Призраки прошлого

— Семья, я дома! Ди переступил порог своего дома и устало поставил сумку с ноутбуком в прихожей. Из кухни доносились будоражащие носовые рецепторы, аппетитные запахи еды. Лиф вовсю готовила ужин, суетливо перемещаясь по кухне. — Вот же блин! Опять не успела, — тихо пробубнила Лиф себе под нос. Помыв руки, Ди вошёл на кухню и подошёл к жене, стоящей около плиты и усердно помешивающей суп в кастрюле. — Как аппетитно пахнет! Привет, родная, — он обнял Лиф за талию и поцеловал в шею. — Прости, любимый. Ничего не успеваю. Сначала занималась новым проектом, потом заставляла Честера делать уроки. Всё-таки отдать его в школу в 6 лет было не очень хорошей идеей, -; Лиф вибрировала и вздыхала от досады. — Ничего страшного. Я подожду и могу помочь тебе. Лиф повернулась к нему и обняла за шею. — Ты же устал. Можешь пока отдохнуть. — Рядом с тобой я всегда отдыхаю, — Ди нежно поцеловал её в губы. — Ди, дети могут войти в любую минуту, — Лиф смущённо опустила глаза. — Ну, мы же ни чем таким здесь не занимаемся, — он игриво зашевелил бровями и Лиф хихикнула. — Ещё чего не хватало. Ди улыбнулся, выпуская её из объятий. — Чем тебе помочь? Вдвоём процесс готовки шёл быстрее и веселее. Вскоре они уже сидели всей семьёй за столом и обсуждали за ужином прошедший день. — Макс, Честер, как дела в школе? — Как обычно. Ничего нового, — Макс сделала глоток апельсинового сока. — Сойдёт, па. Школа, как школа, — бросил Честер, не отрывая глаз от телефона. — Честер, о чём мы вчера говорили? — Ди строго посмотрел на сына. — Никаких телефонов за столом, — Честер закатил глаза. — Ты знаешь, что делать. Издав недовольный возглас, Честер отдал телефон Лиф. — После ужина отдам, оболтус, — Лиф потрепала сына по волосам. — Как на работе, пап? — спросила Макс. — Получил заказ на разработку антивируса, плюс параллельно работаю над апгрейдом программы для защиты от спама. — Значит, опять будешь проводить с нами мало времени? — вздохнул Честер. — Боюсь, что какое-то время да. Заказчики — очень серьёзные люди. Их нельзя подвести. Гонорар тоже немаленький. — Я так горжусь тобой, Ди! Ты написал уже столько крутых программ! — Лиф восхищённо смотрела на мужа. — Жалко только, что ты снова будешь слишком много работать. Мы так давно никуда не выбирались всей семьёй… — Обещаю, на выходных мы куда-нибудь поедем. Я ведь ради всех нас стараюсь. — Мы ценим, па. Ладно, я к себе. Макс вышла из-за стола и направилась в свою комнату. Вскоре ушёл и Честер. Убрав всё со стола и загрузив посудомойку, Ди и Лиф пошли в свою спальню. Лиф всегда умела создавать особый уют. Ради семьи она была готова на многое. Синий цвет никогда не был в числе её любимых, но когда психиатр Ди сказал, что для него будет идеальным интерьер в синих тонах, особенно в спальне, она переделала всё ради мужа. Синий цвет олицетворяет спокойствие и благотворно влияет на психику. Именно поэтому психиатр рекомендовал этот цвет. Лиф даже купила синий плед и синие подушки на кровать. Вся мебель была белой и на контрасте с синим смотрелась очень стильно и красиво. Войдя в комнату, Ди положил сумку с ноутбуком на стол. Подойдя к шкафу, он достал из него домашнюю одежду и переоделся. — Как ты, Ди? — Лиф обеспокоенно посмотрела ему в глаза. — В порядке, только очень устал. Ты ведь уже спрашивала. — Я не об этом… Ну, ты понимаешь… — Эта рана всегда будет болеть, Лиф, — Ди вздохнул и опустился на кровать. В его глазах заблестели слёзы, — сколько бы лет ни прошло. — Галлюцинаций