       — А мне это зачем нужно?       — А если тебе зададут этот вопрос, ты на них вот так посмотришь, как на меня сейчас, они и передумают лезть к тебе с вопросами. Делов-то.       Скарамучча фыркнул, взъерошил ей волосы и подтолкнул ко входу в пещеру.       Когда они вернулись, Люмин была само дружелюбие. Но Альбедо знал, куда надо смотреть. Пытаться понять истинное отношение отряда Беннета к происходящему проще всего было по самому Беннету. В отличие от «своего заместителя» он был более открытым. Вот и сейчас выражение его лица менялось от безнадёжности до предвкушения и обратно с завидным постоянством.       Интересно.       — Итак, — прокашлявшись, повторила Нефер, — Экспериментальное конструкторское бюро…       — Подойти к главному входу, если сами не откроют, то постучать, — лениво продолжила Люмин.       — Думаешь, после того, как мы им сломаем вторую половину бюро, они будут с нами сотрудничать?       — А первую когда успели?       Люмин выразительно уставилась на Беннета, который беззвучно прошептал: «блядь».       — Итак?       — Ну-у-у-у, — протянула Люмин, выкручивая себе руки, — мы туда вломились недавно… Они спёрли реликвию у бом… Детей Морозной Луны. А мы бескорыстно предложили свою помощь в её возвращении.       — Как «благородно», — ни на мгновение не поверил ей Скарамучча, — в чём подвох?       — Ну-у-у-у, ладно, — Люмин взмахнула рукой, — эту реликвию спёрли у меня из-под носа, когда я сама собиралась её спереть.       Варка поперхнулся, Альбедо изогнул бровь, Дурин округлил рот. Скарамучча тяжело вздохнул. Нефер и Лаума сохранялись невозмутимость. Они, в отличие от остальных, были в курсе этой истории.       — Зачем?       — А, — отмахнулась она, — мне эта реликвия нафиг не сдалась. Было интересно проверить, какая у них система охраны.       — А вы… физически не можете не нарываться? — Люмин и Беннет переглянулись с независимым видом, — нет, подождите. Мондштадт: вас обвинили в краже. Ли Юэ: вас обвинили в убийстве Архонта. Инадзума: вас обвинили в участии в восстании против Архонта. Сумеру: вас обвинили в организации восстания против Академии. Фонтейн: вас обвинили в нападении на Архонта. Натлан… а что было в Натлане?       — А что было в Натлане? — повторил Беннет. Люмин пожала плечами. — Ничего не было.       — Поэтому нам там и не понравилось.       — Угу… И поэтому тут вы решили вернуться к привычному поведению? Мало вам преследований?       — Что?! Нет! Мы же не ради результата, а ради процесса! Ну, Мистер Шляпка! Ну чего ты?! Мне просто было интересно. Но… Как говорится, помытой головы не стоило. В Нод-Крае, по крайней мере тут, тухло как в аптеке и дохло как в библиотеке.       Остальные молчали, предпочитая не вмешиваться. Кто из чувства такта, кто собирая информацию, а кто из простого интереса. Отряду Беннета до них дела не было. Хотя, Альбедо хмыкнул своим мыслям, им редко когда до посторонних было дело.       — Вы вообще в курсе, что в Снежной вас за этот перечень «достижений» будут расстреливать в течение десяти лет ежедневно?       — Именно поэтому я и попросила тебя принести нам свод законов Снежной. У меня, знаешь ли, большие планы на этот регион.       Нефер прокашлялась, привлекая к себе внимание. Люмин виновато улыбнулась и жестом показала, как закрывает рот на замок, а ключ выбрасывает. Когда возобновилось обсуждение плана действий, она вновь навалилось на Скарамуччу, обхватив его со спины и положив голову ему на плечо. И замерла, лениво щурясь.       Альбедо отвёл взгляд в сторону, когда-то они казались неразрешимой загадкой. Он не мог понять, что же ими движет, что мотивирует, чем они руководствуются. Сейчас же глядя на них, он всё ещё не понимает, но это и не столь важно.       Намного важнее, что они, схватив их с Дурином за руки, тащат за собой в Нашгород, потому что «Катя обещала скидку за каждого приведённого друга».       Война войной, обед по расписанию.