больше не было? — осторожно спросила Лиф, взяв его за руку. — Нет. Их давно нет. Я же пью таблетки, — Ди поцеловал её в макушку, — не беспокойся. — Ты после ужина не выпил таблетку! — Лиф вскочила с кровати. — Выпил, пока ты загружала посудомойку. — Фуууф! Выдохнув, она вернулась к Ди и они улеглись на кровать. — Пока у меня есть ты и наша семья — в моей жизни есть смысл, — Ди провёл пальцем по её щеке и нежно поцеловал. — И в моей. Я люблю тебя. — И я тебя очень люблю. Они нежно целовались, обнимая друг друга. Пальцы Ди утонули в длинных чёрных волосах Лиф, а её пальцы — в его шевелюре песочного цвета. — Спасибо, что сбежала со мной. — Я не могла поступить иначе. Куда ты — туда и я. Ди положил голову ей на грудь и закрыл глаза. — Ди… Может быть, тебе всё-таки стоит позвонить родителям? Прошло столько лет… — Нет! — Ди резко поднял голову. — Я не могу. Даже не проси. — Они ведь скучают, волнуются. Я же начала общаться со своими. — Они точно ничего не скажут моим? — Точно, точно, — Лиф прижалась к его спине. — Ладно, — он накрыл ладонями её хрупкие руки. На часах была уже полночь, а значит, наступил день рождения Ди. Лиф всегда старалась делать этот день особенным для него. На этот раз ей не пришлось ничего придумывать. Сюрприз получился сам собой. Осталось только его преподнести. — С днём рождения, любимый! — Лиф поцеловала его в шею. — Спасибо, милая! — Ди нежно потерся щекой о её голову. Выпустив его из объятий, Лиф полезла в выдвижной ящик прикроватной тумбы. — Что ты делаешь? — Ди приподнял бровь, наблюдая, как она копошится в ящике. — Сейчас-сейчас. Скоро узнаешь, — загадочно ответила Лиф. Она достала небольшую вытянутую коробочку и протянула её Ди, — это тебе! Подарок! Её глаза искрились счастьем и горели от нетерпения. — Что это? — Ди с улыбкой крутил коробочку в руках. — Открой и узнаешь, — Лиф взволнованно улыбнулась и сцепила руки в замок. Ладони потели и сердцебиение набирало обороты. Ди осторожно открыл коробочку и перевёл удивлённый взгляд на Лиф. — Да, Ди, я снова беременна! — На щеках проступил румянец, а взгляд вспыхнул счастьем. — Любимая моя! — Брови Ди поползли вверх и он широко улыбнулся. — Я так счастлив! Он крепко обнял жену и они поцеловались. — Дети ещё не знают. Ты первый. Ди. — Завтра обрадуем их. Надеюсь, наш малыш будет похож на своего брата, — голос Ди дрогнул. Страх и волнение, которые он пытался скрыть, просочились наружу. — Я тоже на это надеюсь. Всё будет хорошо, Ди. Он не будет похож на… — Надеюсь… Это будет для меня слишком тяжело… — Тебе давно пора простить себя и отпустить Хэ… — Лиф оскелась. Они старались не говорить о Хэви. Ди слишком болезненно воспринимал любое упоминание о брате, — своего брата. — Я пытаюсь… Это сложно… Давай не будем? Пожалуйста! — Ладно, ладно. Иди ко мне, — она крепко прижала Ди к себе и стала нежно гладить по волосам. Дети восприняли новость о пополнении в семье двояко. С одной стороны, они были рады, но с другой — опасались грядущих бессонных ночей. Чем меньше времени оставалось до родов, тем больше волновался Ди. Но однажды случилось то, что на время вытеснило волнение и страхи. Честер вошёл в кабинет отца, чтобы забрать свой телефон, который Ди отобрал накануне, потому что он снова сидел с ним за столом. Ди разрешил ему самостоятельно забрать гаджет из ящика стола. Когда Честер залез туда, его внимание привлекла средней толщины книжечка. Вытащив её, он понял, что это не книга. Коричнево-зелёный переплёт от времени местами протерся. В самом центре была поблекшая надпись: «Хэви». Странно… Что ещё за Хэви? Осторожно открыв книжку, Честер понял, что это фотоальбом. С фотографий на него смотрел весёлый и смешной карапуз с большими зелёными глазами и рыжими волосами. Чем дальше он листал, тем взрослее становился ребёнок. Просмотр прервал вошедший в кабинет Ди. — Честер, почему так… Увидев в руках сына альбом, Ди резко остановился. Внутри что-то сдавило. Он резко подошёл к Честеру и вырвал альбом у него из рук. — Зачем ты это взял?! — Пап, кто такой Хэви? Имя младшего брата прозвучало как оплеуха. Ди нервно и шумно вздохнул. — Неважно! Никогда не бери мои вещи без спроса! И чтобы я больше не видел тебя в своём кабинете! — Но ты сам разрешил мне забрать телефон! — Честер испуганно и непонимающе посмотрел на отца. — Пошёл вон! — Ди указал ему на дверь. — Прости, что достал его. Я не знал, что это что-то запретное. — Вон! — Ещё громче крикнул Ди и его сын убежал из кабинета. Ди устало опустился на свой стул и провёл пальцем по обложке альбома. — Прости меня, Хэви… — прошептал он, открыв первую страницу альбома и тут же закрыл её. Слёзы сорвались с ресниц и потекли по щекам. Произносить имя брата было всё ещё нестерпимо больно. За 10 лет Ди так и не смог смириться и отпустить его. Ему часто снился Хэви. Их ссоры, споры, игры в приставку и вечная гиперактивность брата. Ди вспомнил, как когда-то, будучи запертым в заброшенном доме, он посмотрел на спящего брата и подумал: «Наверное, ты никогда не повзрослеешь.» Эти мысли, к сожалению, оказались пророческими — Хэви не суждено было закончить школу, стать взрослым, создать семью и добиться успехов. Всё это раздирало Ди изнутри. Он тяжело вздохнул, убрав альбом на место. — Ди, что случилось? — Лиф вошла в кабинет и непонимающе посмотрела на него. — Лиф… — Честер буквально вылетел из кабинета. Напуганный и чуть не плача. Я слышала, как ты кричал. — Он… Он достал из стола альбом… Честер листал его и спросил… Спросил о Хэви. — О, Ди… Можно же было отреагировать помягче. Наш сын не хотел ничего плохого. Это просто детское любопытство. — Знаю, но для меня это больная тема и я не хочу говорить об этом с детьми. — Это твоё право, но они имеют право знать о том, что у них был дядя и о бабушке с дедушкой. — Я к этому всё ещё не готов. Поэтому продолжаю посещать психотерапевта. — Я не хочу давить на тебя… Время летит очень быстро и мне не хочется, чтобы ты жалел потом о чём-то ещё, — Лиф взяла его за руку. — Я тоже. Спасибо за заботу, но сейчас мне нужно побыть одному. — Хорошо. Как скажешь. Едва Лиф подошла к двери, Ди окликнул её. — Лиф, не уходи. Пожалуйста. В его голосе отчётливо был слышен страх. Лиф вернулась и обняла мужа. Ди заплакал, уткнувшись лицом в её плечо. Лиф обнимала и гладила его, пока он содрогался от рыданий и громко всхлипывал. Между тем, приближалось время родов. Всю эту беременность, как и две предыдущие беременности Лиф, Ди опасался, что ребёнок будет похож на Хэви. Он не знал, как вести себя, если такое случится. Он всё ещё не мог примириться с собой и его разрывала на части мысль, что в его семье может появиться кто-то похожий на Хэви. Ди нервно расхаживал по коридору роддома, пока Лиф рожала их третьего ребёнка. Тревога охватывала его словно щупальца. Не смотря на то, что Лиф рожала платно, он очень беспокоился о том, как пройдут роды. Помимо этого, Ди волновало, на кого будет похож их второй сын. Имя они уже придумали на семейном совете — Тим. Ему не терпелось увидеть сынишку и взять его на руки, но, в то же время, он не знал, как вести себя, если Тим будет похож на Хэви. Когда он совершал очередной круг в коридоре, к нему подошёл врач и сказал, что роды прошли хорошо. Его жена и ребёнок здоровы и в полном порядке. На вопрос Ди о том, можно ли ему пойти к жене и сыну, врач кивнул и Ди вошёл в палату к Лиф. — Как, ты милая? — на подрагивающих ногах, Ди вошёл в палату к жене. Она держала на руках маленький розовый комочек, завёрнутый в пелёнку. Ребёнок шевелился и попискивал, словно котёнок. — Всё хорошо. Наш малыш очень красивый, — Лиф тепло улыбнулась, но через счастье в её глазах Ди увидел тревогу. — Он… Можно мне его взять? — Он ещё слишком хрупкий. Может быть, позже? — Что-то не так? — Ди подошёл к жене и она повернула их сына лицом к себе. — Нет-нет, всё хорошо, любимый. Тревожный комок внутри увеличился вместе с сердцебиением. — Лиф, я хочу посмотреть на нашего сына. Лиф немного замялась и ослабила хватку, не отрываясь смотря на Ди. Он осторожно взял новорождённого сына на руки. — Ну привет, малыш Тим. Добро пожаловать в этот мир, — Ди ласково погладил малыша и повернул к себе лицом. Улыбка сразу же пропала с его губ, к горлу подступил ком, а к глазам слёзы. Новорождённый сынишка был копией его младшего брата: тоненькие рыжие волосики, разрез глаз и даже форма лица. Губы Ди дрогнули и ему стало дурно. Он молча вернул сына Лиф и стремительно покинул палату под полный сочувствия взгляд жены. Тяжело вздохнув, Лиф поцеловала сына и крепко прижала к груди. — Папа тебя обязательно полюбит, малыш. Ты не виноват, что так похож на своего дядю… Ди оперся рукой и о стену и отодвинул ворот свитера — дышать было нечем и пелена слёз застелила глаза. Х-Хэви… Даже в мыслях он произнёс имя брата с трудом. Его самые большие опасения и страхи сбылись — малыш Тим был очень похож на своего дядю. По телу пошла дрожь, сердце пробивало грудную клетку. Перед глазами всё начало расплываться. Руки и ноги вспотели. Его то и дело кидало в жар. Страх и тревога сплелись в приступ панической атаки. Облокотившись спиной о холодную стену, Ди медленно сполз по ней на пол. Подбежавший врач помог ему подняться на ноги и прийти в себя. Поблагодарив его, Ди покинул роддом на ватных ногах и вернулся домой. 10 лет Ди ежедневно боролся с собой, стараясь жить дальше. Он надеялся, что со временем станет легче. Но, легче не становилось, потому что его рана была из тех, что не заживают. Он оборвал связь с родителями и одноклассниками, забрав с собой в новую жизнь только Лиф. Она была единственным, что придавало смысл его жизни. Спасительный маяк на скале, ярко светящий во время шторма, компас, способный вывести из самой густой и непроходимой лесной чащи. Но, даже смотря на неё, Ди первое время вспоминал о брате. Они часто проводили время втроём. Даже тогда, когда Ди планировал провести вечер с Лиф, как гром среди ясного неба, им на голову сваливался Хэви. Он обладал уникальной чертой — вырваться в самый неподходящий момент. Сам того не желая, Хэви запорол множество романтичных моментов и свиданий. Он бесцеремонно втискивался на диване между Ди и Лиф, когда они смотрели какой-нибудь фильм или сериал, и обнимал их за плечи. Ди нервно вздыхал и закатывал глаза. На лице Лиф проступала напряжённая и натянутая улыбка. Когда Лиф уходила, Хэви всегда выгребал от брата. Он просто был младшим, слишком активным, простодушным и временами глупым. Таких, как он, обычно называют живчиками, непоседами и гиперактивными. Любознательность Хэви часто граничила с безрассудством. Слабоумие и отвага. Так часто думал Ди, отбивая фэйспалм из-за очередной выходки младшего брата. Хэви часто раздражал его и выводил из себя. Тем не менее, Ди очень любил своего брата. Они проводили много времени вместе и Хэви был сильно привязан к нему. Когда не стало Хэви, Ди ощутил внутри себя внушительную трещину. Вместе с братом не стало части его самого. Строить свою жизнь с нуля было непросто, хоть у них с Лиф и были поддельные документы, сделанные одним из знакомых Чеса. Когда-то они играли вместе с покер. Тогда у Ди появился номер Фрэнки. Так, на всякий случай. Мало ли что? Чес не был в курсе аферы с документами, иначе не допустил бы этого. Первое время было тяжело. Чтобы содержать себя и Лиф, Ди пришлось пойти на работу. Так как он всё же хотел получить аттестат — единственным выходом была вечерняя школа. Время от времени, Лиф тоже бралась за подработки, совмещая их с учёбой. Так вышло, что она забеременела в первый год их совместной жизни. Пришлось пожениться раньше, чем они планировали. По документам им было по 17 лет, поэтому проблем не возникло. Ди стал работать ещё больше, понимая, что теперь нужно будет содержать троих. Когда родилась Максин, ребята были рады и, в тоже время, напуганы. Всему пришлось учиться самим при поддержке патронажной сестры. Бессонные ночи отпечатывались синяками под глазами, но ребята справлялись. Они преодолели множество трудностей. Сменили несколько съемных квартир и несколько работ. Умудрялись даже на отлично учиться на заочном отделении университетов и получить профессии. Когда родился Честер, Лиф взяла академический отпуск. У Ди к этому времени уже была хорошо оплачиваемая работа по той же специальности, на которую он учился. Вчетвером в крохотной однушке на отшибе стало тесновато. Новое жильё нашлось не сразу. Зарплата Ди и подработки Лиф, которые она ухитрялась находить в декрете, позволили накопить на первый взнос по ипотеке. Когда дети подросли и у Лиф тоже появилась постоянная работа, стало полегче и, к рождению Тима, пара закрыла ипотеку. К третьему ребёнку Ди привыкал тяжело. Он почти не подходил к сыну, потому что от его улыбки что-то внутри трещало по швам. Тим был копией Хэви. Из-за этого у Ди снова начались проблемы со здоровьем. Первое время после смерти брата ему было настолько плохо даже на новом месте, что пришлось обратиться к психиатру. Навязчивые мысли, галлюцинации, панические атаки (которые никак не проходили), затяжная депрессия значительно ухудшали качество жизни Ди. Лиф всегда была рядом и поддерживала его. Терапия и препараты помогли не сразу. Ди всё ещё не мог простить себе смерть младшего брата. С рождением Макса и Честера его начало отпускать. Дети дарили много положительных эмоций. Ди пришлось повзрослеть очень рано и это тоже оставило на нём отпечаток. Он старался ладить со своими детьми, но в подростковом возрасте это стало труднее. Максин напоминала ему самого себя. Такая же умная, скептичная и по натуре интроверт. Честер был больше похож на свою маму, хотя музыкальные таланты унаследовал от Глэма. Тим был похож на Хэви не только внешне, но и по характеру. Это разбивало и без того израненное сердце Ди. Ди предпочитал проводить с ним минимум времени, потому что это возвращало его к болезненному прошлому, примириться с которым он никак не мог. Оба родителя любили младшего сына, но для Ди его появление стало настоящим испытанием.

***

— Макс, забери сегодня Тима из садика, — Лиф посмотрела на дочь, заканчивая завтрак. — Да почему опять я-то?! — Макс закатила глаза и вздохнула. — Потому что я не смогу, папа будет на работе, а у Честера занятия в музыкальной школе. — Блин! — Фыркнула Макс. — Я хотела погулять с Вероникой. — Вы можете забрать брата вместе, привести домой, а потом пойти гулять, — улыбнулась Лиф. — Да, но сперва сделай уроки, — в, разговор включился Ди. — Погуляю и сделаю. Честер, ты там скоро? Нам в школу пора! — Дай поесть нормально, зануда! — У вас ещё 10 минут. Я отвезу вас в школу, а мама отведёт Тима в садик. — А почему ты его не никогда не отвозишь? — спросил Честер, жуя тост с арахисовым маслом. — Не успеваю. Меньше слов. Собирайтесь. — Ох, блин! Тим! А-а-а-а! — Лиф всплеснула руками. Тим, весь перепачканный джемом, довольно хихикал, — неужели нельзя есть аккуратно? Она хлопнула себя по лицу и покачала головой. — Ну ты и свинья, малой! — усмехнулась Макс. — На следующий год в школу, а ведешь себя порой как четырехлетка. — Сама ты четырехлетка! — Тим показал сестре язык и состроил рожу. Схватив сына за руку, Лиф повела его переодеваться. Ему есть в кого… Подумал Ди и к его горлу подступил ком. Поведение сына было так в духе Хэви… Резко встав из-за стола, он направился в свою машину. Сев на водительское сиденье, Ди уперся лбом в руль и заплакал. Переодев сына, Лиф повела его в садик, а Макс и Честер запрыгнули на заднее сиденье машины. — Пап, ты что, плачешь? — Макс удивлённо посмотрела на Ди. — Нет. Всё в порядке. Ничего не забыли? — Ди вытер лицо и шмыгнул носом. — Нет. Что случилось? — Честер выгнул бровь. — Ничего. Поехали.

***

Ди с головой погрузился в работу, пытаясь освободиться от мыслей. С рождением Тима, он словно снова вернулся в прошлое. Даже пришлось посещать психиатра. На могилу брата Ди не приезжал с дня похорон. Это было выше его сил. Лиф всеми силами старалась помочь ему, но у неё не всегда получалось. Это зависело от состояния Ди. Один раз ему даже пришлось лечь в больницу. Работа помогала отключать ненужные мысли и сосредоточиться. Ди работал много — чтобы содержать семью и не давать себе думать. В глубине души, он скучал по родителям и хотел их увидеть, но морально не был к этому готов. День прошёл обыденно, ничего нового и ничего из ряда вон. Ди возвращался домой, включив в машине любимую музыку. До выходных оставался всего один день. Нужно было решить, как провести их. На улице было прохладно, порывы ветра гоняли по дорогам опавшую разноцветную листву. В воздухе пахло осенними цветами, а в машине — зелёным чаем. Ди вдохнул полной грудью и расслабленно выдохнул. Его сознание было абсолютно ясным и чистым, а мысли пустыми. В коем-то веке ему удалось ощутить это в полной мере. Он плавно вёл машину, подпевал любимому исполнителю, как вдруг… — Ты никогда не умел нормально петь, Ди. До боли знакомый голос и ухмылка заставили его вздрогнуть и повернуть голову. Он не поверил своим глазам: на пассажирском сидении с невозмутимым видом сидел Хэви и улыбался брату своей привычной улыбкой. Услышав громкий сигнал автомобиля, Ди повернулся к дороге и резко вывернул руль, вернувшись на свою полосу. Его дыхание стало прерывистым, а сердце вылетало из груди. — Осторожнее, Ди! Следи за дорогой. — К-к-к-как т-ты… Т-ты же… — Как-то так, — Хэви пожал плечами, виновато улыбнувшись. У Ди в горле образовался ком, а на глазах выступили слезы. Сердце сжалось вместе с лёгкими. — Эй, Диш… Не надо… — П-п-прости меня, Хэви, — Ди оттянул ворот кофты, ощущая приближение панической атаки. — Ты ни в чём не виноват. Это моя судьба. Слезы градом полились по щекам Ди. — Почему я вижу тебя? Я ведь выпил лекарство. — Я пришёл тебя предупредить. Вы все должны быть внимательнее к Тиму. Иначе, он может попасть беду, — голос Хэви стал взволнованным. — Какую беду? О чём ты? — Просто послушай меня, хорошо? — Хорошо. Только объясни… Но, Хэви исчез с пассажирского сиденья. Так же внезапно, как и появился.Слова Хэви никак не шли из головы Ди. Его пугало, что галлюцинации начались снова. Он не пропускал приём препаратов и сеансы с психиатром. Всё должно было быть в норме. Ди никому не сказал о том, что случилось в машине. Опасался, что увеличат дозировку лекарств или положат в больницу. Дома всё было хорошо. За шесть лет он всё же смог научиться относиться к Тиму нейтрально и смотреть на него. Он любил сына, но из-за трагедии, произошедшей в прошлом, не мог общаться с ним, долго смотреть и проводить время вдвоём. Макс и Честер ничего не знали Хэви и поведение отца вызывало у них недоумение. Даже случай с альбомом, найденным в кабинете со временем затерся в памяти Честера и он перестал вспоминать об этом. Даже не сопоставил внешность неизвестного ему Хэви и младшего брата. Выходные пролетели быстро. Семья ездила на два дня на базу отдыха. Понравилось всём. Даже малышу Тиму, который, как обычно, похулиганил, как это сделал бы Хэви. В понедельник утром, после завтрака, Лиф снова попросила детей забрать Тимку из садика. — Я в прошлый раз забирала. Пусть теперь Честер заберёт, — Макс закатила глаза и недовольно вздохнула, — у меня планы. — Э, ничего, что я в пятницу его забирал? Папа пусть заберёт его хотя бы раз. — Папа не может. У него очень много работы, — объяснила Лиф. — У меня очень важный проект. За него обещают хорошие деньги. — Да пофиг. Я сам дойду. — Нет, Тим. Только с братом или сестрой, — строго ответил Ди. — Да я уже большой! — Да, большой. Но ещё недостаточно, чтобы ходить одному, — Лиф погладила Тима по волосам. — Забери его ты. Ты ведь дома, — Макс сделала глоток сока. — У меня горят сроки сдачи заказа. Если бы я могла, то не просила бы вас. — У меня свидание после школы. Я не могу. — Честер, значит забирать тебе. — А-а-а-а-а, ладно блин! — Честер скрестил на груди руки. — Только веди себя нормально. Не заставляй меня краснеть, обезъяна рыжая. — Только если мы пойдём на площадку! — Пойдём, пойдём. Но ненадолго. — Будьте внимательны и терпимы к брату. Он ещё ребёнок. За столом воцарилось молчание. Впервые за всё время, Ди заступился за младшего сына. Не формально, а по-настоящему. Макс и Честер кивнули. Лиф нежно взяла мужа за руку, а Тим удивлённо хлопал своими большими зелёными глазками. Вскоре, семья разбрелась по своим делам. Никто даже не подозревал, как этот день перевернёт их привычную жизнь и что Тим не вернётся домой.